Россия, Москва

info@ia-centr.ru

К. Сыроежкин: "Россия и Казахстан - все противоречия решаемы".

08.04.2008

Автор:

Теги:
 

3-4 апреля 2008 года в Москве прошел ВТОРОЙ РОССИЙСКО-КИТАЙСКИЙ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ФОРУМ

В нем принял участие один из ведущих экспертов РК, Константин Сыроежкин.

Он любезно согласился ответить на несколько вопросов аналитика ИАЦ Юлии Якушевой.

 

Константин Львович, в мае состоится инаугурация  Дмитрия Медведева на посту Президента РФ.  Повлияет ли, и, если да, то каким образом, смена власти в России на ее отношения с постсоветскими странами?

В целом, конечно, повлияет. Так сложилось, что важным фактором постсоветской внешней политики являются личные отношения на уровне глав государств.  Хорошо сложились отношения с Назарбаевым у Ельцина, потом у Путина. Как сложатся отношения Медведева с  Назарбаевым,  Ющенко, и Бакиевым, не говоря уже о Каримове, который принадлежит к совершенно другому поколению, нежели будущий президент России, пока сказать трудно.  

То есть какие-то изменения в отношениях произойдут,  но концептуально ничего не поменяется. Приоритетные ориентиры внешней политики России определены и Медвдеев от них не отступится. В частности, Россия продолжит  использовать так называемое «энергетическое оружие» в своей внешней политике. Во - вторых, важным элементом внешней политики будет оставаться продвижение интересов крупного российского бизнеса. Третьим направлением российской внешней политики, поскольку Медведев курирует национальные проекты, может стать развитие гуманитарного сотрудничества между постсоветскими странами, тем более, что на последнем Саммите СНГ подобные идеи уже были озвучены.

А что Вы можете сказать о перспективах отношений России с западными странами, где с именем Медведева связывают надежды на либеральные преобразования?

Сложность в том, что, как показала практика, сильной Россию на Западе видеть никто не хочет, но и непредсказуемой не хотят, тем более. Поэтому отношения с Европой, возможно, будут улучшаться.  Что касается российско-американских отношения, то здесь все зависит от того, кто придет к власти в США после президентских выборов. Но как бы то ни было, развивать отношения необходимо, ведь сложившееся сейчас положение уже никого из сторон не устраивает. Запад не может сбросить Россию со счетов, поскольку слишком много мировых проблем без ее участия решить невозможно. Это и Карибская проблема, и Афганистан, и, конечно,  постсоветское пространство. Поэтому точки соприкосновения есть, а насколько они будут реализовываться, сказать сложно.

В экспертном сообществе часто звучали и звучат до сих пор мнения о том, что ШОС изначально мертворожденная организация. Согласны ли Вы с этими представлениями? Каким Вы видите будущее Шанхайской организации?

Что касается дееспособности ШОС, то приведенное утверждение, на мой взгляд, не вполне верно. ШОС выросла из «шанхайской пятерки», которая со своей задачей справилась: вопросы о границах были урегулированы, климат доверия худо-бедно создан. ШОС как организация обеспечения региональной безопасности действует довольно эффективно. С другой стороны, внутри организации слишком много противоречий, которые необходимо решать.  Во-первых, необходимо определиться: ШОС - это глобальная или региональная организация. Так, во всех документах душамбинского саммита 2000 г. фигурировало понятие АТР. Насколько страны, входящие в ШОС, за исключением Китая и России, имеют отношение к этому региону, не совсем ясно. ШОС надо определиться с миссией. Что касается экономических  проектов, то и здесь проблем масса. Прежде всего, потому что в ШОС входят разновесовые государства. Нельзя сравнить экономику Китая даже с экономикой России, не говоря уже о Таджикистане и Киргизии. Непонятно и как реализовывать экономические проекты  в рамках ШОС в связи с отсутствием  механизма инвестирования таких многосторонних проектов. Для того, чтобы реализовать проект, необходимо договориться об условиях, а этого не происходит. Однако двухсторонние проекты в рамках ШОС осуществляются вполне успешно.  Например, нефтепровод Атасу-Алашанькоу - это двухсторонний проект Казахстана и Китая, и никак иначе. Большая проблема и в том, что  Китай хотел бы раздвинуть экономические рамки ШОС, что в свою очередь совершенно не выгодно России.

Актуален вопрос и о возможности расширения ШОС, особенно в свете недавней заявки Ирана. Как Вы оцениваете перспективы вхождения Иранской республики или другого государства в состав организации?

Вопрос о расширении - это одна из болевых точек для ШОС. Начнем с того, что все страны, которые просятся в состав ШОС имеют свои проблемы, которые, естественно, в случае их вступления в организацию, перейдут  в рамки ШОС. Как можно в рамках организации одновременно бороться с исламским экстремизмом и иметь в своем составе Иран, Пакистан или Афганистан? У Ирана масса проблем. Я не говорю уже о личности самого президента Иранской Республики. Зачем эти проблемы нужны членам организации? ШОС, конечно, не хочет ссориться с США. Мне кажется правильным, что действует временный мораторий на расширение, потому что ШОС сначала нужно разобраться с внутренними противоречиями.

Много говорится об интересах России и Китая в ШОС. А какие интересы преследует в ШОС Казахстан? И насколько эти интересы реализуются?

Во-первых, это обеспечение региональной безопасности. Во-вторых, экономические проекты, инвестиции. Кроме того,  возможность позиционировать себя как значимый субъект мирового сообщества. Ну и конечно, возможность поиграть на противоречиях внутри треугольника Москва-Пекин-Вашингтон. Все эти интересы реализуются частично. Из-за неразвитости экономической составляющей ШОС, мало что происходит в экономике. Косвенно внутри организации идет развитие двухсторонних отношений между Казахстаном и Китаем. 

Эксперты часто говорят о так называемой «Большой игре» в Центральной Азии. Каковы, на Ваш взгляд, интересы главных игроков - России, Китая и США. Можно ли сказать, что какой-то из этих стран эта «игра» удается лучше?

Сложный вопрос. Игра идет с переменным успехом. До 2002 г. преимущество за счет инвестиций был на стороне США. Там, где присутствуют большие инвестиции, появляется желание влиять на принятие и политических решений. А это часто не нравится странам, в экономику которых инвестиции поступают. Здесь достаточно вспомнить знаменитую фразу Н. Назарбаева, прозвучавшую, когда Мадлен Олбрайт начала учить его демократии. Он сказал: «мы не будем, задрав штаны бежать за демократий». И он прав - нельзя навязывать модель политического развития.

Если говорить о сегодняшнем дне, то на данный момент существует паритет между Россией и Китаем. И этот паритет не нравится России. Многие эксперты, и я с ними солидарен, рассматривают присутствие Китая в Центральной Азии, как фактор, негативно влияющий на безопасность РФ. Но есть и эксперты, которые рассматривают присутствие Китая и США как фактор позитивный, способствующий решению региональных проблем. Правы и те и другие. Можно найти и плюсы и минусы, зависит от того как выстраивать рассуждение. Усиление присутствия Китая в регионе -  тревожный момент для России. А с другой стороны нельзя забывать об отношениях стратегического партнерства и  России, и  Казахстана с Китаем. Идеал взаимоотношений - это консенсус между интересами России, Китая и США. А возможен ли этот консенсус? Сомнительно. Слишком разноплановы интересы сторон.

Не секрет, что казахстано-китайские отношения значительным образом  базируются на энергетическом сотрудничестве. Какие сферы сотрудничества, на Ваш взгляд, развиты недостаточно и нуждаются в дополнительном импульсе?

Даже в сфере  экономического сотрудничества очень много вопросов.  На 75 процентов экономика Казахстана «завязана» на Синьзяне. Я думаю, что торговать нужно не с одним регионом, а целой большой страной. Во-вторых, необходимо лучше регулировать таможенный учет и статистику. Официальная казахстанская и  китайская статистика  дают противоречивые данные, и разница составляет более 2 млн. долларов. Серьезная проблема связана с трансграничными реками. И большой вопрос, пойдет ли Китай на ее решение. Важной проблемой для Казахстана является и присутствие на казахстанском рынке китайских товаров. С одной стороны, это положительный фактор, помогающий предотвратить опасность возникновения товарного дефицита.  В то же время,  доминирование китайских товаров на казахстанском рынке приводит к тому что перестает развиваться товарное производство и даже сельское хозяйство внутри Республики Казахстан. Доходит до того, что в Алмате жители покупают китайские яблоки, и даже китайское мясо покупать выгоднее, чем мясо собственного производства. В политической сфере больших проблем в отношениях Китая и Казахстана, я не вижу. Здесь вопрос скорее, как будут построены отношения в треугольнике: Россия - Казахстан - Китай. Гипотетически возникает возможность конфликта между Россией и Китаем. Вопрос, что в таком случае делать Казахстану? Чью сторону принять?

Отношения между Россией и Казахстаном традиционно находятся на высоком уровне. Это показатель общности интересов наших государств на постсоветском пространстве или результат хороших личных отношений, сложившихся между лидерами государств? Каковы перспективы дальнейшего взаимодействия?

В последнее время Назарбаев старается расставить приоритеты. Это было сделано в его последнем Послании. Первое место было отдано России и Китаю, а потом  уже следует Европа и США.

Россия - ближайший сосед Казахстана. Те процессы, которые происходят в России напрямую касаются Казахстана. Плюс, конечно,  этническая составляющая и личные взаимоотношения наших президентов. Общность интересов также очень важна. У Назарбаева и Путина отношения сложились. И сейчас Казахстан является естественным союзников России на постсоветском пространстве. У наших стран нет глобальных противоречий, только недопонимание в частностях. Присутствует также небольшой элемент конкуренции. Но все противоречия  решаемы

Спасибо за интервью.

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение