Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Г. Ситнянский: ЕВРАЗИЙСТВО ПОДЛИННОЕ И МНИМОЕ. Ч.1.

14.03.2009

Автор:

Теги:
 

Г.Ситнянский

Институт этнологии и антропологии РАН

 

 

 

Зародившаяся в 1920-х гг. в среде русских эмигрантов и развитая в конце ХХ в. Л.Н. Гумилевым теория (и выросшая из нее идеология) «евразийства» стала предметом многочисленных дискуссий. Адепты этой теории объявили Российскую Империю органическим синтезом населявших ее народов, в течение последних полутора тысячелетий - преимущественно восточных славян и тюрков-степняков, каковой синтез просто не мог не привести к образованию на данной территории единого государства. В настоящее время евразийская идея переживает «второе рождение», и как в таких случаях часто бывает, ее сторонниками объявляют себя люди, не имеющие к ней никакого отношения.

К таковым, по моему убеждению, относится и Александр Гелиевич Дугин. Он родился в 1962 году в Челябинской области. Отец - генерал, работавший в системе Главного разведывательного управления Генерального штаба  Вооруженных  сил  СССР, устроил своего сына, так и не  окончившего  МАИ, в архив КГБ. Позднее амбиции А.Г. Дугина сделали его к 35 годам человеком номер два в Национал-большевистской партии Э. Лимонова, с которой, однако, он в начале XXI в. порвал. Увлекался масонством, фашизмом. В свое время был врагом "Советской империи", в настоящее время придерживается прямо противоположных  взглядов.[1] Однако через все эти «колебания относительно генеральной линии» Дугин пронес декларируемую верность евразийству.

Между тем Дугин, по моему убеждению, на самом деле евразийцем не является. Точнее, он принимает многие второстепенные черты евразийства, создавшие этой системе взглядов негативную репутацию в либеральных и демократических кругах, не разделяя в то же время фундаментальных положений евразийской теории. 

Начнем с того, что значительная часть евразийцев исповедовала антизападные, антилиберальные и тоталитарные взгляды. Так, «евразиец № 1» Н.С. Трубецкой (здесь и далее я буду называть его так согласно общепринятой оценке, хотя имеется и другая точка зрения - что «евразийцем № 1» был П.Н. Савицкий) говорил о «евразийской партии» как о «государственно-идеологическом союзе, не делящемся властью с другими партиями и даже не допускающем существования других партий».[2] Примерно то же самое утверждал Н.Н. Алексеев, по сути, повторяя В.И. Ленина: на Западе, дескать, существует некая константа, заслоняемая пышными декорациями демократического режима, а «мы» (евразийцы - Г.С.), выдвигая тезис об однопартийной диктатуре, вдохновленной «идеей-правительницей», «четко формулируем то, что они старательно прячут». Евразийцы выступали за «единство народа», воля которого должна быть выражена «через определенного носителя»,[3] причем «идея-правительница не может допустить существования внутри себя каких-либо неподконтрольных ей факторов».[4]

Но, помимо этих евразийцев-антилибералов, есть среди евразийцев и такие авторы, которые утверждают, что признание евразийской сущности России не противоречит ее интеграции в Европу. Например, этой точки зрения придерживался П.М.Бицилли.[5] Ф.А. Степун, будучи евразийцем, полагал, что Россия-Евразия - скорее Европа, поскольку «православие не настолько отличается от католичества, чтобы оторвать их друг от друга».[6] Г.П.Флоровский говорил, что Россия все же ближе к неправославной Европе, чем к совсем не христианской Азии.[7] Г.В. Вернадский, будучи евразийцем в геополитической и культурной областях, по политическим симпатиям был ближе к кадетам[8] и, признавая, что «монгольское иго способствовало отрыву России от Европы», добавлял: «Большой вопрос, насколько глубок был этот отрыв».[9] Имеются сторонники подобной точки зрения - назовем ее евразийско-либеральной - и среди нынешних евразийцев - например, Р.Я.Евзеров.[10]

Так вот, к этим вторым (назовем их условно «либеральные евразийцы») Дугин никакого отношения иметь принципиально не желает. Напротив, тоталитарные составляющие идеи евразийства доведены им до уродливо-комических размеров. Дугин противопоставляет демократии европейского типа, якобы «ведущей к отчуждению граждан от сферы политики», некую «подлинную демократию», где народ «соучаствует в своей собственной судьбе»; в случае с Россией эта «подлинная демократия» предполагает или, во всяком случае, не исключает сосредоточение управления в руках группы лиц или даже одного человека, «что не противоречит принципу органической демократии в том случае, если общий вектор деятельности высшего лица (группы лиц) государства соответствует основному направлению исторического развития...».[11] Все это замечательно, непонятно только, кто будет определять, что соответствует «основному направлению», а что нет. Отрицает он и разделение властей, пишет буквально следующее: «Полноценная демократическая партийная система в России не сложилась, а с точки зрения евразийской идеологии - и не может сложиться... Свойственная Западу партийная модель порождает лишь клановость и коррупцию. По большому счету, весь парламент надо сделать [про]президентским и беспартийным, своего рода законодательным отделом при администрации президента».[12] Судебную и «четвертую» власти, надо полагать, тоже...

Но при всей важности политики, она все же в конечном счете определяется экономикой. Не все даже евразийцы-антилибералы (не говоря уже о либералах Евзерове или Бицилли) были согласны с монополизацией всего и вся по крайней мере в экономических вопросах - так, П.Н. Савицкий писал, что «там, где требуется только сохранение, нужен хозяин-общество (тут Савицкий, как и люди «советских» взглядов, видимо, путает «общественное» с «государственным», но это отдельная тема - Г.С.), там же, где необходимо творчество и развитие - хозяин-личность».[13]

А вот Дугиным подобные «сомнения» отринуты напрочь: он категорически выступает против частной собственности, против всяких попыток приватизации, капитализации, призывает «ориентироваться на коллективный, корпоративный и государственный контроль... над экономической реальностью», призывает «отбросить сомнительную химеру «национального капитализма»».[14]

Вообще, политическим и экономическим идеалом для евразийцев-антилибералов была империя Чингис-хана; наиболее откровенно выражался Э.Хара-Даван: монгольские ханы, а затем московские цари создали систему абсолютной власти, при которой вся страна была их полной собственностью, а подданные - крепостными рабами. Начиная с Петра I (на самом деле уже с первых Романовых; кстати, и Дугин видит начало всех бед России в воцарении в 1613 г. Романовых - Г.С.) в Россию пришли «чуждые нам западные ценности» - например, права и свободы личности,  а также уважение к частной собственности.[15]

Вот и сейчас Дугиным предлагается некий "аграрный социализм", который существовал якобы как в нашей стране, так и в Византии и был упразднен в России только в результате "неофеодальных западнических реформ Петра" (?) В реальности «аграрный социализм», который предполагает полное уничтожение частной собственности и временное пожалование поместий дворянам за службу с последующей передачей другим лицам, существовал в Московском государстве с момента его возникновения в последней трети XV в., достиг своей «высшей точки» при Иване Грозном и был упразднен в 1627 г., когда указом царя Михаила Федоровича поместье было объявлено наследственной собственностью при условии службы владельца. И сделано это было не от хорошей жизни - выяснилось, что временщик думает только о том, как бы обобрать мужика здесь и сейчас, не думая о будущем. Страшное разорение России, начавшееся в 1570-х гг. и продолжавшееся полвека, а равно две проигранные войны с Польшей - Ливонская война и война периода Смутного времени, едва не окончившиеся полной потерей Россией независимости - результат в основном такой политики.

Далее, хотя об этом прямо не говорится, Дугиным предлагается дармовой труд, поскольку трудовую психологию русских характеризует "представление о труде как самостоятельном и духовном процессе, превосходящем соображения вознаграждения или иного материального результата" и "этика труда, который в национальном сознании русского народа рассматривается как исполнение нравственного долга, а не стимул в виде получения вознаграждения" и "противостоит принципу эксплуатации, наживы"[16] (но, похоже, совсем не противостоит принципу дармовой эксплуатации с помощью принудительного труда на Всемогущее Государство - Г.С.).

Большевики, выполнившие, по мнению евразийцев-антилибералов, роль «санитаров истории», очистили Россию от этих «чуждых нам западных глупостей», а скоро (написано в 1929 г.) «появится новый Чингис-хан», который «покажет этому Западу»[17] и Россия пойдет войной на Запад «подобно тому, как гунны двигались на Европу».[18] Правда, большинство евразийцев-антилибералов выражалось мягче, убеждая своих читателей, что «евразийская» система предполагает «не голое рабство, а абсолютное подчинение всех, до царя» - подчинение «не человеку, а идее».[19]

Сейчас эти красивые фразы отброшены, и дугинцы выступают с прямой апологетикой рабства. «Индивидуализм и независимость суждений - черты Европы... Добродетели русского человека - любовь к хозяину и послушание», - изрек на очередном собрании дугинистов некий «молодой талант» из Якутии еще 20 апреля 2001 г.,[20] поставив «истинно-русских людей» на одну доску с собаками или лошадьми. Насколько мне известно, это первый в России случай, когда люди, претендующие на звание интеллектуалов, выражаются так откровенно. В частных беседах они еще откровеннее: «Да, мы за рабство! Элита должна властвовать над ублюдками!» (сказано мне одним из активистов дугинского Евразийского Союза Молодежи Олегом Фоминым еще 16 февраля 2001 г.).

При этом евразийцы-антилибералы 1920-х гг. были уверены, что такая Россия победит Запад путем перехода - после свержения коммунистов и замены их «неправильного» единственно-верного учения на «правильное» - от экспансии III Интернационала к подлинной экспансии - евразийской.[21] Эту экспансию, как и большевистскую, предполагалось осуществлять путем «организации хаоса (на территории других стран - Г.С.) и затем постепенного распространения истинного организованного начала на всю Вселенную».[22] Вообще, как представляется, чуть ли не единственная претензия евразийцев-антилибералов к большевикам заключалась в том, что последние объявили «единственно-верным» не их учение.

Дугин и тут превзошел своих предшественников. Он полагает, что даже всей Евразией как материком нельзя ограничить интересы русского народа, поскольку русский народ якобы "богоносен" и идея, которую ему предстоит осуществить, представляет собой последнее слово в земной истории. Перспектива русского народа имеет в пределе общепланетарное значение как утверждение особого русского типа мировоззрения по всему миру. Отказ от имперостроительной функции означает конец русского народа как исторической реальности, национальное самоубийство.

Речь при этом идет, правда, не о безграничном расширении жизненного пространства русских, а об утверждении особого "русского" типа мировоззрения.[23] Судя по всему, это эвфемизм вместо слова "тоталитаризм". По крайней мере, Дугин в одной из своих работ прямо хвалит тоталитарные "революции" Гитлера, Муссолини и Франко как "революции третьего пути" (т.е. альтернативного "атлантизму").[24] Снова и снова он возвращается к идее: историческая миссия России - выработка планетарной идеологии, представляющей собой антитезу атлантизму.[25]

В другом месте у Дугина сказано еще яснее: битва за мировое господство русских не закончилась,[26] поскольку русские и впредь "готовы идти на немыслимые жертвы и лишения, лишь бы реализовывалась и развивалась национальная идея, великая русская мечта".[27] Хотя такая идея - «утверждение особого русского типа мировоззрения по всему миру» - какая угодно, только не национальная, пусть даже в уродливой форме «претензий на мировое господство избранного народа» (как у Гитлера и многих до него), а мессианская, очередная глобальная утопия, в жертву которой приносятся реальные интересы России.

Вообще, декларированный евразийцами-антилибералами синтез в России Запада и Востока, однако, остается именно декларированным, поскольку «синтез» в их интерпретации заключался в полном отрицании Запада в пользу Востока, и в результате получился один Восток, причем, перефразируя поэта, «Восток Ксеркса, а не Христа», с преклонением перед всевозможными Чингис-ханами и объявлением Запада источником всех бед России.

Дугин и тут переплюнул своих предшественников. Так, еще евразийцы-антилибералы 1920-х гг. объявили причиной кризиса евразийской системы то, что Грозный якобы заменил «государство правды» западной идеей «чистой монархии»,[28] забывая о том, что как раз Иван Грозный и чванился своим превосходством над западными монархами на том основании, что у них не «чистая монархия», что они «не государи, а на своем государстве урядники», поскольку вынуждены блюсти какие-то еще там права и вольности своих подданных, от чего он, Иван Грозный, избавлен.[29] Позднее Л.Н. Гумилев, осуждая Ивана Грозного, объявлял его «своеобразным западником», из чего, мол, и проистекали все беды его правления.[30]

Однако как классические евразийцы-антилибералы, так и Л.Н. Гумилев все же осуждали опричнину. Сторонники Дугина все эти «метания и сомнения» отбросили напрочь. Они называют себя «евразийскими опричниками» с гордостью и призывают к канонизации Грозного.

Но при всех негативных чертах главной в евразийстве является позитивная составляющая, которую не хотели замечать его либеральные критики, не желавшие видеть в евразийстве ничего, кроме Чингис-хана и «свирепой диктатуры со сгибанием всех инакомыслящих в бараний рог».[31] Я имею в виду представление о России как об органическом единстве пусть не всех народов Российской Империи - СССР, но некоторых, а именно восточных славян и населения Великой Степи. И это положение евразийства отнюдь не противоречит ни либеральным и демократическим ценностям, ни интеграции России в Европу. Вопрос в том, какие именно народы бывших Российской Империи - СССР входят в Евразийское единство, а какие нет. По нашему мнению, здесь есть несколько критериев.

Первый отличительный признак принадлежности к Евразийскому единству - способность населяющих его народов к симбиозу между собой. Начиная от скифо-сакской эпохи в симбиозе жили скотоводы Великой Степи от Днестра до Алтая и жители расположенные севернее лесов. Этнический состав населения менялся, но принцип оставался. В XI в Степь заселили кипчаки, и сегодня составляющие основу тюркской части Евразийского единства. В начале XII в., подавив  начинавшийся сепаратизм как русских князей, так и половецких ханов, Владимир Мономах создал русско-кипчакское полицентрическое государство, занимавшее территории современных России (без Восточной Сибири и Крайнего Севера), Украины, Белоруссии, Казахстана и Северной Киргизии.

Второй критерий - добровольность присоединения народов к России в XVI-XIX веках. Тюркские (и не только) народы Сибири, алтайцы, буряты, калмыки, равно как и добровольно присоединившиеся к России слабо исламизированные казахи, киргизы, башкиры, ногайцы - это и есть степняки-евразийцы. А вот неевразийские народы оседлой Средней Азии, некоторые народы Северного Кавказа и т.д., у которых ислам укоренился глубоко, действительно пришлось присоединять силой.

Отсюда вытекает третий критерий - слабая исламизированность (или полное отсутствие влияния ислама). Отметим, кстати, что «евразиец № 2» П.Н. Савицкий («номером два» я называю его опять же достаточно условно, так как именно он - единственный из евразийцев - сохранил верность этому движению до конца своих дней и именно он пытался превратить движение в политическую партию)  писал о том, что «оседлые (орошаемые) части Средней Азии принадлежат скорее к «Иранскому» (исламскому - Г.С.), а не к Евразийскому миру».[32] Н.С. Трубецкой приходил к такому же выводу на основе анализа  музыкальной культуры среднеазиатских народов.[33]

По моему мнению, этим (и следующим, о которых речь ниже) критериям соответствуют Россия, Украина (без Галичины), Белоруссия, Казахстан и Киргизстан. В границах этих самых государств, на территории которых находилось, кстати, и полицентрическое государство Мономаха (не занимавшее только Восточную Сибирь и Сибирский Крайний Север), мне представляется полезной евразийская интеграция бывших советских республик.[34] Таким образом, по моему мнению, естественные границы России совпадают с естественными границами Евразийского единства, а империя - это то, что сверх них. Такой же точки зрения, кстати, придерживается и один из бывших соратников Дугина, а ныне его противник А. Малер.[35]

Так вот, у Дугина как раз эта, позитивная составляющая евразийства отсутствует. Понятно, что вариант будущего России в виде неимперского евразийского государства (демократической федерации евразийских народов), способствующий как устойчивости Российско-Евразийского государства, так и предотвращению разрушения Евразийской геополитической целостности, а также интеграции России-Евразии в Европу, им даже не обсуждается. Ну, допустим, это извинительно: Дугин принципиальный противник либерализма и демократии, однако и «недемократический» вариант славянско-степного синтеза как основы Российской государственности, то есть краеугольный камень евразийства как такового, не рассматривается им вообще. Дугин видит только две альтернативы - "государство-нация" в границах нынешней РФ,[36] которое, по его мнению, невозможно в России[37] (во втором здании «Основ геополитики» 2001 г. рассматривается и такой экзотический вариант, как «Республика Русь») и Россия - Евразийская Империя, включающая в себя, помимо бывшего СССР, Финляндию, часть Румынии, Северный Афганистан, Синьцзян, Монголию и Маньчжурию.[38] В общем, если либеральные критики евразийства, отвергнув его целиком, со всеми «плюсами» и «минусами», тем самым «выплеснули с водой и ребенка», то Дугин поступил хуже - «ребенка выкинул, воду оставил».

Далее, если геополитический синтез Леса и Степи лежит в основе великорусской государственности, то из этого не следует автоматически, что Европа (по мнению классических евразийцев-антилибералов) и Атлантический Запад во главе с США (по мнению Дугина) есть извечный враг России.[39] Геополитической концепции Дугина, которую можно кратко выразить словами «Хоть с чертом, но против атлантистов!» мною посвящена отдельная работа,[40] а здесь отметим, что четвертый критерий принадлежности к евразийскому единству - это именно открытость европейской культуре и европейским ценностям.



[1] Рютин С. Критик Дугин // Интернет, сайт http://www.russ.ru/.  9 июня 1998.            

[2] Цит. по: Гумилев Л.Н. Ритмы Евразии. М., 1993. С.

[3] Алексеев Н.Н.  Евразийцы и государство// Россия между Европой и Азией: евразийский соблазн. М., 1993. С.161-173.

[4] Цит. по: Исаев И.А. Идеи культуры и государственности в трактовке «евразийства»// Проблемы правовой и политической идеологии. М., 1989. С.3-36.

[5] Бицилли П.М. Два лика евразийства// Россия между Европой и Азией: евразийский соблазн. С.279-291.

[6] Степун Ф.А.  Россия между Европой и Азией// Россия между Европой и Азией... С.307-327.

[7] Флоровский Г.П. Евразийский соблазн// Россия между Европой и Азией... С.237-265.

[8] Пономарева Л.В. Типология евразийства// Евразийская перспектива. М., 1994. С.54-71.

[9] Вернадский Г.В. Монгольское иго в русской истории// Евразийский временник. Париж, 1927. С.250-264.

[10] Евзеров Р.Я. Евразийские идеи в контексте эволюции СНГ// Переходные процессы. Проблемы СНГ. М., 1994. С.122-139; Евзеров Р.Я. Евразийский выбор России// Сайт evraz-info.narod.ru.

[11] Дугин А.Г. Консервативная революция. М., 1994. С.15-25.

[12] Дугин А.Г. Евразийство: от философии к политике// НГ. 30 мая 2001.

[13] Савицкий П.Н. Хозяин и хозяйство// Россия между Европой и Азией... С.131-160.

[14] Дугин А.Г. Основы геополитики. М., 1997. С.212-213.

[15] Хара-Даван Э. Чингис-хан как полководец и его наследие// На стыке континентов и цивилизаций. М., 1996. С.270.

[16] Дугин А.Г. Мистерии Евразии. М., 1996.

[17] Хара-Даван Э. Указ. раб. С.270.

[18] Исаев И.А. Евразийство: идеология государственности// Общественные науки и современность. 1994. № 5. С.42-55.

[19] Исаев И.А. Евразийство: миф или традиция?// Коммунист. 1991. № 12. С.106-118; Трубецкой Н.С. О туранском элементе в русской культуре// Россия между Европой и Азией... С.59-76.

[20] Независимая газета. 2001. 21 апреля.

[21] Налепин А.  Материалы евразийства в «Российском архиве»// Евразийская перспектива. М., 1994. С.91-100.

[22] Цит. по: Исаев И.А. Евразийство - идеология государственности.

[23] Дугин А.Г. Основы геополитики. С.190-192, 197.

[24] Дугин А.Г. Наш путь. М., 1999. С.102-103.

[25] Там же. С.47-49.

[26] Дугин А.Г. Основы геополитики. С.213.

[27] Там же. С.196.

[28] Цит. по: Исаев И.А. Геополитические аспекты тотальности: евразийство// Тоталитаризм как исторический феномен. М., 1989. С.203-222.

[29] Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993. С.127-135.

[30] Гумилев Л.Н. От Руси к России. М., 1992. С.235.

[31] Кизеветтер А.И. Славянофильство и евразийство// Евразия: исторические взгляды русских эмигрантов. М., 1992. С.10-15.

[32] Савицкий П.Н. Степь и оседлость// Россия между Европой и Азией... С.123-130.

[33] Трубецкой Н.С. Об истинном и ложном национализме.

[34] Ситнянский Г.Ю. Проблемы реинтеграции бывшего СССР в свете исторических судеб Евразийской цивилизации// Вестник Евразии. 1996. № 3. С.161-170.

[35] Малер А. Духовная миссия Третьего Рима. М., 2005. С.166.

[36] Дугин А.Г. Основы геополитики. С.413.                                                                             

[37] Там же. С.193-196.

[38] Там же. С.415.

[39] Там же. С.154-155 и др.

[40] Ситнянский Г.Ю. Геополитика классовая против геополитики национальной// Русский журнал (интернет-издание). 2004. 22 октября. Сайт: http://old.russ.ru/authors.Sitniansky.html.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение