Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Мельпомена в ночи: в Москве идут репетиции первого театра мигрантов «Аян»

Мельпомена в ночи: в Москве идут репетиции первого театра мигрантов «Аян»

11 Июня 2019

Автор:

Теги:

Поздно вечером, закончив работу, эти люди встречаются в киргизском кафе на станции метро «Волгоградский проспект» и... разучивают и репетируют пьесы. Несколько трудовых мигрантов из Киргизии хотят создать свой театр, а для первой постановки выбрали «Игру в царя» таджикского драматурга Джумы Куддуса.

Инициатор всего предприятия — уроженка юга Киргизии, преподаватель русского языка и литературы Айнаш Козубаева. В 2000 году Айнаш вместе с семьей переехала в Москву, где проработала продавцом-кассиром вплоть до 2010 года, а потом все вернулись на родину.

— Дети подросли, и им надо было поступать в вузы. Спустя несколько лет почти все они получили образование: один сын стал энергетиком, второй сын и дочь — историками. Сама я — учительница, мой супруг — архитектор-строитель. Но никто из нас не смог найти работу в Киргизии, и в 2016 году мы вернулись в Россию. Я по-прежнему работаю кассиром, супруг трудится в сфере ЖКХ, один сын — строитель, второй — повар, дочь работает в салоне красоты, — рассказывает Айнаш.

Отвечая на вопрос, как ей пришла идея заняться творчеством, она говорит, что «до определенного возраста ты думаешь только о том, как прокормить семью, построить дом, вырастить детей, провести им свадьбы, а когда они встали на ноги, появляется время и возможность подумать о другом». 

— Стихи я писала уже в Киргизии, но здесь стала еще активнее, потому что в миграции твои чувства обостряются, им нужен выход. К тому же в соцсетях я нашла единомышленников. У нас есть небольшой литературный клуб «Москва кайрыктары» («Московские напевы»), где собираются наши поэты, которые здесь занимаются самой разной работой.

В клубе Айнаш познакомилась с режиссером Садыром Сагынбаевым. Вместе у них возникла идея создать театр с участием мигрантов. 

— Мигранты в Москве поют, танцуют, пишут и читают, а вот театра у них еще нет, — говорит Айнаш. — С малых лет я с родителями ходила в наш театр в Оше, там раньше ставили хорошие спектакли. В Москве мне так этого не хватало, что я предложила Садыру создать собственный театр. Он идею поддержал, после чего в соцсетях я разместила объявление о том, что мы ищем актеров.

Африканские косички, бариста и фельдшер

Будущие актеры — обычные трудовые мигранты из Киргизии, которые работают в кафе, парикмахерских, швейных цехах, а вечерами едут сюда — репетировать.

Арслану Карынову 25 лет, родом он из Нарына, говорит, что театром увлекся еще в школе. В Москву Арслан приехал в 2007 году, за эти годы успел жениться и завести троих детей, а также открыть собственный бизнес — цех по пошиву женских платьев. 

— В Киргизии я шил шторы, но это такой товар, который люди покупают один раз в жизни, его совершенно невыгодно производить. А одежду шить интереснее, каждый сезон можно создавать новые коллекции. Причем образования у меня нет, выкройки я создаю по фотографиям, — рассказывает Арслан. — Рано или поздно тебе хочется вернуться в театр, начать играть снова. А имея собственный бизнес, легче выделить время для творчества.

Нурзиде Маданбек кызы 24 года. В Москве она зарабатывает на жизнь тем, что заплетает клиентам африканские косички.

— В Оше я получила образование дизайнера, в 2014 году приехала к маме в Москву. Хотела посмотреть, где это она так долго работает, а в итоге осталась здесь жить. Москва мне нравится, уезжать не хочу. До этого я два года прожила в Якутии, потом вернулась на родину, но после большого города в Бишкеке было уже как-то не так. Кстати, плести косички я научилась случайно: отдыхала в Сочи и решила сделать их себе самой. Занятие это меня так увлекло, что я быстро выучилась, и меня сразу же пригласили работать в салон, — рассказывает девушка.


Фото Айнаш Козубаевой

Однако сменой деятельности она не ограничилась. В Москве Нурзида пошла на курсы актерского мастерства и после года обучения получила диплом. Однажды ее мама узнала о театре мигрантов в Москве и спросила дочь, не хочет ли она попробовать себя на этом поприще. Девушка согласилась, и вот уже месяц ходит на репетиции.

Турсунай Митал кызы также родом из Оша, работает поваром в Москве с 2011 года.

— Вернуться на родину я хочу, уже три года там не была, скучаю. А театр для меня — это отдушина, — говорит Турсунай. — Вначале, правда, казалось странным, а потом я втянулась. Сейчас думаю о том, что хотела бы стать артисткой.

24-летний Фархад Аман уулу год назад приехал в Москву из Таласа. Трудился в суши-баре, сейчас временно сидит без работы. На родине парень окончил колледж по специальности «фельдшер», однако в медицину не пошел — слишком маленькая зарплата. Актерского образования у него нет, зато есть опыт выступления на сцене: в родном городе Фархад был звездой местной команды КВН.

Али Тологон уулу — бариста в арбатском ресторане. Когда в 2012 году он впервые оказался в Москве, ему было 18 лет.

— В России жизнь у меня изменилась кардинально. Полтора года назад я начал брать уроки вокала и игры на комузе. Их вел наш известный композитор, который также жил в Москве, но затем вернулся на родину. Некоторые ребята из тех, кто учился вместе со мной, пару раз даже выступали с концертами, а я не мог из-за плотного рабочего графика. Учился я для себя, пока сестра не познакомила с режиссером, набиравшим театральную группу. Сестра знала, что я всегда мечтал сняться в кино, а театр — почти то же самое, — говорит Али, которому неожиданно пригодились уроки вокала во время постановки «Легенды о манкурте» Чингиза Айтматова.

Гулбарчын Жарбекова приехала в Россию в 2005 году. Родом она из Кадамжая, по образованию биолог, в столице долгое время работала в Московском доме книги.

— В театр я попала совершенно случайно, — говорит Гулбарчын. — Мы были знакомы с Айнаш, она мне рассказала о своей идее и предложила поучаствовать в ее реализации. Театр мне нравился всегда, ведь это синтез картинки, музыки, хореографии, а порой даже и цирка. Первый театр был построен в Древней Греции в V веке до нашей эры, а в Москве первый мигрантский театр откроется в XXI веке. Надеюсь, что это будет пусть небольшая, но значимая нота в искусстве.

Гулбарчын считает, что было бы интересно увидеть спектакль о мигрантах, поставленный самими мигрантами. Миграция сейчас — актуальная тема для всего мира. Далеко не везде мигрантам рады, кое-где их побаиваются — в первую очередь потому, что мало знают о них и оттого не очень понимают. А театральные постановки могли бы исправить ситуацию.

Высказать до конца

Репетиции проходят в кафе после его закрытия — более подходящего помещения пока нет. Айнаш рассказывает, что раньше им вообще приходилось постоянно переходить с места на место, пока по объявлению о наборе актеров не позвонила Анзират Тасмаева. Именно она предложила свое кафе для проведения репетиций.

Анзират также родом с юга Киргизии. По специальности она хоровой дирижер. 

— В Оше я работала актрисой в кукольном театре. Так как я хорошо пою, то на родине часто выступала там, где требовалась музыка. В Москву я приехала в 2014 году, открыла кафе — это мой бизнес. А для себя продолжаю петь на различных мероприятиях диаспоры.

Конечно, Анзират не могла оставить без помощи театр мигрантов. 


Фото Айнаш Козубаевой

— Это сейчас артисты хорошо живут, — говорит она. — А я помню, как тяжело нам было в девяностых, с трудом выживали: зарплаты низкие, реквизита не хватает, многие вещи мы приносили из дома. Однако на родине все равно легче, всегда кто-то поможет. Другое дело — чужая страна, здесь с этим сложнее, поэтому я и откликнулась. 

Пока будущие мастера сцены ужинают перед репетицией, разговариваю с режиссером. Начинающие актеры почтительно называют его «ага» — учитель. Садыр Сагынбаев приехал в Москву два года назад — повышать квалификацию на режиссерских курсах ВГИКа. Он немного ностальгирует по СССР: после его развала изменилось качество кино и театральных спектаклей, а многие актеры и вовсе остались без работы.

— Я окончил Фрунзенское художественное училище и два года работал художником-мультипликатором на «Кыргызмультфильме», — говорит Садыр. — В 1986 году с третьего раза поступил во ВГИК, после окончания должен был отработать на «Кыргызфильме». Но работы там было немного. К счастью, в то время я занимался восточными единоборствами и познакомился с южнокорейским тренером. Мы начали тренировать молодежь, сотрудников президентского спецназа «Альфа».

Кроме того, Садыр занимался кок-бору и на каком-то тое показал свое умение верховой езды. Его заметил известный еще с советских времен каскадер Усен Кудайбергенов и пригласил к себе. Вместе они работали над казахским фильмом «Кочевник», в котором было задействовано 120 каскадеров и 85 лошадей. Однако времена были сложные, выживать было тяжело, и Сагынбаев уехал в Европу. Там он некоторое время зарабатывал тем, что писал портреты, но в итоге все-таки вернулся на родину: его пригласили художником в Бишкекский ТЮЗ. Параллельно он много снимался в кино, поэтому в своей стране больше известен не как художник, а именно как актер.

Садыр Сагынбаев рассказал, что в 2006 году, во время его работы в ТЮЗе, на Иссык-Куле проходил театральный фестиваль, специально для которого была поставлена пьеса «Игра в царя». Режиссером спектакля стал народный артист Алмаз Сарлыкбеков, а на премьеру был приглашен сам автор — Джума Куддус. Тогда спектакль получил Гран-при и еще несколько призов, в том числе за лучшую женскую и мужскую роли и за музыку. Приз тогда получил и Садыр — как лучший художник-постановщик.

А в Москве Сагынбаев решил поставить «Игру в царя» заново. 

— Мне показалось, что тогда мы чего-то не высказали до конца, не доделали, поэтому я хочу сделать спектакль еще лучше, — говорит режиссер.

Актера могут депортировать

У театра уже есть название — «Аян», с киргизского это переводится как «предвидение». 

Впереди — не только репетиции и премьеры, но и организационные, и деловые хлопоты: юридическое оформление театра, поиски помещения и средств на постановку. Хотя в этом смысле театру немного легче: декорации, костюмы и реквизит создаются собственными силами.


Фото Айнаш Козубаевой

Всего в пьесе шесть действующих лиц, и она будет поставлена на киргизском языке. Чтобы не возникало накладок, в спектакле будут заняты два состава актеров. 

— Может получиться так, что кого-то не отпустят с работы или полиция задержит. Вдруг мы получим приглашение на фестиваль, а моего актера депортируют, что мне тогда делать? — задает риторический вопрос Садыр-ага.

Такой случай уже был, когда труппа выступала на одном из мероприятий диаспоры. Тогда вместо не явившегося участника на сцену вышел сам режиссер.

В планах Садыра и Айнаш — создать не просто театр, а театр, который станет известен всему миру. При этом режиссер философски относится к тому, что почти все его артисты не имеют специального образования.

— Все люди талантливы, — говорит Садыр-ага. — Надо только раскрыть этот талант, подобрать к нему ключик. Я не только хочу поставить спектакль, я хочу вывести его на другой уровень — так, чтобы с нашими постановками мы гастролировали по всему миру. Хочу создать серьезный театр, где профессиональные спектакли будут ставить и другие режиссеры.

— А моя мечта — чтобы наши ребята стали известными актерами и выступали на больших площадках, — говорит Айнаш. — А чтобы мечта сбылась, надо много работать. Так что заканчиваем интервью — настало время ночных репетиций.

Автор: Екатерина Иващенко
Источник


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение