От энергетического кризиса в Европе могут выиграть «страны неприсоединения»

Дата:
Автор: Игорь Юшков
Европейский союз рискует столкнуться с серьезным энергетическим кризисом к началу отопительного сезона. Лето, которое обычно уходило на заполнение подземных газовых хранилищ, чтобы обеспечить бесперебойное электроснабжение зимой, теперь потрачено на улаживание технических проблем с поставками газа через «Северный поток – 1». К чему может привести эпопея вокруг главного источника газа в #ЕС – в интервью с Игорем Юшковым, ведущим аналитиком Фонда национальной энергетической безопасности, экспертом Финансового университета при Правительстве РФ.
От энергетического кризиса в Европе могут выиграть «страны неприсоединения»

– Что сейчас происходит с «Северным потоком», откуда взялась история с турбиной? И когда газопровод сможет нормализировать свою работу?

– Ситуация вокруг «Северного потока» похожа на сериал, который нам предстоит наблюдать еще некоторое время. 

«Северный поток» в последние годы был основным маршрутом поставок российского газа. 

По нему прокачивалось по 200 млн кубов в сутки, а через Украину – около 109 млн кубов. Бывало, что «Газпром» закачивал и больше.

В ЕС примерно в апреле заканчивается отопительный сезон, и с апреля до середины июня европейцы пополняли газом подземные хранилища, готовясь к следующему отопительному сезону. Они приняли норматив, согласно которому, к первому ноября у них должно быть заполнено примерно 80% подземных хранилищ, чтобы отопительный сезон прошел без эксцессов. Для сравнения, в 2021 году ЕС начал отопительный сезон с заполненностью подземных хранилищ на уровне около 74%.

И они очень бодро шли до середины июня, потому что отопительный сезон уже закончился и потребление газа было не такое большое, как зимой, а сезон кондиционирования еще не начался. 

К слову, за последние десять лет в ЕС сформировался второй пик потребления электроэнергии в году. Он наблюдается летом, в жару: все больше людей ставят кондиционеры, поэтому жара в Европе создает отдельную энергетическую проблему.

Однако с середины июня в ЕС начались сложности. 

Во-первых, Украина отказывается транспортировать часть газа через свою территорию. 

По контракту, «Газпром» должен прокачивать через Украину 109 млн кубов в сутки; газ поставляется двумя маршрутами: один чуть севернее – на границе России и Украины через Суджу. 

Другой проходит чуть южнее, через Сохрановку. На Суджу приходится в основном газ с Ямала, а на Сохрановку – в основном месторождения Поволжья – это старый газопровод, который раньше назывался «Союз».

Но потом Киев потерял контроль над этим участком границы, и теперь, если качать газ через Сохрановку, он будет попадать в ЛНР. Киев сразу начал отрезать эти территории от снабжения. Это стандартная украинская практика с 2014 года: если Украина не контролирует какие-то территории, то сразу же прекращает заказывать туда прокачку газа.

Технически через Сохрановку газ прокачивать по-прежнему можно, приостановка подачи – исключительно политическое решение Киева. 

Газопровод, по данным российской стороны, цел, не поврежден, энергокомпрессорные станции работают, но дальше по течению газ попадает на территорию, подконтрольную Киеву, и они утверждают, что перекрыли вентили, и если попытаться подать газ через эту артерию – она взорвется. 

«Газпром» каждый день подает заявку на прокачку через Сохрановку, и каждый день оператор транспортной системы Украины ему в этом отказывает. 

Поэтому суммарно прокачка через Украину сократилась со 109 млн кубов примерно до 42 млн кубов.

Киев обвиняет «Газпром» в том, что тот мог бы увеличить подачу газа и через Суджу. Исторически так и было, когда-то «Газпром» качал газ через Суджу – по 180 млн кубов в сутки. Но «Газпром» со своей стороны утверждает, что уже разобрал часть пути на своей территории, потому что не рассчитывал, что возникнет необходимость подавать газ на одну станцию.

Кто тут прав – сказать сложно. В любом случае, в контракте прописано, что «Газпром» имеет право подавать газ через Сохрановку, а оператор транспортной системы Украины обязан его прокачать, поэтому именно Киев не исполняет своих контрактных обязательств, ссылаясь на форс-мажор.

Во-вторых, польская компания «Европол» отобрала у «Газпрома» долю в операторе польского участка газопровода «Ямал – Европа». 

Россия ввела санкции против «Европола», теперь с ней нельзя иметь никаких отношений, поэтому газопровод «Ямал – Европа» работает только для поставки газа из России в Беларусь. Есть еще «Турецкий поток», но он и так уже работает на полную мощность.

По этим причинам «Северный поток» приобретает особую ценность: перекинуть с него объемы поставляемого газа на другие маршруты уже не получится.

А с середины июня у «Северного потока» начинается история с турбинами. На этом газопроводе стоят восемь турбин, потому что это очень протяженный морской маршрут; а построен он был в 2011 году, когда в России подобных турбин не собирали. 

Поэтому на «Северный поток» поставили турбины «Роллс-Ройса»; затем завод в Канаде, где было произведено оборудование, купил «Сименс». Когда приходит время технического обслуживания, как у любой машины, «Сименс» по контракту забирает турбину и везет ее в Монреаль, чинит ее и затем присылает обратно.

Этой весной «Сименс», как обычно, забрал одну из турбин, отвез ее в Канаду, там ее отремонтировали – а обратно Канада ее не отдала, поскольку, согласно принятым санкциям, подобное оборудование запрещено поставлять в Россию.

Из-за того, что вал санкций был введен в очень короткий период времени, «Сименс» сам не разобрался, что, оказывается, Канада турбину обратно не вернет, и она застряла в Монреале. 

Больше месяца немцы никак не могли надавить на Канаду, чтобы те исправили свое санкционное решение. И только когда о проблеме начали говорить публично (видимо, на канадцев надавили через американцев), Канада дала разрешение на возврат турбины.

Формально канадцы также выдали генеральную лицензию, то есть, по сути, исключение из санкций до конца 2024 года, на починку еще пяти турбин. Но процесс технического обслуживания растянулся на полтора месяца, и «Газпром» заявил, что не рассчитывал на столь длительные сроки исполнения контракта, и, пока не вернули первую турбину, успел вывести из эксплуатации еще пять. 

Запад обвиняет «Газпром» в саботаже контракта. «Газпром» ссылается на предписания Роспотребнадзора и требует исполнения условий контракта по обслуживанию оборудования.

На энергокомпресорной станции «Северного потока» не работают уже шесть турбин из восьми, поэтому с 200 млн кубов пропускная способность упала примерно до 33 – это 20% от мощности.

Первая турбина явно будет запущена только в начале августа. «Сименс» может уже сейчас забирать снятое оборудование, но он этого не делает, по всей видимости, ожидая, когда подключат починенную турбину. Если пропускная способность «Северного потока» увеличится, значит, проблема действительно носит исключительно технический характер. А если нет, значит, Россия просто решила задушить экономику Европы под благовидным предлогом.

В идеальном для европейцев сценарии, они должны успеть привезти обратно и подключить все турбины к началу отопительного сезона. 

Однако наполнить подземные хранилища на 80% Евросоюзу едва ли удастся. В Европе жара, потребление электроэнергии растет из-за кондиционеров, а альтернативные источники энергии выпадают из строя. 

Из-за жары пересыхают хранилища воды при атомных электростанциях и, например, во Франции половина ядерных блоков уже отключена по соображениям безопасности. Гидроэнергетика, соответственно, тоже не решение из-за пересыхания водоемов.

Вся Европа активно стала переходить на уголь. Но из-за того, что реки пересохли, баржи загружают углем меньше, иначе осадка будет слишком большая, и судно не пройдет по водоему.

В общем, куда ни посмотри – везде проблемы, и получается, что ЕС кровно заинтересован в том, чтобы хотя бы к отопительному сезону «Северный поток» заработал в нормальном режиме.

– И еще одним удачным решением мог бы стать долгожданный запуск «Северного потока – 2»?

– Действительно, решение всех проблем – запуск «Северного потока – 2», его мощность составляет 55 млрд кубов, такая же, как у «Северного потока – 1», только у него нет никаких проблем с оборудованием, и они не могут возникнуть, потому что там стоят российские турбины «Ладога». Их не надо будет никуда отправлять на техобслуживание – Россия сама их будет чинить. 

«Северный поток – 2» заполнен газом, его можно запустить в течение суток.

Но европейцы годами его демонизировали: это якобы политический проект, символ российской агрессии; запуск «Северного потока – 2» означал бы поднятие Евросоюзом белого флага...

Хотя с точки зрения экономики и газоснабжения это абсурдно. Оба «Северных потока» даже выходят в одной и той же точке. На территории Германии все трубы, которые должен был задействовать «Северный поток – 2», уже работают. Но символически санкционировать запуск, конечно, очень сложно.

Если ЕС решит запустить «Северный поток – 2», Россия не согласится на работу газопровода только на период отопительного сезона, чтобы спасти Евросоюз от энергетического кризиса. 

Москва определенно потребует либо подписать дополнительное соглашение к действующему контракту на поставку газа, согласно которому определенные объемы всегда должны будут идти именно через «Северный поток – 2», либо подписать новый контракт. Но сложно себе представить, что какие-либо новые контракты будут подписаны в таких условиях, когда европейцы декларируют, что будут отказываться от российского газа.

– По каким сферам европейский энергетический кризис может ударить больнее всего?

– Продовольственную сферу кризис затронул еще в 2021 году, когда цены на газ продолжительно повышались. 

Остановилось европейское производство азотных удобрений, потому что их напрямую делают из метана. 

Тем более, тогда их еще можно было купить в России и у других производителей, у которых себестоимость ниже. Также пострадало сельское хозяйство, где теплицы отапливались газом, они тоже закрылись еще прошлой зимой.

Ударил кризис и по химической промышленности, например, «БАСФ», гигантский немецкий концерн, покупает газ как сырье для своих заводов, и для него это становится все накладнее.

Будет и комплексный ущерб для европейской экономики в целом: дорогой газ раскручивает инфляцию, дорожают ЖКУ, поднимается стоимость электроэнергии, а она, в свою очередь, закладывается в цену практически любых продуктов.

А борются все с инфляцией одинаково – поднимают банковскую ставку. И сейчас все ждут, что ЕЦБ должен поднять ставку чуть ли не на 1%, и кредиты станут более дорогими. 

Это приведет к рецессии, без кредитов никто не сможет развивать промышленность и поддерживать предприятия. Из промышленности в первую очередь пострадают малые и средние предприятия.

Для борьбы с энергетическим кризисом Еврокомиссия выдвинула инициативу снизить потребление электроэнергии на 15%, чтобы наполнить подземные хранилища. Но эта мера не получила поддержки у стран ЕС, поскольку ради ее осуществления придется хотя бы временно остановить работу некоторых отраслей.

Однако, если сейчас не удастся накопить газ в подземных хранилищах, то зимой может возникнуть его дефицит, и европейцы будут вынуждены кого-то ограничить в объемах потребления. 

Прежде всего пострадает энергоемкая промышленность: металлургия, химическая промышленность и машиностроение. Для остальных просто радикально поднимутся цены на электроэнергию, и многие будут закрываться.

– А есть ли бенефициары от энергетического кризиса?

– Чем больше в Евросоюзе проблем с отказом от российского топлива, тем, конечно, лучше нам. В краткосрочной перспективе это выгодно, потому что если ЕС не успеет наполнить подземные хранилища, то, чтобы не мерзнуть, им придется покупать большие объемы топлива ежесуточно в течение отопительного сезона.

Однако если ЕС уйдет в рецессию, то для России это тоже довольно плохо, потому что чем меньше европейцы производят и потребляют, тем меньше мы им сможем продать энергоносителей, а они нам – товаров. Если исходить из предположения, что торговля между нами восстановится.

Для Центральной Азии в области нефти перспективы хорошие. Например, Казахстан, несмотря на периодически возникающие трудности с Каспийским трубопроводом, продает свою нефть без скидок, в отличие от России, и хорошо на этом зарабатывает. 

Если кто-то мог увеличить объемы добычи углеводородов, он уже это сделал и занял долю России на энергетических рынках. 

Любых не российских поставщиков с распростертыми объятиями ждут на мировых рынках. А Россию ждут на рынках азиатских, особенно пока мы даем скидку; хотя нам бы, конечно, в идеале, вернуться к рыночным ценам.

Если мы смотрим не только на постсоветское пространство, то выиграют страны неприсоединения: Турция, Китай, Индия, которые находятся в стороне от конфликта, но через которые теперь идет активная торговля, которые получают скидки и так далее.

Выиграют и США, для них открываются новые рынки сбыта. С 2025 года будет новая волна ввода в эксплуатацию американских заводов СПГ. Вашингтон готовит европейцев к тому, что они готовы занять рынок ЕС с 2025 года. Сейчас же США выигрывают за счет того, что они продают газ по очень высоким ценам – 1800 долларов за 1000 кубов.

В июне американцы рапортовали, что впервые в истории американский СПГ обогнал по объемам закупок российский газ. 

Многие европейцы тоже радовались: освободились от зависимости. Но какой ценой! Российский газ шел по цене 300-400 долларов за 1000 кубов, и если так все будет продолжаться и дальше, Европа будет снижать промышленное производство. ЕС не то, что перестанет конкурировать с американскими товарами на глобальных рынках, он сам станет рынком сбыта для американских товаров.

Беседовала Дарья Хаспекова

Поделиться:

Яндекс.Метрика