Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Энергетические интересы Узбекистана и России: точки совпадения

17.02.2009

Автор:

Теги:
 

 

Махмудов Рустам

Центр политических исследований (Узбекистан)

**********************************************************************************

            Узбекистан и Российская Федерация традиционно являются крупными игроками на Евразийском энергетическом поле. При этом ряд особенностей их энергетических стратегий имеют общие черты. В частности, обе страны обладают крупными запасами природного газа, находятся на лидирующих позициях в СНГ и мире по его добыче и экспорту. Узбекистан и Россия выступают в роли стран-транзитеров. Также на энергетический сектор приходится значительная часть их ВВП и валютных доходов. Все эти факторы создают долговременные предпосылки для совпадения энергетических и геоэкономических интересов России и Узбекистана по целому ряду направлений.

            В первую очередь, оба государства заинтересованы в формировании устойчивого рынка сбыта природного газа, построенного на рыночных основаниях, что подразумевает реальную, а не заниженную, цену на поставляемое сырье и благоприятные и предсказуемые условия транзита. В этой связи, весьма прагматичными выглядят усилия Москвы по созданию новых рыночных условий во взаимоотношениях по линии «продавец-покупатель-транзитер».

Россия в последние годы настойчиво продвигает подобную модель на постсоветстком пространстве. Вполне бескризисно эта модель была реализована в отношениях со странами Прибалтики, что подчеркивает само российское руководство. В то же время определенные трудности при переходе на рыночные условия газового сотрудничества возникли во взаимоотношениях с Украиной, Белоруссией и Грузией.

С Минском проблемы перехода на рыночные механизмы были в значительной мере решены за счет передачи им «Газпрому» 50% «Белтрансгаза». Грузия также вынуждена была перейти на рыночную схему ценообразования. В то же время с Киевом процесс продолжается и он отмечается периодическими острыми кризисами, такими как прекращение поставок газа из РФ в виду несанкционированных отборов на украинской территории и перекрытия «Нафтогазом» транзита в Европу.

Примечательно, что в отношениях с поставщиками из Центральной Азии РФ также стремится перейти на рыночную «европейскую» схему ценообразования на газ. Если в случае с Европой, Украиной, Белоруссией, Грузией и Молдовой, «Газпром» выступает как продавец, то в случае с тремя странами ЦА и Каспийского региона - Туркменистаном, Узбекистаном и Казахстаном, а также потенциально Азербайджаном - как покупатель. Это служит наглядным показателем того, что курс Москвы на построение рыночных отношений в газовой сфере является реальным компонентом российской энергетической стратегии.

Переход России на качественную новую платформу в энергетических взаимоотношениях отвечает интересам Узбекистана. РУ, конечно же, это выгодно с точки зрения увеличения притока валютных средств. В настоящее время Узбекистан реализует масштабные планы по модернизации и диверсификации своей экономики, и в этой связи, приток дополнительных средств за счет продажи природного газа выглядит чрезвычайно важным.

Кроме того, переход на рыночную схему ценообразования с Россией заметно усиливает позиции Узбекистана в вопросе привлечения иностранных инвесторов на свой энергетический рынок, т.к. создает равные условия игры для всех, что в конечном итоге оказывает благотворное влияние на общий климат безопасности в Центральной Азии, снижая влияние геополитической компоненты.

Находясь на платформе «европейской схемы» ценообразования в газовой сфере с Россией, Узбекистану легче логически обосновывать стратегию продажи природного газа по рыночным ценам своим традиционным покупателям из Центральной Азии и другим странам ближнего и дальнего зарубежья.

Заметно сблизить энергетические интересы двух государств может обостряющийся мировой финансовый кризис, переходящий в глобальную промышленно-экономическую и социальную кризисную фазу. Этот кризис напрямую затрагивает перспективы России и Узбекистана как экспортеров энергоресурсов. 

Для многих поставщиков нефти и природного газа этот кризис стал неожиданностью. Еще в начале лета 2008 года ничего не предвещало столь серьезных изменений в мировой экономике и глобальном энергетическом рынке. Цена на нефть достигла своего пика в 147 долларов за баррель, и большинство отраслевых аналитиков сходилось во мнении, что рост цен продолжиться.

То же самое говорилось и о природном газе, стоимость которого (российский и центральноазиатский газ) для европейских потребителей  по некоторым прогнозам должна была вырасти в среднем до 500 долларов за тысячу в среднесрочной перспективе. Однако, кризис в американской финансовой системе, перебросившийся затем на Европу, Азию, Латинскую Америку и пространство СНГ, породил противоположные тенденции. Всего за каких-то полгода нефть упала в цене до уровня ниже 40 долларов. Прогнозируется, что в течение 2009 года падение будет еще большим и может даже достичь уровня в 20-25 долларов за баррель.

В принципе под подобными прогнозами есть довольно прочные основания. Дело в том, что углубляющийся глобальный финансовый кризис является причиной спада промышленного производства. Это в свою очередь сказывается на энергетическом секторе - промышленность нуждается во все меньших объемах нефти, газа и электроэнергии. Снижению потребления энергии также способствует падение покупательной способности населения, которое, как показывают имеющиеся данные, все меньше покупает легковых автомобилей.

Пока, на наш взгляд, не проглядывается какого-то определенного выхода из складывающейся негативной ситуации. Ключевая экономика мира - США все глубже погружается в рецессию. Связанные с нею ведущие промышленные зоны Европы и Азии, продающие туда продукцию с высокой добавленной стоимостью, в связи с падением покупательной способности американского рынка, начинают все более жестко сталкиваться с кризисом в промышленных секторах, что ведет естественно к снижению потребления и импорта углеводородного сырья. При этом для них пока нет альтернативы американскому рынку.

Некоторые из ведущих промышленных стран предпринимают экстренные меры по замещению американского рынка за счет ускоренного развития собственного внутреннего потребительского рынка. Так, правительство Китая приняло план стимулирования национальной экономики в условиях глобального финансового кризиса стоимостью 586 млрд. долларов. Эта сумма эквивалентная пятой части ВВП Китая и она будет выделена к концу 2010 года. Средства пойдут на снижение налогов, улучшение условий кредита, развитие сельской инфраструктуры, повышение покупательской способности населения.

Вместе с тем, в глобальном масштабе пока не видно ресурсов, за счет которых кризис мог бы быть преодолен. Большие надежды возлагаются на американскую администрацию Б.Обамы, которая может выступить инициатором нового глобального подхода к разрешению кризисных тенденций в мировой экономике, способных остановить спад промышленного производства и потребления энергоресурсов.

Чем актуальны для Узбекистана данные кризисные процессы? На наш взгляд тем, что в случае если в 2009 году цены на нефть действительно упадут до критически низких уровней в 20-25 долларов за баррель, то это может напрямую сказаться на резком снижении стоимости природного газа. Традиционно стоимость природного газа привязана с нефти и рассчитывается с лагом в 9 месяцев. Отсюда следует, что уже в 2010 году ведущие поставщики природного газа могут столкнуться с существенным глобальным падением цен на данный экспортный товар и снижением притока валюты от его продажи.

Безусловно, этот фактор представляет собой на сегодня одну из ключевых точек совпадения энергетических интересов России и Узбекистана. В этой связи в узбекских экспертных кругах с повышенным интересом изучают стратегические шаги России по перелому складывающихся негативных тенденций. От успеха или неудачи этих усилий во многом будет зависеть и газоэкспортная политика Узбекистана.  

В частности, вполне логичным выглядит курс Москвы на сближение с ведущим мировым производителем и экспортеров нефти ОПЕК. Учитывая зависимость газовых цен от нефтяных, переламывать тенденцию падения цен на углеводородное сырье нужно в первую очередь, конечно же, на глобальном рынке нефти. Однако, у данной стратегии есть как сильные, так и слабые стороны.

Сотрудничество с картелем позволит России войти в механизмы ОПЕК по управлению поставками нефти на мировые рынки. Сегодня на картель приходится до 40% мировой добычи нефти. РФ уже пытается в некоторых случаях скоординировать свою нефтяную политику с ОПЕК. Так, в ноябре 2008 года российские компании снизили добычу на 250 тыс. баррелей в сутки по сравнению с запланированным уровнем. Ожидается, что в 2009 году снижение может составить еще на 320 тыс. баррелей.

В то же время, как показывают тенденции последних лет, механизм ОПЕК по управлению мировым нефтяным рынком через квоты уже не является столь действенным, а это может существенно снизить эффективность возможного тесного сотрудничества России с картелем в будущем.

Потеря ОПЕК исключительного влияния на формирование цен на мировом нефтяном рынке происходит по целому ряду причин. Как уже упоминалось, это в настоящих условиях обостряющийся мировой финансово-экономический кризис, из-за которого падает спрос на нефть. Причем спрос падает такими темпами, что даже принятие картелем экстренным мер по снижению добычи не оказывает заметного блокирующего воздействия.

Страны ОПЕК в сентябре 2008 года уже приняли решение снизить добычу на 1,5 млн. баррелей, однако, это произвело очень слабый эффект и остановить падение цен не смогло. В декабре того же года последовало решение о снижении добычи еще на 2 млн. баррелей к январю 2009 года, но это только смогло несколько стабилизировать цены на уровне 43 долларов за баррель и все. Уже к середине января цены опустились к отметке 37,8 долларов.

Второй серьезной причиной, по которой ОПЕК все меньше воздействует на ценообразование, является переход центра влияния на этот процесс к глобальным финансовым институтам и нефтяным биржам, в которых главную роль играет Запад. Т.е. складывается ситуация, когда страны ОПЕК добывают сырье, а его стоимость определяется совершенно другими институтами. Причем характерно, что на биржах все большее влияние приобретает спекулятивный фактор.

В какой-то период времени интересы ОПЕК и «быков» совпадали. Картель устраивал раздуваемый на нефтяном рынке «пузырь» - нефть стала рассматриваться как инструмент хеджирования рисков, в результате чего стоимость сырья росла, и страны ОПЕК стали получать сверхдоходы. Но подобный финансово-сырьевой симбиоз длился недолго, и резкое падение стоимости нефти показало, что мощь картеля уже не та как в прежние годы.

Как представляется, в России хорошо понимают проблемы ОПЕК и поэтому не спешат брать на себя обязательства по приобретению членства в этой организации. В то же время РФ предлагает свое видение решения проблемы, связанной со снижением влияния поставщиков нефти на процесс ценообразования.  

Предложения по усилению позиций ОПЕК были озвучены вице-премьером Игорем Сечиным на внеочередной сессии ОПЕК в декабре 2008 года в алжирском городе Оране. Первое предложение заключалась в новом порядке определения цен не только на основе сортов WTI и Brent, но и другие сортов нефти, добываемой в странах ОПЕК и России. И.Сечин указал, что сохранение практики перерасчета цен на нефть ОПЕК и РФ через дифференциалы к котировкам WTI и Brent нельзя признать полностью справедливым.

Второе предложение касалось создания новых нефтяных торговых площадок. Было подчеркнуто, что необходимо реформировать существующую систему привязки нефтяных сделок к одной валюте и что надо создавать новые торговые площадки для ликвидации бесправия членов ОПЕК на мировых нефтяных рынках. Подобные площадки могут быть созданы в Санкт-Петербурге, Астане, Шанхае, Эр-Рияде, Цюрихе и Лондоне.

Суть третьего предложения сводилась к необходимости учета при формировании цены на нефть и, особенно в ее прогнозной составляющей, объективно растущих издержек на открытие новых месторождений, их освоение и добычу сырья.

Вместе с тем, для диверсификации инструментов воздействия на глобальный энергетический рынок Москва сегодня стремиться реализовать другие проекты, среди которых наиболее нашумевшим является придание нового импульса «Форуму стран-экспортеров природного газа».

На наш взгляд, помимо стремления скоординировать усилия ведущих газовых держав, этот проект также нацелен на решение долгосрочной проблемы формирования цен на природный газ. Если в рамках ОПЕК остановить падение цен на нефть все же не удастся, то наиболее оптимальным выходом видится отвязка от нефти процесса определения цены на природный газ и именно здесь может пригодиться механизм «Форума стран-экспортеров природного газа», который на Западе уже окрестили «Газовым ОПЕК».

 Несмотря на то, что в США и ЕС данная инициатива встречает довольно отрицательную реакцию, такие ведущие газовые державы как РФ, Иран, Катар и другие последовательно идут к ее реализации. В частности, 23 декабря 2008 года в Москве «Форума стран-экспортеров природного газа», в ходе которого было принято решение об открытии постоянной штаб-квартиры организации в Дохе (Катар). Кроме того, были достигнуты договоренности о проведении дальнейшего анализа рынка с перспективой создания нового механизма ценообразования. Вполне возможно, что если тенденция падения нефтяных цен сохранится, то в 2009-2010гг. процесс запуска нового ценного механизма может быть ускорен.

Идя на активизацию контактов по линии ОПЕК и «Форума стран-экспортеров природного газа», правительство РФ, как представляется, пытается создать условия для усиления механизмов сопротивления общемировому тренду падения промышленного производства, приводящего к снижению потребления энергоресурсов и падению цен на них. Говоря другими словами, Россия, по всей видимости, стремится создать такую ситуацию, при которой даже снижение спроса на нефть и газ не будет критически влиять на цены на энергосырье. Подобная задача представляется титанической и насколько успешно Россия совместно с партнерами сможет это сделать, станет видно уже в текущем году.

Для Узбекистана эти усилия Москвы, как было сказано выше, представляют повышенную значимость, поскольку это напрямую затрагивает политику страны в области добычи и экспорта природного газа.

Вместе с тем, несмотря на усугубляющиеся проблемы в глобальном энергетическом и финансово-промышленном секторах экономики, необходимо отметить, что кризисы, какими бы острыми они не были, всегда имеют привычку заканчиваться и наиболее дальновидные страны и компании используют время перемен не только для сохранения имеющихся позиций, но и для создания условий по их дальнейшему укреплению. Именно на данном направлении, а именно в сфере расширения инвестиционного сотрудничества, возможна третья ключевая точка совпадения энергетических интересов России и Узбекистана. Прочная база для развития подобного типа связей уже имеется.

Так, российские компании «Лукойл» и «Газпром» выступают ведущими партнерами Узбекистана в области разведки, добычи, закупки и транспортировки природного газа. Реализуемый «Лукойлом» проект освоения группы месторождений «Шады-Кандым-Хаузак» вообще является показательным и самым крупным инвестиционным проектом в узбекском газовом секторе. Проект «Лукойла» примечателен тем, что он нацелен не только на добычу газа, но и на его переработку. Применительно к «Лукойлу» можно сказать, что большие надежды в плане дальнейшего расширения узбекско-российского энергетического сотрудничества возлагаются на проект «Арал», в котором «Лукойл» сотрудничает с «Узбекнефтегазом», «КННК».

Сотрудничество с российскими компаниями весьма актуально и в плане расширения пропускной способности проходящих через Узбекистан экспортных газопроводов. Актуальность обосновывается тем, что сам Узбекистан рассчитывает в ближайшие годы увеличить экспорт газа до 20 млрд. кубометров в год за счет ввода в строй новых месторождений, а также по причине ожидаемого наращивания экспорта природного газа из Туркменистана, который традиционно транзитируется через Узбекистан.

 

 

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение