Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Играя в политику

03.03.2009

Автор:

Теги:

 Пока не принятые еще на службу в одну из нацкомпаний экономисты устало и брезгливо комментируют журналистам действия правительства по преодолению пагубного воздействия заокеанского кризиса на суверенную экономику Казахстана, пока сотрудники ФНБ и правительственные чиновники азартно распределяют антикризисные деньги, политические партии живут своей партийной жизнью. Оппозиционные требуют отставки правительства, а «Нур Отан» подписывает меморандумы, направленные «на консолидацию всех здоровых сил общества». Интересно, что на областном уровне большинство политических партий, даже оппозиционноые, оказались вполне здоровыми и меморандум подписали.

           Судя по всему, экономический кризис, самый страшный, разрушительный и, как говорят, продолжительный из всех созданных человечеством за последние десятилетия, пока слабо отразился на политическом процессе в Казахстане. Растет число безработных, цены в магазинах, курс доллара, а вот политическая активность народных масс не растет. Кризис готов смести с лица земли заводы, магазины, даже целые сегменты отечественной экономики (если ее лидеры не получат немедленной помощи от государства), но не способен сместить Карима Масимова с премьерского кресла.          Недавний митинг партии «Азат», хоть и проходил не в районе элитных бутиков и богемных кофеен, а в самом что ни на есть народном, то есть спальном районе, вблизи многолюдного рынка, народу собрал немного. По оценкам Сергея Дуванова приведенным в газете «Республика», пришло 250-500 человек партийных активистов, еще столько же - наблюдателей, случайных и по долгу службы.     

     Митинг включал в себя требования отставки «правительства Кулибаева-Масимова» и создания «правительства народного доверия». Под последним подразумевалось, видимо, включение в состав правительства лидеров «Азата». Если подвести итоги этой акции, то она никого не впечатлила. Власть уважает только силу, такой вывод сделал Сергей Дуванов и пояснил: под силой в данном случае следует понимать массовую народную поддержку, наглядно демонстрируемую во время митингов, а чтобы такую поддержку получить, «нужно очень много работать».   

       Но ведь оппозиция и так работала, как могла, то есть в разговорном жанре. Например, довольно долго требовала от власти (адресуясь преимущественно к премьеру) признать наличие в стране экономического кризиса. Власть (включая и самого премьер-министра) упражнялась в использовании разнообразных эвфемизмов и эллиптических конструкций, но употребления слова «кризис» избегала. Такая игра продолжалась довольно долго, она, пожалуй, даже пошла на пользу нашему политическому дискурсу в целом, понемногу приучая людей задумываться над тем, что они собираются сказать.     

     Критики правительства по-детски радовались, когда им удавалось уличить Карима Масимова в логических нестыковках: как же так, антикризисная программа есть, а кризиса нет? А некоторые даже торжествовали победу: свершилось, говорили они, правительство наконец-то открыто признало наличие в стране кризиса. Премьер улыбался в пушистые усы и продолжал говорить о борьбе с последствиями мирового кризиса, попутно собирая воедино некогда разбросанные госкомпании, шахты, банки и газеты. Немецкий философ Юрген Хабермас писал в 80-е годы прошлого века: «Политическая система обеспечивает лояльность масс как конструктивным, так и селективным способом. В первом случае, выдвигая проекты социальных программ на государственном уровне, во втором - исключая из публичных дискуссий определенные темы и сообщения. Последнее достигается с помощью либо социально-структурных фильтров доступа к формированию общественного мнения, либо деформацией структур общественной коммуникации с помощью бюрократических методов, либо манипулированием потоками информации».

 Заметим, что писал он политических системах современных капиталистических и демократических государств. Но к Казахстану это вполне применимо. И проекты социальных программ, и фильтры, и манипулирование - все у нас имеется. Как именно наше государство работает с потоками информации и прессой, - это тема отдельного разговора, но то, что оно в этом направлении работает, причем в последнее время очень активно - сомнений ни у кого нет. И, следовательно, нет ничего удивительного в том, что нашу страну выбрали председателем ОБСЕ. Мы для них - свои. Наше государство ведет себя принципиально так же, как и страны Запада, то есть предсказуемо.       

   Кстати, антикризисная программа тоже была адресована не оппонентам, а Западу. Точнее, западному бизнес-сообществу и международным финансовым структурам. Экономические транспондеры на Западе, отвечающие за распознавание «свой-чужой», сигнал приняли, определили казахстанское правительство как «своего» и послали ответный сигнал - публично признали программу правильной и своевременной.         

Другая популярная тема политических дискуссий последнего времени - возможность неких политических трансформаций, определяемых словами «смена власти». В принципе процесс этот происходил и в докризисные времена - в Таиланде регулярно происходили государственные перевороты, в США раз в восемь лет менялись президенты. Происходит это и сейчас - вот, например, в Гвинее-Бисау на днях взорвали президента страны. Но в возможность смены власти в результате новой «цветной революции» в наших краях поверить трудно.

Лояльность разных сегментов общества власти растет, мобилизационная способность оппозиции снижается. В России одновременно с общим угасанием способности политической оппозиции к революционным преобразованиям мира происходит уход ее творческой части в сферу искусства - от одного из самых успешных писателей Захара Прилепина с его «нацболовским» романом «Санькя» до хэппенингов и инсталляций Авангарда красной молодежи и Левого фронта (совпадение с названием группы советских артистов и художников 20-х годов прошлого века не случайно). При этом один из их лозунгов - «Революция неизбежна» - звучит как приговор революции, по крайней мере, социальной. В соседней Киргизии, где еще помнят юрты перед домом правительства, театрализованные представления эконом-класса дает «Движение 25» (название дано по статье 25 конституции Киргизской Республики, которая гарантирует право граждан на мирные собрания, шествия и митинги). Одни их названия - уже половина хэппенинга, поскольку об акциях участники всегда сообщают заранее.

Среди последних - «Хрен президенту!» (попытка вручить президенту баночки с хреном, чтобы почувствовал горечь народа) и «БКС-перезагрузка» (призыв к перезагрузке «системы с пиратским модулем» БКС или БАКС - акроним президента Бакиева). Как сказал один из координаторов движения Максим Кулешов, «время, в котором мы живем сейчас требует новых подходов к решению политических и правовых проблем в стране, это движение одно из тех, которое будет проводить в жизнь обычных граждан понимание и использование своих прав и защиты, через доступные инструменты влияния на власть, на практике, миную кабинетно-паркетно-словесную демократию».

 На этом фоне акции партии «Азат» выглядят унылыми и скучными. С одной стороны, смена правительства экономических проблем не решит, для этого нужно менять всю структуру отечественной экономики. А в ситуации, когда народ в массе своей требует лишь хлеба и зрелищ, желательно побольше и подешевле, а участие в управлении государством понимает преимущественно как появление близкого родственника во властных структурах, который может пристроить тебя на хлебное место, позиции партий, опирающихся на демократические лозунги, слабеют год от года. Борьба за передел собственности, за контроль над финансовыми потоками продолжается, она все так же увлекательна. Но вряд ли сегодня кому-то удастся подключить к этой борьбе народные массы.  

О том, что инсталляции и хэппенинги, устраиваемые «Нур Отаном», тоже мало похожи на бразильский карнавал, сказано немало. Но «Нур Отану», в отличие от его оппонентов, этого и не нужно. Не только потому, что он сегодня правящая партия. Так уж случилось, что к тому моменту, когда стало формироваться партийно-политическое поле Казахстана, девальвация идей и диффузия идеологий привели к тому, что единственно приемлемой реперной точкой была принадлежность, происхождение.

Поэтому «Нур Отан» стал победителем не в битве идей и идеологий, а в борьбе различных элитных групп. Группа, интересы и взгляды которой призван отражать, точнее, транслировать на общество «Нур Отан», сегодня совпадает с тем, что принято обозначать как государственную власть или государство в целом. И потому «Нур Отан» действует в соответствии с государственными интересами, а сегодня они лежат в сфере экономики. К государственной власти сегодня с надеждой и просьбами о помощи обращаются все субъекты рынка. И президентская партия обязана отложить до лучших времен дебаты с оппонентами - отечественный бизнес просит поддержки. Сегодня экономика не важнее политики, сегодня она и есть политика.  

 Артур САНЕЕВ

Contur.kz

Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение