Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Заместитель помощника госсекретаря США МЭТЬЮ БРАЙЗА рассказал «Коммерсанту» про миротворчество и пацифизм США.

4 Августа 2008

Автор:

Теги:
 

Заместитель помощника госсекретаря США МЭТЬЮ БРАЙЗА рассказал «Коммерсанту» про миротворчество и пацифизм США.

 

 

 

-- Вы приезжаете в Москву уже второй раз с начала лета. Тогда вы обсуждали ситуацию в Грузии. А на этот раз?

 

- Да, я обсуждал грузинскую тему с генералом Евгением Бужинским в Минобороны (начальник международно-договорного управления МО РФ.- "Ъ"), а также с первым замглавы МИДа Андреем Денисовым.

 

- Ситуация настолько серьезная, что вы уже встречаетесь с российскими военными?

- А почему нет? В абхазском вопросе есть аспекты, которые относятся и к дипломатической, и к оборонной сфере. Например, российская база в Гудауте. Сюда же относится и проблема российских миротворцев в зоне конфликта.

 

- Вы обсуждали какие-то конкретные предложения?

- Для нас сейчас самое главное, чтобы Грузия и Абхазия начали прямые переговоры. Формат не имеет значения. Это может происходить в рамках группы друзей генсека ООН, что было бы для нас наиболее предпочтительно. США представлены в этой группе, так же как и Россия. Но если стороны захотят говорить отдельно в каком-то другом месте - ну и отлично.

 

- А как вам Санкт-Петербург или Сочи?

- Замечательно! Санкт-Петербург, Сочи, Новосибирск - нам абсолютно все равно. Лишь бы они говорили друг с другом. Если стороны считают, что они хотят говорить без участия США,- хорошо, если хотят нашего участия - отлично. Перед нами стоит очень ясная задача - разрешить этот конфликт так, чтобы это отвечало национальным интересам США. А какие у нас национальные интересы в Абхазии? У нас их нет вообще. В США нет богатых олигархов, которые выкупают абхазские пляжи, мы не хотим превратить Абхазию в источник песка и гравия для олимпийских строек в Сочи, никаких деловых интересов у нас там нет. Наш единственный интерес - чтобы в регионе не было войны, чтобы Грузия была стабильной.

 

- А трубопроводы через территорию Грузии вроде Баку-Тбилиси-Джейхан?

- Конечно, у нас есть такие интересы на Южном Кавказе. Мы этого не скрываем. Прежде всего это интересы безопасности. Затем энергетические - трубопроводы и все в этом роде. Разумеется, эти интересы у США есть. А третий интерес - это продвижение демократии. И мы не можем добиться успеха, если не двигаемся сразу по всем трем направлениям. Так что наш интерес к "замороженным конфликтам" совершенно ясен. Причем решение должно позволить сохранить территориальную целостность Грузии. Это официальная позиция не только США, но и России. Независимо от каких бы то ни было провозглашений независимости, Абхазия юридически является частью Грузии. Но вопрос о статусе - самый отдаленный. Пока что мы должны заняться экономической реабилитацией региона, а прежде всего снизить военную напряженность.

 

- Но для этого придется устранить конкретные препятствия. Например, решить вопрос с присутствием грузинских подразделений в верхней части Кодорского ущелья.

- Прежде всего мы выступаем за начало переговоров без всяких предварительных условий. Мы надеемся, что на первом этапе стороны договорятся о неприменении силы. И этого хочет не только Москва, но прежде всего Сухуми. Абхазы боятся, что Грузия может на них напасть.

 

- А эти страхи обоснованны?

- Не знаю, обоснованны они или нет, но страх у них совершенно реальный. Абхазы должны получить от грузинской стороны гарантии безопасности четырех видов. Прежде всего что не будет вооруженного конфликта. Во-вторых, это экономическая безопасность. Мы бы хотели, чтобы Абхазия экономически взаимодействовала с Грузией, Турцией, странами ЕС и другими государствами по берегам Черного моря. Должны быть гарантии культурной и политической безопасности. Когда грузинские беженцы в большом количестве вернутся в Абхазию, политические и культурные права абхазского меньшинства могут оказаться под угрозой, так что грузинской стороне следует подумать об их защите при формулировании мирного плана. Что касается Кодори, то здесь абхазская сторона должна предложить что-то в обмен на вывод грузинских полицейских. Все это должно стать частью единой пакетной сделки, и стороны даже начинали обсуждать ее. Им просто нужно сесть за стол переговоров.

 

- Почему же эти переговоры не начинаются?

- Грузинская сторона была готова их начать. Когда в конце июля я был в Тбилиси, грузинское руководство было готово поехать в Берлин на переговоры. В Сухуми я пытался убедить президента Сергея Багапша и главу МИДа Сергея Шамбу поехать в Берлин, но они настаивали на выполнении предварительных условий.

 

- Российские дипломаты тогда же дали понять, что считают эту встречу преждевременной.

- Не могу комментировать, были ли там какие-то закулисные договоренности. Могу лишь отметить, что по случайному совпадению обе стороны одновременно отказались приехать в Берлин. Может быть, это было не случайно, я не знаю.

 

- Но в мае стороны уже начинали прямые переговоры: в Сухуми приезжал постпред Грузии в ООН Ираклий Аласания. Вы посетили Абхазию за день до этого, причем Москва вроде была не против. Что произошло?

- Я сам не понимаю. У меня в Сухуми прошли очень конструктивные переговоры. После них Сергей Шамба сказал, что абхазская сторона готова к началу прямых переговоров и чувствует себя увереннее из-за присутствия американской делегации. Это было отличное начало. Через несколько недель Грузия объявила в ООН, что отменяет полеты БПЛА над Абхазией и просит Россию лишь консультироваться с Тбилиси, если она предпринимает какие-то действия в Абхазии, а также вывести из региона своих десантников и тяжелую артиллерию. А на следующий день Москва ввела в Абхазию железнодорожные войска.

 

- Вскоре после этого в начале июня вы посещали Москву. Как было воспринято столь активное участие США?

- Совершенно нормально. Ведь мы уже являемся частью переговорного процесса как член группы друзей генсека ООН по Грузии. Это факт.

 

- А российские дипломаты поднимали тему вступления Грузии в НАТО?

- Она присутствует всегда во всем, что касается Грузии. И наша позиция здесь совершенно прозрачна: Грузия выполнила все условия для получения ПДЧ. Но это далеко не то же самое, что членство в альянсе. И для вступления в НАТО Грузии еще предстоит пройти огромный путь.

 

- Должен ли вопрос о вступлении Грузии в НАТО быть включен в пакет договоренностей по абхазскому урегулированию? Вы неоднократно говорили, что Россия является стороной конфликта в Грузии, а у каждой стороны есть свои интересы.

- США выступают против подобной увязки. Грузия хочет вступить в альянс, и мы поддерживаем это желание. Вовсе не потому, что мы хотим уколоть Россию. Мы знаем, что Москва волнуется за безопасность своих южных рубежей, этого "мягкого подбрюшья" России, еще со времен Ивана Грозного, и мы не хотим вновь разжигать эти страхи.

 

- Но в американском экспертном сообществе уже предлагаются довольно жесткие меры по отношению к России в связи с ситуацией вокруг Грузии. Достаточно вспомнить недавний доклад эксперта Атлантического совета Дэвида Филиппса, который предложил бойкотировать Олимпиаду в Сочи и вести над Абхазией воздушное патрулирование силами НАТО.

- Сейчас ситуация не дошла до того, чтобы всерьез говорить о бойкоте Олимпиады в Сочи со стороны США. Но если в Абхазии будет война, всего в нескольких километрах от Красной Поляны, Олимпиаде это явно не будет способствовать.

 

 

Комментарий ИАЦ МГУ.

Забавно как Брайза встает в позу удивления, когда его спрашивают о причине отказа Багапша от переговоров в Германии. Будто между месяцем маем и концом июля в Абхазии не было терактов и совсем не было активности грузинских военных и полицейских в зоне конфликта, не было жесткого давления Тбилиси. По его словам получается, что эти странные абхазы все на Москву поглядывают, в то время когда им добра желает такая сверхдержава и мирные соседи в Грузии.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение