Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Настоящие политики на фоне генерации homo democraticus

Настоящие политики на фоне генерации homo democraticus

22.03.2020

Автор: Сергей Масаулов

Прошло уже почти 30 лет с момента начала эксперимента по созданию из Кыргызстана «островка демократии» в Центральной Азии. Это был когда-то вдохновляющий, а затем превратившийся в затянувшийся, эксперимент по выпестыванию демократических по внутренним установкам деятелей. Генерацию т.н. «хомо демократикус» породить, или приспособить к новому дискурсу удалось. Но вот с институтами демократии и деятельностью активистов, опирающихся на демократические принципы и соблюдение правил игры, случились многочисленные неувязки.   

Относительно демократических институтов последние 15 лет в основном уповали на возникновение партийной системы, а также на изменение текста Конституции КР. Его пытались последовательно улучшить, или разработать и принять новый вариант текста. Кроме того, в декабре 2016 года в текст конституции внесли ряд исправлений, несмотря на запрет таковых до 2020 года, принятый еще в процессе революционных событий десятилетней давности. Как показали неудачи этих лет, дело не в тексте конституции; проблема в критически малом количестве в стране самих политиков и отсутствии реальных партий, а не электоральных машинок. 

Нельзя сказать, что политиков в стране нет. Профессионалы политической сферы, во-первых, имеют позицию по тому или иному вопросу. Это означает, что они выработали цели своей деятельности, и понимают, чего возможно достичь в меняющихся ситуациях. Это состояние принципиально отличается от высказываемых разного рода активистами «хотелок» и «пожелалок», как должно быть. Активисты часто рассуждают именно в залоге должного: должно быть так, потому что я так хочу. 

Во-вторых, политик работает в залоге возможностей достичь своих целей. Следовательно, ему важны не свои внутренние состояния хотения, а цели других субъектов, с которыми он вынужден взаимодействовать: сталкиваться, заключать и расторгать союзы, согласовывать общие цели на какой-то период и т.д. Поэтому, в-третьих, политик способен видеть траекторию, или путь, ведущий к получению искомого результата, который в различной степени может совпадать с его целями. 

Между тем, политиков в указанном смысле в Жогорку Кенеше КР можно пересчитать по пальцам, хотя и на двух руках. Политики есть и вне стен парламента. Всех их характеризует не только наличие позиции по конкретным вопросам, но и способность формулировать цели и задачи от имени всего общества. Не просто ссылаться на «народ» своего аила, а разумно формулировать общественные интересы в Кыргызстане. 

Депутат-политик четко высказывает позицию по отношению нарушения регламента деятельности, принятого самими депутатами. Он не «крючкотвор», не «педант, придирающийся к коллегам». Это позиция реализации законности в деятельности тех, кто законы творит, и должен жить по их букве. В этом, в конце концов, их профессиональная позиция. Потому что, когда нельзя, но очень хочется, то это уже не политик. Главное - невозможно заниматься политикой, опираясь не на убеждения и выработанную позицию, а на мнения многочисленных «родственников», продвигающих через депутата свои материальные интересы. 

В противоположность политикам действует масса активистов, которые за пределы идеологической, или лучше сказать по Питириму Сорокину –  идеационной, сферы не выходят. Научились любой вопрос из плоскости обсуждения решений переводить в пространство мифов, идеологических конструктов, борьбы за сконструированную «национальную идею», вплоть до разделения граждан на «чистых» и национально-патриотически мыслящих, и всех других. Активисты постоянно озабочены сколачиванием «своих сторонников» вокруг своей персоны, и ничего не вносят в обсуждение конкретных предлагаемых политиками решений.

Ни для кого не секрет, что активиста, пусть даже вмешивающегося в политику, поддерживают не за идею и принципы, а потому что это друг, брат или сват, и гранты имеет. Митинги - это и есть демонстрация силы того или иного землячества. Но ведь тогда следует признать, что «политиками» как субъектами этой сферы выступают уже сами землячества, условные «кланы», или домены, состоящие из людей, объединенных общностью судьбы. Сфера политики в Кыргызстане тогда является пространством взаимоотношений этих коллективных субъектов. А конституция, обращенная к гражданам и гражданскому качеству в жителях страны, фактически ничего не закрепляет и никак не организует общественную жизнь. И любой текст конституции по произволу власть предержащих может быть заменён. А вот пространство реальных взаимодействий между «родственными» объединениями никак не обойти, и каждый лидер в стране должен с этим считаться, поскольку политика делается именно там.

Если говорить о политической роли партий или общественных объединений в Кыргызстане, то это пока не про политику. Ведь никого из серьёзных наблюдателей не обманывают цветные игры в «партийные» флажки, футболки, банданы, значки и иные партийные символы на митингах и выборах. Дети всегда живут в игровом пространстве, и им нравится побегать в униформе, чем и пользуются активисты всех мастей, причем в прямом смысле слова. Привлечение детей на митинги, использование образов детей в политической рекламе, агитационных плакатах и на баннерах было обычным явлением, лишь не так давно попавшим под запрет. На данном этапе политического развития страны лидеры подобных «цветных» митингов и пикетов выступают не в качестве политиков, но лишь представителей улицы, или, хуже, неуправляемой толпы, чем митинги часто и завершаются.

В Кыргызстане с необходимостью изменится соотношение ветвей политической власти, если появится возможность выбрать парламент не по партийным названиям, а по настоящим партийным спискам политиков-деятелей, а не временных активистов. И дать сложившимся политическим партиям большинства возможность формировать правительство. 

Законодательная ветвь власти, в том виде, в каком существует сейчас, неэффективна. Эта власть не становится преградой для митинговой стихии, не может снимать напряжения общественной жизни, не становится главным местом, где говорят по делу и действуют исходя из политических целей и позиций. Жогорку Кенеш нынешнего созыва избирался еще в эпоху, когда списки будущих парламентариев формировались путем внесения кандидатами донатиумов на партийные нужды, либо прямым подбором кадров. 

Было время, когда кандидаты баллотировались по одномандатным округам, и представляли местный интерес, что соответствовало социальной структуре общества, но не делало из депутатов политиков, представляющих общий и общественный интерес. 

Формирование Жогорку Кенеша, как и местных кенешей по партийному принципу, ситуацию в корне не поменяло. Партий как таковых, а это один из столпов политического процесса, в Кыргызстане не возникло. А так называемые «фракции» в Жогорку Кенеше - это союзы по интересам, причем зачастую родственным, хозяйственным или земляческим. Они вполне эффективно могли работать при прежнем порядке, но отнюдь не подготовлены к действиям в подлинно политической ситуации, когда на первое место вышла необходимость формировать политические цели и позиции, и защищать всё более проявляющиеся интересы реальных социальных групп и слоёв общества. 

Депутаты Жогорку Кенешей последних созывов «выбирались» не в процессе выборов. Ведь понятно же, что их выдвигали, пользуясь иным механизмом, нежели представление политической позиции, объяснение своих целей и завоевание голосов избирателей. Вот когда они пройдут через сито народного голосования и их поддержат именно единомышленники по политическим убеждениям, а не родственники и земляки, тогда эти партии можно будет назвать субъектами политического процесса. 

Подобный подход сейчас важнее, чем конституционная реформа. Предположим, Президент (не важно, кто это по имени) обеспечил себе полномочия почти монархические. Но ведь главное – это умение воспользоваться этими безграничными полномочиями. Один из отцов-основателей США Александр Гамильтон утверждал: «и позвольте мне заметить, что исполнительный руководитель менее опасен для свобод людей, когда находится в должности в течение жизни, чем в течение семи лет. Можно сказать, что это составляет выборную монархию… Но, подвергая исполнительную власть импичменту, термин „монархия“ неприменим…» [1].

Это же касается и Парламента. Главное – это умение воспользоваться полномочиями! В существующем положении вещей нынешний Жогорку Кенеш не в состоянии применить полномочия, на которых настаивают некоторые депутаты, имея в виду объявленную парламентскую республику. Иначе бы они так быстро не отказались от завоеваний 2010 года, и не легли бы под каток декабрьских изменений в Конституции-2016. Будь они избраны по действительным партийным спискам, и представляли интерес объединившихся единомышленников, они не позволили бы себе голосовать «за», т.к. представляли бы реально определенную часть народа, партию, а не родню с земляками, и сопутствующими материальными интересами.

Однако крот истории работает. И в стране начали появляться политики. Они готовы оставить свои министерские и иные кресла по принципиальным соображениям. Причём понятно, идут на это, чтобы сохранить политическую позицию. Они озаботились грозящей катастрофой, когда институты власти последовательно теряют авторитет во всех слоях и группах общества.  

[1] http://rurektor.blogspot.com/2012/09/blog-post_2119.html

См также: Печатнов В.О. Гамильтон и Джефферсон / Ред. М. Ю. Ситнина. — М.: Международные отношения, 1984


Теги: Кыргызстан

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение