Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Взаимодействие с НАТО во внешней политике и внутренней жизни Украины, Ч.1

10.07.2009

Автор:

Теги:

 

 

А.С. Левченков, кандидат исторических наук,

доцент кафедры стран постсоветского зарубежья РГГУ

А.В. Гущин, кандидат исторических наук,

доцент кафедры стран постсоветского зарубежья РГГУ

 

Вопрос о взаимодействии с Североатлантическим альянсом был поставлен руководством новообразованного украинского государства практически сразу после объявления независимости. Главной объективной причиной этого являлась определенная внешнеполитическая пустота, в которой оказались бывшие союзные республики СССР после распада единого государства, а также военно-политических и экономических организаций, до конца 1980-х гг. охватывающих советское пространство. Налаживание партнерских связей с евроатлантическими структурами в этой ситуации представлялись украинскому руководству соблазнительным вариантом укрепления позиций своей страны на международной арене.

При этом необходимо иметь в виду, что СНГ, образовавшееся одновременно с распадом Советского Союза, и, по замыслу его творцов, предлагавшее вариант сохранения тесных экономических и социокультурных связей между новыми независимыми государствами, изначально рассматривалось Украиной в качестве россиецентричной организации. В российской историографии уже стало общим местом утверждение, что внешняя политика Украины первых лет независимости строилась на основе отрицания России как оптимального международного партнера. По мнению украинских политиков, пришедших к власти, Москва, обладающая внушительным военным потенциалом и имперскими амбициями, считалась основной, если не единственной угрозой украинской государственности[1]. Наоборот, от евроатлантических структур Украина, прежде всего, ожидала поддержки проводимых политических и социально-экономических реформ, а также укрепления независимости и повышения авторитета на международной арене.

Первые годы существования независимой Украины можно охарактеризовать в целом как время отсутствия нацеленной политики по отношению к ней у государств-участников Североатлантического альянса, не определивших место новообразованного государства в своих координатах видения новой системы международных отношений. Равным образом и украинская властная элита, в большей степени занятая укреплением собственных позиций внутри страны и только свыкающаяся с новой ролью Украины на мировой арене, в тот момент не могла сформулировать четкой программы сотрудничества с НАТО. В эти годы Киев стал объектом активных совместных действий со стороны и НАТО, и России, направленных на обеспечение безъядерного статуса украинской державы. Напомним, что по состоянию на 1992 год на территории Украины размещались 176 межконтинентальных баллистических ракет, имеющих 1200 боеголовок, авиация, способная использовать ядерные боеприпасы, а также более 2500 тактических ядерных ракет[2]. Кроме того, на Украине имелись технологии для производства как самого ядерного оружия, так и средств его доставки. В результате напряженных переговоров в январе-феврале 1994 года Украина подписала трехстороннее соглашение по ядерным вооружениям с Россией и США и ратифицировала договор о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1), а в ноябре 1994 года Киевом был ратифицирован Договор о нераспространении ядерных вооружений.

Формально Украина избрала курс на упрочение своего международного положения как нейтральной с военно-политической точки зрения, державы. Однако наиболее последовательно этот курс на протяжении как первых лет независимости, так и в последующие годы проводился в отношении России, но не НАТО. Уже в течение полугода после распада СССР лидеры Североатлантического альянса и Украины обменялись визитами, в ходе которых было подчеркнуто стремление обеих сторон к широкоформатному сотрудничеству. Таким образом, изначально Киев подчеркнуто демонстрировал стремление к проведению внешнеполитического курса, важнейшей составляющей которого являлись евроатлантические структуры. Первыми ощутимыми результатами такой политики стали заключение Киевом рамочного договора с НАТО в рамках инициативы «Партнерство ради мира» в феврале 1994 года и поддержка инициативы государств Центральной и Восточной Европы о вступлении в Северо-Атлантический альянс, с одной стороны, а также ухудшение отношений с Россией. Последним значимым шагом команды Кравчука в данном направлении стали переговоры с представителями стран-членов альянса в марте 1994 года.

Основы внешнеполитического курса Украины относительно Североатлантического альянса были определены в «Основных направлениях внешней политики Украины», утвержденных Постановлением Верховной Рады Украины № 3360-ХІІ от 2 июля 1993 г. В этом документе, в частности, подчеркивается, что «в условиях исчезновения блочного противостояния в Европе приоритетного значения приобретает проблема создания общеевропейской структуры безопасности на базе существующих международных институтов, таких как СБСЕ, РПАС, НАТО, ЗЄС. Непосредственное и полное членство Украины в такой структуре будет создавать необходимые внешние гарантии ее национальной безопасности» и «учитывая кардинальные изменения, которые состоялись после распада СССР и которые определили современное геополитическое положение Украины, провозглашенный ею в свое время намерение стать в будущем нейтральным и внеблоковым государством должны быть адаптирован к новым условиям и не может считаться препятствием ее полномасштабного участия в общеевропейской структуре безопасности[3]».

Приход к власти на Украине Леонида Кучмы традиционно ассоциируется с потеплением отношений между Киевом и Москвой. В условиях масштабного экономического кризиса, сопровождавшегося колоссальным падением практически всех производственных отраслей и, как следствие, уровня жизни населения, оценка перспектив сближения с евроатлантическими структурами в целом стала казаться экспертам и исследователям более взвешенной и разносторонней.

Это не означало отказа Киева от стремления к расширению сотрудничества с НАТО. Основу внешнеполитического курса Кучмы составила концепция «многовекторности», сформулированной, но не реализованной в полной мере еще при первом украинском президенте. Суть концепции сводилась к осознанию украинскими политиками неизбежности взаимодействия их страны в силу ее географического положения как с США и Западной Европой, так и с Россией. При этом, хотя переломных моментов в отношениях Киева с Североатлантическим альянсом не наблюдалось, тем не менее, в период президентства Кучмы на Мадридском саммите НАТО в 1997 г. была подписана «Хартия об особом партнерстве Украины и НАТО». Стороны обменялись официальными представительствами: в Киеве открылся Центр информации и документации Североатлантического альянса, а в штаб-квартире НАТО появилось украинское представительство, где с 1998 года начал работу специальный военный представитель Украины.

4 ноября 1998 года Президент Украины Л.Д.Кучма своим Указом утвердил «Государственную программу сотрудничества Украины с НАТО на период до 2001 года», которая была разработана с целью активизации и углубления отраслевого сотрудничества министерств и ведомств Украины с соответствующими комитетами и структурами Альянса в Украине. Меморандум о взаимопонимании между Кабинетом Министров Украины и штабом Верховного главнокомандующего объединенных вооруженных сил НАТО на Атлантике и штабом Верховного главнокомандующего объединенных вооруженных сил НАТО в Европе относительно обеспечения поддержки операций НАТО со стороны Украины, подписанный 9 июля 2002 г., предусматривал регулирование вопросов предоставления страной-хозяином оперативной и материально-технической поддержки силам НАТО во время проведения операций и обучений. С 2000 г. началось участие украинских военных в совместных учениях.

В годы президентства Кучмы, помимо сотен менее значимых мероприятий, состоялись два саммита Украина - НАТО (в 1999 году и 2002 году). Именно в эти годы на постсоветском пространстве шла активная работа по модернизации механизмов взаимодействия межу странами-участниками Договора о коллективной безопасности, в результате чего в 2002-2003 гг. в основных чертах сложилась новая региональная военно-политическая организация - Организация Договора о коллективной безопасности. Украина предпочла остаться вне рамок этой организации, что стало очередным свидетельством приоритетности западной составляющей внешнеполитического курса Украины.

При Кучме Украина стала одним из инициаторов создания и развития новой организации на постсоветском пространстве - ГУАМ (по первым буквам названий стран-участниц: Грузия, Украина, Азербайджан, Молдова), которая традиционно оценивается как альтернативная объединениям, направленным на развитие интеграционных процессов между новыми независимыми государствами при ведущей роли России[4]. ГУАМ была изначально ориентирована на тесное сотрудничество со странами ЕС и Северной Америки, являясь потенциальной площадкой для запуска механизмов интеграции в евроатлантические структуры. Примечательно, что о создании Консультативного форума ГУАМ было объявлено на саммите Совета Европы в Страсбурге в 1997 году, а многие судьбоносные встречи лидеров стран-участниц организации проходили на территории США: в Вашингтоне в апреле 1999 года в рамках встречи Совета Евроатлантического партнерства (по итогам вашингтонской встречи в состав ГУАМ вошел Узбекистан, а сама организация стала называться ГУУАМ), в Нью-Йорке в ноябре 2000 года.

В конце 2002 года была принята «Рамочная программа ГУУАМ-США по содействию торговле и транспортировке, обеспечению пограничного и таможенного контроля, борьбе с терроризмом, организованной преступностью и распространением наркотиков», в рамках которой странами ГУУАМ при содействии США, Центра SECI, ряда других государств и организаций был реализован ряд совместных проектов, направленных на выработку основ тесного сотрудничества ГУАМ с НАТО, создание новых возможностей для транзита энергоносителей из бассейна Каспийского моря в Европу.

И все же применительно к периоду рубежа 1990 - 2000-х гг. трудно говорить о наличии у Киева последовательной и адекватной реалиям программы по достижению членства страны в НАТО. В пользу такого вывода говорит ряд осложнений между Киевом и государствами-членами Североатлантического альянса в начале 2000-х гг., включая продажу Украиной Ираку, лидер которого Садам Хусейн считался основным противником НАТО, радарных установок «Кольчуга». На Пражском саммите НАТО в ноябре 2002 года украинский лидер, по единодушному мнению наблюдателей, находился практически в изоляции, игнорируемый лидерами крупнейших держав. Отрезвляющее воздействие на украинских политиков оказало обнародование в 1999 году Плана действий для членства в НАТО, согласно которому государства, желающие стать членами альянса, должны были пройти сложную многоступенчатую процедуру согласований проверок по системе специальных индикаторов готовности к вступлению в организацию. По оценкам большинства как украинских, так и международных экспертов, Украина оказалась далека от соответствия многим ключевым индикаторам, в особенности, внутриполитическим и социально-экономическим.

Однако это не означало замораживания сотрудничества с евроатлантическими структурами. Наоборот, весной 2002 года Совет национальной безопасности и обороны Украины принял Стратегию по НАТО, в которой обосновывалась необходимость дальнейшего развития сотрудничества с альянсом. Киев разработал целевой план мероприятий взаимодействия. В 2003 году Украина пошла на беспрецедентный шаг и приняла решение об отправке «миротворческого контингента» для участия в военной кампании в Ираке, не получившей однозначной поддержки даже среди членов НАТО.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение