Эксперт: Дискредитировать роль российских миротворцев в Карабахе не получится

Дата:
Автор: Евгения Ким
Эксперт: Дискредитировать роль российских миротворцев в Карабахе не получится

«Оценка деятельности российских миротворцев в Карабахе положительная. Сейчас негативные настроения в Армении, по большей части, концентрируются вокруг других персон», – кандидат политических наук, преподаватель кафедры политологии Российско-Армянского Славянского университета Норайр Дунамалян в интервью Ia-centr.ru рассказал об итогах войны между Арменией и Азербайджаном.

– Как в Армении воспринимают миссию российских миротворцев?

– Положительно. Армянское общество и власть, несмотря на некоторые оговорки, всегда придерживалась союзнических позиций в отношении России.

Это объясняется несколькими причинами. Одна из них – исторический пласт общественных и государственных отношений. Доверие к России складывалось годами и проверено временем. И поэтому появление российских миротворцев в Карабахе воспринимается хорошо, несмотря на некоторые вопросы, которые возникали у Армении в ходе войны.

– Какие вопросы?

– Например, почему Москва на просьбы Еревана о помощи в войне молчит или почему не вмешивается ОДКБ.

Однако, в качестве защитников населения в Карабахе и гарантов обеспечения безопасности на территории, миротворцы воспринимаются однозначно позитивно.

В российском информационном пространстве циркулируют отдельные вбросы о неких силах, которые пытаются дискредитировать роль российских миротворцев в Карабахе. Такие вбросы специально публикуются и тиражируются, но они не отражают реальной картины.

На самом деле оценка деятельности России со стороны Армении положительная. Сейчас негативные настроения в Армении по большей части концентрируются вокруг других персон.

– Кого?

– Премьер-министра страны Никола Пашиняна. Люди считают, что принятые им решения способствовали такому печальному исходу войны.

После революции 2018 года Пашинян стал «человеком-институтом». Он олицетворял новую власть и ту команду, которую он привел. 

Его блок «Мой шаг» не воспринимался как отдельный субъект, а считался инструментом в руках премьер-министра и воспринимался исключительно через его проекцию.

Это предположение получило дополнительное подтверждение после войны, когда парламент Армении не смог выразить свою точку зрения, которая отличалась бы от мнения премьер-министра.

– Какую роль сыграла Турция в конфликте в Карабахе?

– Во второй карабахской войне Турция заняла активную позицию. Ее поддержка Азербайджана проявлялась в виде военной помощи и дипломатической поддержки. Это стало своеобразным триггером процесса.

Турция здесь пыталась изменить статус-кво и включиться в Южно-Кавказскую региональную игру, отодвинув Россию с этой региональной шахматной доски.

Эти попытки, на сегодняшний день, привели к тому, что и без того напряженная ситуация в регионе стала еще более хрупкой и неустойчивой. Анкара не достигла своей конечной цели.

Говоря о хрупкости ситуации, Вы имеете в виду перемирие по Карабаху?

– Это и перемирие, и миротворческая миссия России, и не до конца определенный статус Нагорного Карабаха.

Плюс размытость формулировок соглашения о перемирии и заявления лидеров России, Армении и Азербайджана. Это совсем не те итоги, которых добивалась Турция, когда планировала войну в Карабахе руками азербайджанских военных и джихадистов.

– Насколько были предсказуемы итоги войны?

– Итоги войны можно было бы предсказать, если бы с одной стороны были Армения и Нагорный Карабах, а с другой – Азербайджан. 

Пример – июльское столкновение в Тавушской области этого года или война в апреле 2016 года. Напомню, что оба раза столкновения заканчивались без явного преимущества какой-либо из сторон.

Последние события на границе Армении и Азербайджана тоже показали, что силы противников примерно равны. Но со времен летнего столкновения, которое повлияло на настроение Азербайджана и послужило еще одной причиной для недавнего противостояния, позже переросшего в военный конфликт, Баку сделал для себя выводы.

С середины 2020 года Азербайджан понимал, что без поддержки Турции он не сможет переломить ситуацию. Анкара эту поддержку предоставила и сыграла не последнюю роль в развязывании конфликта в Карабахе.

С этого момента прогнозировать исход войны было сложно. Но меня лично больше волнует вопрос того, как можно было бы предотвратить конфликт.

– Как изменится расклад сил в регионе, ведь Анкара открыто поздравляет Баку с победой в карабахской войне и не скрывает своей роли в ней?

– Расклад сил в регионе по-прежнему неустойчив, а мир хрупок. Одновременно и за очень короткий срок появилось много акторов, которые при желании могут изменить текущий баланс.

Во-первых, это миссия российских миротворцев. Они не только защищают мирных граждан, но и демонстрируют российскую заинтересованность в регионе.

Во-вторых, активность Турции, которая до сентября 2020 действовала не столь активно по ту сторону армянской границы. После событий в Карабахе Анкара четко очертила свои позиции на территории «материкового» Азербайджана.

В-третьих, наличие джихадистов на территории Азербайджана. По некоторой информации, сирийские боевики после завершения войны остались на местах, и что они будут дальше делать или что будут делать с ними – тоже не совсем понятно.

В-четвертых, Израиль и его долгосрочные цели в отношении Азербайджана. Понятно, что Тель-Авив использует Баку в качестве площадки для сдерживания Ирана, но как изменятся отношения между странами после карабахского конфликта – пока сказать сложно.

Неопределенности в ситуацию добавляют и другие обстоятельства. Например, политический кризис в Армении или позиция Грузии, которая до недавнего времени пыталась следовать в протурецком векторе развития. Но война в Карабахе и роль Турции в ней может осложнить для Тбилиси путь следования своим национальным интересам.

Отдельно хочу остановиться на интересах Азербайджана. Заинтересованы ли в Баку, чтобы на территории страны было столько акторов? Ведь такая гремучая смесь закладывает основу для нового конфликта уже внутри страны.

Поделиться:

Яндекс.Метрика