Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Периодическая печать и политические процессы в туркестанском обществе между двух революций

27.02.2009

Автор:

Теги:
 

 

                                                                                  

Абдуллаев Ровшан

                                                                                           д.и.н., ведущий научный сотрудник Института Истории  АН                                                                                           Республики Узбекистан

 

 

В наши дни политическая история Туркестана 1917 года не перестает привлекать к себе внимание специалистов и широкой общественности. Возможно, это обстоятельство объясняется тем, что многие продолжают видеть в событиях того периода, истоки тех сложных и противоречивых процессов конца ХХ века, свидетелями которых мы все были. Как известно, Февральская революция придала мощный импульс дальнейшему развитию демократического и национально - освободительного движения на территории России.

Этот период, в частности в Туркестане, отличался резкой активизацией политической жизни и вовлечением в нее большого количества людей из различных слоев полиэтнического населения края.

Именно тогда в туркестанском обществе появляется очевидная и острая потребность в новом, правдивом слове о реальной ситуации в стране и мире. В эти дни по инициативе туркестанских прогрессистов-джадидов начинается издание независимых национальных газет : «Шурои - Ислом», «Нажот», «Кенгаш», «Хуррият», «Турон», «Эл байроги», «Улуг Туркистон», «Турк эли», «Турк сузи», «Бирлик туы» и др., призванных знакомить туркестанскую общественность с важнейшими новостями из местной и международной жизни.

На страницах этих изданий, тогда публиковались видные представители национального движения, затрагивавших широкий спектр актуальных социально - экономических, культурологических и политических вопросов.

Эти же темы освещались и на страницах целого ряда таких русскоязычных периодических изданий, как: «Туркестанские ведомости», «Туркестанский голос», «Туркестанское слово», «Туркестанский курьер», «Свободный Туркестан», «Свободный Самарканд», «Знамя Свободы», «Щит народа» и др.

После октябрьских событий 1917 года, положивших начало свертыванию демократических процессов в стране, идеологически «не перестроившиеся» национальные и русскоязычные периодические издания, как известно, были закрыты.

На протяжении нескольких десятилетий советские историки (в своем большинстве), в силу известных причин, игнорировали данный пласт источников, в котором был представлен альтернативный взгляд на ход общественно - политических процессов в России и Туркестане.

Знакомство с материалами указанных периодических изданий, дает нам сегодня возможность по-новому осмыслить многие сюжеты политической истории Туркестана того периода. В частности, эти материалы несут в себе обширную информацию о политико-идеологической ситуации в регионе накануне и после Февральской революции 1917 года; о реальной деятельности национальных и общероссийских политических организаций края; о работе мусульманских (общероссийских, общетуркестанских и областных) съездов; о методах борьбы представителей официальной власти, используемых против национального движения народов Туркестана. Кроме того, в газетных материалах можно найти важные сведения, связанные с октябрьскими событиями 1917 года, а также образованием и ликвидацией Туркестанской автономии (Туркистон мухторияти), ее правительства и Народного Совета (Парламента).

Разумеется, реакция туркестанской общественности на саму Февральскую революцию, также не могла остаться без внимания этой прессы.

В эти дни в национальных газетах печатались десятки воззваний и прокламаций с призывами о поддержке Февральской революции. В первом номере самаркандской газеты «Хуррият» («Свобода»)[1], в этой связи, говорилось : «... долгожданные перемены в России стали реальностью, мы получили право свободно говорить и писать. Теперь никто не может этого нам запретить, теперь будут прислушиваться к нашим требованиям, не скрывая от нас принимаемых мер»[2].

         Февральскую революцию горячо приветствовала и казахская еженедельная газета - «Алаш», выходившая в Ташкенте с ноября 1916 года. Эту газету, совместно со своей супругой, издавал известный казахский адвокат и просветитель - К.Тогусов, который в одной из своих статей, озаглавленной «Долой Романовых» («Жогалсын Романовтар»), утверждал, что каждый народ вправе жить в суверенной, демократической стране[3].

После Февральской революции у многих представителей национальной политической и интеллектуальной элиты края появилась возможность для ознакомления широкой общественности со своими идеями и чаяниями связанными, прежде всего, с обретением народами региона прав гражданина и человека. Эти же вопросы были предметом серьезного обсуждения и на I-м Общетуркестанском (Краевом) мусульманском съезде, который работал в Ташкенте с 16 по 23 апреля 1917 года. Повестка съезда, созванного по инициативе «Шурои - Исломия» и других национальных организаций Туркестана, включала около 20 пунктов, в частности, таких как: подготовка к Учредительному Собранию; отношение к Временному правительству; о наборе на тыловые работы; о гражданских и религиозных учреждениях; о школьных, вакуфных и финансовых делах; о продовольственном вопросе; об избрании делегатов на I-й Всероссийский мусульманский съезд[4]; об отношении «Шурои - Исломия» к новым общественным организациям и др.[5]

Форум также принял резолюцию с требованием прекращения колонизации края и возвращения местному населению конфискованных у них земель.

Отдельным решением была отмечена необходимость учреждения, в целях координации деятельности различных областных филиалов «Шурои - Исломия», Центрального мусульманского Совета (Комитета), известного как «Краймуссовет». Среди его членов были лидеры национального движения: Махмудходжа Бехбуди, Мухаммаджон Тынышпаев, Носирхон Тура и Мустафа Чокай, избранный председателем этого нового органа[6].  Краевой мусульманский съезд высказался за реализацию демократических свобод. По вопросу о национально - государственном устройстве России форум принял решение, по которому Туркестан должен был войти в состав Демократической Федеративной Российской республики в качестве отдельной территориальной автономии, организованной на началах национального самоопределения[7].

Один из инициаторов созыва данного съезда - Махмудходжа Бехбуди, которого называли отцом туркестанского джадидизма, рассуждая о проблемах демократии, парламентаризма, национально - государственного устройства новой России и будущего своей Родины, писал в газете «Улуг Туркистон» («Великий Туркестан»): «Мы хотим, чтобы мусульмане России стремились к федеративному устройству страны. Каждая мусульманская община России должна разделиться сообразно своему географическому и территориальному положению и управляться в соответствии с их обычаями и традициями, организовав для всех российских мусульман Центральное управление, держась рука об руку, вместе с русскими участвовать в политических и экономических делах страны и выйти на мировую арену...

Мы хотим, чтобы мусульмане Туркестана вместе с проживающими в нем русскими, евреями и другими учредили Туркестанское правительство, с целью чтобы у нас был внедрен парламентаризм... Если мы, мусульмане Туркестана, совместными усилиями продвинемся к реформам и объединим интеллигенцию и прогрессистов вместе с баями и уламо[8], то тем самым мы окажем огромную услугу нашей религии, нации и Отечеству»[9].

Русское население края по-разному относилось к вопросу о будущем политическом и государственном устройстве России и Туркестана.

Однако, среди участвовавших в работе съезда представителей местной демократической русской общественности были и те, кто поддержал идею автономии для народов России. Так, редактор андижанской ежедневной газеты «Туркестанский голос» Вадим Чайкин, в своей речи на одном из заседаний съезда, подчеркнул: «Я выступаю за предоставление каждому народу отдельной федерации, а малым нациям - национально - культурной автономии»[10].

Вопрос о национально - территориальной автономии оставался одним из центральных программных требований национальных организаций и в ходе предвыборной кампании в городские думы Туркестана весной - летом 1917 года. В эти дни идея автономии становится все более и более популярной в народе. Об этом говорит и тот факт, что по результатам состоявшихся выборов убедительную победу, почти во всех городах края, одержали национальные организации, в чьих программных положениях, как уже отмечалось, будущее национально - государственное устройство Туркестана представлялось в виде территориальной автономии с достаточно широкими правами.

Итоги выборов оказались для представителей официальной власти и некоторых местных русских граждан полной неожиданностью. Русскоязычные краевые газеты пытались объяснить своим читателям причину такого исхода и предугадать последствия для русского населения поражения большинства общероссийских партий на этих выборах. Так, в одном из августовских номеров газеты «Туркестанский курьер», в связи с итогами выборов в ташкентскую городскую думу[11], отмечалось: «Результаты выборов в Ташкентскую Думу обрадовать нас не могут.

Прежде всего поражает тот абсентизм, который проявило русское население города: более 40% избирателей не выполнило своего гражданского долга, т.е. не опустило пакетов в урны.

Мусульманское население, как оказалось, явилось в избирательные участки в гораздо большем количестве, чем можно было ожидать. Состав Думы преимущественно будет мусульманский... По этому поводу обывателями уже высказывается много мнений, причем все они сводятся к одному вопросу. Не будет ли нанесен ущерб русской части города вообще и русской культуре в частности?»[12]. Результаты выборов в городские думы Туркестана оказались крайне неутешительными и для местных социал-демократов, которые сумели провести, в частности в ташкентскую думу, только четверых кандидатов. Предлагая свою версию причин, приведших к этой ситуации, газета «Туркестанский курьер» подчеркивала: «Учение социал-демократии как идущее из германских умов чуждо пониманию русского народа и кроме того, русский народ в массе не отделяет большевика от настоящего эсдека. В этом виноваты, конечно, сами социал-демократы, которым давно пора признать и заявить, что социал-демократия и русский большевизм не имеют ничего общего. Только такое отмежевание могло бы поднять ресурсы социал-демократической рабочей партии»[13]. Между тем, безусловно, были и другие причины, которые могли бы объяснить поражение социал-демократов и других филиалов общероссийских партий на этих выборах.

Анализ источников, в том числе материалов периодической печати тех лет, свидетельствует, что это поражение во-многом было связано с непопулярностью среди туркестанских мусульман, составлявших (на тот момент) более 95% населения края, некоторых основных программных установок общероссийских партий, в которых игнорировались важнейшие политические и гражданские права коренного населения.

Неудача на выборах в городские думы подтолкнула общероссийские партии и, прежде всего, социал-демократов - большевиков к более решительным действиям направленным на реальный захват власти.

Используя в своих интересах сложившуюся в крае сложную социально - экономическую и политическую ситуацию, большевики, уже к 12 сентября, предприняли в Ташкенте попытку захвата власти и передачи ее в руки т.н. Временного революционного Комитета.

Об этих событиях газета «Туркестанский курьер» писала: «будем мужественны и спокойны. В ночь на 13 сентября после многолюдного митинга в Александровском парке и бурного заседания Ташкентского Совета рабочих и солдатских депутатов, фактическая власть в Ташкенте перешла в руки Временного революционного Комитета, действующего в согласии с вновь избранным Исполнительным Комитетом Совета солдатских и рабочих депутатов. В тяжелые минуты, переживаемые Туркестанским краем, призываем граждан спокойно выждать окончательного разрешения кризиса власти»[14].

Сентябрьская попытка не увенчалась успехом, но уже к 1 ноября 1917 года, после октябрьских событий в Петрограде отряды местных «революционных бойцов» заставили капитулировать руководителей вооруженных сил Туркестанского комитета Временного правительства.

Политизированная часть мусульманского населения края не скрывала своего негативного отношения к последним событиям.

В частности, в специальной резолюции «Об организации власти в Туркестане», принятой на Объединенном совещании мусульманских групп[15], подчеркивалось, что «... сосредоточение власти исключительно в руках военных, рабочих и крестьянских организаций, состоящих из небольших групп случайных и чуждых интересам местного населения людей не отвечает демократическим принципам и не может гарантировать правильность устроения жизни коренного населения на началах свободного самоопределения народов»[16].

Газета «Туркестанские ведомости», наряду с другими периодическими изданиями детально освещавшая эти события, особо подчеркивала, что «мусульманские организации выступают за децентрализацию власти»[17] (18). В одном из ноябрьских номеров этой газеты были опубликованы также материалы выступлений делегатов съезда городских самоуправлений Туркестанского края, который работал в Ташкенте с 12 по 14 ноября 1917 года. В повестку дня данного форума был включен, разумеется, и вопрос об организации краевой власти. В своих докладах по этому вопросу многие делегаты от коренного населения отмечали, что «Совет солдатских и рабочих депутатов устранил из своего круга большинство местного населения - мусульман. Небольшая по численности группа лиц хочет диктовать свои условия всем. Необходимо учредить центральный орган власти, пропорционально численному составу населения. Настоящая же власть не соответствует интересам населения»[18].

Однако, невзирая на все эти заявления и обращения туркестанских мусульман, под давлением большевиков, на III Краевом съезде Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов[19], был избран новый верховный орган края - Совет Народных Комиссаров (СНК), без участия в нем представителей коренного населения. Решения этого съезда глубоко шокировали многих местных мусульман, вынудив последних принять адекватные меры в защиту своих интересов.

По инициативе национальных организаций 26 ноября 1917 года в Коканде начал свою работу IV Чрезвычайный Общетуркестанский мусульманский съезд, который провозгласил Туркестанскую (территориальную) автономию в составе федеративной Российской республики[20].

Провозглашение автономии Туркестана мало кого оставило равнодушным. Во многих городах и населенных пунктах состоялись многотысячные митинги и манифестации, посвященные этому событию.

В местных газетах публиковались десятки обращений и резолюций в поддержку автономии. Но данное обстоятельство практически не повлияло на отношение ташкентских большевиков (во главе с Ф.Колесовым, И.Тоболиным и др.) к этой автономии, которое носило откровенно враждебный характер. В эти дни, во время многих своих выступлений в различных аудиториях, они часто заявляли, что «Кокандская автономия - миф, ибо мусульмане не доросли до нее...»[21], и что «...никакая «дутая» автономия не сломит наших сил..., мы создали здесь то, что хотели, пролили кровь не для того, чтобы снова сдать позиции»[22].

Не желая «сдавать позиции», ташкентские большевики, опираясь на поддержку из центра, предприняли в январе - феврале 1918 года самые решительные шаги, направленные на силовое подавление национального движения и вооруженную ликвидацию Туркестанской автономии.

По краю начались преследования и повальные аресты руководителей Народного Совета и правительства автономии. Значительно ужесточилась борьба с гласностью и свободой слова. Очень скоро, по обвинению за «антисоветскую агитацию», были закрыты почти все национальные и русскоязычные периодические издания, которые в сложнейших условиях послеоктябрьского времени мужественно пытались донести до людей различные точки зрения на важнейшие события общественно - политической жизни народов Туркестана этого периода. 

 



[1] Первый номер этой газеты вышел 16 апреля 1917 г. Газета выходила два раза в неделю на узбекском языке, отдельные статьи публиковались и на таджикском языке. Первым ее редактором был Акобир Шомансурзода - известный прогрессист-джадид. В редакционную коллегию входили видные общественные и политические деятели Туркестана - Махмудходжа Бехбуди, Абдурауф Фитрат, Саидахмадходжа Сиддики и др.

[2] Цит.по: Аъзамхужаев С. «Шурои - Исломия» - асли кандай эди.// Фан ва турмуш. - Тошкент, 1992, № 5-6, Б.18.

[3] См.: История Казахстана (с древнейших времен до наших дней).  В 5-ти томах. Т. 3. Алматы, 2000, С.708-709.

[4] Данный съезд работал в Москве с 1 по 11 мая 1917 года. На форум съехались около 900 делегатов от различных мусульманских регионов бывшей Российской империи, в том числе, из Туркестана и Казахстана.

[5] Улуг Туркистон, 1917, 25 апреля.

[6] Чокай Мария. Я пишу Вам из Ножана. Воспоминания. Письма. Документы.  Алматы, 2001. С.163

[7] Нажот, 1917, 23 апреля

 

[8] Представители духовенства (Ученые - богословы).

[9] Цит. по: Агзамходжаев С. История Туркестанской Автономии (Туркистон Мухторияти). Ташкент, 2006. С.121

[10] Нажот, 1917, 23 апреля.

 

[11] К началу августа 1917 года, по подсчету избирательных бюллетеней, в ташкентскую городскую думу прошли 112 гласных, из которых 75 представляли национальные организации.

[12] Туркестанский курьер., 1917, 2 августа.

[13] Там же

[14] Туркестанский курьер., 1917, 14 сентября.

[15] Работало 12-15 ноября 1917 года. Данному совещанию был придан статус III Общетуркестанского (Краевого) мусульманского съезда.

[16] Цит.по: Агзамходжаев С. История Туркестанской Автономии....    С.183

[17] Туркестанские ведомости., 1917, 17 ноября.

[18] Там же, 15 ноября

[19] Работал в Ташкенте с 15 по 22 ноября 1917 года.

[20] См.: Свободный Самарканд, 1917, 2 декабря.

[21] Свободный Туркестан, 1918, 24 января

[22] Там же. 25 января.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение