Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Казахстан 2019: новые горизонты планирования

Казахстан 2019: новые горизонты планирования

04.06.2019

Автор: Денис Борисов

Теги: Казахстан

19 марта 2019 года в 19:00 сообщение из Казахстана стало главной международной новостью евразийского пространства. Степной Ден Сяо Пин, кочевой Ли Куан Ю ушел, постсоветское пространство Центральной Азии на высшем уровне действительно стало постсоветским. Самоотвод Президента Назарбаева породил большую дискуссию как по вопросам внешней политики, так и по направлениям внутреннего развития Казахстана в будущем.

Внешнеполитический дискурс выстраивается вокруг двух главных сюжетов : будущность ЕАЭС и перспективы взаимоотношений в треугольнике «Москва-Нурсултан-Пекин».По этим темам понятны мотивы экспертов и политиков. Обострение противоречий между крупнейшими акторами мировой политики вывели на новый виток спираль международной нестабильности. Политологи стряхнули пыль с трактатов классиков геополитики, где «сердце» Евразии хрестоматийно обозначается как главный приз в борьбе на международной арене. Более того анонс ухода сильного лидера при высоком значении личности в развитии интеграции на постсоветском пространстве закономерно увеличивает политическую неопределенность и затемняет горизонты планирования. 

Проблематика внутренней политики Казахстана после ухода Елбасы сосредоточилась вокруг процесса транзита власти и персоне будущего приемника, где красной линией через все текущие внутриполитические сюжеты проходит задача легитимации новой власти на досрочных выборах президента Казахстана, запланированных на 9 июня 2019 года. Главные политические установки выстраиваются вокруг обеспечения общественно-политического согласия и снятия любой неопределенности и дальнейшего укрепления легитимности власти и обеспечения стабильности в стране. 

Специфика транзита

Несмотря на понятный ажиотаж и спекуляции по поводу ухода Первого президента Казахстана из большой политики, на проверку действия Н. Назарбаева можно охарактеризовать как запланированные и обстоятельные. После избрания второго президента Казахстана Н. Назарбаев сохраняет основные элементы контроля над политическими и экономическими процессами в стране: (1) Лидер нации (Елбасы); (2) Глава Совета безопасности Республики Казахстан; (3) Лидер крупнейшей политической партии страны «Нур Отан». Анализ внутренней политики Казахстана последних 3-х лет высвечивает основные ходы на казахской политической доске. В частности, можно отметить серьезные изменения в полномочиях институтов государственного управления Казахстана, где произошло постепенное расширение полномочий Совета безопасности, на котором замкнулась деятельность всех силовых структур. В свою очередь Конституционный суд Казахстана закрепил за Назарбаевым право пожизненно возглавлять Совбез страны, а съезд партии «Нур Отан» присвоил Н. Назарбаеву статус вечного лидера партии. 

Также интересно отметить взвешенность выбора исполнителя для завершения этого этапа казахстанского транзита власти. Кандидатура кадрового дипломата Касыма-Жомарта Токаева оказалась наиболее подходящей, прежде всего, для внешней стороны обновляющегося знамени казахской власти, обращенной к международному сообществу. Фигура К. Токаева символ многовекторности внешней политики Казахстана: выпускник МГИМО, полиглот, имел опыт работы в посольствах Сингапура и Китая, занимал должности министра иностранных дел РК, генерального директора отделения ООН в Женеве. Внутригосударственный имидж не менее конкурентный: занимал должности главы Сената Парламента РК, премьер-министра Казахстана. Более того кандидатура К. Токаева стала равновесной кандидатурой для казахстанской элиты, которая, как минимум, с середины 2018 года находится в главных фаворитах. В июне 2018 года на Британском телевидении К. Токаев в прямом эфире указал на готовность в Казахстане к передачи власти: «Откровенно говоря, я не верю, что Президент Назарбаев пойдёт на президентские выборы в 2020 году. Поскольку он очень мудрый человек, он совершенно благоразумен, я думаю, что в 2020 году у нас будут президентские выборы с другими кандидатами без участия Президента Назарбаева. Конечно, это моё личное мнение. Президент сам примет решение. Даже если Президент Назарбаев уйдёт со своего поста, он будет оказывать огромное влияние как на внешнюю, так и на внутреннюю политикустраны». В целом, чтобы более понятно оценить рейтинг К. Токаева в казахском обществе сегодня можно провести аналогию с Евгением Максимовичем Прямаковым для российского общества во второй половине 90-х.   

В этом контексте можно говорить, что 9 июня 2019 года будет оформлен первый этап транзита власти в Казахстане от «суперперсоналистской» политической модели к политическому тандему «Назарбаев-Токаев» до следующих президентских выборов 2024 года. Дуумвират сохранит основные характеристики внешней и внутренней политики, которые сложились за 29-летний срок власти Первого Президента Казахстана. 

Выборы второго президента Казахстана

По форме и методам исполнения транзита власти руководство Казахстана использует уже проверенный приём – досрочное проведение выборов, который имел место на президентских выборах в 1999, 2011, 2015 годах. Понятная процедура, который полностью лишает любую догоняющую политическую оппозицию и оппонентов главного ресурса – времени, а значит и хоть как-то подготовиться к предвыборной борьбе. Среди экспертов практически нет интриги: кандидат реальный один — Токаев, которому прогнозируют результат 65–75%. В целом, если взглянуть на прошедших регистрацию на 11 мая 2019 г. кандидатов, прогноз представляется обоснованным, акцент сделан на раздробление голосов оппозиции, в том числе, в случае протестного голосования: малоизвестные кандидаты даже от традиционных политических партий; впервые на выборы идет кандидат-женщина; впервые на выборы допущен кандидат, представляющий националистический спектр казахского общества; разделение левого электората несколькими кандидатами.  

Среди наиболее интересных кандидатов можно отметить Жамбыла Ахметбекова от Коммунистическая народная партия Казахстана и Амиржана Косанова от Общественного национал-патриотического движения «Судьба нации». Первый, занимает позиции левого популизма, выступая за сельское хозяйство, образование и более справедливое распределение природной ренты. Второй, на этих выборах выбрал образ правого популиста, имеет ореол оппозиционера, борющегося за создание своей партии. Аналитическое значение результатов этих президентских выборов заключается в оценки социальной базы поддержки левых и правых идей, что во многом определит тенденции предстоящих парламентских выборов в Казахстане. Продолжая российские аналогии, кандидатуры Ахметбекова и Косанова можно ставнить с Грудининым и Собчак на выборах 2017 года. Результаты остальных кандидатов мало вероятно преодолеют статистическую погрешность. 

Важным аспектом казахской президентской компании 2019, который повлияет на характер следующего политического цикла в Казахстане, является результат главного кандидата: если будет обеспечена формула 75/75 (процент голосов и явка), то реализация следующих этапов транзита пойдет под уверенным управлением дуумвирата. При сильных отклонениях от формулы 75/75 возрастает неопределенность в конфигурации парламента Казахстана на ближайших выборах. 

Черные лебеди

Первая неопределенность – это интрига, разворачивающаяся по поводу потенциала протестного голосования и уличного молодежного протеста по результатам президентской компании 9 июня 2019 года. Ряд аналитических порталов Казахстана указывают на активизацию внутриклановой борьбы в высших эшелонах власти. В частности, отмечается деструктивная общественно-политическая активность (молодежные флешмоб выступления на марафоне, задержания молодых активистов на первомайских акциях, выступление НКО-активистов во время Астанинского экономического форума, инциденты с интернет опросами), которая поддерживается непродуманными действиями государственных структур (отключение интернета, силовые задержания, необоснованные блокировки). Все это может свидетельствовать о попытках катализировать протестные настроения и поляризовать общественное мнение, чтобы 9 июня вывести народ на улицу. В результате общественная реакция по итогам выборов президента будет важной развилкой в дальнейшем развитии политических процессов в Казахстане. 

Вторая неизвестная – экономическое развитие. Казахстанский пример имеет понятный политический числитель при неизвестном экономическом знаменателе. Во-первых, ресурсоориентированная экономическая модель Казахстана очень чувствительна к макроэкономической нестабильности (сокращение темпов мирового экономического развития и международной торговли, высокая волатильность на рынке природных ресурсов, торговые войны и рост протекционизма). Во-вторых, процесс передачи власти происходит на медвежьей динамике социально-экономического развития (девальвация национальной валюты, замедление темпов экономического роста, высокий уровень бедности, рост экономического неравенства, безработица, особенно среди молодежи). В этом контексте многое в среднесрочной перспективе будет зависеть от эффективности выполнения задач по развитию социально справедливого экономического развития страны. Однако наличие фонда национального благосостояния с размером активов 67,4 млрд. долл. дает существенные временные лаги для решения экономических проблем.  

Краткосрочная перспектива

Очевидно, что краткосрочные сценарии транзита власти в Казахстане выглядят преимущественно оптимистично. Руководство Казахстана разработало стратегию, планы и методы реализации передачи власти, минимизировав возможные риски. Текущих этап можно назвать компенсаторным – это первый шаг к переходу от «суперличностного» режима к новым моделям политического устройства. Период с 2019 по 2024 гг. станет временем дуумвирата «Назарбаев-Токаев», который продолжит формирование условий для становления новой политической архитектуры Казахстана к президентским выборам 2024 года.

Обозримые внешнеполитические детерминанты Казахстана останутся без существенных изменений: поддержка евразийской интеграции и добрососедства с РФ, продолжение стратегического (экономического) партнерства с КНР, диалог с Западом. При этом евразийские приоритеты во внешней политике Казахстана будут публично демонстрироваться как главные, повторяя очередность телефонных переговоров Первого президента Казахстана 19-21 марта 2019 года (РФ, Узбекистан, Кыргызстан, Беларусь, Армения, КНР, Таджикистан, Азейрбайджан, Турция).

Во внутренней политике главный фокус будет направлен на повышение авторитета и легитимности основных государственных институтов Казахстана, которые должны в перспективе компенсировать сокращение роли Первого президента и выработать механизмы согласования элитарных интересов к 2024 году. В качестве альтернативы «суперличностной» модели государственной власти может выступить более субъектный парламент. В случае реализации задач по усилению роли парламента можно говорить о создании ещё одной опоры в принятии политических решений Казахстана – Спикер сената, старшая дочь Назарбаева Дарига. В этом контексте одна из перспективных политических моделей государственной власти Казахстана – это триумвират «Назарбаев-Токаев-Назарбаева».  

Фото на обложке: Артём Мирный


Теги: Казахстан

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение