Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Рой Медведев: Национализм и гражданское согласие в Казахстане. Ч.1.

14.10.2008

Автор:

Теги:
Москве, в посольстве Республики Казахстан прошла презентация новой книги известного ученого Роя Медведева «Нурсултан Назарбаев. Казахстанский прорыв и евразийский проект». Это уже вторая книга о Казахстане российского патриарха, которому нынешней осенью исполнится 83 года.

Редакция сайта публикует главу из книги Роя Александровича.

*********************************************************************************

К моменту обретения статуса независимого государства Ка­захстан был самой многонациональной страной из субъектов СНГ. При численности населения 16,2 млн человек здесь про­живало: казахов - 40,1%, русских, украинцев и белорусов, вме­сте взятых, - 43,9%, немцев - 5,8%, татар и узбеков - по 2% (данные переписи 1989 года). Тут жили не только родственные казахам уйгуры и киргизы, но и курды, греки, поляки, ко­рейцы, армяне, чеченцы, башкиры, молдаване, болгары и дру­гие - всего было официально зарегистрировано около 130 на­циональных групп. По переписям населения 1939 и 1959 годов, доля казахов в общем составе населения была еще ниже. Такое положение сложилось отнюдь не естественным образом. Губер­натор соседней, Омской, области Леонид Полежаев вспомина­ет: «По рождению я русский человек, но рос в Казахстане. В 50-60-е годы кого там только не было. Раскулаченные, депор­тированные с Кавказа, высланные из Поволжья, Прибалтики, Западной Украины. Казахстан впитал в себя все слезы всех на­родов России. Меня воспитывали казахи, немцы, чеченцы. Лю­дей объединяли общая судьба, общее горе, общие радости, об­щая работа. Это была общность людей, в которой не было места национальным предрассудкам. Если ты не уважаешь соседа, кто будет уважать тебя?»1.

Конечно, казахов не радовало их превращение в националь­ное меньшинство в собственной стране, на земле, которую они осваивали веками. Еще в XIX столетии случались столкновения казахов с сибирскими и семиреченскими казаками. Однако они не переросли в какую-то стойкую вражду к людям другой веры или другой нации. Казахи приняли тезисы большевиков о друж­бе и равенстве наций. Но что они должны были думать и чувст­вовать, принимая у себя народы, насильно изгнанные из родных краев, - балкарцев, чеченцев, ингушей, турок-месхетинцев, немцев Поволжья, крымских татар? Что они должны были ду­мать и чувствовать, принимая у себя два миллиона целинников из всех республик Союза? «Хотим мы этого или не хотим, - пи­сал еще до распада СССР Нурсултан Назарбаев, - но в душе ка­захского народа сохранилось чувство ущемленности. Иначе и быть не могло в условиях, когда из региона вытеснялись языки, культуры, традиции коренных народов. Нам говорили, что все народы Союза расцветают, как грани алмаза, каждый - своим цветом, своим языком, своей культурой. На деле же казахов со­знательно превращали в людей второго сорта, и естественно, что в их душах откладывалась обида. Но эта обида не распространялась на простого русского человека или на людей других национальностей. Простые труженики всегда жили и работали в согласии. Более того, благодаря рабочему классу России в Ка­захстане возник большой отряд квалифицированных рабочих коренной национальности. С помощью России была подготов­лена местная техническая интеллигенция. Через русский язык казахи открыли для себя не только величайшее богатство рус­ской культуры, но и богатства мировой цивилизации»1.

Вспышка волнений молодежи в декабре 1986 года в Алма-Ате была осуждена специальным постановлением ЦК КПСС как проявление «казахского национализма». На самом деле это был стихийный протест против оскорбительного для всех казахов решения Москвы принять отставку с поста партийного лидера республики Л. Кунаева и назначить новым руководителем нико­му здесь не известного Г.В. Колбина, работавшего до этого пер­вым секретарем Ульяновского обкома партии. Колбин не знал ни Казахстана, ни казахского языка. Возмущение получило массо­вый характер, и многие из студентов не удержались от открыто­го протеста. Их лозунги не были особенно радикальными: «Идет перестройка. Где демократия?», «Каждому народу - своего руко­водителя!», «Нам нужен руководитель-казах», «Мы за ленин­скую национальную политику!» и др. Хотя выступления молоде­жи были подавлены и сопровождались разного рода административными репрессиями, они не стали началом какого-то национального движения. В Казахстане не было никаких столкновений на национальной почве.

Никто не выступал и за отделение от СССР. Свою позицию Назарбаев, когда возглавил независимую Республику, определил так: «Сильные республики - сильный центр». Только немного­численные крайние радикалы выдвигали лозунг «Казахстан -для казахов». Народ и его лидеры не поддержали этот лозунг. В самый разгар драматических для СССР событий 1991 года Нурсултан Назарбаев писал: «Одна из особенностей Казахстана заключается в том, что это единственная республика, в которой коренное население хотя и представляет самую большую груп­пу, но не является большинством. Налицо результат трагической истории казахского народа, в полной мере испытавшего на себе гнет тоталитарного режима, пагубное воздействие импер­ских амбиций былых вождей. Но когда начавшаяся перестрой­ка позволила, наконец, поставить вопрос о возрождении наци­ональной культуры, традиций, истории казахов, мы прекрасно осознали и другое - не менее ущемленными оказались права и достоинство всех других народов, проживающих на территории республики. Были и у нас споры. Вызывал острые споры тот же вопрос о языке. Почти 30% казахов или вообще не говорили на родном языке или владели им очень слабо. Лед уже не мог раз­говаривать с внуком на родном языке. Но и в этом вопросе вос­торжествовал здравый смысл и взвешенный подход. Нам уда­лось избежать того национального отчуждения, которое возникло на этой почве в ряде других республик. Дружба наро­дов, проживающих в республике, - это действительно уникаль­ное достояние Казахстана. Десятилетия совместной жизни, наполненной нелегкими испытаниями, позволили всем казахстанцам выстрадать одну главную истину - людям разных наци­ональностей делить между собой нечего. При этом каждый на­род, независимо от его численности или этнических особенностей, велик, потому что за спиной любого народа все­гда стоит великая история и великая культура, обогащающая всех людей, всю человеческую цивилизацию»1.

Первые годы независимости Казахстана оказались трудными для всех, но казахам, благодаря их родовым связям, пережить эти трудности было легче. В 1992-1994 годах на всем постсоветском пространстве большая часть населения и в городах, и в сельской местности находилась в условиях, которые Н. Назарбаев назвал позднее условиями «выживания». В эти годы преобладали сти­хийные процессы, и разного рода статистическим и миграцион­ным службам оставалось только регистрировать попадающие в поле их зрения случаи эмиграции из Казахстана и иммиграции в Казахстан. Эти данные не были достаточно точными, так как, например, для многих таджиков или русских, бежавших от гра­жданской войны в Таджикистане, Казахстан становился лишь .ременным убежищем, «транзитной территорией». Через него в Россию или в западные страны шел поток беженцев и из Кир­гизии, и из Узбекистана. По данным Госкомстата Казахстана, в 1992 году общее число покинувших Республику достигло 370 тыс. человек, и более 80% этого эмиграционного потока со­ставляли русские1. В этом же году около 100 тыс. граждан Казах­стана выехало в Германию (немцы), Грецию (греки) и Израиль (евреи). Но в то же время начался и иной процесс - из Китая и Монголии стали приезжать или возвращаться казахские семьи. В 1993 году общее число людей, покинувших страну, оценива­лось в 500 тыс. человек, из которых 220 тыс. выехало в Россию. В 1994 году, по данным Госкомстата, республику покинуло более 400 тыс. человек, из которых около 300 тыс. прибыло в Россию. Встречный поток въезжающих в Казахстан составлял в 1993-м и 1994-м около 40 тыс. в год2.

В середине 1994 года по сравнению с 1989-м численность на­селения несколько увеличилась - до 16,87 млн человек, при этом доля казахов выросла до 44,8%, доля русских, украинцев и бело­русов уменьшилась до 42%, доля немцев уменьшилась до 3,6%, доля татар и узбеков почти не изменилась (2,1 и 2,2%)3. В 1995 году людские потоки как из Казахстана, так и в него не­сколько сократились, но заметно снижаться они начали только в 2000 году. Так, по данным ФМС РФ, в 2000 г. число прибывших в Россию из Казахстана иммигрантов составило уже 124,9 тыс. человек, а в 2004 году прибыло всего 40,2 тыс. человек (главным образом русские семьи).

Многонациональность Казахстана - не результат идущих сто­летиями или даже тысячелетиями процессов, как это имеет мес­то в Закавказье и на Северном Кавказе. Чрезвычайно сложный полиэтнический состав его населения сложился главным обра­зом в XX веке в результате репрессий, военной эвакуации, осво­ения целины, индустриализации. По примерным подсчетам, в то время в республику было переселено около 5,6 млн человек. То­гда же около 2 млн казахов покинули родные места. Такой людской «круговорот» порождал множество проблем, причем у узбеков в Южном Казахстане возникали одни проблемы, у нем­цев или поляков в Северном Казахстане - другие. У потомков российского казачества сложились иные взгляды и настроения, чем у российских рабочих и инженеров, которых привело в Ка­захстан ускоренное промышленное строительство. Киргизы, таджики и узбеки жили на его территории сотни лет. Уйгуры и дунгане сами переселялись из Китая, а корейцы, чеченцы и по­ляки были принудительно сюда депортированы (как и семьи рус­ских кулаков). Очень сложная ситуация возникла в Республике в сфере межконфессиональных отношений. Эксперты по религи­озным проблемам считают, что в ней действуют более 5 тыс. ре­лигиозных общин, принадлежащих к 62 конфессиям1.

В Казахстане никогда не пытались «выдавливать» граждан, не принадлежащих к титульной национальности, как это делали, например, после 1991 года в Грузии или в странах Балтии. Для изучения и решения многообразных этнических проблем в Ка­захстане в марте 1995 года был создан особый орган - Ассамб­лея народов Казахстана (АНК), сессии которой проходят, как правило, раз в год под председательством президента РК Нурсул­тана Назарбаева. На I сессии АНК присутствовали 290 делега­тов, среди которых были 133 казаха, 46 русских и представите­ли еще более чем 100 наций. Выступая на этой сессии 24 марта, Нурсултан Назарбаев говорил, что казахский народ сам боролся за свою независимость. Он долго был дискриминированной на­цией в большом и неказахском государстве. Он понимает проб­лемы других народов и наций, живущих в Республике. Он не мо­жет дать всем и всего, но он поможет решить проблемы, которые можно решить. Надо смотреть в будущее.

Основной лозунг, основное желание и даже требование всех собравшихся на сессию Ассамблеи выражалось одной фразой: не допустить в Казахстане межнациональных конфликтов.

Ассамблея народов Казахстана как авторитетный институт постепенно укрепляла свои позиции. Были созданы «малые» ас­самблеи в областях и крупных городах, а также координационные и исследовательские группы. Здесь разрабатывались и обсу­ждались законопроекты, которые предстояло принять позже как законы в парламенте, где Ассамблея имеет свое представительст­во. Из множества существующих в стране проблем для каждой ежегодной сессии выбирается какая-то важная тема, которая об­суждается в качестве главной. Так, на V сессии АНК, состояв­шейся в январе 1999 года, рассматривался закон о национально-культурных объединениях в стране. Деятельность таких объединений направлена против раскола между нациями и вну­три самих наций. Из уст президента Республики Казахстан прозвучал тогда призыв к возвращению русских семей, покинув­ших Казахстан после распада СССР. Нурсултан Назарбаев одно­значно оценил эту эмиграцию русских, особенно сильную в 1992-1994 годах, как потерю для государства. Он призвал и са­мих казахов к укреплению их внутриэтнической консолидации и к объединению трех исторически сложившихся казахских жузов. Подчеркнув, что в Республике совершенно недопустим лозунг «Казахстан для казахов», он приветствовал другой: «Казахстан -это лаборатория дружбы народов». Процессы глобализации, ко­торые идут в мире, отметил Назарбаев, опасны для ясной нацио­нальной самоидентификации. Но нет смысла бороться против новых информационных и иных технологий, к ним надо приспо­собиться. Кроме нас самих, говорил он, никто не может решить наших проблем, хотя мы с уважением относимся к работе таких международных организаций, как ОБСЕ. Во внешнем мире все мы не казахи, а казахстанцы. Однако президент не поддержал вы­двигавшегося рядом общественных групп предложения об обра­зовании какого-то суперэтноса - «казахстанцы». Большая часть казахов выступала за восстановление и развитие именно само­бытного казахского этноса.

В ноябре 2002 года в Астане под председательством прези­дента состоялась IX сессия Ассамблеи народов Казахстана. Ос­новной темой для обсуждения на этой сессии, с которой начал свой доклад Нурсултан Назарбаев, был межконфессиональный диалог как основа национального согласия. Вы помните, сказал Нурсултан Назарбаев, как с падением «железного занавеса» на нас обрушились волна проповедников, потоки литературы и видеопродукции от различных «мессий» и «пророков», демонстрировавших «чудеса исцеления» на стадионах и убеждав­ших в правильности только их учений и взглядов. Экспорт по­добного рода псевдорелигиозных воззрений был, однако, не единственной опасностью открытого информационного обще­ства. Глобализация сопровождалась во многих случаях навязы­ванием народам непривычных для них стереотипов культуры и поведения. В такой ситуации обращение к религии оказалось своеобразной защитной реакцией людей. В этом противобор­стве рождалось то, что именуется фундаментализмом. Этот термин применяется в отношении теологической и практичес­кой деятельности многочисленных религиозных групп не толь­ко исламской, но и христианской, буддистской, иудаистской направленности, действующих по всему миру и проповедую­щих возврат к догматам своей веры. Не только в исламе, но и в других религиях на основе принципов и положений фун­даментализма стали выстраиваться концепции и доктрины по­литических партий и движений. Подобное объединение поли­тических и религиозных доктрин весьма опасно в условиях современного мира. Оно порождает концепции, которые ис­пользуются как знамя некоторыми экстремистскими политиче­скими силами, а также террористами - для оправдания своих преступлений, не имеющих ничего общего с истинными кано­нами любой религии. Казахстан, по мнению Н. Назарбаева, избежал этих опасностей. В стране действуют десятки конфес­сий, но это не «яблоко раздора», а созидательное многообра­зие. Важнейшее достижение - недопущение политизации ре­лигиозных факторов. «Религия в Казахстане, - говорил Н. Назарбаев, - выступает не в качестве конкурирующей иден­тичности, противопоставляющей себя этнической или полити­ческой общности, а как дополняющий элемент духовной куль­туры казахстанцев, придающий обществу неповторимое многообразие и в то же время уникальную самобытность»1.

Продолжение следует.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение