Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Дело пахнет керосином: почему нефтедобывающий Казахстан остался без авиатоплива?

Дело пахнет керосином: почему нефтедобывающий Казахстан остался без авиатоплива?


Материалы по теме:

«Бензин жоқ»: блеск и нищета казахстанского рынка нефтепродуктов

Заметки раздраженного алматинца: бензин тревоги нашей, и …курить все дороже

Сагинтаев увольняет вице-министров: дойдет ли дело до отставки всего правительства?


В понедельник казахстанский национальный авиаперевозчик «Эйр Астана» сделал сенсационное заявление: регулярное авиасообщение в Казахстане находится под угрозой срыва из-за критической ситуации на рынке авиатоплива. Имеющихся запасов керосина хватит только на первую неделю октября, утверждает крупнейший в Казахстане авиаперевозчик.

Компания назвала две причины коллапса на рынке авиатоплива: во-первых, прекращение поставок авиакеросина из России, во-вторых, предстоящая приостановка Шымкентского нефтеперерабатывающего завода, на котором производится модернизация мощностей. Как сообщила «Эйр Астана», основные поставщики авиационного керосина в Казахстан – ПАО «Газпромнефть», ПАО «НК Роснефть», ПАО «Лукойл» и ПАО «Татнефть» – втрое сократили поставки керосина в 2017 году, объясняя это переориентацией на внутренний российский рынок, где растет спрос на авиатопливо.

Заявление «Эйр Астаны» вскрыло критическую и во многом, конечно, парадоксальную для нефтедобывающей страны, зависимость Казахстана от российских поставок авиатоплива: на протяжении многих лет доля экспорта северного соседа на казахстанском рынке авиационного керосина составляет 70%.

Наконец, национальный авиаперевозчик не преминул «бросить камень в огород» Министерства энергетики РК, отметив, что его переговоры с Минэнерго РФ неэффективны, поскольку антикризисные меры носят временный характер.

Реакция Минэнерго РК на заявление «Эйр Астаны» последовала раздраженная: по-видимому, чиновникам не понравилось, что авиакомпания «выносит ссор из избы». На специально организованной пресс-конференции вице-министр энергетики РК Асет Магауов опроверг информацию о приостановке производства керосина на Шымкентском НПЗ и порекомендовал компании «Эйр Астана» консультироваться с профильным ведомством, прежде чем делать «громкие заявления». По словам чиновника, несмотря на ремонт отдельных мощностей, предприятие продолжит свою работу, да и в целом ситуацию на рынке нефтепродуктов Магауов охарактеризовал как «благополучную».

Наконец, вице-министр энергетики посоветовал аэропортам, «Эйр Астане» и другим крупным авиакомпаниям самим занимать «гораздо более активную позицию по обеспечению импорта». Тем самым, господин Магауов, похоже, снял с себя и со своего ведомства ответственность за ситуацию на топливном рынке, переадресовав претензии аэропортам, авиаперевозчикам и другим субъектам рынка.

В этот же день, в некоторых пабликах в соцсетях появились публикации, в которых утверждалось, что «Эйр Астана» намеренно нагнетает обстановку, чтобы вынудить правительство предоставить ей дешевое субсидированное авиатопливо.

20431602_1553806838024643_4430969101740783042_n.jpgТакой обмен любезностями в публичном пространстве между национальной компанией и правительственными чинами, безусловно, свидетельствует о конфликте настолько остром, что единственным способом решения разногласий видится обнародование его в масс-медиа. О том, что послужило его причиной – желание национального авиаперевозчика получить льготы и субсидии или системный кризис на рынке нефтепродуктов – мы побеседовали с главным редактором журнала «Эксперт - Казахстан» Сергеем Домниным:

- Сергей, ситуация на рынке авиакеросина действительно настолько серьезная, как ее обрисовывает «Эйр Астана», или прав Минэнерго, который заявляет, что опасения беспочвенны и ситуация находится под контролем? Как так сложилось, что Казахстан настолько критически зависит от поставок авиационного керосина из Российской Федерации?

- Как экономический обозреватель, который отслеживает ситуацию на рынке топлива и нефтепродуктов в Казахстане, могу отметить следующие закономерности. Первое, Казахстан, действительно, не обеспечивает в полном объеме внутреннее потребление ни в одно из видов светлых нефтепродуктов – ни в дизтопливе, ни в высокооктановом бензине. Поэтому определенную часть – в одни годы 20%, в другие – 40% – от необходимых объемов этой продукции Казахстан импортирует.

Все это характерно и для рынка авиационного керосина. Если вы взглянете на топливный баланс прошлого года, то увидите, что при объеме потребления в примерно 500 тыс. тонн керосина и 363 тыс. тонн реактивного топлива в год, Казахстан производит всего 1,7 тыс. тонн керосина и 255 тыс. тонн реактивного топлива, а остальные объемы завозит из-за рубежа.

Возможно, у кого-то это вызовет когнитивный диссонанс, но, действительно, страна, которая добывает нефть, не может обеспечить себя нефтепродуктами, что, по меньшей мере, странно.

Если же проблемы случаются у наших контрагентов – я имею в виду дефицит на российском рынке, то мы оказываемся заложниками критической ситуации.

Отмечу, что обеспеченность дизтопливом и бензином АИ-80 местного производства в целом значительно выше. Если и возникает дефицит в этих видах нефтепродуктов, например, осенью и весной во время посевной и уборочной кампании, то Минэнерго готовится к этому заранее. А вот в ситуации с керосином все произошло достаточно неожиданно – случайно сошлось сразу несколько факторов. Так получилось, что именно тот объем керосина, который не хватает Казахстану для внутреннего потребления, как раз-таки не могут поставить российские контрагенты.

Как известно, существует система квот на импортируемый керосин, которые распределяются между авиакомпаниями и аэропортами – и схема его распределения достаточно непроста и непрозрачна. Опять-таки в силу системного дефицита. В конечном счете, проблема проявилась именно сейчас, поскольку в России структуры, ответственные за продажу керосина, приняли решение о распределении производимых объемов на собственном рынке. В результате мы недополучаем необходимые объемы.

Какие вопросы «Эйр Астана» хочет в связи с этим решить – надавить на Министерство энергетики, получить лучшие условия – сказать однозначно сложно. В этой ситуации достаточно легко попасться на манипуляции, которые, по всей видимости, есть и в заявлениях национального авиаперевозчика, и в ответных комментариях Минэнерго.

Понятна и позиция Министерства энергетики, которое хочет избежать шумихи, поскольку проблема-то заявлена общестрановая – под угрозой находятся все авиаперевозки в стране – и поэтому стремится отвести критику от себя и найти крайнего в лице авиакомпании.

То есть ситуация достаточно неоднозначная.

Определенно можно сказать только то, что у нас в течение долгого времени сохранялся системный дефицит нефтепродуктов, в том числе авиационного керосина, и существовал высокий риск того, что в один прекрасный момент Россия по каким-то причинам, в том числе, по собственным внутренним, может недопоставить нам недостающие объемы, в результате чего у нас возникнет коллапс на рынке авиаперевозок.

Отмечу также, что практически весь импортируемый в Казахстан керосин завозится из России. Есть также очень небольшая часть поставок из Кыргызстана, но это, скорее всего, реэкпорт того же самого российского топлива.

Если уж в этой ситуации искать виновных, то, на мой взгляд, следует указать на должностных лиц, которые отвечали за решение проблемы обеспечения внутреннего рынка светлыми нефтепродуктами на протяжении последних десяти лет – Министерство энергетики, а также «КазМунайГаз», в чей собственности находятся нефтеперерабатывающие заводы. Именно они не решили эту проблему, в результате чего рынок авиаперевозок оказался в кризисной ситуации.

«Эйр Астана» в этой ситуации виновата, наверное, в наименьшей степени. Если бы у авиакомпании были комфортные условия закупок, если бы у нас был профицит на рынке керосина, то наверняка никакого конфликта и не было.

- Существует ли альтернативные схемы поставок авиационного керосина? Или все они замкнуты на Российской Федерации?

- Теоретически они существуют. Называются разные страны-производители нефтепродуктов – Туркменистан, Китай, Азербайджан. Однако на деле наладить поставки не так просто, особенно в экстренном режиме. Почему Россия является нашим постоянным партнером? Потому что у нас есть и технологическая совместимость, и давние связи с компаниями, специализирующимися на поставках светлых нефтепродуктов. Конечно, теоретически и потенциально возможность смены схемы импортных поставок есть, но логистически это сделать крайне сложно, особенно сейчас, в пожарном порядке.

- Модернизация Шымкентского НПЗ и мощностей других казахстанских нефтеперерабатывающих предприятий позволит что-то изменить?

- Как известно, Минэнерго заявил, что те технологические узлы, которые в настоящий момент модернизируются на Шымкентском НПЗ, в общем-то, не задействованы в производстве керосина. Если же мы заглянем в статистику учета нефтепродуктов за январь-июль нынешнего года, то производство керосина составляет 0,1% от потребляемого объема. На 99,9% Казахстана зависит от импортных поставок. По реактивному топливу, к сожалению, помесячных данных в открытом доступе нет.

Что можно сказать в заключение? Мы сами создали себе сложности тем, что системно не решали проблемы развития нефтеперерабатывающего комплекса. Возможно, после того, как завершится модернизация Шымкентского НПЗ и закончатся работы по расширению мощностей по производству различных видов светлых нефтепродуктов, после того, как завершится модернизация Павлодарского НПЗ, то тогда эта проблема решится. Во всяком случае, хотелось бы в это верить. Однако этого следует ожидать только после 2018 года.

Проблема заключается в том, что работы по модернизации нефтеперерабатывающего комплекса в Казахстане начались очень поздно. О ее необходимости начали говорить бог знает когда, еще в 2007-2009 годах. В 2010 году была презентована программа развития отрасли, согласно которой после 2015 года Казахстан должен был стать нетто-экспортером основной линейки светлых нефтепродуктов – бензина АИ-92, дизтоплива и керосина. Однако сначала инициаторы программы не могли найти денег, потом, когда инвестиции были найдены – все эти проекты софинансирует Банк развития Казахстана – помешали уже другие обстоятельства. Однако все эти годы нам удалось удачно избегать серьезных кризисов. Даже когда образовывался дефицит поставок бензина – в 2011, 2012, 2013 годах – и топливо продавали по талонам, острых конфликтов не возникало. Сейчас, видимо, проблема обострилась до предела, если национальная компания Эйр Астана так откровенно критикует Министерство энергетики.

P.S. 26 сентября последовала реакция Минэнерго РФ на заявление «Эйр Астана». Замминистра энергетики РФ Кирилл Молодцов опроверг информацию о нехватке поставок авиатоплива из России. «Я вчера разговаривал со своим визави в Казахстане. Жду, когда они их подпишут. Мы свое предложение [по поставкам на 2018 год] направили», — пояснил Молодцов в интервью журналистам РБК. По всей видимости, это означает, что переговоры российского и казахстанского ведомств на этот раз оказались более успешными. Значит, «Эйр Астана» надавила не зря? 


Материалы по теме:

«Бензин жоқ»: блеск и нищета казахстанского рынка нефтепродуктов

Заметки раздраженного алматинца: бензин тревоги нашей, и …курить все дороже

Сагинтаев увольняет вице-министров: дойдет ли дело до отставки всего правительства?





Теги: Казахстан, авиация

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение