Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Эксперты: Экстремизму надо противопоставить религиозное просвещение

02.03.2017

Автор:

Теги:

Каналы распространения религиозного экстремизма в странах ОДКБ, роль традиционных институтов религиозного просвещения и гуманитарного образования в противодействии деструктивным культам, необходимость разработки на постсоветском пространстве программ подготовки исламского духовенства стали темами для обсуждения на международном видеомосте «Религиозный экстремизм: тенденции распространения и практики противодействия» с участием экспертов из Астаны, Москвы и Ярославля.

Организаторами мероприятия выступили Центр аналитических исследований «Евразийский мониторинг», Евразийский Национальный Университет им Л. Н. Гумилева, Евразийская Ассоциация Международных исследований, Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова и Центр геополитических исследований «Берлек-Единство».

 

Дуга салафизма

Открывая работу видеомоста, доцент кафедры регионоведения ЕНУ им. Л. Н. ГумилеваТаисия Мармонтова отметила, что мероприятие стало плодом совместной работы экспертно-аналитических центров Казахстана и России.

Доклад представителя Ярославского государственного университета (ЯрГУ) им. П. Г. Демидова Александр Шустова был посвящен географии распространения радикального ислама в странах ОДКБ.

«Осевыми странами ОДКБ, которые составляют становой хребет безопасности организации, являются Россия и Казахстан. В то же время дуга распространения салафизма на территории России и Казахстана рисует довольно тревожную картину. В России наиболее конфликтогенный регион – это северный Кавказ. Второй по степени напряженности регион – это среднее Поволжье и южный Урал – Татарстан, Башкирия, где для салафизма есть соответствующее конфессиональное поле. В Казахстане похожим регионом являются четыре западные области республики, где для распространения радикального ислама сошлись сразу несколько факторов – близость российского северного Кавказа, отсутствие укорененных институтов традиционного ислама, а также удаленность от столицы», - констатировал эксперт.

Вице-президент Тибетского дома Надежда Беркенгейм отметила, что столкновения на межрелигиозной почве являются неотъемлемой чертой современной цивилизации. По словам эксперта, сегодня на территории России проживает полтора миллиона последователей буддизма. В основном в национальных республиках – на территории Калмыкии, Бурятии, Республики Тыва. Эксперт отметила, что известны случаи, когда деструктивные тоталитарные секты брали на вооружение философию буддизма и искажали ее – самый известный пример это, пожалуй, секта «Аум Сирикё», запрещенная как в России, так и других странах ОДКБ.

«Сегодня на фоне интереса к культуре и традициям Восточной Азии, множество молодых людей в России проявляются интерес к изучению основ буддизма. К сожалению, сегодня не существуют институтов, которые бы вели научную работу, связанную с традиционным буддизмом, разъяснили молодежи его основы», - констатировала вице-президент «Тибетского дома».

 

Секты и «тихий сепаратизм»

Еще один представитель ЯрГУ им. П. Г. Демидова Михаил Красулин остановился на роли гуманитарного образования в противодействии религиозному экстремизму. Эксперт рассказал о результатах глубинных интервью с бывшими последователями религиозной организации «Свидетели Иеговы», деятельность которой в Российской Федерации признана как содержащая элементы экстремизма. По словам Красулина, идейной основой нетрадиционных религиозных культов в России является противопоставление себя «православному большинству», как менее религиозно образованному.

«Соприкосновение современного россиянина с православными церковными структурами очень ситуативно, находится на статистически низком уровне и сводится зачастую к ритуальной обрядовости», - констатировал эксперт.

По словам представителя ЯрГУ им. П. Г. Демидова, православная церковь, осознавая проблему, предлагает ввести просветительские программы для прихожан храмов.

Доцент кафедры регионоведения ЕНУ им. Л. Н. Гумилева Таисия Мармонтова и доктор Пунит Гаур (Индия) в студии в Астане представили результаты совместного исследования, посвященного религиозной нетерпимости в группах этнических меньшинств в мультикультуральных обществах на примере Центральной и Южной Азии.

Казахстанский эксперт уточнила, что объектом исследований стали общины, исповедующие нетрадиционные для Казахстана христианские течения.

«Многие постулаты данных религиозных организаций несут в себе угрозы так называемого «тихого сепаратизма», и это может быть достаточно опасным для многонациональных и поликонфессиональных государств, где размывание традиционной религиозной идентичности является крайне нежелательной тенденцией. Особенно это актуально для Казахстана, где уровень религиозности среди взрослого населения составляет не больше 15%», - пояснила Мармонтова.

Эксперт отметила, что такие нетрадиционные религиозные течения как «Новоапостольская церковь», «Свидетели Иеговы», мормоны, пресвитерианцы пользуются в Казахстане поддержкой зарубежных миссионеров, и привела примеры, когда последователи этих церквей стали фигурантами криминальной хроники.

«Известны случаи избиения прихожан, экономической контрабанды. В 2014 году сотрудниками ДВД г. Астана был задержан руководитель религиозного объединения «Астанинская благотворительная миссия «Благодать» по подозрению в шпионаже в пользу иностранных государств. Начиная с лета 2014 года ведется проверка деятельности церкви «Новая жизнь» по подозрению в мошенничестве», - сообщила казахстанский эксперт.

 

В поисках цели в жизни и карьеры

Координатор международной диаспоральной организации «Клуб таджикских студентов за рубежом» Шайххусрав Аюбов отметил, что таджикская студенческая молодежь, обучающаяся в вузах России, относится к группе риска с точки зрения вербовки в радикальные исламские группировки.

«Эмиссары создают пропагандистские ячейки, нацеленные на соотечественников, работающих и обучающихся в третьих странах, в том числе России и Казахстане. Технология вербовки в ряды ИГИЛ различная – от сарафанного радио и интернета, до пропаганды в мечетях, и зависит от социального статуса объекта. Многие едут в Сирию, потому что не видят иных средств для выживания, это люди без образования, погрязшие в безработице и долгах. Однако очень часто жертвами вербовщиков становятся представители обеспеченных слоев. В поисках цели в жизни они ведутся на идею исключительности и героизма. Вербовщики используют слабую связь таджиков, обучающихся за рубежом, с их семьями и государством», - пояснил эксперт.

По словам Аюбова, сегодня только на территории России обучается 35 тыс. молодых людей из Таджикистана. Координатор «Клуба таджикских студентов за рубежом» отметил, что, оказавшись в незнакомой среде, молодые люди начинают искать «своих среди чужих», чем и пользуются вербовщики.

Продолжил тему социального генезиса религиозного радикализма эксперт Российского совета по международным делам Никита Мендкович.

«Статистические прикидки показывают, что наименьшее соотношение количества бойцов, воюющих в Сирии на стороне ИГИЛ, и численности населения наблюдается в России и Казахстане – 1,3 и 1,8 на 100 тыс. человек. Уровень проблемы в Кыргызстане и Таджикистане на порядок выше. В Таджикистане это 13,3 на 100 тыс. населения, в Кыргызстане около 10», - привел цифры эксперт.

Мендкович обрисовал социальный портрет религиозного экстремиста из Центральной Азии. В частности, он отметил, что взаимосвязи между ультимативной бедностью и террористической миграцией в Сирию и Ирак как таковой нет. «Изучение 23 биографий показывает, что среди экстремистов есть люди не слишком социально успешные, но практически у всех была работа, семья и дети», - пояснил эксперт.

Мендкович также указал на связь между отсутствием социальных лифтов в республиках Центральной Азии и вербовкой в радикальные группировки. «Эмиссары довольно активно используют «социальные фетиши» – в агитационных роликах ДАИШ, ориентированных на постсоветскую аудиторию, используются картинки дорогих домов и машин на захваченной боевиками территории. Метод достаточно наивный, но на молодых людей из небольших городков это действует. Возникает иллюзия, что в Сирии они могут сделать карьеру», - отметил политолог.

 

Необходимо создавать собственные центры исламского просвещения

Директор ЦАИ «Евразийский мониторинг» Алибек Тажибаев, присоединившийся к дискуссии из студии в Астане, акцентировал внимание на еще одной рискованной с точки зрения распространения религиозного радикализма сфере – пенитенциарной системе. «Сегодня в Казахстане в местах заключения ведется серьезная работу по предотвращению распространения идей радикального экстремизма», - подчеркнул эксперт.

Заведующая кафедрой регионоведения ЕНУ им. Л. Н. Гумилева Айгерим Оспанова в свою очередь обратила внимание на проблему занятости и социализации казахстанской молодежи. «Как показывают социологические исследования, экстремизм молодеет, и это связано с неустроенностью молодежи. На сегодняшний день около 686 тыс. молодых казахстанцев относятся к категории самозанятых, они не трудоустроены, и нет четкого представления, чем они собственно занимаются», - привела цифры эксперт.

Артур Сулейманов, эксперт Центра геополитических исследований «Берлек-Единство», представлявший в астанинской студии Башкирию, подчеркнул необходимость создания на постсоветском пространстве совместных образовательных программ по подготовке исламского духовенства и теологов.

«Духовенство надо готовить собственными силами, поскольку духовная интеллигенция постсоветских стран все-таки отличается меньшей ортодоксальностью, нежели на Ближнем Востоке. Необходимо создавать центры исламского просвещения в России, Казахстане и Кыргызстане для самостоятельной подготовки имамов и служителей культа», - подытожил дискуссию эксперт из Башкирии.

Пресс-служба ЦАИ «Евразийский мониторинг»


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение