Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Булат Абилов: «Рахат на нас выходил, мы его послали подальше»

21.03.2008

Автор:

Теги:

Булат Абилов: «Рахат на нас выходил, мы его послали подальше» Подготовила Майгуль КОНДЫКАЗАКОВА, № 12 (726), 21 - 27 марта 2008

Гостем общественно-политического интеллектуального клуба «АйтPARK» на минувшей неделе стал политик, лидер партии «Азат» Булат Абилов. Что бы ни говорили о нем, как бы сам ни ошибался он в своих оценках и суждениях, этот человек с самого начала был примером незаурядной судьбы. Оппозиционная деятельность Булата Мукишевича сегодня насчитывает без малого семь лет. Что-то ему ставят в заслугу, в чем-то упрекают, в чем-то обвиняют, но ему нельзя отказать в определенной последовательности. Он, по его словам, и сегодня остается оптимистом и идеалистом, несмотря ни на что.

 

 

Нурлан Еримбетов, модератор клуба: Сегодня огромное количество наших сограждан сочувствуют критической независимой мысли, тем, кто позиционирует себя как альтернатива власти. Есть ли желание работать с этим пластом сочувствующих? Или оппозиция только там, где явное недовольство, где явные проколы властей? Но есть же люди, которые не определились, они сегодня не придут в вашу партию, но завтра могут в ней состояться.

Булат Абилов: Конечно, ощущение, что многое делается неправильно в стране, не только у меня создается, люди видят сильнейшее расслоение общества на бедных и богатых, гигантскую коррупцию, которая не дает возможности быть честным, всегда что-то надо платить или идти навстречу каким-то пожеланиям чиновников. Вы правы, это миллионы людей, которые хотят, чтобы жизнь менялась в лучшую сторону, менялась качественно. Они начинают понимать, что проблема в нас самих. Можно еще десять лет критиковать Президента, его команду, окружение и ждать, что же произойдет. Мне кажется, что во многом, мы сами - население Казахстана - в основном пассивны. Пассивны оттого, что люди, может быть, не хотят терять ту стабильность и тот покой, которые есть, и власть максимально внушила, что любые изменения - это дестабилизация, это плохо. Этот стереотип нужно ломать. Что бы ни говорили, все определяют выборы. Выборы - это как пик любой политической борьбы, кампаний, как Эверест, и особенно, президентские, парламентские. Вот их критерий - голосуют за нас или нет? Если бы мы откровенно видели, что за нас не голосуют, я бы первый ушел. Сказал бы: «Ребята, извините. Люди нас не слушают, общество не готово или мы не популярны, давайте разойдемся». Но каждые выборы - 2004-й, 2005-й, 2007-й - и у нас на руках протоколы, которые свидетельствуют: от 30 до 50 % - в той ситуации, когда нам тотально не дают работать, голосуют за нас. Это дорогого стоит...

С Алиевым у меня нет ничего общего

Н.Е.: В 2001-м на авансцену казахстанской политики вышел Рахат Алиев. Это произошло одновременно с появлением ДВК. Насколько сегодня ситуация с этой персоной обсуждаема в оппозиции и какова ваша позиция по этому вопросу? Сегодня кто-то призывает видеть в нем носителя неких идей, кто-то - банального преступника, кто-то приглашает его в свои ряды. Ваше отношение к этой фигуре в сегодняшнем контексте?

Б.А.: Не только в сегодняшнем. У меня всегда позиция по Рахату была одна и та же. Я помню моменты, когда мы встречались по футбольной теме, тогда он хотел стать президентом Футбольной ассоциации и дважды предлагал мне организовать партию, предлагал финансирование, поддержку, СМИ, говорил, что он все это согласовал наверху. И я оба раза, естественно, отвечал отказом, потому что понимал, что с этим человеком у меня ничего общего нет и быть не может. И в 2001 году я видел, что Рахат - часть системы, что, убрав Рахата, мы ничего не изменим, абсолютно ничего. Одно маленькое зло уйдет, но останется большая система, которая будет воспроизводить новых рахатов алиевых.

Что касается сегодняшней ситуации, то еще раз хочу напомнить, что борьбу с Рахатом все эти годы вела оппозиция и принципиально, и последовательно. Тот же Алтынбек Сарсенбаев, который привлекался к судебной ответственности за свои сведения о холдинге Дариги Назарбаевой. Мы его всегда открыто критиковали. И даже тогда, когда пропали банкиры, то первыми в защиту выступили мы. Если вы помните, весь февраль, март, апрель большинство, кто его сегодня пинает, молчали. Вакханалия разоблачения началась в мае. А всю весну где были эти люди? Сейчас Алиева пинают все, кому не лень, или отца его. Но сегодня не надо быть смелым или крутым, чтобы сказать: Рахат Алиев такой-сякой, его папа незаслуженно получил ордена. А вы выйдите тогда, когда человек во власти, когда в его руках миллиарды долларов, когда под ним КНБ, таможня, прокуратура, налоговая полиция, финансовая полиция, боевики. Чего только не было! И когда в 2001 году дали команду его арестовать, его не могли арестовать. Не могли! По одной простой причине: у него было сотни боевиков, которые его охраняли. Это такая бы стрельба в городе началась, мало не показалось бы. У него и техника военная была. Он бы такой переполох устроил здесь, в центре Алматы и в районе Коктюбе, где бы спрятался в одном из бункеров. Так что тогда надо было выйти и сказать: Рахат Алиев не прав. Все молчали.

Н.Е.: Но сегодня уже академики выступают у нас против Алиева...

Б.А.: Это пусть на их совести останется. Печально, что у нас всегда интеллигенцию власть использует как им удобно, как им надо. Надо, извиняюсь, «замочить» Солженицына, интеллигенция тут как тут: «Я Солженицына не читал, но я с ним не согласен». И сегодня это повторяется. Я абсолютно спокойно отношусь к этому. Времени на это нет, вперед надо двигаться.

Еще раз повторю: абсолютно никаких контактов с Алиевым у нас нет. Да, он выходил на контакт через каких-то людей, предлагал чуть ли не вплоть до финансирования. Мы его послали куда подальше. С этим человеком, который, я уверен на 100 %, убил ребят-банкиров, вывез их с Альнуром Мусаевым, никаких переговоров быть не может. Почему Мусаев прячется? Представляете, генерал-лейтенант, был руководителем КНБ, руководителем службы охраны Президента, неужели он так не любит Президента и так любит Рахата Алиева, что готов пожертвовать семьей, детьми и сейчас находится где-то там, в Вене? Подельники, кровью повязаны! Рахат их повязал всех, вот они там и сидят.

Поэтому оппозиция не готова дружить с кем попало, она дружит с теми, с кем правильно дружить. И вот в этом наш главный, наверное, жизненный принцип: дружить с теми, в ком ты уверен. Никаких сиюминутных альянсов нет. Мы абсолютно чисты и прямо смотрим в глаза всякому.

Мы ждем перемен

Н.Е.: Как вы можете оценить нынешнее казахстанское общество - одним словом? Какое настроение - тревожное, эйфория, оптимизм, пессимизм, подавленное состояние? Диагноз психологический?

Б.А.: Наверное, лозунг, который мы использовали в 2004 году: «Мы хотим перемен» - остается. То есть все равно люди хотят перемен, хотят изменений, они видят, что ничего не меняется. Даже если твоя зарплата, пенсия, пособие выросли - рядом выросли цены. Качество здравоохранения не улучшилось, качество образования не улучшилось - итак по многим сферам. А начиная с осени прошлого года, наверное, настроение многих казахстанцев сильно ухудшилось. И не только из-за скачка цен - это ужасно, когда на товары первой необходимости растут цены необоснованно, а Правительство не может с этим бороться.

Еще один вопрос: где деньги? С 2000 года уже на 200 миллиардов долларов мы экспортировали нефть и прочие ресурсы при низких трансфертных ценах, и это официальная статистика. То есть цена на нефть условно 100 долларов, отсюда уходит за 30-40. Может быть, и того меньше. С того же Атырауского НПЗ, когда цена на мазут была 100 долларов, он вывозился по цене 10-20, то есть в десять раз дешевле.

В начале 2000-х бюджет был несколько миллиардов долларов. Сегодня он в 10 раз вырос. В 10 раз зарплата выросла у бюджетников? В 10 раз пенсии выросли? Нет. А деньги Нацфонда - ради чего они лежат?

Реальный кризис начнется к лету

- Но на самом деле то, что сегодня есть, - это еще не кризис, а реальный кризис будет к лету. Ведь сейчас начались максимальные выплаты по внешним заимствованиям, и финансовые институты практически остановили кредитование. А люди вначале перестают покупать дорогие вещи: квартиры, машины, товары длительного пользования, которые можно отложить, потом перестают ходить в кино, театр, на спортивные мероприятия, потом начинают экономить на книгах, на продуктах питания. И это будет факт, увидите. Правительство сейчас радуется, что рост цен остановлен, что где-то идет снижение. Но это сезонное, вынужденное снижение, это не оттого, что Правительство хорошо работает или убедило товаропроизводителя: «Эй, парень, давай торгуй дешевле!» Да парень сам понимает без вас, без подсказки, вы ему 15 лет мешаете, он сам уже научился: что продавать, что не продавать, когда давать скидки, когда не давать. Так что кризис впереди, а Правительство ничего не делает, лишь проводит бесконечные совещания. Это Правительство, наверное, запомнится лишь сплошными программами и заседаниями.

По «волнам» оппозиции

Н.Е.: Быть оппозиционером десять лет назад и сегодня - что легче? Ведь раньше были суды, аресты, безудержное давление. Ведь сегодня ощутимо легче, есть послабления? Это ваша заслуга или мудрость власти, которая приспустила вожжи?

Б.А.: На мой взгляд, это прежде всего заслуга оппозиции первой волны, которую представляли Серикболсын Абдильдин, Петр Своик, Мурат Ауэзов, Галым Абильсеитов, Сергей Дуванов, Евгений Жовтис. Это и вторая волна оппозиции, которую возглавил Акежан Кажегельдин - среди них Ермурат Бапи, Амиржан Косанов, Гульжан Ергалиева. Третья волна, куда вошли инициаторы создания ДВК. Каждая волна и личности, которые ее представляли, внесли свой вклад. Каждый отодвигал потихоньку ту грань, которая сегодня нам с вами дает возможность сидеть, обсуждать и критиковать систему.

Все авторитарные формы правления, управляемые демократии - это все временно, это все ноу-хау наших постсоветских государств. Мир это давно прошел. И сегодня нам еще не поздно все исправить, и можно начать простой диалог с обсуждения того, что происходит. Если бы власть ничего не обещала ОБСЕ, тогда другое дело, и спроса бы не было. Но мы видим другое, наобещали много, но пока ничего нет. Пока только собираются строить новый офис ОБСЕ в Астане за 100 миллионов долларов. Зачем? Заседания ОБСЕ будут проходить один раз в год - один день, одно пленарное заседание. Зачем тратить такие баснословные деньги? Это все не нужно.

(Беседа публикуется в кратком изложении)

http://www.nachnem.kz/articles/2632


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение