Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Президент Саакашвили и его команда

15.10.2010

Автор:

Теги:

В конце сентября парламент Грузии абсолютным большинством голосов (123 – за, 4 – против, 23 воздержавшихся и не принявших участие в голосовании) утвердил в первом чтении новую редакцию конституции. Речь идет о поворотном моменте в истории Грузинского государства - оно трансформируется из президентской в парламентско-президентскую республику с очень сложной системой взаимоотношений в треугольнике «глава государства – правительство – законодательный орган».

Предложенная конституционной комиссией модель похожа на французскую - президент избирается всенародно, но не имеет права напрямую вмешиваться в процесс формирования правительства, а Кабмин комплектуется партией, победившей на парламентских выборах.

С 1995 по 2004 год Грузия была президентской республикой с «американской моделью» разделения властей, когда президент непосредственно возглавляет правительство и не имеет право распускать парламент. Однако после «революции роз» 2003 года, триумвират революционных лидеров (Михаил Саакашвили, Нино Бурджанадзе, Зураб Жвания) заявил, что стране необходима сильная президентская власть, чтобы покончить с «шеварднадзевским застоем» и провести необходимые реформы. На семь лет Грузия вернулась к «доброй и проверенной» постсоветской системе, апробированной во всех бывших республиках СССР за исключением прибалтийских республик - президент наделен огромными полномочиями при полностью подвластном ему правительстве и слабом парламенте.

Но второй срок президентских полномочий Михаила Саакашвили истекает в 2013 году и правящая команда уже с 2007 года начала думать об эпохе «после Миши». При всей разнице интерпретаций конкретных планов власти предержащих, никто из наблюдателей не сомневается в том, что побудительным стимулом для них стала «проблема 2013». При этом технология достижения цели выбрана весьма рафинированная - проект, представленный на рассмотрение еще в июле 2009 года, «отходит» от модели всевластного президента и приближается к европейским системам разделения властей. В итоге Венецианская комиссия по конституционной реформе Совета Европы в целом одобрила реформу, назвав ее «приобщением к европейскому опыту демократии». Противникам реформы трудно объяснить тем же европейцам, что новая модель наверняка позволит Михаилу Саакашвили, при желании, остаться во власти уже в ранге премьера. На этот аргумент европейские эксперты, отвечают, пожимая плечами: «Так победите на парламентских выборах партию Саакашвили, оставьте ее в меньшинстве в новом парламенте и сами сформируйте правительство – без президента».

Впрочем, оппозиция сама осознает бесперспективность попыток победить Единое национальное движение (ЕНД) на выборах. И дело даже не в силе и непобедимости правящей партии, а в слабости оппозиции (неоднократно терпевшей крах в ходе массовых акций протеста), перегрызшейся между собой и неспособной представить обществу понятную (не говоря о приемлемости) альтернативную программу развития страны. У противников Саакашвили в Грузии есть единственный способ от него избавиться - не допустить конституционной реформы, то есть оставить всю полноту власти в руках президента, в результате чего Михаил Саакашвили будет вынужден уйти с политической сцены в 2013 году.

Наиболее рьяной сторонницей такого метода «избавления от Миши» в Грузии считается бывший спикер парламента Нино Бурджанадзе. Она выступила с инициативой созвать в Тбилиси «последний и решающий» митинг с участием сотен тысяч человек, чтобы «общенациональное собрание» сказало решительное «нет» планам Саакашвили и заставило его уйти. По сути, речь идет о новой революции. Но сколько их уже было в новейшей истории страны? А сколько было «перманентных и бессрочных манифестаций» в годы правления самого Саакашвили? Именно поэтому, большинство оппозиционных сил скептически относятся к идее «последнего и решающего митинга» в форме «общенационального съезда».

Кроме того, примитивная схема, нарисованная оппозиционными лидерами относительно планов Саакашвили на 2013 год, не совсем и не во всем соответствует реальности. ЕНД до сих пор остается самой влиятельной политической силой страны, намного опережающей по рейтингу все оппозиционные партии и даже любые их возможные или невозможные коалиции, а Саакашвили – до сих пор самый популярный политик в Грузии. По всем опросам, если бы конституция позволяла ему баллотироваться на третий срок, грузины проголосовали бы за него. Тут сказывается постсоветская ментальность - боязнь перемен, тяготение к «привычному и знакомому» и то обстоятельство, что Саакашвили действительно многого добился в процессе модернизации за последние годы своего бурного правления.

С другой стороны, есть фактор внешнего влияния. Вряд ли тем же «западным друзьям грузинской демократии» понравится перемещение президента в премьерское кресло, особенно на фоне неминуемых заявлений оппозиции о фальсификации парламентских выборов, намеченных на 2012 год. Саакашвили недавно обмолвился, что один из западных коллег сказал ему: «Грузия станет демократией только после того, как власть в вашей стране, наконец, сменится. Причем, сменится демократическим путем. До тех пор пока власть ни разу не менялась путем выборов, вы - не демократия».

В этом контексте показательны заявления, которые грузинский лидер сделал входе поездки США. Выступая в одном из американских «мозговых центров», Саакашвили сказал (отвечая на «каверзный» вопрос, чем намерен заняться после 2013 года), сказал, что «планирует наслаждаться жизнью и будет гордиться тем, что сумел построить в Грузии за 10 лет». Этот ответ – свидетельство ментальной разницы между нынешним президентом Грузии и его предшественником, бывшим партийным функционером Эдуардом Шеварднадзе. Если для последнего власть имела неотчуждаемую ценность сама по себе, то для Миши она - способ войти в историю в качестве реформатора, превратившего отсталую и погрязшую в коррупции страну в современное, быстро развивающееся государство европейского типа.

Именно поэтому, наряду с рассмотрением вполне логичной версии о стремлении Саакашвили занять пост премьера по истечении своей президентской каденции, не стоит сбрасывать со счетов и другой вариант развития событий – в частности, уход с политической сцены при гарантированном сохранении у руля власти своей команды и продолжения реформ, которыми президент Грузии так гордится. В том же выступлении Саакашвили произнес удивительную фразу: «Нисколько не забочусь о том, будут или нет меня помнить в Грузии после 2013 года. Главное, чтобы сохранилась новая Грузия, в создании которой моя личная заслуга мизерна. Это заслуга всей нашей команды».

Действительно, команда Саакашвили вовсе не безликая масса партийных активистов, способных лишь рукоплескать на съездах и безоговорочно выполнять все распоряжения «хозяина», а сплоченная когорта молодых, сильных, талантливых, умных и самоуверенных политиков, способных на самостоятельные действия. Среди них мэр Тбилиси Гиги Угулава, министр внутренних дел Вано Мерабишвили, министр юстиции Зураб Адеишвили, ближайший соратник президента по «революции роз» Гига Бокерия, вице-спикер Михаил Мачавариани. Эта команда осознает свои интересы и вполне способна выработать собственный проект решения «проблемы 2013», а также заставить Михаила Саакашвили согласиться именно с их проектом.
Автор: Георгий Калатозишвили, Тбилиси. Специально для ВК

Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение