Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Курумбаева Г.Д. Влияние русско-туземных школ на развитие национальной интеллигенции Кыргызстана в концеXIX – начале XX веков.

28.01.2008

Автор:

Теги:

  Курумбаева Г.Д. Ст. преподаватель КГУ им. И.Арабаева       

В истории развития общественно-политической и социально-экономической жизни Кыргызстана в конце Х!Х- и начале ХХ вв. колониальная политика царской России сыграла важную роль в  формировании первичной или начальной системы образования, которая дала толчок культурно-образовательному приобщению кыргызов к ценностям русской культуры и соответствующему этому периоду уровню развития политической культуры неспокойной и  предреволюционной метрополии.

Первичная система образования в Кыргызстане, пришедшая из  уже отработанных на Кавказе и в Поволжье общеобразовательных систем, породила ту часть  национальной интеллигенции, которая впитала в себя через русское влияние  европейское отношение к исторической проблеме национального самоопределения и впоследствии стала  наиболее влиятельной общественной силой. Таким образом, историю взаимоотношений России и Центральной Азии в вопросах образования можно считать тем объектом, который реальнее всего отражает  уровень общественно-политической жизни Кыргызстана в дореволюционный период, оказавший основополагающее влияние на  дальнейший генезис общественной мысли, а значит и ставший в дальнейшим катализатором формирования национальных интеллигенций всего региона в дореволюционный и частично в после революционный период.   

Как известно, по царскому указу 11 июля 1867 года было учреждено Туркестанское генерал-губернаторство. В состав этого громадного региона вошел ряд областей и среди них – Семиреченская область, состоявшая из юго-восточной части Казахстана и северной части Кыргызстана, которая с 1882 года по 1899 года также входила в состав Степного генерал-губернаторства, а с 1899 года вернулась в состав Туркестана.  В административном отношении Семиреченская область, делилась на шесть уездов.[1]    Два уезда из шести – Пишпекский и Пржевальский, находились на территории современного Кыргызстана, основную массу населения которой составляли кыргызы.  

Ко времени учреждения Семиреченской области в ее пределах уже существовали одно приходское училище и семь станичных или выселковых школ.[2] После формирования Семиречья к январю 1884 г. в области действовали ряд учебных заведений: пять городских училищ, семь женских приходских училищ,[3] созданных уже исключительно для совместного обучения, то есть для обучения и туземного населения.   

Необходимо отметить, что в этом четко проявилась взвешенная колониальная политика царской России в распространении грамотности и  народного образования в Туркестане, в целях создания лояльных или близких России социальных групп  местного населения, выработанная после завоевания региона и присоединения его к царской империи. С одной стороны, немаловажное значение играла необходимость развития русского языка среди местных, как основного инструмента продвижения колониальных интересов русского меньшинства, а также дальнейшей политики ассимиляции местного населения. С другой стороны, в будущем лояльные к царской России кыргызы и казахи могли сыграть немаловажную роль в защите российских интересов в случае внутренних  или внешних угроз в регионе. Несмотря на вынашиваемые царским руководством планы по освобождению новых колоний от местных этнических групп даже насильственным путем,  такая политика в образовании сыграла позитивную историческую роль, открывшую доступ местному населению не только к начальной грамотности, но и также к последним достижениям русской культуры, а в дальнейшем и мировой цивилизации, что в принципе доказывает дуализм колониального развития, имеющего как негативные, но также и мощные позитивные результаты для полнокровного национального развития.

Другими словами, империализм сам начал создавать основы для своей разрушительной гибели, когда дошедшие до логического этапа национальные движения начали освободительную борьбу, приведшую к полной победе большевиков.   

В соответствие с реализацией вышеуказанных интересов в регионе царской администрации  предстояло решать достаточно трудные задачи среди исламизированного, с точки зрения грамотности и образования туземного населения. С одной стороны, принять меры к обеспечению возможности получать образование детям русского происхождения, а с другой стороны – положить начало распространения русской грамоты среди киргизов. Первые шаги в этом отношений оказались, однако, не вполне удачными.   

В 1870 году ввиду назревшей необходимости организации в вопросе распространения народного образования государственной системы, способной успешно реализовать поставленные перед ней задачи, а также решить проблему  устройства и развитии учебной части в крае, в Ташкенте была образована особая комиссия, которая руководствуясь указаниями генерал-губернатора Кауфмана, высказала ряд принципиальных соображений, положенных в основу проекта, представленного в 1873 году. Согласно  проекту, предполагалось развивать  народное образование в направлении реализации русских интересов и требований реализации русской государственной политики, однако, без чреватого непредсказуемыми последствиями всякого вмешательства в религиозные убеждения туземцев. Школу решили поставить так, чтобы она не носила конфессионального характера и стремилась к широкому распространению в массы туземного или нерусского населения грамотности и знаний. Надо признать, что такой подход к строительству русского образования был продуманным и учитывал непреодолимые противоречия конфессионального характера.    Но, при этом должны были  приняты все меры к максимальной минимизации влияния  мусульманского оседлого более фанатично верующего земледельческого населения на кочевников, отличавшихся более свободными от религии нравами, влияния, осуществляемого не только посредством мулл–миссионеров, разъезжавших по кочевьям и пытавшихся привить законы шариата в среде  индифферентных в делах веры кыргызов, но и посредством системы конфессиональных или религиозных школ. 

Как пишет В.В.Бартольд в своей работе «История культурной жизни Туркестана» в 1875 г. был разработан и принят проект, а затем и  закон об открытии учебных заведений  «в местностях с кыргызским населением». Это должны были быть учебные заведения для представителей кыргызского населения более низкого уровня, чем в городах и крупных селениях с преобладающим русским населением.  Осуществление вышеуказанных пунктов реально стало возможным лишь с 1876 года, когда с учреждением в Туркестане особого управления по учебной части дело народного образования получило более твердое финансовое основание и число учебных заведении в крае стало быстро увеличиваться.  

Генерал-губернатор Туркестанского края фон-Кауфман, основываясь на том факте, что не успевшее еще вполне «офанатизироваться» кыргызское население, по интеллектуальным способностям,  имевшее «больше задатков к сближению с русскими и что киргизы отдают своих детей в школы довольно охотно», 8 ноября 1880 г. писал министру народного просвещения: «Признавая необходимым в политических интересах нашего господства в Средней Азии, вызвать кочевое население к возможному ассимилированию с Россией, я считаю безусловно нужным содействовать освобождению киргиз от мусульманского влияния, чему немало способствовало бы введение между ними русской письменности. Этих задач можно достигнуть только путем распространения между киргизами русского народного образования посредством наших школ».[4] Это ходатайство получило утверждение царя от 28 января 1881г. Как мы видим, продвижение имперских российских интересов в регионе не имело только положительные намерения, что в принципе подтверждает роль русского языка и алфавита как важнейшего инструмента политики ассимиляции кыргызов с Россией. Как покажет история, наибольших успехов в этом направлении удалось достичь только большевистской России. При этом было бы  неправильным понимание данной политики исключительно враждебным по отношению к кыргызам или всему национальному, так как русский язык сыграл в новейшей истории народа наиважнейшую роль в прогрессе от родового строя до строительства основополагающих институтов независимого национального государства и выхода народа в международную систему взаимоотношений. 

Одним из средств «русификации» местного населения должны были стать русско-туземные школы, введенные с 1884 г и соединившие в себе мусульманские мектебы и русскую школу грамоты., с введением в них русского языка как государственного  и обязательного, допуская в то же время  и преподавание основ мусульманской религии,  как основного средства преодоления недоверия коренного населения к этим школам и привлечения всё большего количества детей в них.  Что в принципе и происходило благодаря более цивилизованной системе преподавания и широкой системе знаний, так как российское образование в своей основе имело европейские корниИмея более передовые по сравнению с мусульманскими медресе позиции, дававшие местному населению также возможности более высокой конкурентоспособности с точки зрения приобретения навыков и получения работы, русско-туземные школы стали занимать видное место в  деле сближения туземцев с русским населением. В них местное население  обучалось «русскому языку, арифметике и туземной грамоте». В более широком смысле по своим задачам русско-туземные школы должны были служить  проводником в среду коренного населения русских симпатий и русского патриотизма, распространять русскую культуру и служить средством просвещения и слияния всей массы населения с русским народом, что не подразумевало религиозного или этнического насилия. Поэтому русско-туземная школа смогла занять свою социальную нишу и что, наиболее важно,  установить в Кыргызстане (Туркестане) временное равновесие между двумя типами школ: государственной и национально-конфессиональной. Тем более, очень важно, что русско-туземные школы на этом историческом этапе в крае представляли единственный тип правительственной школы для коренного населения Туркестана. И хотя они были только лишь начальными, элементарными школами, задача которых сводилась к усвоению «основных начал русской грамотности», они смогли стать основой появления первой государственной системы начального образования в Туркестане. О популярности русских школ в среде кочевого населения говорит следующее. Так, ежегодник Семиреченской области за 1903 год сообщал, что всех русско-туземных школ в области уже насчитывается 21. Одна существовала в селе Большой Токмак для разночинцев - детей торговцев, три в Пишпекском уезде (Сокулукская, Тынаевская и Джумгальская) для обучения кыргызских детей этого уезда.1 В Токмакской школе к январю 1904 года состояло 54 ученика. Из них 50 мусульман и 4 православных. В Сокулукской школе к январю 1904 года было 30 учеников, но из них только 5 туземцев.2

В последующие годы число русско-туземных школ постепенно увеличивалось, что свидетельствовало об их необходимости. В 1896 г. жители многих кыргызских волостей Пишпекского уезда вынесли решение об открытии русско-кыргызских школ за счет кыргызского населения и обратились с такой просьбой к местной царской администрации. В результате в 1897 г. русско-киргизские школа открывается в Токмаке, в 1898 г. в Сокулуке, в 1899 г. в Тынаевской и Джумгальской волостях, в 1900г. в Кетмен-тюбе[5]. В 1911 г. в первые в Кыргызстане были открыты женские русско-туземные школы в Токмаке и Пржевальске.[6]  В основном все русско-туземные школы были одноклассными с трехгодичным сроком обучения. Только Токмакская и Пржевальская мужские русско-киргизские школы были двухклассными с пятилетним сроком обучения.   К 1914 г. на территории Кыргызстана функционировали следующие русско-туземные школы: Таласская, Пишпекская, Токмакская первая, Токмакская вторая, Александровская, Сокулукская, Тынаевская, Каракольская первая, Каракольская вторая, Нарынская, Атбашинская,Сазановская, Покровская, Кетмен-Тюбинская и Ошская[7]. 7 из них имели интернаты. Появилась возможность получать светское образование, правда незначительному числу представителей коренного населения.   К 1917 году на территории современного Кыргызстана имелось 17 русско-туземных школ и два интерната при Пишпекском и  Пржевальском городских училищах, в которых обучалось около 800 учащихся.1  

Довольно успешной мерой колониальной администрации, учитывавшей специфику кочевого уклада, стала организация интернатов, которая в дальнейшем полностью оправдала возложенные на неё надежды. Кочевники охотно стали отдавать своих детей в интернаты. Интернаты были открыты при Сокулукской и Тынаевской русско-туземных школах, при Пишпекском и Пржевальском городских училищах, при русско-туземной школе слободки Ат-Баши Пржевальского уезда.   Так, в 1905 году в интернаты было помещено 65 детей. В 1906 году были открыты две новые школы с интернатами в городе Пржевальск на 50 учеников и в селе Покровском Пржевальского уезда на 20 учеников. 1 Появление интернатов стало прямым свидетельством гибкости политики ассимиляции способной учитывать недостатки предыдущей системы и естественно приспосабливаться к быстро изменяющимся условиям. 

Следовательно, после 1903 года интернаты можно считать вторым особым этапом развития русской государственной системы начального образования в Кыргызстане, опыт которого впоследствии был учтен и успешно  применен большевиками. Появлению государственных учебных заведений более высокого уровня в крае послужила вполне обоснованная причина. Более быстрому расширению сети русско-туземных школ в крае препятствовала нехватка учителей. Единственным в крае учреждением, которое готовило учителей, знающих туземные языки была Ташкентская учительская семинария. Но она не могла удовлетворить растущую потребность в учителях всего региона. Поэтому в 1904 году при Верненском городском училище были открыты педагогические курсы. Как отмечает Обзор Семиреченской области за 1906 год, «лиц, желающих поступить на эти курсы, было достаточно»[8] 

Примечательным фактом было то, что часть молодежи, отличавшиеся даровитостью, продолжали обучение  в специальных училищах – гимназиях и даже в высших учебных заведениях Петербурга, Москвы, Казани и др. городов.   

На весь Туркестан похожая гимназия имелась лишь в Ташкенте, позднее они были открыты в Верном, Пишпеке и Аулие-Ате. Что дало начало появлению элементов среднего и средне-специального образования, значимость  которого для региона было трудно переоценить.   От поступивших на учебу требовалось знание молитв, умение читать и писать по-русски, считать и складывать и вычитать в пределах тысячи. Обязательными предметами были закон Божий, русский, немецкий, французский и латинский языки, словесность, история, этика, география, природоведение, математика, чистописание и другие.

Иногородние гимназисты жили в специальном интернате – киргизском пансионе. Из Пишпека в гимназии училось 15 ребят, в том числе 7 кыргызов.[9] Блестяще учился Кожомурат Сарыкулаков, закончивший гимназию с серебряной медалю. По ходатайству директора гимназии он сначала поступил в Киевский университет, а затем перешел на юридический факультет Казанского университета.Как сыну несостоятельных родителей ему выплачивалась казенная стипендия. Болезнь и революция не дали ему закончить образование. Вернувшись домой, он стал организатором и лидером союза «Букара» (Беднота), но в 1918 г. скоропостижно скончался от болезни. Имена многих выпускников Верненской гимназии впоследствии вошли в отечественную историю. Среди них были Михаил Фрунзе, Мухамеджан Тынышпаев, Ураз Джандосов, Бекходжа Качкынбаев, Абдыкерим Сыдыков и другие.   Естественно то, что развитие системы государственного образования в регионе до  среднего уровня  совпали с периодом широкой демократизации и модернизации России, ее превращения в просвещенную либеральную конституционную монархию. Царское правительство все шире привлекало представителей местной знати к управлению через городские думы и земские управы. Депутаты коренных национальностей из Семиречия заседали в Государственной Думе России. Например: казахи- Алихан Букейханов, Мухамеджан Тынышпаев, кыргыз из Прииссыккулья Кыдыр Байсариев. И также естественным является то, что передовая общественно-политическая мысль в Центральной Азии формировалась под прямым влиянием российской.        Более того, молодые и амбициозные люди, получившие европейское образование стремились использовать свои знания в целях улучшения  бесправного положения коренных народов Туркестана.  И, именно эта часть молодежи, составила ядро нового нарождавшегося поколение национальной интеллигенции, мечтавшей о другом развитии, о свободе и независимости. 

В отличие от старой или традиционалистской интеллигенции, новое поколение национальной интеллигенции Туркестана по своим общественно-политическим взглядам, мировоззрением была более прогрессивной и полностью соответствовала сложившимся внутриполитическим и общественным условиям агонизирующей царской России. Если во взглядах первой преобладали клерикализм, фанатизм, то вторая стояла на позициях либерализма и демократических преобразовании, модернизации  общества. Появление этого нехарактерного для Казахстана и Кыргызстана явления не было возможным без существования русско-туземных школ или без знания русского языка.  

Следовательно, русско-туземные школы не только сыграли значительную роль в формировании национальной интеллигенции края, но и создали основу для возникновения и строительстве более высоких уровней государственного образования. Конечно, бесспорным является то, что система государственного образования начального уровня Туркестана была результатом колониальной политики царизма, также, что она была внешней, то есть внедренной из вне и поэтому несла в себе основу российской государственной системы образования, но, тем не менее, при этом максимально приближенной к специфическим условиям региона, благодаря чему имела успех и результативность. Надо признать и констатировать в целом прогрессивность этой системы для Кыргызстана, не только с точки зрения формирования национальной интеллигенции, но и приобщению целых народов к ценностям русской и мировой культуры и цивилизации.   Этапность или постепенность развития системы русско-туземных школ была оправдана и политически выверена, бесценный опыт которой  был успешно применен при строительстве СССР, что говорит о том, что русско-туземные школы стали реальной и практической основой возникновения государственной национальной системы образования Кыргызстана, которая дала ростки нарождающейся активности общественно-политической мысли, выразившейся в появлении целой плеяды ярких представителей национальной интеллигенции либерально-западного направления.            Итак, в силу особенностей исторического развития Кыргызстана и региона Центральной Азии до и после присоединения к Российской империи,  которое отличалось  размытостью национальных границ, крепостью этнокультурных и социальных связей между народами, общностью религии, национальные или внутренние политические движения конца XIX – начала XX веков региона формировались уже не только на основе мусульманской (религиозной), но и, благодаря России, европейской (светской) культурной и образовательной традиции.  И именно эта часть учащейся национальной молодежи, составила новое, отличное от традиционного, поколение национальной интеллигенции. В отличие от старой интеллигенции, новое поколение национальной интеллигенции по своим общественно-политическим взглядам, безусловно, было более прогрессивным. Если во взглядах первой преобладали клерикализм, фанатизм, то новое поколение стояло на позициях либерализма и демократических преобразовании, модернизации  общества, что, несомненно, является прямым результатом влияния российской культурной традиции и общеобразовательной политики российской  колониальной администрации.                                                                                         [1]


[1] Административное устройство, оседлые пункты и кочевья волости Семиреченской области. Издание Семиреченского статистического комитета. (По сведениям на 1-е января 1913года) . Составил член-секретарь Статистиеского Комитета В.Е.Недзведцкий. г.Верный1913. С.1.

[2] Полное географическое описание нашего Отечества. Настольная и дорожная книга. Под редакцией В.П.Семенова-Тянь-Шанского. Т.19. Туркестанский край. С.-Петербург, 1913. С. 337.  

[3] Там же. С.337

[4] Бендриков К.Е. Очерки по истории народного образования в Туркестане. М.1960. С.62-63 1 Обзор Семиреченской области за 1903год. Верный, 1904. С.49.

2 там же, с.50

[5] Архив МО КР, №765,л.34. С.31

[6] С. Данияров. О прогрессивном значении русской культуры в развитии культуры киргизского народа в конце Х!Х и нач. ХХвв. Ф.,1964. С.19

[7] тамже, с.20 1 Д.Айтмамбетов. Дореволюционные школы в Киргизии. Фрунзе, 1961.С.62. 1 Обзор Семиреченской области за 1906 год. Верный,1906. С.112-113.

[8] Обзор Семиреченской области за 1906 год. Верный,1906. С.113.

[9] Курманов З.К., В.М.Плоских и др. Абдыкерим Сыдыков – национальный лидер. Бишкек, 1992. С.6.


[1] Административное устройство, оседлые пункты и кочевья волости Семиреченской области. Издание Семиреченского статистического комитета. (По сведениям на 1-е января 1913года) . Составил член-секретарь Статистиеского Комитета В.Е.Недзведцкий. г.Верный1913. С.1.

2 Полное географическое описание нашего Отечества. Настольная и дорожная книга. Под редакцией В.П.Семенова-Тянь-Шанского. Т.19. Туркестанский край. С.-Петербург, 1913. С. 337.  

Там же. С.337


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение