Россия, Москва

info@ia-centr.ru

С. Коновалов: Религиозная динамика Казахстана.

23.10.2008

Автор:

Теги:
 

 

 

Религиозная динамика Казахстана: содержание и методика измерения

С.А.Коновалов, руководитель проектов Ассоциации социологов Казахстана, кандидат социологических наук

 

Двадцать первый век ознаменован развитием новых технологий, триумфом рыночной прагматики и ростом коммуникации между народами. Однако на этом фоне религия отнюдь не стала неким реликтом. Духовность, религия демонстрируют свою востребованность даже в ту эпоху, когда в мире начинает доминировать рациональный тип мышления.

Данный тезис был подтвержден ведущим социологом современности Юргеном Хабермасом. Ю.Хабермас рассматривал религию как важный семантический резерв для теряющего смыслы жизненного мира. Человеческое сознание не может опираться исключительно на рациональность. В этом случае оно будет утрачивать свои родовые признаки. Таинственность, поиск неизведанного - это части иррациональности. Также как нерациональным был Х.Колумб, поехавший на край света [1, C.33].

Это является вполне логичным и соответствует человеческой природе, которая реализуется не только и не столько на основе рационального сознания. Без этого человек попросту мог бы приравняться к миру машин, действующих по четко заданной программе или управляемых внешней силой.

По данным ежегодных опросов Ассоциации исследовательских компаний Gallup International большинство населения мира можно назвать религиозным. Так, в 2005 году две трети жителей планеты назвало себя религиозным вне зависимости от того, посещают они места религиозного поклонения или нет. В меньшинстве оказались те, кто называет себе нерелигиозными людьми и лишь 6% являются убежденными атеистами.

По оценкам экспертов сегодня происходят тектонические изменения в мировой структуре религий. Главным фактором этого выступает быстрый рост численности сторонников Ислама. За последние 15 лет число исповедующих данную религию достигло полтора миллиарда человек (около четверти от населения планеты). При этом это происходит преимущественно за счет высоких темпов естественного прироста населения, этнически относящегося к мусульманской конфессии.

Согласно прогнозам до 2025 года Ислам способен стать первой по численности религией в мире, число сторонников которой может достигнуть трети от населения планеты.

Мусульманские этносы отличаются и высокой миграционной подвижностью и активно перемещаются в регионы, которые принято считать территорией христианских вероисповеданий. Например, Европа сегодня становится важным центром притяжения мусульманских антропотоков.

Другим социальным фактором, обуславливающим небывалый рост влияния Ислама, является высокий уровень внутренней консолидации носителей данного вероисповедания. По оценке канадского социолога Гийома Менара внутреннее единство мусульман достигает феноменального результата до 92% и близко к уровню монолитного народа [2, С.11]. Данные тенденции опосредуют повышенное внимание мировой общественности к развитию Ислама.

Казахстан предложил уникальную модель, когда страна, будучи исламской по своей истории, традициям, носителям в лице этнодемографического большинства, может являться образцом межконфессионального согласия. Не случайно Казахстан стал местом проведения двух Съездов лидеров мировых и традиционных религий. В 2009 году планируется проведение Третьего съезда. В октябре 2008 года в Астане прошел форум Министров иностранных дел «Общий мир: прогресс через разнообразие».

Более двух третьих населения Казахстана является по своему этническому происхождению мусульманским. При этом данный показатель за период с 1989 года возрос почти вдвое.

Пропорционально демографической представленности граждан мусульманского вероисповедания в стране функционируют мечети, число которых достигает 1700 или 65% от всего числа культовых сооружений. С каждым годом растет число граждан, отправляющихся в Мекку для совершения хаджа. За последние 7 лет этот показатель вырос примерно в 5 раз. Доминанта Ислама в Казахстане никаким образом не препятствует полноценному функционированию других вероисповеданий. На это указывает расширение количества религиозных учреждений немусульманских конфессий. Так, за годы независимости количество православных приходов возросло в 4 раза, в два раза - католических. Действуют более тысячи миссий и молитвенных домов протестантских объединений, в стране также функционирует 21 иудейская община. Построен один буддийский храм [3, С.2].

Казахстан изначально избрал путь либерализации сферы деятельности религиозных объединений. Это выразилось в конституционных принципах отделения религии от государства, признания свободы совести и вероисповедания, идеологического и политического многообразия. Деятельность религиозных общин в настоящее время регулируется законом «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях». Это был один из первых законов, который был принят независимым Казахстаном еще в январе 1992 года.

В настоящее время в стране действует около 4 тыс. религиозных общин. За период с 1989 года этот показатель возрос примерно в 6 раз. Число конфессий и деноминаций в стране достигает 46, что на половину больше уровня 16-летней давности. В распоряжении религиозных объединений сегодня имеется около 3 тыс. культовых сооружений.

На этом фоне среди населения наблюдается рост интереса религии. Только за период с 2003 по 2007 гг. число казахстанцев, идентифицирующих себя с той или иной религией возросло примерно на одну шестую достиг практически 89%. Лишь около 10% граждан никаким образом не идентифицирует себя с религией. Вместе с тем, согласно результатам соцопросов, сегодня верующими себя считают примерно 62% казахстанцев или 5-6 млн.чел. По оценкам Алматинского Хельсинкского комитета число активно верующих, то есть состоящих в той или иной религиозной общине и соблюдающих все ее установления оценочно достигает 1,5-2 млн.чел. Для сравнения в 2003 году эксперты этот показатель оценивали на уровне не выше 1,1 млн.чел. [4, С.103].

В целом население поддерживает сложившуюся практику межконфессионального диалога и консенсуса, предполагающей доминанту светского формата и мягкую протекцию традиционным конфессиям в соответствии с долей их последователей в демографической структуре общества.

Религия - тонкая сфера общественных отношений, которая требует особых методологических и методических подходов исследования. Особенно это важно, если мы религиозность исследуем через поле общественного мнения, то есть массовые опросы [5, С.101-102].

Магистральным направлением в развитии опросных технологий сегодня является более чувствительный и гибкий инструментарий, способный улавливать тонкие нити в развитии общественных настроений, скрытые мотивы, латентные тенденции в массовом сознании.

Эту тенденцию особо можно проиллюстрировать на примере деликатных и сложных тем. При их исследовании применяются специальные методики и подходы, в т.ч. имеются высокая доля зондирующих вопросов, отказ от использования фильтров, асимметрия шкал в сторону «да-ответов», оценки искренности, маскировка основного предмета исследования (задается множество вопросов, выясняющих подробности отношений, ограничивается число прямых вопросов, ключевая категория опроса подается в скрытой версии, название опроса нейтральное - общесоциальная проблематика).

Особое внимание уделяется обеспечению искренности ответов. Здесь используются такие подходы: - нейтральность при подборе респондентов; - доверительная, безопасная психологическая атмосфера и комфортные условия для заполнения анкеты; - обеспечение уверенности респондентов в анонимности опроса [6, 64-67].

Свои особенности имеет композиция религиозного инструментария, последовательность содержащихся в нем вопросов.

Первая четверка вопросов носит общесоциальный характер. Отвечая на них, респонденты показывают удовлетворенность своим жизненным уровнем, а также ключевые проблемы, которые их волнуют и требуют внимания госорганов.

Вторая четверка затрагивает этническую проблематику в плане предпочтительных идентификационных кодов, знания народных традиций.

Собственно конфессиональная тематика начинается с 9 вопроса. В целом, анкеты состоит из четырех крупных блоков, последовательно и целостно раскрывающих тему исследования. Не обязательно, чтобы вопросы одного блока располагались вместе, границы между блоками размыты. Использована методика плавного перетекания вопросов одной тематической направленности в последующую. Вопросы одного блока могут находиться в другом, забегая вперед или наоборот отставая. Общая логика конструкции анкеты - поступательный переход от личных, приватных оценок гражданами своего религиозного опыта до оценки религии как общественного, коллективного, наконец, политического и государственного дела.

(1) Общие параметры и глубина религиозности.

(2) Каналы принятия и восприятия религии.

(3) Оценка религиозной толерантности населения.

(4) Оценка лояльности граждан к политике власти в религиозной сфере.

Важно было определиться с оптимальной структурой инструментария по религиозной ситуации. Для этого мы применили количественно-качественную методику оценки инструментария.

Мы использовали комплекс в количестве 11 показателей. На наш взгляд, они могут дать целостную картину об основных количественно-качественных характеристиках анкеты.

Первый показатель - количество вопросов.

Всего в анкете по религиозным настроениям содержалось 100 вопросов плюс нулевой. 85 вопросов относилось к профилю исследований, разбитые по четырем блокам. На 1 блок приходилось 17 вопросов, на второй - 27, третий - 19, четвертый - 22. Вспомогательный нулевой блок имел восемь вопросов, паспортичка - 7.

Второй показатель - доля вопросов в анкете.

Здесь расчет упрощается тем, что в анкете 100 вопросов, что делает идентичной их долю в анкете. В целом на основной блок пришло 85% вопросов.

Третий показатель - количество вариантов ответа.

Этот показатель иллюстрирует содержательную нагрузку анкеты. Всего в анкете имело 530 тестов или вариантов ответа. 439 из них приходится на блоки профильных вопросов. На первый блок - 73, второй - 173, третий - 90, четвертый - 103. На вспомогательные блоки пришлось 91 вариант ответа.

Четвертый показатель - доля вариантов ответов в общем тестовом массиве.

Всего на основные блоки приходится 82,7% тестов, что чуть ниже доли ответов. Это связано с больше тестовой нагрузкой на вопросы в вспомогательных блоках, но это уже другой, производный показатель.

Пятый показатель - средняя тестовая нагрузка на вопросы.

В среднем по всей анкете на один вопрос приходится 5,3 варианта ответов. Выше этого значения доля 2 блока - 6,41, а также нулевого блока и паспортички (по 5,7). Самая низкая нагрузка в 1 блоке (4,3), далее идет четвертый (4,68) и третий (4,74) блоки.

Шестой показатель - протяженность, на которой располагаются вопросы того или иного блока.

Этот показатель нужен для тех анкет, где вопросы концентрируются не в одной части анкеты, а рассеяны по ней. В среднем в анкете вопросы расположены в континууме 45,5 вопросов, но большему рассеиванию подвергается основной блок вопросов. Протяженность, на которой размещаются здесь вопросы, составляет в среднем 64,2.

Наибольший разброс вопросов по второму блоку - протяженность здесь 80 вопросов, далее идет 1 блок - 71 вопрос. Третий блок рассеян на пространстве 66 вопросов. Наиболее компактен четвертый блок - 40 вопросов. Вспомогательные блоки находятся в континууме, равном их количеству, т.е. не подвергаются рассеиванию.

Седьмой показатель - порядковый номер начального вопроса того или иного блока.

На примере рассматриваемого инструментария порядковые номера блоков идут по простой восходящей линии, хотя и с неодинаковой разницей. Второй блок начинается через два вопроса после первого, третий - через 11 после второго, а четвертый - через 31 вопрос после предыдущего третьего блока.

Восьмой показатель - порядковый номер конечного вопроса того или иного блока.

Здесь прямая восходящая последовательность нарушена различиями в количестве вопросов второго и третьего блоков. Второй заканчивается на три вопроса позже третьего (91 против 88). Раньше всех заканчиваются вопросы первого блока (80 вопрос), позже - последнего, четвертого (93).

Девятый показатель - число вопросов, последовательно располагающихся последовательно, друг за другом.

Этот показатель демонстрирует сколько вопросов идут в паре или в группе вместе. Отличие от общего количества вопросов в блоках может показать уровень дробления, сколько вопросов пошли отдельно. В нашем варианте вместо 100, вышла цифра 96, следовательно, 4 вопроса пошли в отрыве от своего блока, смешались с вопросами других блоков. В третьем блока так «оторвались» два вопроса, в остальных - по одному.

Десятый показатель - число фрагментов вопросов, разделенных вопросами других блоков.

Этот показатель на формализованном уровне подкрепляет предыдущий, т.к. тот не дает информации, как дробятся вопросы по блокам.

Всего в анкете образовалось при шести блоках 29 фрагментов. Вспомогательные блоки образовали целостные два фрагмента. Профильные блоки вопросов разделились. Второй блок - на 8 фрагментов, 3 блок - 7, 1 и 4 блоки - по 6.

Одиннадцатый показатель - среднее фрагментирование блоков вопросов, рассчитываемое от количества вопросов на один фрагмент.

Этот показатель подводит итог расчетов по фрагментам вопросов. В среднем за счет целостности вспомогательных блоков фрагментирование вопросов в анкете сложилось в пределах 4,8 вопросов на один фрагмент. В профильных блоках этот показатель - 3,1. Наибольшие фрагменты вопросов сложились в четвертом блоке - 3,7. Далее идет второй блок - 3,37, 1 блок - 2,83 и третий блок - 2,7.

В целом на основе такого расчленения можно увидеть общую картину инструментария с точки зрения его качественной стороны, ориентации на выполнение ключевых целей исследования.

По последовательности вопросов, их переходов, начальных и конечных континуумов блоков вопросов можно проследить реализацию главного логического посыла, гипотезы исследования. То есть, все начинается с вопросов общего характера о религиозности населения. Затем чуть погодя их смешивают с вопросами об информационных потребностях в сфере религии. Вопросы межконфессиональных отношений, концентрируемого в третьем блоке, отстоят дальше. В последнюю очередь исследуются политические вопросы отношения граждан к деятельности власти в религиозной сфере, т.е. все то, что представлено в четвертом блоке.

Вспомогательные вопросы стоят вне зоны профильных вопросов, не смешиваются с ними и служат только на получение корреляционной базы в случае с «паспортичкой» и «разогрева» респондентов в случае с нулевым блоком.

Наибольшая доля вопросов - почти половина от шести блоков приходится на темы, которые требуют наиболее пристального исследования. Речь идет об информпотребностях, ключевых каналах принятия и восприятия религиозной жизни населением, а также отношения граждан к политике власти в сфере религиозных отношений. Третий блок по толерантности населения, а также первый - по общим параметрам религиозности - сфере необходимые для оценки, однако исследованы лучше, чем предыдущие.

Есть еще момент гносеологической сопряженности тем. Второй блок по информпотребности населения в знании о вероучениях предельно приближен к общим параметрам религиозности, лежит практически в одной плоскости. Вопросы толерантности находятся посередине между религиозностью и политическим фактором.

В целом, на базе такой методики можно препарировать любой инструментарий вне зависимости от его тематической направленности. Смысл в аудите качества, открытых и скрытых посылов, заложенных в инструментарии. Также на такой базе можно сравнивать инструментарий с аналогичными исследованиями. Можно выстроить какие-то определенные стандарты, параметры, которые следует придерживаться при разработке анкет в зависимости от тематики.

Сила данной методики в ее комплексности, сравнительности, детальном расчленении. Также в инструментарии мы старались избегать переходов. К примеру, после вопроса об осведомленности граждан о проведении съездов лидеров мировых и традиционных религий, мы сознательно не поставили перехода и задали вопрос всем - как они относятся к такой практике, осуществляемой по инициативе Президента.

Безусловно, были части инструментария, где переходов избежать было нельзя. Например, переход был после вопроса о наличии у граждан религиозных книг. На следующий вопрос «как часто Вы их читаете?» отвечали лишь те, у кого они есть.

Также мы постарались дополнить религиозную картину за счет уточнения настроений неопределившихся со своим конфессиональным выбором. И мы задавали им вопрос: «К какой религии вы все же склоняетесь?». На этой основе мы получили с одной стороны дополненный объем сторонников той или иной конфессии, а с другой выявили то, сторонники каких конфессий в наибольшей степени колеблются в своем выборе и, соответственно, своим поведением, позицией «размягчают» устойчивость сторонников той или иной конфессии.

Таким образом, для измерения религиозных чувств общества, как впрочем, и в отношении других спектров общественных настроений важно употребление как можно более четкого инструментария. Причем мы должны не только использовать социологический инструмент для изучения чего-то, но и изучать сам этот инструмент - подробно, рутинно. В этом случае нам удастся утончить, сделать более адекватным исследовательский инструментарий, а вместе с ни и саму социологию как профессиональное знание об обществе.

 

Использованные источники:

1. Мали С. Роль религии в постсекулярном обществе. О философии религии Ю.Хабермаса //Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер.11, Социология: РЖ/РАН. ИНИОН. Центр социал. науч.-информ. исслед. Отд. социологии и социал.психологии. - М., 2006. - ISBN 0868-4448. - 2006, №3. - 168 с. С.30-37.

2. Г.Менар Ирак: домыслы и реальность. Мнения экспертов //Красная звезда. - 2003. - 18 марта. - С.7-12.

3. Н.А.Назарбаев Выступление на открытии Второго съезда лидеров мировых и традиционных религий //Казахстанская правда. - 2008. - 13 сентября. - С.1-3.

4. Г.Т.Телебаев Религиозная идентификация населения и религиозная ситуация в Республике Казахстан // СОЦИС. - 2003. - №3. - С.101-106.

5. М.П.Мчедлов Религиозная идентичность и социальные предпочтения //Свободная мысль. 2006. №4 (1566). С.101-115.

6. И.Д.Горшкова, И.И.Шурыгина Методология выявления масштабов супружеского насилия. // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены №1 (73) январь-март 2005 года. С. 61-68.

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение