Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Что происходит в Кыргызстане?

Что происходит в Кыргызстане?

21.02.2019

Автор: Сергей Масаулов

С приближением весны – а в Кыргызстане это часто т.н. «политическая весна» - в экспертной среде появились прогнозы о переменах во власти. В то же время, начиная с переворота 2005 года, такие прогнозы уже не в новинку. Каковы же тренды, позволяющие делать подобные предсказания?

Главный тренд - политическое затишье. Скорее всего, оно продлится до сентябрьского фактического старта избирательной кампании по выборам в Жогорку Кенеш (парламент) КР. В пользу этого говорит сложившееся неустойчивое равновесие сил и скрытая борьба за власть. Если бы властная команда имела целью довести до решительного конца борьбу с командой экс-президента, то это уже бы проделали. Провели бы досрочный съезд СДПК с исключением Алмазбека Атамбаева из партии. Борьбу с коррупцией, особенно относительно проекта ремонта ТЭЦ Бишкека, довели бы до высших ответственных лиц, дававших указания подписать все документы с китайскими инвесторами. Припомнили бы и прямые советы высшего должностного лица брать китайские кредиты без опаски попасть в положение несостоятельного должника.

Однако, этого не происходит. Конституционная палата не согласилась убрать статью 12, которая прямо трактует неприкосновенность экс-президента. В этой ситуации Жогорку Кенеш КР не может стать инструментом приведения А. Атамбаева к ответственности по коррупционным делам, где инкриминируется вина практически всей команде экс-президента. Более того, движение «СДПК без Атамбаева» с их идеей досрочного съезда, очевидно притормозили, а время безвозвратно уходит. К тому же, как это было всегда в Кыргызстане, у людей, когда-либо входивших в высший должностной слой управленцев, сохраняются возможности влиять на ситуацию как через формат традиционных родовых, общинных, клановых и доменных связей, так и через взаимодействие между силовыми структурами и их, так сказать, «подопечными», которые составляют неформальные силовые объединения. Свидетельством тому являются возросшее количество встреч и переговоров между различными сторонами как внутри страны, так и за её пределами, где лидеры согласовывают свои представления и ставки в политической игре. Не за горами апрель, и возможный очередной съезд СДПК, где лидер партии вновь заявит о своем несогласии с политикой руководства страны, и попытается опереться на общественное мнение.

Кстати, общественное мнение за прошедший год переменилось в направлении, назовем это, «регионализации». Дело в том, что на севере страны все чаще высказывают недовольство кадровой политикой, когда ведущие управленческие посты, особенно в силовых структурах, занимают выходцы с юга Кыргызстана. Неприемлема также и скрытая исламизация общественной жизни и государственного управления, идущая традиционно с юга страны. Недовольство похоже на скрытый ропот, но вполне очевидно вызревает в форму отчетливой претензии. При этом условные «южане» не демонстрируют единства. Значимые политические фигуры этого региона воспринимаются властной командой как конкуренты, что сужает базу поддержки.

Исследования различных групп, от Международного республиканского института (IRI) до кыргызских социологических фирм показывают тенденцию роста влияния только лично президента Жээнбекова. Но одновременно снижаются рейтинги тех, кто рядом с ним: прежде всего, это брат президента и депутат парламента Асылбек Жээнбеков, а также премьер-министр Мухаммедкалый Абылгазиев. Относительно первого ожидалось, что будут предприняты шаги по созданию своей партии из осколков нескольких других, присоединившихся к «новой» СДПК. Но этот проект остался просто прожектом. Что касается правительства и его главы, то в обществе устойчивые ожидания близкой смены персоналий.

Таким образом политическое затишье связано с выжиданием элиты относительно судьбы экс-президента Атамбаева. Все больше свидетельств того, что наверху пытаются договориться, зафиксировав ставки, и остановив давление друг на друга.

Отсюда два варианта: либо по случайному стечению обстоятельств к апрелю произойдет столкновение – идеологически оформленное как традиционная борьба «тёмных» и «светлых» сил. Либо – что более вероятно – после визита президента России в Кыргызстан, и в связи с подготовкой к проведению в Бишкеке в июне заседания ШОС, решительная борьба будет отложена до сентября, когда фактически начнутся предвыборные баталии, хотя выборы пройдут только в 2020 году. Суды над бывшими высшими сановниками в этом случае также постараются провести без риска нарастания противостояния политических сил в стране. Т.е. опять возобладает стремление договориться, и не доводить ситуацию до обострения.   

Другой тренд – нарастающие трудности с управлением в стране. Ожидания смены правительства стали просто общим местом в беседах с экспертами. Для нового состава правительства предполагается определять его эффективность по главному вопросу – слабый контроль над деятельностью таможенных органов и прохождением через границу неоформленных товаров. Решение этого вопроса будет основным показателем возросшей эффективности в управлении.

К обычным претензиям по неучтенным товарам, пересекающим границу Кыргызстана и ЕАЭС из Китая, добавились новые претензии. По данным посольства Узбекистана в Кыргызстане, товарооборот между странами составил $481 миллион, увеличившись на 89,6 процента. В том числе экспорт кыргызских товаров в Узбекистан — $132,8 миллиона, а импорт узбекских — $348,2 миллиона. Данные расходятся на $144,5 млн. Самое большое расхождение по ввозу узбекских товаров — на $170,2 млн. Разница по экспорту — $25,7 млн.

Многие наблюдатели отмечают поток контрабандных ГСМ через Баткенскую область, и далее на географический юг.

Очевидно, что нынешнее правительство не имеет возможности решать эти вопросы, т.к. они давно «ушли» на уровень высшей «политической целесообразности», и решаться могут только политической волей высших должностных фигур.

Имеются, конечно, и обычные вопросы повестки правительства, т.н. управленческая рутина. Например, недостаточная работа по планированию, которая выразилась в первую очередь в отсутствии мер для улучшения качества планирования с учетом возможных рисков. Премьер-министр М. Абылгазиев требует от руководства Министерства финансов обратить внимание на эти вопросы, и поручает своевременно принимать меры для улучшения качества ежемесячного кассового планирования доходов и расходов, и обеспечить исполнение плановых показателей республиканского бюджета на 2019 год. Правительству поручено обратить особое внимание на принятие мер по обеспечению сбалансированности республиканского бюджета, активизации усилий по цифровизации экономики, а также обеспечить реализацию мер, предусмотренных указом президента о развитии регионов и цифровизации страны.

Правительство может только то, что оно может, и эти вопросы плавно перейдут в ведение нового состава руководителей министерств и ведомств. А реальных решений можно ожидать только в случае прихода на пост премьер-министра политической фигуры. Однако в этом случае развернется скрытое противостояние между президентскими и правительственными структурами. Чтобы этого не случилось, в Кыргызстане всегда рассматривали возможность назначения технического премьера, который и должен нести ответственность за неблагоприятную ситуацию, снимая претензии с президента.

В связи с этим, определился ещё один тренд – символизация управления. На пост премьера правительства должен прийти, и в этом символика, представитель севера страны. Иначе не снять претензии, нарастающие в элитах региона. При этом, придётся пользоваться ограниченным списком претендентов, имея в виду, что только технический премьер ситуацию не улучшит. Значит, появление политической фигуры с севера Кыргызстана неизбежно. Причем, человек, решившийся подставить свой авторитет и репутацию под всеобщую критику, должен иметь президентские амбиции. Хотя до выборов еще далеко, но премьер легко шагает из своего кресла в президентское, при условии сохранения себя в правительстве во все предстоящие трудные периоды и времена. Отсюда неизбежность наращивания политического капитала премьер-министром, и соответственно символической борьбы, которая может приобрести характер межрегионального противостояния.

Президентские структуры также нарабатывают символический капитал. По итогам 2018 года самым коррумпированным государственным органом кыргызстанцы назвали Государственную таможенную службу, что делает победу над коррупцией в этом органа символической, и даёт шансы победителю в дальнейшей политической борьбе. Составлен т.н. «черный список» чиновников, признанных виновными в должностных преступлениях. В него уже включены 745 человек. Об этом сообщил секретарь Совета безопасности Кыргызстана Дамир Сагынбаев. Перечень опубликован на сайте Генеральной прокуратуры. Отмечается, что только в 2018 году в стране по фактам коррупции возбуждено 288 уголовных дел. Общая сумма ущерба по ним составляет свыше 6,9 млрд. сомов. Обвинения в коррупции предъявлены 82 чиновникам, и больше половины их содержатся под стражей, в том числе два бывших премьер-министра. На специальном счете аккумулируются средства, возмещенные в ходе борьбы с коррупцией. Уже собрано более 1 млрд. сомов, которые планируется направить в бюджет на строительство социальных объектов.

Таким образом, предстоящий год станет политическим затишьем, и временем политических игр и маневров, на которых фигуры, вступающие в противоборство в политическом цикле 2020-2023 годов, попытаются нарастить политический капитал.


Теги: Кыргызстан

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение