Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Жанаозен: сотворение мифа

15.06.2010

Автор:

Теги:


Анатомия политической провокации
Алексей Банцикин
Кто-то из великих сказал: «Творите о себе мифы – боги начинали именно так!» Некоторые представители нашей оппозиции следуют этому афоризму, как руководству к действию. Акция протеста в Жанаозене достаточно подробно и регулярно освещалась сайтами так называемого «Социалистического сопротивления Казахстана» (офис которого почему-то находится в Кыргызстане). Стиль подачи информации до боли напоминает репортажи советских корреспондентов из Северной Ирландии или Гондураса. Та же лексика -- «угнетаемые», «трудящиеся», «в едином порыве». А главное, налицо все признаки советского мифа: с одной стороны легендарный героизм «восставших», их почти античная мощь, с другой -- коварство и низость «угнетателей-капиталистов».

Советских пропагандистов и казахстанских продолжателей их традиций роднит одно -- предвзятость суждений и приемы обработки общественного сознания. Все традиционно, по-советски. Любой ирландский террорист, взорвавший бомбу в школьном автобусе Белфаста, немедленно объявлялся патриотом и «жертвой полицейского произвола». А вот афганский студент Кабульского университета, пытавшийся проделать тоже самое, тут же становился «исламским ультраправым радикалистом».

Нечто подобное происходит и сегодня. Невыход на работу трактуется, как выражение недовольства трудящихся. Попытка ограниченной группы навязать свое мнение всему коллективу – выставляется как акция протеста. Хотя на самом деле, меняется лишь знак оценки события -- с минуса на плюс.

Формула конфликта

Напомним, что в начале марта группа из тридцати рабочих двух подрядных организаций Производственного филиала «Озенмунайгаз» (структурного подразделения АО «Разведка и Добыча «КазМунайГаз») заблокировала движение служебных автобусов, развозивших нефтяников к месторождениям нефти. Парализовав транспортное сообщение, водители стали выкрикивать призывы к забастовке. Их недовольство вызвали розданные накануне под роспись уведомления об грядущих изменениях в системе оплаты труда. Причем, сами изменения ни для кого новостью не были: два года подряд руководство предприятия вело с профсоюзом нескончаемый диалог, пытаясь придти к общему знаменателю. В результате профсоюз добился увеличения гарантированной заработной платы почти на треть -- с 55 до 77 процентов. До этого времени постоянная часть была мизерной по сравнению с премиальными за перевыполнение плана добычи. В условия падения запасов месторождения и тотальной зависимости от плана, это совсем даже неплохо. И вот, когда это удалось, разразился новый скандал.

На предприятии и раньше возникали конфликты. Источником их служили рабочие сервисных предприятий – водители, электрики, слесаря, повара. Не принимая участия непосредственно в процессе извлечения нефти, они, тем не менее, считают, что система выплаты премиальных за выполненный план добычи должна распространяться не только на буровиков. Шариковское понимание справедливости, – по принципу «все поделить», -- усугубляется, так сказать, естественным неравенством. Все-таки, как ни крути, а зарплата квалифицированного мастера бурения или мастера по подземному ремонту скважин, куда поболее жалования водителя, не имеющего подчас не только специального, но и полного среднего образования. Большая часть из них – мигранты из соседних экономически неблагополучных республик.

Есть еще одна категория протестантов. Это бывшие руководители обанкротившихся сервисных предприятий, выкупленных за долги компанией АО «Разведка и Добыча «КазМунайГаз». Последовавшая реструктуризация, вызвала их понижение в должности, а, следовательно, и зарплаты. Свой изменившийся статус и необходимость подчиняться руководителям из Астаны, они восприняли, как ущемление своих природных прав. Две группы «угнетенных» нашли друг друга. Кадровые амбиции бывших местных начальников и финансовые притязания мигрантов, прибывших в нефтяные края «за длинным рублем», стали точками соприкосновения. Опыт служебного интриганства одних, помноженный на алчность и претензии других – вот два важных элемента взрывчатой конфликтогенной смеси.

Детонаторы и катализаторы

Теперь поговорим о том, что поддерживает эту критическую массу народного недовольства в состоянии боеготовности. Во-первых, откровенное запустение Жанаозеня. Руководство области, увлеченное другими, более глобальными задачами, проблемы города оставляло без внимания. Вся энергия акима Мангистау Крымбека Кушербаева уходит на лоббирование проекта создания туристической инфраструктуры на берегах Каспия. Проект «казахстанского Дубая» так прочно овладел умами здешних чиновников, что все прочее давно отошло на второй план. О чем говорить, если возле акимата даже высадили… арабские пальмы в кадках! Поговаривают, что каждое деревце обошлось местному бюджету в 10 тыс. долларов.

Тем временем, социально-экономическое положение беспризорного Жанаозеня ухудшалось с каждым днем. Население города, рассчитанного по Генплану на 60 тыс. человек, выросло до 116 тысяч. Прирост обеспечили переселенцы, целыми семьями съезжавшиеся на запах нефтедолларов. Износ коммунальных инженерных сооружений (электросети, теплосети, водопровод) составил сто процентов. Областные отреагировали на это парадоксально: было принято беспрецедентное решение об ограничении расширения территории города. Запретить селиться не смогли, но запретили строиться. Результат? Никакого! Численность горожан не снизилась, социальная напряженность выросла. Кроме того, избыточность трудовых ресурсов по-прежнему не соответствует ограниченному числу рабочих мест в «Озенмунайгазе». Всем хочется зарабатывать, «как нефтяники», но способна ли «нефтянка» принять всех желающих? Жанаозен прочно прикипел к нефтяным месторождениям. Настолько, что предложи сейчас горожанину иную работу, он просто рассмеется в лицо. Да и нет ее, иной сферы деятельности! За последние десять лет от акимата не прозвучало ни одного дельного предложения о создании какого-либо нового городского предприятия. Даже швейная фабрика и та держится исключительно на заказах «РД КМГ», пошивающей здесь спецовки, в которых ходит весь город.

Глава Мангистауского региона откровенно переложил все заботы о благополучии города на плечи руководства АО «Разведка и Добыча «КазМунайГаз». Ежегодно компания выделяла области от полутора до двух миллиардов тенге на решение проблем Жанаозеня, но деньги тонули в общих расходах бюджета. Выяснить, на что именно они были израсходованы, теперь уже не представляется возможным. (Кстати, в этом году снова нефтяников вынудили подписать меморандум, согласно которому «Озенмунайгаз» выделит на инфраструктуру города 970 млн. тенге.). Местная власть фактически паразитирует на нефтяной компании, перелагая на руководство «Разведки и Добычи» исполнение своих функций по обеспечению благоприятного социально-экономического климата. Нефтяники строят здесь все – от вахтовых городков до медпунктов, школ и больниц. И, тем не менее, этого мало, мало, мало…

О «самоварах» и трубе-кормилице

Говоря об элементах конфликтности, нельзя пройти мимо еще одного обстоятельства. Город окружен плотным кольцом маломощных нефтеперерабатывающих заводов – «самоваров». Выдавая разрешение на строительство мини-НПЗ, акимат области даже не озаботился главным вопросом: откуда переработчики будут брать сырье? Между тем, ПФ «Озенмунайгаз» своей «лишней» нефти не имеет. Все добытые здесь ресурсы идут в общую копилку предприятий «Разведки и Добычи «КазМунайГаз», закачиваются в нефтепровод, по которому идут на экспорт в Европу и Китай.

В то же время и мини-НПЗ недостатка в сырье не испытывают. Секрет их бизнеса прост: нефть на эти заводы поступает… ворованная! В Жанаозене уже давно сформировались команды «черных нефтяников», каждая со своей узкой специализацией. Одни готовят «схроны» -- подкопы под участки нефтепроводной трубы, к которой снизу приваривают незаметный патрубок-отвод. Затем «схроны» продаются для последующей эксплуатации стороннему покупателю. Задача нового владельца этого «предприятия» -- слить нефть в автоцистерны, увезти и перепродать ее агентам владельцев мини-НПЗ.

Покончить с бензиновой мафией несложно. Но возможности частной охраны нефтепроводов весьма ограничены. Охранник практически безоружен, и не имеет права даже на преследование водителей автоцистерн. Полиция же сквозь пальцы смотрит на прегрешения владельцев мини-НПЗ, пользующихся покровительством местной власти. Заявления о кражах нефти, как правило, вообще не рассматриваются, или возвращаются назад с исчерпывающей формулировкой «ответственность за сохранность своего имущества несет его владелец».

Впрочем, несколько полицейских рейдов привели к ошеломляющим открытиям. Оказалось, что в числе изготовителей «схронов» и «транспортировщиков» ворованной нефти… сами работники нефтедобывающего предприятия! Точнее, сотрудники их сервисных служб. Да-да, те самые водители и слесаря, считающие себя несправедливо обделенными. Это можно считать совпадением, но давно замечено, что трудовые конфликты на «Озенмунайгазе» всегда разгораются на фоне слухов о готовящихся полицейских облавах на «черных нефтяников». Известно, что финпол Мангистауской области планировал проверку деятельности мини-НПЗ в начале марта. Но именно в это время в Жанаозене вспыхнула акция протеста. Случайность?

Технология скандала

Обратим внимание на то, как малочисленная группа протестантов в короткий срок взбудоражила общественность, и заставила увидеть в себе серьезного политического оппонента. Первое, что было сделано: группа инициаторов акции привлекла к себе внимание потенциально активных горожан. Этого не трудно было добиться, так как протестный потенциал города, забытого местной властью, и так выплескивался наружу по любому поводу. Остановка рейсовых служебных автобусов стала своеобразным Гайд-парком, где каждый получил возможность излить душу в проклятиях и лозунгах.

Пользуясь случаем, инициативная группа тут же на площади, провела импровизированное собрание профсоюза, и… переизбрала председателя профорганизации «Озенмунайгаза»! Разумеется, решение это было нелегитимным. Во-первых, потому, что собрание велось без соблюдения процедурных требований, не было оформлено соответствующим протоколом. Во-вторых, члены профсоюза ПФ «Озенмунайгаз» были представлены рабочими двух сервисных предприятий – ТОО «Крус» и ТОО «Жондеу». В-третьих, стоит ли вообще считать балаган на площади «профсоюзным собранием», если в голосовании принимали участие люди с улицы? Неужели решать судьбу своего профессионального сообщества нефтяники могли бы доверить домохозяйкам, пенсионерам и безработным? Но дело было сделано, и таким образом, 30 инициаторов протеста аннулировали всю предыдущую работу многотысячной профорганизации и работодателя по согласованию новой системы оплаты труда. Все соглашения, до сей поры удовлетворявшие большинство рабочих, были «демократическим» образом разорваны оппозиционным меньшинством. Представители Федерации профсоюзов Казахстана (ФПРК) попытались предостеречь от этого демонстрантов, но их быстро лишили слова.

Ядро инициативной группы было уже сформировано, и получило некое подобие организации. Дело осталось за малым – сформулировать, чего именно они хотят. Не получилось. Окрыленные поддержкой толпы, инициаторы забастовки сразу же перешли грань, отделяющую профсоюзных деятелей от публичных политиков. Вместо конкретных предложений, звучали абстрактные призывы и угрозы в адрес власти и работодателя. Забастовщиков мотало из крайности в крайность. Сначала они требовали снизить план по добыче нефти, но при этом увеличить премии. Потом договорились до вычленения «Озенмунайгаза» из состава национальной компании, и создании на его базе «местного предприятия с местными руководителями». Потом потребовали снять акима Жанаозеня… В целом же все происходящее напоминало анекдот – «Террористы захватили ликероводочный завод и вот уже третий день не могут сформулировать требования». И только, когда руководство «Озенмунайгаз» обратилось в суд с иском о признании забастовки незаконной, зачинщики акции стали трезветь и соотносить свои призывы со здравым смыслом. Увы, инициатива была упущена. Суд отказал забастовщикам в признании их требований законными. Однако, тот же судья вынес частное определение в адрес руководства «Озенмунайгаза», указав «на недостаточность разъяснительной работы». Именно этот документ стал козырем в последующих политических торгах.

Позиция власти или ее отсутствие?

А далее последовал ряд неожиданных уступок со стороны руководства АО НК «КазМунайГаз». Прибывший на место происшествия президент нацкомпании Каиргельды Кабылдин не только сел с забастовщиками за стол переговоров, но и согласился почти на все их требования. А, чуть позже, с акимом Мангистауской области был подписан меморандум о выделении 900 млн. тенге на «поддержку социальной инфраструктуры Жанаозеня».

Со стороны казалось, что это «рабочие добились справедливости». Именно так, захлебываясь от эйфории, комментировали итоги переговоров представители «Социалистического сопротивления». Но очень скоро аким области Крымбек Кушербаев фактически дезавуировал закулисный замысел сценария акции «рабочего» протеста. Опираясь на частное определение суда, он заявил о «недостаточно эффективном управлении активами «Озенмунайгаза» и практически согласился с идеей о смене его собственности. Понятно, что аким заинтересован в этом куда больше рабочих, для которых самостоятельный статус предприятия, по сути, ничего не изменит. А вот для акима… Достаточно перелистать Налоговый Кодекс, чтобы понять всю привлекательность этой идеи для руководства области. Вывод нефтедобывающего «Озенмунайгаза» из консолидированной структуры нацкомпании, означает увеличение налогов в местный бюджет. С такой финансовой подпиткой можно вообще забыть про необходимость привлечения инвесторов в реальный сектор экономики региона, и заниматься лишь исключительно перераспределением доходов от нефти.

Взгляды акима в этом отношении недалеки от образа мысли жанаозенского мигранта, лелеющего мечты о «дубайской жизни», где никто не работает, а лишь получает проценты от экспорта нефти. Заметим также, что самостоятельность «Озеньмунайгаза» выгодна и владельцам мини-НПЗ, поддерживающим акима. Они в этом случае получат легальный доступ к вожделенной нефти. Нетрудно понять, почему областной акимат и органы внутренних дел демонстративно не вмешивались в конфликт. Объявив забастовку «внутренним делом предприятия», они терпеливо наблюдали за тем, чья сторона возьмет вверх. А на все возможные упреки в бездействии, у них была заготовлена индульгенция -- частное определение суда в адрес руководства «Озенмунайгаз».

Когда жаждут мифа

Миф о жанаозенском протесте зажил отдельной жизнью, и каждый поспешил извлечь из него свою пропагандистскую выгоду. Потерпевшие фиаско представители Федерации профсоюзов Казахстана (ФПРК) дабы сохранить хорошую мину при плохой игре объявили это примером рабочей сознательности. Вот, мол, была опасность неуправляемого конфликта, но рабочие выбрали своих представителей, и вступили в переговоры. Так держать, ребята! О том, что депутация с площади не имела права никого представлять, «профи» предпочитают не упоминать.

«Социалистическое сопротивление Казахстана» акцентировало внимание общественности на массовости акции. Вооружась своей методикой подсчета, представители движения заявили, что на площади собралось «около десяти тысяч человек». Но что это доказывает? Любой владелец супермаркета вам скажет, что во время распродажи у него собирается народу ничуть не меньше. Видимо понимая это, «соцсопротивленцы» постарались подкрепить довод о массовости, примерами участия в акции рядовых горожан. Так, кстати, родился еще один миф о некой «пенсионерке Поповой», объявившей голодовку в знак солидарности с рабочими Жанаозеня. Что с ней случилось потом, никто не знает. Все попытки журналистов ее отыскать успехом не увенчались. А вот слесаря, якобы умершего в ходе голодовки, в Жанаозене знают слишком хорошо. Только вот родственники рабочего были не в восторге от обрушившегося на них внимания журналистов. Причина их холодности стала ясна после того, как выяснилось: бедовую «жертву произвола капиталистов» постигла смерть от отравления некачественным алкогольным продуктом.

Ритм революционных фраз не может затенить истинного положения вещей. Слишком сильно разнится традиционный образ пролетария, не имеющего «ничего, кроме своих цепей», с реальным портретом современного жанаозенца. Сами того не желая, забастовщики привлекли внимание всей страны к уровню своих заработков. И тут выяснилось, что среднестатистическая зарплата рабочего «Озенмунайгаз» на порядок выше зарплаты квалифицированных специалистов в других отраслях и регионах страны. Более того, стало известно, что маленький городок в степи является безусловным лидером Казахстана, как по числу потребительских кредитов на душу населения, так и по количеству купленных в кредит иномарок. Реакция простых казахстанцев вполне предсказуема: «С жиру бесятся!». Но сами забастовщики так не считают. Вот, что заявил представитель бастующих Иклас Шангереев корреспонденту одной из оппозиционных газет:

-- Чтобы нормальную зарплату получить, надо пахать от души. Но ведь жизнь — это не только восемь часов отработал, домой пришел, а завтра утром опять на работу. Нам детей надо растить, учить, женить, здоровье поправлять надо, желательно каждое лето отдыхать. Вот на это не хватает, хотя должно бы... К тому же сейчас у всех кредиты, сами знаете…

Жить в рыночном обществе и возмущаться тем, что «надо пахать от души» -- это, по меньшей мере, странно! Однако новым «социалистам» эти странности не мешают объявлять о росте классовой сознательности казахстанского рабочего. Известный активист движения Айбек Курманов даже сочинил на эту тему эссе под названием «Рост протестного и рабочего движения в Казахстане», одним росчерком пера отождествив слова «протест» и «рабочий». Доклад этот был представлен московской общественности, но серьезной реакции здесь не вызвал – какое дело Москве до Жанаозеня?

Миф разваливается на глазах! Мифотворцам даже не помогло упоминание о Жанаозенских событиях 1989 года, что, очевидно, должно было свидетельствовать об исторических традициях протеста. Материалы, основанные на архивных документах МВД России, оказались слишком скупы. Видимо, поэтому их «подкрепили» свидетельствами осужденного за терроризм Рахата Алиева. Правда, сам «очевидец» в то время в Новом Узене не был, и в основном оперирует слухами. Более объективную информацию журналистам мог бы предоставить нынешний лидер оппозиции Жармахан Туякбай. Именно он, будучи прокурором Гурьевской области (ее в 1989 году временно объединили с Мангышлаком), выступал государственным обвинителем на процессе жанаозенцев, осужденных за погромы чеченцев, дагестанцев и ингушей, и разжигание межнациональной розни. Прокурор с блеском выполнил заказ Москвы, искавшей в Казахстане любой повод для проведения массового антикоррупционного мероприятия по типу «узбекского дела»...

«И водрузим над землею…»

Но хуже всего другое. Попустительство власти, и поспешность работодателя, стремившегося любой ценой локализовать конфликт и предотвратить возможные убытки от падения добычи нефти, привели к серьезному сдвигу в сознании рабочих. У них появилась иллюзия, что все производственные проблемы можно легко решить в свою пользу шантажом -- угрожая забастовкой. Результат не заставил себя ждать. На предприятии резко упал уровень производственной дисциплины, участились случаи невыхода на смену и прогулов без уважительной причины, зарегистрированы беспрецедентные в «нефтянке» факты распития спиртного на рабочем месте. Руководители среднего звена в бессилии опускают руки – рабочие не повинуются указаниям управленцев. Считать ли это тоже свидетельством «роста рабочей сознательности»?

«Рабочие Жанаозеня осознали себя, как политическую силу» -- заявляют в оппозиционной прессе. Этому ли стоит радоваться? Посмотрите на соседний Кыргызстан, где у народа уже вошло в привычку решать социально-экономические страны проблемы методом «тюльпановых революций». Что выиграла братская республика, показав миру истинное лицо «демократии»? Волна насилия, обрушившегося на Бишкек, мародерство, грабежи, поджоги и погромы частных квартир надолго отвратили инвесторов от киргизской экономики. Видимо, новые «социалистические» мифотворцы жаждут повторения киргизского сценария в Казахстане. Не с этой ли целью так раздувается миф о Жанаозенской забастовке?
Автор еще раз подчеркивает, что все изложенное представляет собой ЧАСТНОЕ МНЕНИЕ журналиста, не понаслышке знакомого с ситуацией в Жанаозене.

http://www.platon.kz/30587.htm

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение