Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Алаш-Орда и Временное Сибирское правительство: несостоявшийся союз. 1918 г.

26.02.2009

Автор:

Теги:
 

В посольстве Казахстана в Москве состоялась презентация книги "На изломе. Алаш в этнополитической истории Казахстана" и ряда других изданий по истории Казахстана начала ХХ века.

Редакция сайта публикует предисловие к документальным архивным материалам о контактах Алаш-Орды с Временным Сибирским правительством.

***********************************************************************************

Алаш-Орда и Временное Сибирское правительство: несостоявшийся союз. 1918 г.

 

Всекиргизский временный народный совет Алаш-Орды, традиционно кратко именуемый Алаш-Ордой, и Временное Сибирское правительство существовали не­долго. Однако в истории гражданской войны в России, особенно в истории Казах­стана и Сибири, они оставили заметный след. С Алаш-Ордой была связана первая попытка казахской интеллигенции добиться автономии для собственного народа в составе России. Временному Сибирскому правительству принадлежит главная роль в свержении большевистского режима летом 1918 г. на востоке России и в установле­нии на этой территории власти так называемой демократической -«контрреволюции»-. Лето-осень 1918 г. стали тем временем, когда оба правительства, имевшие макроре-гиональный масштаб, искали союзников для решения своих задач. Данным обстоя­тельством был обусловлен их взаимный интерес друг к другу.

В принципе имелось довольно много объективных факторов, благоприятство­вавших консолидации усилий и ресурсов этих двух правительств. Они возникли •«снизу», по инициативе местной общественности, примерно в одно и то же время, с интервалом всего в полтора месяца. Алаш-Орда была избрана на проходившем в Оренбурге 5-13 декабря 1917 г. втором Всекиргизском съезде. Временное Сибирс­кое правительство выросло из недр Сибирской областной думы, а его персональный состав был утвержден в ночь на 29 января 1918 г. на нелегально проходившей в Томс­ке первой сессии думы. Оба правительства состояли из общественных деятелей, хо­рошо известных своей приверженностью демократическим идеалам. Первоначально главной целью своего существования эти правительства провозгласили достижение автономии в составе Российской федеративной республики. Для этого в конце 1917 -начале 1918 г. Алаш-Орда и сибирские областники сделали ставку на Советы, в том числе большевистские. Однако пришедшие к власти большевистские Советы в янва­ре 1918 г. разогнали Сибирскую областную думу, а затем отказались принять условия Алаш-Орды. Поэтому оба правительства перешли на антисоветские позиции. Весной 1918 г. в целях борьбы против большевиков уполномоченные этих правительств при­ступили к формированию подполья и вооруженных отрядов. В конце мая - начале июня их вооруженные силы открыто выступили против советской власти и сыграли значительную роль в ее свержении на востоке России.

К тому времени у алашордынцев и сибиряков-областников уже имелся опыт со­трудничества на ниве борьбы за автономные права. Достаточно напомнить, что на состоявшемся 8-17 октября 1917 г. в Томске первом Сибирском областном съезде участвовало 10 делегатов-киргизов, представлявших Акмолинский, Тургайский, Се­мипалатинский, Семиреченский и Уральский областные и Каркаралинский уездный киргизские комитеты, а также Кустанайский уездный и Тургайский областной Сове­ты крестьянских, киргизских и солдатских депутатов. В числе этих делегатов были лидеры партии Алаш и будущие члены Алаш-Орды А.Н.Букейханов, Х.А.Габбасов,

С.Д.Дощанов, А.А.Ермеков, Е.И.Итбаев, Р.М.Марсеков и А.Д.Сеитов1. На этом съезде А.А.Ермеков был избран сначала в Сибирский областной совет, являвшийся в то время руководящим органом областнического движения, а затем членом его ис­полнительного комитета, в котором выполнял функции секретаря2.

Значительно слабее было представительство киргизского населения на Чрезвы­чайном (втором) Сибирском областном съезде, проходившем в Томске 6-19 декабря 1917 г. Последнее обстоятельство, скорее всего, объясняется тем, что по времени проведение этого Сибирского областного съезда почти совпало со вторым Всекир-гизским съездом в Оренбурге. Тем не менее, в работе Чрезвычайного Сибирского областного съезда приняли участие видные члены партии Алаш К.-Г.Л.Сейдалин, И.-Г.Т.Турмухамедов и председатель Акмолинского областного киргизского исполни­тельного комитета А.Т.Турлубаев, избранный вскоре в Оренбурге членом Алаш-Орды и даже конкурировавший с А.Н.Букейхановым и Б.-К.Кулмановым за место предсе­дателя правительства13. На Чрезвычайном областном съезде А.А.Ермеков заочно был избран членом Временного Сибирского областного совета, который рассматривался областниками в качестве «ядра» будущего кабинета министров4.

Сотрудничество алашордынцев и сибирских областников продолжалось и в процессе борьбы против советской власти. Так, после изгнания большевиков из Ом­ска Западно-Сибирский комиссариат Временного Сибирского правительства, являв­шийся тогда высшим органов управления на освобожденной от Советов территории, назначил 19 июня 1918 г. А.Т.Турлубаева членом Акмолинского областного комис­сариата. Однако А.Т.Турлубаев служил на этой должности не более месяца. Где-то в середине июля он подал прошение об увольнении, мотивируя свой отказ работать в комиссариате избранием в состав Всекиргизского народного совета Алаш-Орды и необходимостью переезда в связи с этим в Семипалатинск5.

В то же время существовало немало объективных и субъективных обстоя­тельств, которые серьезно затрудняли сближение Алаш-Орды и Временного Си­бирского правительства. В частности, Алаш-Орда была неоднородна по своему партийно-политическому составу. Ее лидеры и сторонники были едины в определении стратегической цели - автономия Степи, но серьчезно расходились в вопросе о вре­мени ее провозглашения и в определении тактических средств, при помощи которых можно было достигнуть автономии. Так, уже на втором Всекиргизском съезде зна­чительная часть его радикально настроенных депутатов потребовала немедленного объявления территориально-национальной автономии, тогда как большинство счита­ло необходимым первоначально сформировать собственные вооруженные силы и до­стигнуть договоренности с представителями других народов, проживавших в Степи и на прилегавшей к ней территории6. К тому же разные отделения (территориальные фракции) Алаш-Орды придерживались разной политической ориентации. В период установления Советской власти некоторые алашордынцы (М.Чокаев и др.) склоня­лись к необходимости союза с Туркестаном («Кокандской автономией»'), другие же (А.Н.Букейханов, Х.А.Габбасов, А.А.Ермеков) вели переговоры о возможности по­лучения автономии с лидерами большевиков В.И.Лениным и И.В.Сталиным7.

После свержения советской власти одни алашордынцы сделали ставку на Самар­ский Комитет членов Всероссийского Учредительного собрания (Комуч), другие -на атамана Оренбургского казачьего войска А.И.Дутова, третьи - на Временное Си­бирское правительство. Чтобы в максимально короткий срок добиться от Временного Сибирского правительства желанной цели, в конце июля 1918 г. алашордынцы пода­ли ему докладную записку о безотлагательной необходимости автономии. В записке лидеры Алаш-Орды прибегли даже к угрозе. -«Опасность распада автономии Алаш, -утверждали они, - вынудит Алаш-Орду решиться на крайние меры отказаться от союза с Сибирью, объявить автономию Алаш и спасать единение казак-киргизского народа, пожертвовав выгодами союза с Сибирью»8. Другими словами, ради консоли­дации населенных киргизами земель и провозглашения ими территориально-национ альной автономии они готовы были отказаться от совместной с сибиряками борьбы против советской власти. Естественно, такое поведение вызывало у лидеров россий­ской контрреволюции подозрение в политической неустойчивости и даже неразбор­чивости алашордынцев, порождало недоверие к Алаш-Орде9.

С другой стороны, серьезной преградой для достижения хотя бы элементар­ного взаимопонимания между Алаш-Ордой и Временным Сибирским правительс­твом являлась позиция последнего по территориальному вопросу. Дело в том, что областники считали почти весь Киргизский край неотъемлемой частью Сибири10. К тому же за лето - осень 1918 г. персональный состав руководящих органов сибирс­кой контрреволюции претерпел существенные изменения. Если Западно-Сибирский комиссариат Временного Сибирского правительства состоял в основном из эсеров-максималистов, то пришедший ему на смену 30 июня 1918 г. Совет министров Временного Сибирского правительства был по сути дела коалиционным органом. В него входили эсер М.Б.Шатилов, энес М.Б.Патушинский, беспартийный социалист В.М.Крутовский, бывшие эсеры П.В.Вологодский и И.А.Михайлов (с 27 июля при­ступил к работе бывший эсер И.И.Серебренников). На протяжении июля-сентября 1918 г. Совет министров неуклонно дрейфовал вправо. 

 Орган омских кадетов газета «Сибирская речь» верно писала: «По существу при удовлетворении киргизских претензий от России дол­жен быть отделен громадный край, местами густо заселенный русскими переселенцами с целым рядом чисто русских городов. Мы говорим «отделен», потому что автономия в той форме, в какой ее требуют киргизские представители, равносильна полному отделе­нию от России, равносильна образованию в ее пределах самостоятельного киргизского государства» (См.: Сибирская речь. 1918.5 августа).

В составе остались только П.В.Вологодский, И.А.Михайлов и И.И.Серебренников, политическим кредо которых являлось возрождение российской государственности, с которым требования Алаш-Орды о предоставлении Киргизскому краю автономии плохо коррелировались.

Наконец, серьезное влияние на позицию Временного Сибирского правительс­тва оказывала местная общественность, которая отнюдь не приветствовала стрем­ление алашордынцев добиться автономии до победы над большевиками и до консти­туционного устройства российской государственности. Скорее, наоборот: она этому всячески противодействовала. С решительной критикой алашордынцев выступила популярная омская газета -«Заря», позиционировавшая себя как -«орган социалисти­ческой мысли». Реагируя на докладную записку Алаш-Орды об автономии, она опуб­ликовала редакционную статью -«Увлечение сепаратизмом». -«Приходится с грустью констатировать, - говорилось в статье, - что даже те представители областей, кото­рые хорошо, по-видимому, понимают, что "Россия, освобождающаяся от большеви­ков, вступает на опасный путь раздробления на множество губернских автономий, не признающих друг друга в момент, когда нужно единение", сами проявляют явно сепаратистское настроение, то есть становятся на опасный путъ»п.

Позицию -«Зари» поддержала другая авторитетная омская газета - кадетская •«Сибирская речь». Она напомнила читателям о том, что претензии алашордынцев на получение национально-территориальной автономии Киргизского края, предъявлен­ные Временному Сибирскому правительству, являются не только несвоевременными, но и некорректными. «Сибирь, - объясняла газета свою позицию, - обособилась от России лишь временно, и самый вопрос о[б] ее автономии будет окончательно решен не Сибирским, а Всероссийским Учредительным собранием. Поэтому Сибирское правительство, как временное, не имеет права ни обсуждать, ни, тем более, решать вопрос о киргизской автономии. Указанный вопрос, как и вопрос о самой сибирской автономии, может решить только Всероссийское Учредительное собрание». -«Мы, - писала далее "Сибирская речь", - готовы широко идти навстречу требованиям инородцев об удовлетворении их культурно-национальных нужд, но полагаем, что только государство, решившееся на самоуничтожение, могло бы добровольно со­гласиться на подобного рода инородческий сепаратизм». Угрозу же представителей Алаш-Орды разорвать союз с Сибирью в случае неудовлетворения их требования и самостоятельно провозгласить автономию газета нашла -«очень неудачным тактичес­ким приемом». -«На таком пути, - заключала "Сибирская речь", - к желательному соглашению придти трудно»12.

Таким был тот исторический фон, на котором разворачивались события, харак­теризующие взаимоотношения Алаш-Орды и Временного Сибирского правительс­тва, а также тот контекст, в котором необходимо анализировать и интерпретировать фактические данные, нашедшие отражение в приводимых ниже источниках.

Документы выявлены в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) и Государственном архиве Томской области (ГАТО). Публикуются по современ­ным правилам правописания, с сохранением их стилистических особенностей. Сокра­щения раскрыты в квадратных скобках. Сведения о ряде лиц выявить не удалось.

Работа выполнена при финансовой поддержке Российского гуманитарного на­учного фонда (исследовательский проект № 07-01-00751а).

Публикацию подготовил доктор исторических наук, профессор В.И.ШИШКИН.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение