Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Председательство Казахстана в ОБСЕ. После бала.

07.03.2011

Автор:

Теги:


ПредседательствоКазахстана в ОБСЕ стало фактом истории, событием, которое можно считатьзнаковым для постсоветского пространства, поскольку впервые за всю историю этойорганизации бывшая республика Советского Союза возглавила влиятельнуюмеждународную структуру, отвечающую за процессы безопасности на европейском, ашире – на евразийском пространстве. 

     Если 2010 год прошел под знаком PR-сопровождения казахстанскогопредседательства и многие моменты рассматривались не с точки зренияобъективности, а с позиций политической целесообразности, то сейчас, на мойвзгляд, есть возможность для непредвзятого анализа плюсов и минусовказахстанского председательства, плодов усилий казахстанской дипломатии поформированию новых подходов в системе международных отношений.

     Сразу хочу заметить, что внешние результатыказахстанской миссии не столь очевидны, и в этом не столько вина Казахстана,сколько проблемы самой организации – ОБСЕ, которая объективно испытывает точнотакие же внутренние сложности, своеобразный кризис самоидентификации, как идругие ведущие международные организации.

      Загод председательства Казахстан смог обозначить болевые точки ОБСЕ, предложитьрецепты лечения  наиболее опасныхболезней, но ни в коем случае не преодолеть все те внутренние противоречия,которые не первый год влияют на эффективность работы Организации побезопасности в Европе. Этот труд, нужно признать, был бы не под силу любому изчленов ОБСЕ. 

Искорее надо отдать должное Астане и Нурсултану Назарбаеву, который, несмотря насерьезные репутационные риски, сумел не только предложить достаточно взвешеннуюповестку дня на 2010 год, но и провести саммит ОБСЕ в Астане, хотя, опять-таки,его итоги следует оценивать неоднозначно.

Кмоменту председательства Казахстана ОБСЕ испытывало серьезный внутреннийкризис, связанный, прежде всего, с противоречиями в подходах между странамипостсоветского пространства и  Запада.Присутствовал очевидный дисбаланс в реализации проектов ОБСЕ по трем корзинамбезопасности. Особое внимание было уделено так называемой «третье корзине»,включающей защиту прав человека и контроль над реализацией избирательногопроцесса.

Поэтомунеслучайно, что БДИПЧ ОБСЕ приобретает такое влияние, как  инструмент «большой политики», который в рядеслучаев непосредственно привел к возникновению феномена так называемых«цветных» революций.

Рольчестного брокера, которую примерил на себя Казахстан, был единственнойвозможностью попытаться выйти из этого тупика, который после мюнхенской речиПутина и конфликта вокруг договора о ДОВСЕ казался непреодолимым. Как бы некоторыеэксперты не относились к президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву, нужнопризнать, что именно его высокий международный авторитет и поддержка егокандидатуры со стороны России позволили Казахстану добиться желаемого иорганизовать декабрьский саммит.

Причем,многие эксперты-скептики уже в 2009 году пророчили, что имиджевый успехКазахстана едва ли обернется реальными переменами в деятельности, раздираемойвнутренними противоречиями ОБСЕ. Ибо Запад есть Запад, а Восток есть Восток.

Итоги2010 года, если не затрагивать ситуацию с саммитом ОБСЕ, в каком-то смыслеопровергли сомнения пессимистов. Казахстанская дипломатия приложила максимумусилий для того, чтобы гальванизировать несколько обмякшее тело ОБСЕ. Ужепервое видео обращение Назарбаева, где были обозначены принципы «четырех Т»продемонстрировало ясное понимание Астаной логики преобразований внутриОрганизации, исходя из которой, можно добиться определенных позитивных подвижек.

Преждевсего, речь идет о двух принципах – прозрачности и доверии, т.е. отказе отдвойных стандартов и безусловном учете интересов всех игроков на европейскомпространстве безопасности.

Оченьважно, что с самых первых дней председательства Казахстан говорил о евразийскомпространстве безопасности, расширительно трактуя зону ответственности ОБСЕ.

Необходимопризнать, что этот подход абсолютно в духе времени. Он  не противоречит  тенденциям, которые развивались в системемеждународных отношений в последние несколько лет.

ИменноНурсултан Назарбаев четко определил два новых вектора развития Организации побезопасности в Европе. Это экономическая безопасность и безопасностьсоциальная. Идея подписания документа под условным названием «Маастрихт плюс»,что называется, витала в воздухе, поскольку события мирового финансовогокризиса показали, что помимо проблем классической безопасности не меньшую угрозудля национальных государств составляет волатильность мировых фондовых ивалютных рынков.

Стольже оперативно страна-председатель отреагировала и на события в Кыргызстане.Причем, именно в том контексте, о котором я говорил выше – ситуации, связаннойс социальной безопасностью, поскольку предотвратить гуманитарную катастрофу всложнейших условиях внутриэлитного конфликта можно было только черезгуманитарную миссию, что Казахстан и пытался реализовать, опираясь на поддержкудругих центров силы.

В то жевремя, именно киргизский кризис ясно показал, что пределы возможности всехмеждународных интеграционных структур не слишком велики. Ни ОБСЕ, ни ШОС, ниОДКБ фактически не смогли сработать на упреждение. Ни во время весенних событийв Бишкеке, ни, тем более во время Ошской резни. И это, безусловно, печальныйфакт. Бессилие внешних игроков еще рельефнее обозначилось в сомнительнойистории с посылкой полицейского контингента на юг Кыргызстана. Понятно, что всеинтеграционные структуры сделали хорошую мину при плохой игре, но все-такинужно признать, что Казахстан оказал действенную помощь своим соседям, вбольшей степени, в рамках двусторонних проектов. А мандат ОБСЕ был использовандля создания переговорных площадок, координации действий.

Именно  поэтому киргизский опыт для ОБСЕ не стольоднозначен. В нем можно найти как плюсы, так и минусы. Но, безусловно, таэнергичность, с которой Астана включилась в процесс урегулирования, заслуживаетдобрых слов и признания.

Примерноту же оценку можно дать и усилиям Казахстана по урегулированию замороженныхконфликтов. Миссия Каната Саудабаева на Южный Кавказ и в Приднестровье напервый взгляд не дала конкретных результатов – астанинский саммит показал этосо всей отчетливостью.

Но, вто же время, заметим, что Литва – новый председатель ОБСЕ фактически идет показахстанскому пути, не только не отвергая накопленный за 2010 год опыт, но ифактически выстраивая на его основе собственную стратегию.

Что жекасается саммита в Астане, то значим сам факт его проведения впервые за 11 летпосле стамбульской встречи. У меня нет сомнений, что это личная победаНурсултана Назарбаева, которая, скажем так, была не до конца конвертирована впрактические результаты декабрьской встречи. Тот документ, который был подписанв Астане, носил самый общий характер. И очень жаль, что европейские лидеры таки не прислушались к призыву казахстанского президента обратить особое вниманиена аспекты экономической безопасности. Все-таки, психология элит еще не доконца избавилась от остаточных явлений холодной войны, что особенно заметно навзаимоотношениях между Баку и Ереваном, да и вообще, южно-кавказская темасильно подпортила общий фон астанинской встречи.

Но,откровенно говоря, изначально было ясно, что добиться прорыва по НагорномуКарабаху, а тем более по Абхазии и Южной Осетии Казахстану все равно неудастся. Эти проблемы плавно переходят в следующее десятилетие без особыхшансов на скорое решение.

Здесь,конечно, нужно упомянуть о еще одном важном факторе, который оказывалвоздействие на сам ход председательства и его оценку международными экспертами.Это фактор завышенных ожиданий от результатов председательства Астаны, который,с моей точки зрения, был «спровоцирован» мощной PR-кампанией, которую Астана проводила в 2009-2010гг.

На этообстоятельство указывали многие российские эксперты, которые рекомендовалиКазахстану сконцентрировать свои усилия на 2-3 ключевых направлениях, не«разбрасываясь по всему периметру проблем деятельности ОБСЕ». Такой темой могластать, например, проблема афганского урегулирования. Именно на этом направленииказахстанский подход представляется наиболее взвешенным и разумным – я имеюввиду гуманитарную составляющую посткризисного урегулирования.

Или, кпримеру, проблема реформирования внутренней структуры ОБСЕ, по которойНурсултан Назарбаев внес целый ряд важнейших предложений на саммите ОБСЕ. Как,например, увеличение числа корзин ОБСЕ и создание новых постоянно действующихофисов по важнейшим направлениям деятельности этой организации.

Ноопять-таки понятно, что ОБСЕ это достаточно сложная, бюрократизириваннаяструктура, которая плохо поддается динамичным изменениям и предсказывать, насколько востребованнымиокажутся предложения казахстанского лидера в ближайшем будущем достаточносложно.

Такимобразом, мы видим, что итоги председательства Казахстана в ОБСЕ достаточнопротиворечивы. С моей точки зрения, объективно было сделано максимумвозможного. Сформулирована стратегическая программа председательства, четкообозначены основные приоритеты, выбраны конкретные инструменты для реализациипоставленных задач. Два методологических подхода, обозначенных Астаной удалосьзакрепить в фундаментальных принципах деятельности ОБСЕ. Я имею в видустратегию евразийской безопасности, а во-вторых, концепцию геополитическогомоста, ту важнейшую функцию, которую Казахстан выполняет в своих международныхпрактиках.

Этоуже серьезное продвижение вперед в сравнении с теми внутренними противоречиями,которые буквально раздирали ОБСЕ в период между 2005-2008гг. Еще раз подчеркну,что с моей точки зрения это, прежде всего, личный успех Нурсултана Назарбаева.Поскольку благодаря его авторитету Казахстану удалось добиться обсуждениямногих инициатив, которые изначально не вызывали поддержки со стороны США илиРоссии.

Нообратите внимание – к середине марта 2011 года мы вновь практически ничего неслышим о председателе ОБСЕ, я имею в виду Литву, которая приняла браздыправления у Казахстана в конце прошлого года. И дело не в том, что литовскаядипломатия снижает планку поставленных задач, дело скорее в том, что каждаястрана-председатель определяет индивидуальный формат информационной подсветкисобственных инициатив. Для Казахстана председательство в ОБСЕ выступало вкачестве  стратегического проекта. Вотношении Литвы или Греции работают совсем другие подходы.

Но, сточки зрения соответствия деятельности ОБСЕ новым рискам и вызовам в системемеждународных отношений, по большому счету кардинально изменить что-либо нельзяни с греческой пассивностью, ни с казахстанской активностью. На наших глазахпроисходит формирование новой парадигмы мирового развития, и большинствомеждународных интеграционных структур оказываются на обочине этого процесса,будучи не в состоянии обрести столь необходимый консенсус столь важный длядинамичного и консолидированного ответа на новые угрозы. Но вполне возможно,что спустя какое-то время обстоятельства заставят вновь обратиться к тем идеям,которые были озвучены Назарбаевым на астанинском саммите.


  

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение