Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Власть и гражданское общество в Узбекистане

04.03.2008

Автор:

Теги:
 

Власть и гражданское общество в Узбекистане. Интервью с заместителем председателя правления Общества историков Республики Узбекистан А.Т. Сабировым.

 

- Алишер Турсунович, что представляет собой Общество историков Узбекистана, заместителем председателя правления которого Вы являетесь. Каков его состав, функции, направления деятельности?

- Общество историков Узбекистана - негосударственная, некоммерческая организация. Формально оно было создано два года назад, однако к активной деятельности приступило только в ноябре прошлого года. Сейчас это просветительская организация, призванная содействовать росту исторического самосознания народов Узбекистана. Я говорю «народов»,  потому что история Узбекистана - это история не только узбекской нации, но и всех проживающих на его территории народов.

Следующим важным направлением деятельности Общества историков является популяризация исторического знания в Узбекистане. На этом пути, несмотря на  динамичное развитие исторической науки в Республике, существуют определенные проблемы. Речь идет о том, что научные труды, выпускаемые в Узбекистане, слишком академичны, написаны сложным языком. Доступ к ним имеет ограниченное число  ученых и специалистов. Не говоря уже о том, что основной массе население они и вовсе не доступны. Эти проблемы мы стараемся решать.

Говоря о третьем направлении нашей работы, отмечу, что  историческая наука развивается в основном в Ташкенте, однако существует очень серьезный потенциал для ее развития в регионах. Реализация этого потенциала затрудняется ограниченностью доступа историков из регионов к информации и отсутствием возможности проявить себя в работе. Чтобы исправить ситуацию мы решили, что Общество историков должно в значительной степени опираться на региональные силы. Сегодня в каждой области функционирует отделение Общества, объединяющее не только специалистов-историков, но и интересующихся историей своего края и страны людей, не имеющих исторического образования. Данный  подход оправдывает себя. Большое количество людей разных профессий и специальностей становятся членами нашей организации.

Наконец, важнейшим направлением деятельности Общества историков Узбекистана является укрепление межгосударственных научных связей, и прежде всего с российскими коллегами.

- Согласно, Вашим словам Общество историков является негосударственной и неправительственной организацией, то есть принадлежит гражданскому, неправительственному сектору Узбекской Республики. Каковы, на Ваш взгляд особенности гражданского общества в Узбекистане? Можно ли говорить о его отличии  от гражданского общества в России?

- Говорить о принципиальных отличиях гражданского общества России и Узбекистана вряд ли приходится. Нас связывает одна история, общность мировоззрения. Однако существуют и специфичные черты, определяющие общественное развитие Узбекистана.  Узбекистан - восточное общество. А значит, в стране велико влияние традиций,  и весьма своеобразным является понимание феномена гражданского общества.

Если на Западе признак гражданского общества - независимость от власти неправительственного сектора, то в Узбекистане независимость так называемых ННО (негосударственные некоммерческие организации) от государственных структур воспринимается как их слабость. Гражданское общество - новое понятие для Узбекистана. Поэтому в стране, где в силу традиций и  менталитета все новое воспринимается настороженно, это понятие не прижилось. Отсюда специфика гражданского общества в Узбекистане. Оно, во-первых, не автономно, неправительственные организации вынужденное сотрудничать с государственными структурами. И в итог их роль в обществе - доносить до власти проблемы, существующие внутри узбекского общества. ННО прекрасно осознают, что развитие гражданского общества невозможно без взаимодействия с политическими силами.

- Вы затронули важный вопрос взаимодействия гражданского и государственного секторов. Каковы настроения внутри узбекского общества до и после президентских выборов в Республике, когда Ислам Каримов был избран на третий президентский срок?

-  В силу закрытости и консервативности узбекского общества, очень трудно судить о   настроениях простого узбека. Так просто не принято. Не принято обсуждать политические вопросы, свои симпатии и антипатии.

 Если говорить в целом о настроениях в обществе, то можно сказать следующее. Учитывая то, что узбеки довольно терпимый народ, с молоком матери впитывающий почитание к власти, скажу, руководство страны ощущает поддержку внутри узбекского общества. Тем более, что сама власть ведет себя достаточно осторожно и не подводит к той черте терпимости, за которой неизбежно возникновение  кризиса. Власть сглаживает проблемы и противоречия, и ее положение и до выборов, и во время, и после было стабильным. Не только потому, что никто не ожидал от Каримова, что он предложит другую кандидатуру на президентский пост, а просто потому что на востоке так  принято. Если уж стал правителем, то будь им до конца. Поэтому не стоит ожидать близкую смену политических элит в Узбекистане. По рассказам молодых людей, которых привлекали как волонтеров к организации выборов, разговоры о фальсификациях итогов выборов не имеют под собой реальной основы. Население  голосовало за привычную кандидатуру. При этом интересен парадокс, проявившийся в Узбекистане: можно сколько угодно критиковать власть, но при этом всячески поддерживать ее существование.  От «знакомой» власти знаешь чего ожидать. Чего нельзя сказать о новом политическом руководстве. Население, как узбеки, так и этнические русские, проживающие в Узбекистане, опасается новых людей в политике, что частично объясняет истоки поддержки, оказанной в узбекском обществе Президенту Каримову.

- Однако Ислам Каримов не вечен, а значит, не вечна и его власть. Осознает ли Президент Узбекистана необходимость формирования механизмов передачи власти. И кто, по Вашему мнению, мог бы стать его потенциальным преемником на президентском посту?

- Этот вопрос несерьезен, пока есть Каримов. Сейчас часто рассуждают о том, по какому пути произойдет смена власти в Узбекистане. Будет ли это вариант российский, киргизский, туркменский или азербайджанский. Я, как исследователь, считаю, что это будет вариант узбекский. То есть, соберутся, обсудят и примут решение, которое устроит и политическую элиту, и простое население.

- Насколько возможно, по Вашему мнению, развитие процессов демократизации при новом узбекском лидере, либо будет продолжена политическая линия Каримова?

- Консервативное общество Узбекистана не любит быстрые реформы. Даже, если произойдет смена политических элит, бума демократизации не произойдет. Новый человек у власти должен будет работать с реальной ситуацией, учитывая специфику, присущую узбекскому обществу. У Каримова есть четкая стратегия постепенного реформирования. Кому-то это движение кажется слишком медленным, но «лучше синица в руках...» Кроме того есть еще и фактор ответственности. Узбекистан - это страна, обладающая особым геополитическим положением в Центральной Азии. И если политические события в Таджикистане и Киргизии носили локальный, ограниченный характер, то дестабилизация политической ситуации в Узбекистане может иметь серьезные последствия   для всего региона. И это необходимо учитывать.

- Но, тем не менее правительство Узбекистана уже сейчас идет на частичную  либерализацию политической системы. Речь, прежде всего, о расширении полномочий светских политических партий в Парламенте. А как Вы относитесь к перспективе создания в Узбекистане легальной исламской партии по примеру Исламской партии возрождения Узбекистана? И каково реальное влияние так называемого «исламского фактора» на узбекское общество?

- На мой взгляд, некоторые политологи, особенно российские преувеличивают влияние исламского фактора в Узбекистане. Узбекское общество кажется полностью исламизированным только внешне. Исламский фактор имеет серьезное влияние в отдельных регионах Узбекистана, в частности, Ферганской долине. Что же касается крупнейших городов Республики, например, Ташкента и Самарканда, то там преобладают светские настроения. Нельзя сбрасывать со счетов и семидесятилетнее коммунистическое правление, пропагандировавшее атеизм. Узбеки - нация прагматичная, торговая. Исламское же правление в перспективе влечет за собой значительные ограничения, в том числе экономические. Следовательно, влияние фактора преувеличено.

Что касается перспектив создания легальной исламской партии, то я считаю их довольно призрачными. Узбекское руководство делает все, чтобы не дать ни малейшую возможность для функционирования исламского политического движения. Создание исламской партии противоречит и самой религии - ислам не предполагает политической составляющей.

- То есть и в обществе нет потребности создания исламской партии?

- Я как исследователь этого не заметил. Есть круги стремящиеся использовать религиозные мотивы в своих личных интересах. Что, кстати, стало, одной из причин Андижанских событий 2005 года.

- После андижанских событий произошли значительные изменения во внешней политике Ислама Каримова. В ней над американским стал преобладать российский вектор. Однако сейчас происходит сближение Узбекистана с Западом. Как Вы оцениваете перспективы перехода правительства Узбекистана к многовекторности во внешней политике?

- Многовекторность всегда существовала в политике Ислама Каримова. Просто это не афишировалось, как в Казахстане и не исследовалось. Узбекистан всегда сотрудничал с тем, с кем выгодно. Никогда отношения с Западом не снимались с повестки дня.  Однако Америка допустила ошибку, когда попыталась применить европейские подходы в отношении Узбекистана. Россия в этом отношении, имея больший опыт общения с азиатскими обществами, действовала более гибко. Я думаю,  в будущем Ислам Каримов будет развивать отношения и с Россией, и  с Западом, исходя исключительно из стратегических интересов Узбекистана центральноазиатском регионе.

- За годы российско-узбекского сближения стороны развивали разные направления сотрудничества. Как вы оцениваете уровень взаимодействия в гуманитарной сфере?

- Связи укрепились и развиваются, особенно в научной сфере. Однако остается еще большой потенциал взаимодействия.

- Он будет реализован? С помощью каких механизмов?

Думаю, да. Есть потребность и в узбекском обществе, и на уровне научных кругов. Этому способствует русский, как язык, на основе которого осуществляется взаимодействие между двумя странами в гуманитарной сфере. Способствует углублению сотрудничества и общий багаж, наследие, оставшееся от сотрудничества с советскими учеными. Наконец, узбеки психологически более ориентированы на взаимодействие именно с Россией. Даже если на высшем государственном уровне пропадет заинтересованность в сотрудничестве, оно все равно будет осуществляться.

Перспективным было бы сотрудничество именно на уровне гражданского сектора двух государств, независимых научных центров, негосударственных комиссий. Тем более, что если совместные государственные программы и проекты уже в большом количестве действуют, то на уровне неправительственных организаций потенциал взаимодействия еще далеко не реализован.

- Алишер Турсунович, большое спасибо за интересную и содержательную беседу.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение