Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Серик Бейсембаев: Попытки изменить общество похожи на борьбу с ветряными мельницами

Серик Бейсембаев: Попытки изменить общество похожи на борьбу с ветряными мельницами

20.10.2017

Автор: Жанар Тулиндинова

Теги: Казахстан

Программа модернизации общественного сознания, запущенная в Казахстане в 2017 году, вызывает противоречивые оценки. О том, можно ли «спустить сверху» готовую инструкцию по модернизации сознания и как на сегодняшнем этапе строятся отношения между казахстанским обществом и государством мы побеседовали с известным социологом, руководителем программы внутриполитических и социальных исследований Института мировой экономики и политики при Фонде Первого Президента РК – Елбасы Сериком Бейсембаевым. Начало интервью читайте здесь:

- Серик Несипкулович, если, по вашему мнению, прямая бюрократическая логика применительно к социальным процессам не эффективна, то как бы оценили перспективы программы модернизации общественного сознания?

Это еще одна амбициозная задача, достижение которой полностью подчинено логике существующей системы бюрократического управления. Известно, что в рамках программы модернизации общественного сознания разработан план-мероприятий и запущены несколько проектов. Каждый из них по своему интересен и актуален. Однако опять же, по моему, возобладал командно-административный подход, когда в качестве результатов программы выставляются количество проведенных встреч, мероприятий и выпущенных материалов в СМИ.

Ведь под общественным сознанием подразумеваются чаще социокультурные факторы, которые действительно важны при осуществлении масштабных реформ. Но, мне кажется, что самое главное иметь глубокое научное представление о специфике нашего общества, его ценностях и установках. Пытаться их изменить или управлять ими – больше похоже на борьбу с ветряными мельницами.

Тем более что я считаю, что с общественным сознанием у нас все в порядке. Данные наших опросов показывают, что среди граждан преобладает готовность к поступательным переменам, а резкие изменения, способные дестабилизировать ситуацию, ими отвергаются. Достаточно высоким является поддержка текущего политического курса, несмотря на все экономические трудности.

Поэтому, мне кажется, что лучше сосредоточиться на решении более прагматичных и осязаемых задач. Например, недавно стало известно, что Казахстан потерял свои позиции в глобальном рейтинге конкурентоспособности, выбыв из топ-50 стран. Очевидно, что экономические реформы не дают желаемого результата. Также беспокойство вызывает ситуация с уровнем жизни населения. В условиях удорожания продуктов питания и товаров первой необходимости растет тревожность граждан и повестка становится исключительно социально-экономической.

- Ранее вы отметили, что Казахстану нужны инклюзивные идеи, которые будут объединять казахстанское общество, а не разобщать его по этническому принципу. Что бы ни говорили о равенстве всех этносов в Казахстане, все-таки существуют негласные ограничения. Иногда это может касаться просто степени свободы выражения своего мнения, однако и это может восприниматься гражданами крайне болезненно. Очень емко эту мысль выразил блогер Денис Кривошеев: «Русские потеряли право на собственное мнение, на публичное его выражение». Как вы считаете, существуют ли такие инклюзивные идеи сегодня? Являются ли таковыми сегодня подзабытый концепт «казахстанской нации», «казахстанской идентичности»?

- Не могу согласиться с тезисом господина Кривошеева. Если у нас в стране есть проблемы с доступом к публичному пространству, то это не проблема отдельно взятых этнических групп.

В целом, мне кажется, что запрос на инклюзивность у нас постепенно вырабатывается. Сегодня мы наблюдаем, как в крупных городах – Алматы, Астана – активная часть граждан уже формирует ее. Это могут быть такие проекты, как TEDx Алматы и другие площадки, которые проводятся на протяжении вот уже нескольких лет силами энтузиастов. Можно легко заметить, что одной из центральных тем этих площадок как раз развитие инклюзивности, открытости и толерантности в нашем обществе.

Думаю, это один из признаков того, что есть импульс со стороны общества: мы хотим жить в государстве, где люди не делятся на этнические группы и имеют одинаковые гражданские права.

Хотя надо сказать, что параллельно с этим существует общественный запрос на этническую эксклюзиву. Это параллельное развитие двух противоположных дискурсов, является следствием той информационной революции, которую мы сегодня все переживаем. Когда большая часть населения имеет доступ не только к получению информации, но и к ее производству и распространению.

Сегодня любые идеи, ранее считавшиеся маргинальными и даже девиантными, имеют шанс на то, чтобы быть озвученными и заразить собою умы. Поэтому мы наблюдаем невиданное многообразие идей. Общество это пугает: мы интерпретируем эти процессы, что наступление эпохи популизма и демагогии, или, как недавно выразился колумнист Ринат Балгабаев, «болливудизации общественного сознания». Хотя это закономерный процесс в условиях информационной революции.

Просто на нынешнем этапе трудно осмыслить происходящее. Мы привыкли жить в информационной среде, в которой есть 2-3 источника, формирующих мейнтримный дискурс, и несколько маргинальных. Для нас это зона комфорта. И вдруг выяснилось, что на самом деле альтернативных дискурсов очень много и у них много сторонников.

Как исследователь я могу только приветствовать эти процессы, поскольку они подстегнут общественную активность, и в случае благоприятного развития приведет к росту политического самосознания и гражданской активности казахстанцев. Следующие несколько лет в этом плане будут очень интересными.

- Во всем этом многообразие дискурсов и конкуренции идей можно выделить религиозный дискурс, в котором распространяются, в том числе, радикальные идеи. Насколько опасны они для казахстанского общества, учитывая новую информационную реальность?

- Безусловно, у исламского дискурса есть своя ниша, своя аудитория и он активно расширяется. Он тоже очень разнообразен, что опять-таки пугает общество и государство, которые хотели бы иметь дело с «понятным исламом», вписывающимся в привычные представления о «правильной» религиозности. Но, к сожалению, есть масса идей, которые не вписываются в традиционный для Казахстана ислам.

Ислам – это глобальное явление и глобальный феномен и мы неизбежно будем получать его во всем многообразии, в том числе в тех формах, которые считаются для нас неприемлемыми. Трансформация ислама, его смыслов, его влияния на политику и общество – это общемировой процесс. При всем желании мы не сможем подстроить его под наш контекст. Люди будут получать информацию из разных источников и, как бы не препятствовали этому правоохранительные органы – слушать проповедников, которые не входят в ДУМК.

К тому же сегодня у нас растет двух- и трехъязычная молодежь, которая может обращаться к арабоязычным и англоязычным источникам напрямую, без посредников в лице местных проповедников, занимающихся переводом. Это новые реалии, в которых сложно будет найти ответственного за распространение радикальных идей. И они все менее будут поддаваться блокировке.

Поэтому лучше делать акцент на том, как сделать общее религиозное пространство более толерантным и готовым к взаимодействию.


Теги: Казахстан

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение