Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Социокультурные предпосылки исламского фундаментализма на Евразийском пространстве

30.08.2016

Автор:

Теги:


Современные процессы духовного развития человеческого общества столкнулось с проблемой распространения идеологий фундаментализма, характерной чертой которого является откат в общественного сознания к архаике, уход от проектов интеграции и взаимопроникновения культур, в угоду одной монистической модели, которая может строиться на религиозной или этнической основе.
В этом отношении евразийское пространство представляет разношерстное поле интенций разной направленности.

Большое значение для интеграции евразийского пространства всегда играла России. Если ограничить внимание в пределах бывшего СССР, то мы увидим проблему анклавной модернизации, характерной чертой которой является межрегиональная социокультурная дистанция, причем она может влиять и на разноуровневость развития этнических сообществ. В этих условиях одни регионы могут стать локомотивом развития, а другие зоной отката к традиционализму, критики и неприятия изменений.

Государства, имеющие социально-экономические проблемы и испытывающие политическую нестабильности, стали территориями выплеска фундаменталистических идеологий, которые приобрели в них массовый характер. Но и успешное развитие не гарант от распространения фундаментализма, особенно в религиозном формате. Как показали ряд исследований, уход от современности в архаическую реальность, условно в «Золотой век», это защитная реакция массового сознания на нормативный кризис и резко техногенное развитие человеческой цивилизации.

Так, мы наблюдаем действие нескольких тенденций. Во-первых, происходит процесс переоценки ценностей, отсюда наблюдается столкновение разных подходов, например, ориентированных на традиционалистскую или модернистскую модели. Во-вторых, по причине воздействия современных информационных технологий меняется сама система коммуникации, происходит трансформация институтов трансляции социокультурной информации, по этой причине некоторые исследователи отмечают особое значение сетевого принципа передачи религиозных и этнических ценностей. В-третьих, общественное оформление получил религиозный фундаментализма, распространение данных идей вполне может принимать форму реакции на «хаос ценностей» современного глобализирующегося мира.

На сегодняшний день основное внимание по распространению фундаментализма сфокусировано вокруг исламской идеологии. Как отмечает молодой исследователь С.И. Чудинов, подытоживая проблему противоречий между современностью и исламским фундаментализмом: «основная линия противостояния между влиянием трансформирующегося западного модерна и исламским антимодернизмом пролегает по оси секуляризации (профанизации) – ресакрализации социума. В антимодернистских течениях секулярная государственность как продукт модерна становятся главным объектом критики. Ведущая интенция заключается в обретении социумом онтологически прочных основ, или абсолютного фундамента. Различия среди антимодернистских учений пролегают в выборе социальной опоры предлагаемых моделей возрождения самобытного социума – этничности ли же государственности, при практически низменной роли религиозного фактора».

Необходимо отметить мнение российского исламоведа А.А. Ярлыкапова: «Постсоветский период ознаменовал не столько возрождение ислама, сколько реисламизацией: во многих регионах исламские институты были окончательно разрушены, а сама религия низведена на глубоко бытовой уровень. Катастрофическое снижение роли местных исламских центров усилило влияние иностранных, в первую очередь ближневосточных. Этот процесс объективно нарастал в течение второй половины XX – начала XXI века в связи с активизацией «исламской глобализацией».

В условиях реисламизации на территории СНГ, функционирование ислам стало приобретать новый формат, уже нельзя оценивая религиозную ситуацию пользоваться только традиционным подходом, ориентированным на статистику или социологические данные религиозности. Тема ислама виртуализировалась, результатом чего является возникновение и развитие такого проекта как «Виртуальный халифат».

Здесь хотелось бы отметить проблему влияния современных информационных технологий на психическое состояние человека. Развитие средств передачи информации, так называемая «цифровая революция», приводит к усилению ее воздействия на сознание человека, к формированию альтернативной реальности картины миры. Как результат этих процессов является формирование «клипового мышления», а с другой стороны зацикленность сознания на полученной информации, внедренные образы долго не отпускают и заставляют следовать заданному стереотипу.

В контексте рассмотрения проблематики фундаменталистической направленности, необходимо рассмотреть такое явление современного постсоветского пространства как «спящая ячейка». В нашем понимании это религиозная община, неформального (скрытого) типа, или даже небольшая группа лиц (а можно отнести к ней и отдельного индивида), основанная на одном из новообразованных исламских идеологий, не проявляющая какую-либо агрессию к окружающему миру, но в любой момент могущая стать, под влиянием внешнего управления, инструментом социальной провокации или террористической атаки.

Как сразу можно понять, все это является именно современным явлением. Да, и раньше были различные формы скрытого сектанства, но сегодня, в силу опять же информационных технологий, изменился формат коммуницирования и необязательно подпадать под влияние конкретного миссионера, человек самостоятельно может сам оказаться в плену новорелигиозных иллюзий, либо стать членом «виртуального джамаата».

Еще одним социокультурным фактором современной исламской религиозности является миграция. Перемещение населения из одних регионов в другие проводит к повышению роли религии как инструмента адаптации на новом месте. Мигранты разных национальностей в принимающем сообществе объединяются на основе участия в деятельности религиозной общины. Иногда они подпадают, таким образом, под влияние одного из салафитских течений. Отсюда можно отметить роль больших городов, столичных мегаполисов, в исламизации молодежи из других регионов глубинки. Это не раз подтверждалось полевыми наблюдениями, когда молодые люди, возвращаясь оттуда домой несли новую религиозную культуру.

Нельзя отторгать проблему религиозного фундаментализма, а как следствие экстремизма, от социально-политических процессов. Многие эксперты (Э.Ф. Кисриев и др.) говорят, что в обществе, где есть проблема социальных лифтов, молодежь начинает искать альтернативные способы добиваться социальной справедливости, в этом случаем религиозная идеология в таких группах носит изначально политический характер.

XXI век стал эпохой общества глобального риска. Признаки нестабильности ощущаются во многих сферах. Угроза техногенных катастроф или применения ядерного оружия, это только одна часть осязаемых вызовов современности. Более неоднозначно проявляют себя процессы, идущие в социокультурной сфере. Возросшая гетерогенность социума вызывает обратную тенденцию, стремление унифицировать, привести к единообразию. Как следствие человеческое общество ищет ответы в прошлом, идеализируя его наследие и приспосабливая в новом формате к практике в настоящее время. Евразийское пространство не стало исключением в этом идейном противостоянии, но сейчас понятно, что проанализировать эти процессы и выработать стратегию профилактических действий можно только общими усилиями.

 

Э.Ш. Идрисов,

заместитель директора по науке

и территориальному отделению ВШГУ

Астраханского филиала

Российской академии народного хозяйства

и государственной службы,

кандидат политических наук


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение