Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Без Сарсенбаева и Утемуратова...Модераторы: вакантный период

16.08.2009

Автор:

Теги:

 

Обладая негласным мандатом, модераторы не просто регулировали политическую ситуацию в стране, а представляли собой целый институт - один из столпов прежней стабилизационной политической модели. Но уже на протяжении больше полугода этот ответственный пост вакантен. Тем не менее, логика развивающихся событий подсказывает, что пустующее кресло модератора является не причиной, а скорее усугубляющей доминантой сегодняшнего политического кризиса. А необходимость временного «выключения» этого института из политической жизни страны диктуется сценарной линией.

 

«И имя им модераторы»

Ценители казахстанского политического театра уже привыкли разделять персонажей местной труппы на две категории - официальных лиц и церемониймейстеров кулуарного дерганья за ниточки. И в том, что первые играют роли по сценариям вторых, нет ничего удивительного. Это особенность казахстанского политического пространства заложена в ее двухуровневой системе - публичная сцена виртуальна, решения же принимаются в закулисьях. При таком «двойном дне» регуляцию политических процессов замыкают на себе фигуры, носящие особый статус - модераторы. Причем это амплуа режиссер доверит играть не каждому члену своей труппы. Дабы блюсти установленные правила игры, выдерживать межэлитный баланс, вырабатывать кулуарные договоренности модераторы должны обладать высоким коэффициентом политического веса, отличаться гибкостью, умением подводить оппонентов к общему консенсусу. Их кредо: политика - искусство компромисса. Но компромисса не выходящего за генеральную линию, которую они отстаивают и блюдут.

В разное время критики и публика по достоинству оценила игру модератора в исполнении Марата Тажина, Булата Утемуратова, Алтынбека Сарсенбаева. Благодаря модераторам власть выдерживала политическую конкуренцию в заданном пространстве и рамках. С другой стороны они эффективно влияли и на саму властью, подталкивая ее на определенную модернизацию политического пространства и создание механизмов по согласованию интересов (ПДС, НКВД, Государственная комиссия по разработке и конкретизации программы демократических реформ).

Но ключевое значение института модераторов приходилось на периоды политических кризисов - «люди в сером» успешно «разруливали» сложные ситуации, разводили агашек по сторонам, умеряли оппозиционный пыл. И, как правило, в тяжелые для власти времена «призывались» именно примы-модераторы. Вспомним 2001 год, тогда после известных ноябрьских событий модераторскую тунику доверили Тажину. 2004 год - очередной внутриэлитный накал доверили тушить Утемуратову. После убийства в 2006 году Алтынбека Сарсенбаева, «разруливать» кризисную ситуацию поручено тому же Тажину (кстати, на трагическом примере Сарсенбаева и последовавших после его гибели череде потрясений отчетливо прослеживается роль и значение этого института). Не случайно в казахстанской политической истории разрешение кризисов связывают именно с эффективной деятельностью модераторов.

Фактически «люди в сером» стали действенным инструментом казахстанской модели демократии. Они заменяли собой институты по согласованию интересов, а их деятельность балансировала казахстанскую политическую систему, позволяя избегать радикализации оппозиции и подталкивая власть на определенные уступки. И, несмотря на определенную субъективность, сам политический процесс был управляемым и контролируемым. На протяжении многих лет система работала. Менялись исполнители, но в целом сам институт был ключевым в прежней стабилизационной системе. Однако мы не случайно употребляем прошедшее время.

 

«Ничего личного, одна политика»

После внезапной и бесславной демобилизации Булата Утемуратова модераторская туника остается пылиться в чулане. И внимательных наблюдателей не может не настораживать, что период «sede vacante» неоправданно затянулся. Напрашивается очевидное следствие: прерывание процесса модернизации (резкое сворачивание трансформации политического пространства сопровождается актуализацией тезиса о страновой специфике); отсутствие механизмов по согласованию интересов (излюбленный метод по разрешению политических кризисов через диалоговые площадки подозрительно забыт); радикализация власти (не желание идти на компромиссы и уступки усиливается целенаправленным закручиванием гаек по всем направлениям); поляризация сил и игроков (лагерь оппонентов, а также их общая «температура» повысилась, причем определенная нервозность наблюдается и в президентском стане); усиление позиций «ястребов» (сторонники силового сценария расправили свои крылья).

Между перечисленными трендами и пустующим креслом модератора, прослеживается причинно-следственная связь, которая действительно наталкивает на вывод - одной из причин сегодняшнего политического кризиса является отсутствие модераторов. Этим тезисом можно было бы и ограничиться, если не одно «но» - доступ к модераторской площадке заблокирован сознательно. Ведь если в прежние политические кризисы «люди в сером» в первую очередь свистались на модераторский мостик, то сегодня капитан не торопится давать такой сигнал. Хотя скамейка запасных дирижеров кулуарной политики доказавших свою профпригодность и преданность главе государства, хоть и коротка, но не пустует. В связи, с чем напрашивается ряд вопросов - в основе такого отказа лежит фактор исполнителей или же дело в кризисе самого института? Вакантный период носит временный характер либо начата процедура банкротства?

Самый тривиальный ответ - невостребованность модераторских услуг связана с провалом миссии Утемуратова в вину, которому ставят выход из-под контроля ситуации с ФПГ Алиева и Аблязова. Тем не менее, учитывая конструктивные особенности казахстанской политической системы, ее зависимость от необходимости кулуарного модерирования говорить о банкротстве всего института модераторов было бы голословно. Поэтому в поисках причин было бы оправдано расширить сюжетную линию и обратиться к вопросу нового этапа политического строительства.

К происходящим в стране процессам и их интерпретациям относиться можно по-разному, но стоит признать - действия центра являются осмысленными, а направлены они на переформатирование политической модели. Ведь прежняя модель хотя и являлась стабилизационной, но ее задачи ограничивались механическим поддерживанием баланса сил. Причем существовавшая система сдержек и противовесов действовала в небезопасном ручном режиме, а участившиеся сбои свидетельствовали - обеспечить долгосрочную перспективу она не в состоянии. Понимание, что в существующих рамках достичь транзита власти невозможно и подтолкнуло центр отказаться от утопической идеи о консенсусе казахстанских элит и приступить к поиску конкретных механизмов по обеспечению устойчивости политической системы.

Поэтому не удивительно, что инвентаризация стабилизационной модели политического пространства затронула, прежде всего, институт модераторов. Формирование новой повестки дня и пересмотр негласных нормативных актов регулировавших политические процессы, заставляет отказаться от сдерживающего фактора коим выступали модераторы. Ведь когда меняются ранее установленные правила игры, то соответственно отпадает и необходимость в их блюстителях. Судьба этого института зависит от дальнейшего вектора развития событий. Но повторимся - в силу «двойного дна» казахстанской политической системы, полностью отказаться от услуг модераторов на данном этапе невозможно. Поэтому пустующее кресло кулуарного дирижера - тренд временный, а приближающийся новый сезон расставит все точки над i. Но вне зависимости от того, кто наденет запылившуюся тунику модератора сам свод правил, которыми они руководствовались, поменяется. Очевидно, что произойдет и сокращение пространства для маневров модераторов за счет введения альтернативного института-дублера, который обеспечит увеличение коэффициента стрессоустойчивости политической системы.

Бауржан ТОЛЕГЕНОВ

Cпециально для ИАЦ

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение