Дата:
Автор: Андрей Карпов
Такая знакомая Центральная Азия

Какие бы пропагандистские ярлыки не навешивали наши западные партнеры на российские СМИ, нельзя не признать, свобода и максимальная широта оценок в публикациях материалов о ситуации в странах ближнего зарубежья – фирменная черта лидеров нашего медиа-поля «Независимой газеты» и «Коммерсанта». Но подобная открытость всегда должна быть «улицей с двусторонним движением». Вброшенная в экспертную среду тема, должна вызывать дискуссию, а не закрывать вопрос. Особенно, когда автор претендует на истину в последней инстанции.

Статья известного узбекского эксперта Фархода Толипова «Знают ли в России Центральную Азию?», опубликованная в одном из ключевых российских изданий, самим заголовком обрекает нас на полемику. У любого российского специалиста по региону есть желание в чем-то автору возразить, а о чем-то напомнить.

Впрочем, полемика в данном случае — это не главное. Ключевая задача, ответить на вопрос, действительно ли, как утверждает автор, «российские эксперты, а вместе с ними и политики либо демонстрируют плохое, поверхностное знание стран Центральной Азии, либо намеренно искажают суть событий и процессов, происходящих в их взаимоотношениях».

Фарход Толипов позиционирует себя как серьезный ученый, эксперт, прошедший длительные стажировки в ведущих международных институтах - Оборонном колледже НАТО, Гарвардском университете, Университете Штата Джорджия. Видимо в этих структурах прошлое и настоящее региона воспринимается максимально «адекватно», в «реалиях XXI века», что можно было бы только приветствовать, если бы автор статьи внятно пояснил, в чем именно состоит это различие подходов - российских, китайских и американских.

Позволю привести развернутую цитату. Не господина Толипова, а его главного аналитического авторитета Збигнева Бжезинского: «Америка слишком далека, чтобы доминировать в этой части Евразии, но слишком могущественна, чтобы не быть вовлеченной… Россия слишком слаба, чтобы восстановить свое имперское доминирование над регионом либо исключить такое доминирование других держав, но она слишком близка и сильна, чтобы ее исключать» - что следует из этого заключения?

Подмена тезиса в данном случае состоит в том, что Россия изначально не может наблюдать за отношениями со странами региона, выбирая пассивную модель реагирования. Причина хорошо известна не только российским политикам. Но и автору статьи. И состоит она вовсе не в «имперских амбициях», а в необходимости выстраивать на системной основе отношения с государствами-партнерами.

Об этом абсолютно справедливо напомнил Григорий Карасин: «Общая история, давние, насыщенные торгово-экономические связи, берут свое начало в досоветском прошлом. Мы долгое время были частью одной страны, а за 20 лет менталитет не улетучивается, поэтому наши народы и лидеры хорошо понимают друг друга». Историю и географию отменить невозможно, это объективный факт, а не фантомные боли российских политиков.

Достаточно внимательно изучить статистику мигрантов из Центральной Азии, работающих в России (Бжезинский и правда далек от региональных реалий, поскольку мир стремительно меняется не по лекалам прошлого века), количество студентов, выбирающих российские вузы как оптимальный вариант создания «идеального будущего» для себя и своей семьи, растущее число российских (не западных) вузов в Узбекистане, о чем постоянно напоминает чиновникам президент страны - нашего стратегического партнера, чтобы понять - наши контакты со странами региона, это вовсе не улица с односторонним движением, а взаимовыгодный процесс.

Определение «имперский подход», будем откровенны, это попытка одним черным маркером закрасить всю российскую школу изучения региона, которая имеет двухсотлетнюю историю. Школу эту создавали не безликие пропагандисты, а подвижники, выдающиеся эксперты, которые (в разных качествах) изучали регион еще со времен нашего общего государства.

Думаю, что Ф. Толипову эти имена хорошо известны – Виталий Наумкин, Сергей Панарин, Ирина Звягельская, Андрей Казанцев, Стас Притчин и многие другие, с кем узбекские, казахстанские, таджикские эксперты общались на международных конференциях. Впрочем, также как и господин Толипов.

Нам есть чем гордиться – научная школа изучения Центральной Азии в России имеет региональное измерение – Екатеринбург, Казань, Оренбург и Саратов. Стоит напомнить про специализированные кафедры изучения стран Центральной Азии в МГУ и РГГУ. Всех не перечислить. Не только с позиций подготовки специалистов, но, прежде всего, реального интереса студентов, бакалавров, магистрантов к археологии, этнографии, бытовой культуры наших самых близких друзей.

И вывод, по сути, очень прост. Отличие российских и западных подходов в том, что для нас этот регион не «мягкое подбрюшье», не «зона безопасности» и не С5+1 - это пространство нашей общей памяти и дружбы.

Поделиться: