Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Йохан Бекман: «В Европарламенте есть депутаты, которые активно занимаются фальсификацией истории»

27 Июня 2011

Автор:

Теги:


О методах борьбы с неонацизмом «Голосу России» рассказал председатель Антифашистского комитета Финляндии, известный правозащитникЙохан Бекман

 

Гаспарян: В студии «Голоса России» – председатель Антифашистскогокомитета Финляндии, известный правозащитник Йохан Бекман. Мы с вами беседуем накануне скорбной даты для всех народов бывшего Советского Союза – 70 лет начала Великой Отечественной войны.Существует международное правозащитное движение «Мир без нацизма», куда вы тоже входите. Неужели спустя 70 лет человечество стоит перед угрозой некой реинкарнации нацизма? Ведь была получена достаточно страшная прививка. Советский Союз потерял 27 миллионов человек. Прошло 70 лет, и мы наблюдаем, что появляется движение «Мир без нацизма». С чем это связано?

Бекман: Наша Международная правозащитная организация «Мир без нацизма» была создана два года назад. Сейчас идет процесс регистрации воФранции. В ее состав входят общественные организации более чем из 30 стран мира. Я – член президиума.

В Финляндии на сегодняшний день действительно есть проблема неонацизма и проблема фальсификации истории. Фальсификаторы истории пытаются создавать ложный образ войны, именно в таком тоне, что нападение Гитлера на Советский Союз – это справедливое нападение. Во-вторых, они пытаются создавать картину, что войска СС, например, – это личная охрана Гитлера.

Гаспарян: Изначально, на первом этапе, она была такой. Потом просто разрослась.

Бекман: У них была клятва Гитлеру. То есть за Гитлера воевали именно войска СС. Это надо вспомнить. Например, в Эстонии, Латвии и Финляндии пытаются создавать ложную историографическую картину по поводу войск СС,что эти войска якобы воевали, например, за независимость Эстонии или Латвии, или даже за независимость Финляндии.

С Финляндией эта ситуация намного сложней, потому что финские войска СС воевали в Чечне. Как финны-эсэсовцы смогли в Чечне защищать независимость Финляндии? Это очень сложный вопрос. Поэтому понятно, как тяжело фальсифицировать историю.

К сожалению, это актуальная угроза – угроза неонацизма, неонацистскихорганизаций. Главная проблема – политические деятели, которые поддерживают политику неонацизма. К сожалению, таких политических деятелей можно найти во многих странах Евросоюза, Европы, особенно в Эстонии и Латвии. Я бы сказал, что это и угроза для национальной безопасности России – угроза войны.

Гаспарян: Я хорошо помню, как весь этот процесс начинался в начале 90-х годов, когда в Латвии стали проводить парады бывших легионеров 14 и 15 дивизий «Ваффен СС». То же самое стали делать в Эстонии. На Западной Украине появилась дивизия «Галичина», которую можноназвать религиозным культом, потому что то, что там происходит, с трудом можно назвать какой-то исторической памятью. И тогда всем нам в России казалось, что перебесятся, пройдет год, два, три, эта волна спадет и останется просто память о вселенской гуманитарной катастрофе, которая произошла.

Однако мы видим, что мало того, что это не происходит, это получило достаточно странное развитие. И не очень понятно, как этому противостоять. Если войска СС Нюрнбергским трибуналом официально признаны преступной организацией, если на счету того же латвийского легиона СС огромное число совершенных военных преступлений в той же Белоруссии. Культ ОУН-УПА на Украине. Это, извините, – волынская резня. Но ведь никакие аргументы не действуют, и из уст политиков этого регионамы всегда слышим: «Это все советская выдумка, ничего подобного не было». Что же делать тогда?

Бекман: Это очень хороший вопрос. Мы, конечно, пытаемся что-то делать. Мы пикетировали, например, организовали пресс-конференции. Мы пытались передать объективную информацию. Сейчас мы очень эффективно работаем с Америкой. Там была создана организация «Америка без нацизма».В каждом государстве мы сейчас пытаемся создавать аналогичные организации.

Недавно я получил информацию о том, что в Финляндии завершена регистрация организации «Финляндия без нацизма». Все эти годы мы пытались противостоять этому движению, но, к сожалению, никаких изменений не заметили. В Эстонии и в Латвии продолжается одно и то же.

Каждый год в Эстонии в конце июня идет прямая кларификация нацизма. Это происходит каждый год. А то, что мы в прошлом году пытались пикетировать, тогда уже весь Финский антифашистский комитет попал в «черный список» истории. Нас туда не пустили. То есть мы не сможем даже откровенно говорить об этом.

Естественно главная проблема в том, что в школах Эстонии, Латвии и Европы идет фальсификация истории. То есть у школьников, молодежи ложнаякартина истории. И они сами не понимают этого. Они думают, что эсэсовцы– это герои, которые воевали за нашу независимость. И главный преступник – это Сталин.

В Финляндии даже молодые политические деятели не знали, что 22 июня было начало Второй мировой войны, нападение Гитлера на Советский Союз. Самый хороший пример – это фильм латышского кинорежиссера Эдвинса Шноре «Советская история». Кстати, Шноре недавно был в Хельсинки, показывал свой фильм.

Гаспарян: Какова была реакция аудитории на эту знаменитую фальшивку?

Бекман: Во-первых, это было маргинальное мероприятие. То есть в аудитории были активисты реваншистских организаций и антирусских организаций Финляндии. Поэтому это не было массовым мероприятием, но онипытались. У нас есть реваншистская организация «Про-Карелия», которая требует с вас территории.

Гаспарян: Все от зимней войны 1939 года идет?

Бекман: В принципе, да. У них уже были такие требования – с Республики Карелия что-то тоже требуют. «Про-Карелия» организовала показы фильма «Советская история» по всей Финляндии, по всем городам, постоянно всем показывая, что там идет именно прямая фальсификация истории.

Вы спрашивали, как решать этот вопрос. Я думаю, что сейчас надо болееактивно издавать материалы именно на английском языке. Надо работать вместе с такими союзными государствами как США и Франция. Во Франции сегодня очень развито антифашистское движение.

Гаспарян: Исторически был развит знаменитый французский Резистанс.

Бекман: Резистанс, вот именно, конечно. И поэтому мыдолжны издавать литературу на французском языке, организовать пресс-конференции на французском языке, на английском языке. То есть, мыдолжны это сделать на всех языках и именно издавать объективную литературу для молодежи. Это самое главное. И еще я хочу добавить, что главная проблема – то, что происходит в Европарламенте.

В Европарламенте есть депутаты, которые активно занимаются фальсификацией истории именно против России, против интересов России. И,естественно, не все депутаты Европарламента русофобы, но там есть отдельные люди, которые профессионально занимаются с утра до вечера и пытаются лоббировать всякие заявления в Европарламенте, всякие документыпо поводу…

Гаспарян: Вы имеете в виду знаменитую резолюцию приравнивания коммунизма и нацизма, за одинаковую ответственность за Вторую мировую войну. 23 августа должен был быть всеевропейский День скорби, День памяти.

Бекман: Я бы сказал, что это не очень знаменитая резолюция.

Гаспарян: Она печально знаменитая…

Бекман: Печально знаменитая, но это была не самая успешная резолюция, то есть пока им не удалось сделать то, что они хотели. Была такая резолюция, конечно, и они еще дальше пытаются что-то сделать. И сейчас они планируют еще что-то.

У них такая идеология, что Сталин хуже Гитлера, Сталин виноват во всем, это была какая-то оборонительная война против Сталина. И в этом тоне они пытаются также воспитывать детей в школах Европы.

Гаспарян: Йохан, я перед тем, как встречаться с вами вспомнил, что, по-моему, год или два назад я видел ваше выступлениена одном из латвийских телеканалов вместе с Александром Дюковым, который тоже у нас здесь частенько бывает.

Там вы в частности как раз обсуждали все эти вопросы, и противостоял вам убежденный абсолютно в своей правоте человек, который рассказывал о том, что это латвийские легионеры СС – это герои, которые сражались за независимость и все такое прочее. То, что вы говорили, былиабсолютно верно, но не было услышано им. Так показал финал дискуссии. Ировно то же самое наблюдается абсолютно на всех площадках.

Представители движения «Мир без нацизма», историки, правозащитники, общественные деятели, политики, отвечая постоянно на этупреднамеренную фальсификацию истории, говорят абсолютно правильные вещи. Но, может быть, стоит говорить просто об этом жестче, используя немного другую риторику. Идет же фактически какая-то беседа спокойная. Но эта мягкость оборачивается тем, что ваши оппоненты чувствуют свою полную безнаказанность, судя по итогам.

А иначе бы это, может быть, было по-другому. Ровно то же самое мынаблюдали с переносом Бронзового солдата. Ведь была мягкая риторика очень со стороны и России, и правозащитных организаций историков. Может быть, стоит просто жестче обозначать свою позицию уже?

Бекман: Я понимаю это. Во-первых, эстонские и латышские спецслужбы не хотят, чтобы мы вообще обсуждали эти вопросы, поэтому они запрещают наш приезд. То есть, мы все в черном списке. Латвийские антифашисты в черном списке, эстонские антифашисты в черном. Ироссийские в черном списке. То есть, российские антифашисты не смогут приезжать в Европу. У них виза Шенген запрещена именно благодаря эстонской полиции безопасности.

Они меня не пустили в Эстонию. И латвийские спецслужбы не пустят в Эстонию, эстонские не пустят в Латвию. Они очень хитро пытаются всякие дискуссии, разговоры запретить. Жестче, конечно. Но я думаю, что это не мое дело. Россия сама должна определять, как реагировать на ситуацию.

Гаспарян: Нет, я имею в виду персонально это международное движение «Мир без нацизма», куда входит и «Америка без нацизма», и «Финляндия без нацизма», и Украина, и Россия. Вот именно сбалансированную жесткую позицию всего международного движения, не по отдельности, а сомкнутый единый кулак.

Бекман: Но у нас уже есть, конечно, достаточно жесткая позиция, мы не отрицаем факты в том, что СС – это преступная организация. Они не могли воевать за независимость Эстонии, потому что Эстонии тогда не было. Они воевали лично за Гитлера.

Они просто защищали? Что они защищали? Они не защищали независимость Эстонии, они защищали концлагеря Эстонии, где евреев уничтожали до концавойны буквально. Поэтому жестче сделать – это очень сложный вопрос. Есть такой вариант – искать какие-то компромиссы, общаться с ними, пригласить на пресс-конференцию, на «круглый стол».

Есть и более мягкий вариант, потому что, если мы сейчас выступаем более решительно, тогда они вообще не будут никогда с нами общаться. Но ядумаю, что надо просто издавать книги, учебники на латышском языке, эстонском языке, финском языке, английском, французском языке. И интересные фильмы, можно художественные фильмы. Можно театральные мероприятия антифашистские организовать, музыкальные мероприятия, концерты. Я думаю, что это правильный путь.

Есть еще такая проблема, что власти именно Эстонии и Латвии считают, что мы сотрудники ФСБ, КГБ, то есть, мы не занимаемся никакими объективными историографическими моментами, а просто агенты спецслужб. Они так пишут прямо в своих ежегодниках.

Гаспарян: Да, я читал.

Бекман: Да. То есть, и они немножко сами уже такие параноидальные, они не верят, что мы просто историки, журналисты, общественные деятели, правозащитники. Они думают, что мы вообще какие-тополицейские или кгбшники. Это неправда, это их проблема. И откуда эта мифология? Конечно, мы должны изучать корни этой мифологии, откуда они. Почему именно они не хотят.

То есть, кто стоит за полицией безопасности Эстонии, например, откудаони получают эти советы для такой деятельности. Сейчас мы намерены, американские коллеги от организации «Мир без нацизма» намерены вручить письмо премьер-министру Эстонии по поводу деятельности мероприятий. Каждый год в конце июля, где идет постоянно кларификация нацизма, в прошлом году у нас был очень успешный пикет. Мы там создавали еврейский концлагерь.

Гаспарян: В миниатюре, естественно.

Бекман: В миниатюре, но очень успешный для журналистов, и пикетирование. Естественно, это немножко влияло на ситуацию, на общую атмосферу. Но как мы сможем изменить атмосферу? Это очень тяжело, потому что атмосфера в Эстонии, в Латвии, вокруг этих мероприятий такая: они откровенно показывают нацистскую символику, свастики. Там представители власти, правительства, парламента, это нехорошо, конечно.

Гаспарян: Я не случайно затронул аспект, что надо быть жестче. В основе всего лежит вердикт Нюрнбергского военного трибунала, где максимально подробно описаны совершенные Третьим Рейхом преступления против человечества, максимально описаны. Эти позиции не терпят какого-то двойного толкования.

Но мы ведь, к сожалению, почти не напоминаем о том, что это было,к огромному сожалению. Ведь по большому счету произошло что? Прошло 70 лет, для молодого  поколения война стала чем-то таким далеким. Хотя по-прежнему страшным, но уже далеким. И ужасы тех лет воспринимаются уженемного по-другому, просто фактически как голая история, но ведь это была совсем другая история. Суммарно свыше 50 миллионов человек погибло,это страшная цифра.

И ООН принимала резолюцию о том, что априори невозможен пересмотритогов Нюрнбергского военного трибунала. В ряде восточно-европейских стран это происходит, может быть, международное движение «Мир без нацизма» должно озаботится тем, чтобы приготовить некое предложение, резолюцию для генеральной ассамблеи ООН, чтобы еще раз показать невозможность, недопустимость подобного отношения к истории собственной страны. Пусть это Латвия, пусть это Украина, пусть это Эстония. Героизируются военные преступники, вещи надо своими именами просто называть.

Бекман: Вы понимаете, такие проблемы нужно уже решать на национальном уровне законодательства. Например, в Германии невозможно, конечно, организовать какие-то мероприятия.

Гаспарян: Потому что очень жесткую денацификацию они проходили в 1945, в 1947 году.

Бекман: Естественно, там запрещено уголовным кодексом всевозможная символика. Это происходит в Эстонии, в Латвии, на Украине, в Польше тоже в какой-то степени, во многих государствах постсоветского пространства, в Европе происходит, конечно. Естественно, решать эти вопросы, эти проблемы надо каким-то образом вместе с США, вместе с политическими деятелями США, потому что Америка же главный союзник в войне против Гитлера.

Гаспарян: «Мир без нацизма», сколько всего государств планируется объединить в это международное движение?

Бекман: Сегодня в составе «Мир без нацизма» около 30государств и до трехсот общественных антифашистских организаций. И мы пытаемся еще создавать в каждом государстве именно аналогичные структуры, например, «Америка без нацизма», «Финляндия без нацизма», «Россия без нацизма», «Украина без нацизма». Уже созданы в Латвии и Эстонии.

И в каждом государстве мы после создания этих организаций проводим активную антифашистскую деятельность. Я бы сказал, что оригинальное название нашей организации «Мир без нацизма», а мы начали создавать нашуорганизацию два года назад, – «Международный антифашистский фронт». То есть мы – фронтовики информационной войны, в каком-то смысле этого слова.

Гаспарян: Я надеюсь, что эта война рано или поздно завершится все-таки триумфом. Если вооруженная борьба в с ТретьимРейхом закончилась его разгромом, то, по идее, и информационная должна закончится таким же крахом, теперь уже постнацистской идеологии.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение