Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Данияр АШИМБАЕВ: Хороший аким вcегда должен быть в курсе, кто, где и чем у него занимается

Данияр АШИМБАЕВ: Хороший аким вcегда должен быть в курсе, кто, где и чем у него занимается

17.02.2020

Автор: Руслан Бахтигареев

Теги: Казахстан

«У типичного акимата в Казахстане возникает нехватка полномочий и отсутствие четких целей развития в контексте общегосударственных программ. С другой стороны, акиматы варятся в своей собственной каше: маслихаты серьезного контроля не могут осуществлять, а общественные советы в большинстве регионов толком не работают. Развитие региона во многом зависит от того, какие тараканы бродят в голове у соответствующего акима. В этой связи встает закономерный вопрос серьезной реформы региональной политики»,  такой пост в соцсетях опубликовал известный политолог, историк, главный редактор Казахстанской биографической энциклопедии Данияр АШИМБАЕВ. Мы поговорили с экспертом подробнее об инициативе политической трансформации и о текущей ситуации в Казахстане.

 Данияр Рахманович, критиковать работу акиматов могут все. А есть ли четкие предложения, что необходимо сделать?

– У меня складывается впечатление, что центр и регионы никак не могут договориться о распределении полномочий. С мест изымается достаточно большое количество налогов, которые центр переваривает и направляет непонятно на что. На местах исполнительная власть сильно ограничена в финансовом плане. Если 20 лет назад у нас половина областей была донорами бюджета, то теперь таких доноров всего 3-4 региона. Это говорит о том, что весь аграрный и промышленный пояс – Акмолинская, Карагандинская, Костанайская, Павлодарская, Актюбинская и Восточно-Казахстанская области либо ушли в минус (но статистикой это не подтверждается), либо объявленная передача полномочий по формированию бюджета на местах состоялась только на бумаге. При этом возникает ощущение, что министерства, ответственные за реализацию госпрограмм, действуют исключительно в пределах своих интересов и регионы им абсолютно неинтересны.

Всем кажется, что аким – это и царь, и бог в регионе. Но ведь ему не подчиняются ни силовики, ни фискальные органы, ни система высшего образования, ни тем более основные промышленные предприятия, которые принадлежат либо иностранным корпорациям, либо казахстанским олигархам.

– Но если акимы ограничены в полномочиях и не могут нести ответственность за ту же преступность, то почему они ее несут? К примеру, та же отставка акима Жамбылской области Мырзахметова – это ведь ответственность за то, что произошло в Кордае. 

– Во-первых, имел место межнациональный конфликт, то есть был националистический погром в одном конкретном регионе, сопровождавшийся большим количеством человеческих жертв. И сейчас все задним числом утверждают, что эту ситуацию предвидели, но ведь мер никаких предпринято не было. Если причина конфликта кроется в переделе теневых сфер влияния, то почему не было предпринято мер по пресечению этих теневых потоков, той же контрабанды через Кордай? Второй момент – если возникали претензии к дунганской диаспоре по поводу тех или иных вещей, если было напряжение между дунганами и казахами, почему опять же не было принято мер. В итоге возникла ситуация, свидетелями которой мы все были, а наши оголтелые националисты возлагают всю ответственность на пострадавших – дунган, проживающих в Масанчи. Но если это все уже давно идет, то почему эти претензии раньше не предъявлялись? Значит, акимат не доработал. Или же эти претензии сформулированы для оправдания погрома.

– То есть, как ни крути — виноват аким?

– Хороший аким всегда должен быть в курсе, кто, где и чем у него занимается. А Мырзахметов проработал в регионе несколько лет и должен был владеть ситуацией на местах. А во-вторых, количество инцидентов в регионе росло. И если он видел проблемы, которые не мог решить, то должен был хотя бы проинформировать руководство страны. Раз он этого не сделал, то политическая ответственность за все это, лежит на нем. Если же он не знал об этих проблемах, значит, как аким он себя вообще не оправдал. Ситуация в акиматах имеет две стороны. Во-первых, есть нехватка полномочий, а аким – это представитель президента и правительства в регионах, который должен координировать работу субъектов как местного, так и центрального подчинения. А во-вторых, важный вопрос – кто контролирует деятельность акима? Маслихаты к акиматам весьма лояльны. Общественные советы являются неким противовесом только в некоторых регионах. Что касается партийного контроля, то у нас все акимы являются членами правящей партии – Nur Otan. Когда лидер партии ставит вопрос, что партийные органы на местах должны контролировать выполнение госпрограмм и заниматься повышением качества власти, получается, что председателю регионального филиала партии – акиму поручают проконтролировать деятельность главы региона – акима. Я думаю, что правильнее было бы развести эти должности. Аким – отдельно, руководитель партийного филиала – отдельно. Только тогда у партии будут развязаны руки для оказания давления на акиматы через фракции в маслихатах.

Кроме того, я считаю, нужно пересмотреть и переработать институт управления акимата, систему его подотчетности и подконтрольности. У нас сейчас деятельность акима начинают критиковать только тогда, когда им уже вплотную занимаются финпол или комитет нацбезопасности. 

– Вы упомянули, что конфликт в Кордае был межнациональным, а по оценке госорганов – это конфликт на бытовой и криминальной почве. Почему так разнятся оценки общественности и власти?

– Уровень интегрированности различных национальных групп в Казахстане – разный. Между одними группами взаимодействие более тесное и дружеское, а между другими – есть проблемы. Если, к примеру, некая диаспора состоит из пяти семей на сорок, проживающих в селе, то взаимодействие между ними будет нормальным. Когда численность диаспоры достигнет, допустим, 50/50, уровень взаимоотношения изменится. Раньше все это хорошо измерялось, изучалось и учитывалось. Власти старались обеспечить представительство всех национальных групп в органах власти – как в представительной, так и исполнительной, не говоря уже о партийных органах. Старались учитывать фактор этнического взаимодействия при заселении тех или иных населенных пунктов. Сейчас же этого никто не делает.

– А как же Ассамблея народа Казахстана (АНК)?

– Ассамблея – орган, играющий важную роль, но в какой-то момент деятельность АНК скатилась в область пиара, пропаганды и культмассовых мероприятий. Для многонационального Казахстана очень важно наличие научно-исследовательского центра по вопросам межэтнического взаимодействия, который бы занимался всеми этими вопросами, в том числе и выработкой мер по пресечению возможных конфликтов между разными группами. Но этим, еще раз повторюсь, никто не занимается. А госорганы, курирующие межнациональные отношения, стараются максимально минимизировать свою ответственность, чтобы в случае чего не оказаться крайними. Опять же, конфликт в Кордае был связан не столько с обидами казахского населения на «обнаглевших» дунган, а с тем, что часть дунган активно участвовала в теневых схемах организации приграничной торговли – с Китаем и Кыргызстаном. То, что произошло в Масанчи – выглядит, как провокация с целью перераспределить сферы влияния…

–  То есть, финальной целью было  лишить дунган монополии на теневые поставки?

– Да. Или, как минимум, заставить поделиться доходами от деятельности. Помните, как-то было такое, что киргизы стали жаловаться на казахов. Якобы они продавали казахстанцам на границе коня, условно говоря, за тысячу долларов, а на рынках Алматы он стоил уже три тысячи долларов. И киргизы просили поднять отпускную цену хотя бы до 1500-2000 долларов, чтобы увеличить свою прибыль. А некоторые наши, напротив, хотели эту прибыль еще уменьшить. Из-за этого тогда и возник политический конфликт между президентами, хотя политических предпосылок для него не было.

И то, что сейчас говорят, что мол «закончилось терпение», что это был «акт самосуда» – это и есть национальный конфликт. Придумывание причин, почему казахи напали на дунган – это политическая провокация. 

– С чьей стороны?

– Со стороны тех теневиков, которые являются бенефициаром данного конфликта – тех, кто организовал нападение на дунганскую диаспору с одной конкретной целью: перераспределить сферы влияния и получить свою долю прибыли, используя националистически-агрессивную риторику, которая процветает в последние годы в Казахстане. 

   Продолжение следует… 



ИАЦ является свободной площадкой для обмена мнениями. Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.   


Теги: Казахстан

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение