Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Алексей Фененко: Политика США в Центральной Азии. Часть 2.

02.06.2016

Автор:

Теги:

Об основах и принципах политики США в Центральной Азии мы побеседовали с ведущим научным сотрудником Института проблем международной безопасности РАН, доцентом Факультета мировой политики МГУ имени М. В. Ломоносова, экспертом Российского совета по международным делам Алексеем Фененко:

- Итак, попытка воспрепятствовать развития ШОС провалилась. На чем США сделали акцент при выстраивании отношений с отдельными странами Центральной Азии?

- 24 июля 2012 года помощник Госсекретаря Роберт Блейк выступил с программной речью о приоритетах США в ЦА. И в ней он подчеркнул, что США намерены выстраивать диалог с отдельными странами ЦА самостоятельно. Не в рамках ШОС, а в формате двухсторонних отношений. Кстати, интересно, как расставил Блейк приоритеты США в ЦА.

Первое – это восстановление партнерства с Узбекистаном. Наиболее слабым звеном в американской центрально-азиатской политике, по мнению Блейка, на тот момент был Узбекистан. Второе, на чем сделал акцент Блейк, это необходимость выстраивания диалога с Туркменистаном, поддержка его энергетической политики и умеренная либерализация туркменского режима. Блейк отметил, что после смерти Ниязова ситуация в Туркменистане напоминает СССР середины 1950-х годов и неплохо было бы поддержать локально-умеренное крыло в руководстве Гурбангулы Бердымухамедова.

А вот на третье место в числе приоритетов помощник Госсекретаря поставил диалог с Казахстаном. Блейк отметил, что Соединенные Штаты слишком долго пренебрегали Казахстаном и теперь они должны реинтегрировать Казахстан в зону своего влияния. До этого момента, подчеркнул Блейк, США выстраивали отношения с окраинными странами, однако ни Узбекистан, ни Туркмения сами по себе не создавали критической массы для противодействия России и Китаю, быстро занимая позицию балансирования. А вот если отколется Казахстан, то это уже создаст критическую массу геополитических перемен в ЦА.

Ну и, наконец, на четвертую позицию Блейк поставил Таджикистан. Если Таджикистан займет более умеренную позицию, то это резко ослабит российское влияние, подчеркнул помощник Госсекретаря. Это были те приоритеты, на которые, по мнению Блейка, должны были обратить внимание США после того, как провалились их попытки вмешаться в деятельность ШОС.

- Насколько успешно им удалось реализовать этот план?

- Успешным на тот момент для них оказался диалог с Узбекистаном. Еще в октябре 2011 года Хилари Клинтон приезжает в Ташкент и проводит некие закрытые переговоры с Каримовым. Затем в ноябре 2011 года в Узбекистан прибывает американская военная миссия и подписывает соглашение о возобновлении поставок военной техники. К сожалению, тогда у нас в России все были заняты предвыборной кампанией и мало обратили внимание на эти демарши конца 2011 года. Они нам аукнулись в следующем 2012-м, как только В. Путин попытался привлечь Узбекистан к формирующемуся Евразийскому экономическому союзу, а Узбекистан ввел мораторий на свой членство в ОДКБ.

Получилась неприятная ситуация: Путин совершил первую свою зарубежную поездку на новом президентском сроке в Узбекистан, подписал соглашение о стратегическом партнерстве и заявил, что Узбекистан – это кандидат на членство в ЕАЭС. Но как только Путин уехал, через две недели Узбекистан ввел мораторий на членство в ОДКБ. Это, конечно, стало крупным успехом американской дипломатии. Правда, дальше они его развить не смогли. Они добились заявления Каримова о том, что Узбекистан устанавливает военное партнерство с Соединенными Штатами. Но реального наполнения декларированного партнерства пока что не произошло.

Вторая страна, с которой пытается взаимодействовать США, – это Туркменистан. Единственным их успехом в этой стране стал майский саммит 2012 года в Туркменбаши, когда в присутствии помощника Госсекретаря было переподписано соглашение по ТАПИ – газопроводу из Туркмении в Афганистан, Пакистан и Индию. Этот проект пока мало реалистичен, никто не будет строить его через территории, контролируемые талибами, зато американцы достигли главного – они вбили клин между Индией и Китаем.

Китай начал опасаться, что Туркменистан перенаправит газовые потоки в сторону Индии. Американцы, конечно, всячески подыгрывали этим страха через прессу, выдавая, например, такие передовицы: «Индия переигрывает Китай на центрально-азиатском направлении». Китаю это очень все не понравилось, что укладывалось в чисто американскую стратегию.

- И сколько это «стоило» американцам?

- Большие деньги для этого и не нужны, элиту подкупать не надо. Надо просто грамотно раскручивать кампании в СМИ, особенно электронных. Достаточно показать по CNN картинку индийских нефтяников на туркменских газовых месторождениях, переподписание соглашение по ТАПИ и дополнить это комментариями соответствующего эксперта.

Для России это соглашение было неприятно, поскольку оно приостановило сближение Туркменистана с Евразийским экономическим союзом и ОДКБ. Тогда, в середине 2012 года, им удалось заморозить этот процесс на несколько лет, отсрочить его, несмотря на общую угрозу, исходящую от талибов.

А вот с Казахстаном ситуация у американцев была менее успешная. В 2013 году была создана американо-казахская комиссия по стратегическому партнерству, но больше у них пока ничего особенного в Казахстане не получилось. А вот настоящую неудачу США потерпели в Киргизии, где они всячески играли на узбекском факторе, обостряя и провоцируя новую революцию, как только поняли, что Бакиев, придерживавшийся политики балансирования с сильным креном в сторону ОДКБ, не будет действовать в их интересах.

Соответственно, американцы взяли курс на то, чтобы избавиться от Бакиева. Для этого, они начали нагнетать напряженность вокруг узбекского фактора в Киргизии. Последовало раскачивание лодки, которое завершилось так называемой «дынной революцией» 2010 года. Как только она произошла, американцы заявили чуть ли не о коллапсе ОДКБ, о том, что эта организация не справляется со своими функциями. Нынешнему киргизскому руководству это пришлось не по душе, и в 2014 году оно прикрыло базу Манас, денонсировав все соответствующие документы.

- Сейчас у США нет военного присутствия в ЦА?

- Сейчас у американцев как таковых баз в ЦА нет. Они надеются вернуть свое военное присутствие то ли через Узбекистан, то ли через Индию. Однако, как известно, Каримов в ходе недавнего визита в Москву, очень четко дал понять, что американцам не следует рассчитывать на базы в Узбекистане. Таким образом, закрепиться в регионе им не удастся.

Но надежды, надо сказать, американцы не теряют. Хотя Роберт Блейк больше уже не участник всех этих игр, думаю, при новой Администрации активные действия США в центрально-азиатском направлении возобновятся. Сейчас на американской внешней политике сказывается выборная пауза. Как только будет избран президент, и им станет, скажем, Хилари Клинтон с ее связями в Узбекистане и с опытом привлечения к диалогу Таджикистана, который, кстати, США в 2012 году удалось вовлечь в программу «Партнерство ради мира», США вернутся к своим попыткам расшатывания ситуации в ЦА.

- Какую роль играет для американцев проект Аф-Пак в их политике в ЦА?

- Напомню, что Администрация Обамы в начале 2009 года резко изменила отношение к конфликту в Афганистане. Обама заявил, что американцы выведут основной военный контингент из Афганистана. Но при этом помощник госсекретаря по Афганистану и Пакистану Ричард Холбрук указал, что Вашингтон создаст новый политический проект под названием Аф-Пак - единое военно-политическое пространство Афганистана и Пакистана под сдвоенными гарантиями  безопасности со стороны НАТО и Индии.

Если вдуматься, то Аф-Пак - это очень интересный проект, в котором американцы вновь воскресили британское наследство – собрать в единый стержень остатки Британской империи – Афганистан, Пакистан и Индию. Это для них ключевой момент в этом проекте. Ну а дальнейшая задача заключается в проецировании влияния этой оси то ли на дестабилизацию в Таджикистане, то ли на вовлечение в нее Узбекистана и Туркменистана. Старые британские идеи Александра Бернза и Джона Лоуренса предстали в наглядном виде: подключить Коканд и Бухару в орбиту влияния Британской империи через Афганистан и попутно прикрыть дорогу к Индии с помощью этого геополитического буфера.

Проект Аф-Пак заставляет по-новому взглянуть на проблему «антиевразийства». Мы понимаем «евразийство» по Льву Гумилеву как нераздельную взаимосвязь истории России и народов бывшего СССР, прежде всего ЦА. Но корректно говорить и об «антиевразийстве» по Александру Бернсу и Джону Лоуренсу как наследии Британской империи. Великобритания в XIX в. с опорой на «Большую Индию» и Афганистан пытались выстроить свой, альтернативный России, проект в Евразии. Теперь США, провозгласив создание единого блока Афганистана, Пакистана и Индии, по сути, стали на новом этапе воссоздавать этот проект

- И этот проект имел шансы на успех?

- Поначалу реализация проекта Аф-Пака шла напряженно. На бумаге все выглядело красиво, но США столкнулись с двумя проблемами. Во-первых, в лице Индии. Для того чтобы подписать проект Аф-Пака, нужно было, чтобы Индия признала границы Пакистана, штат Джамму и Кашмир. Индия же демонстративно отказалась от участия в Аф-Паке. Во-вторых, возникло противодействие в самом Афганистане. Как известно, Афганистан и Пакистан разделяет так называемая «линия Дюранда» – граница, проведенная британским дипломатом сэром Мортимером Дюрандом в 1893 году и по сути расчленившая Пуштунистан. Она всегда признавалась правителями Пакистана, но оспаривалась в Афганистане, где никогда не признавали «линию Дюранда».

В середине 2000-х годов американцы стали активно раскручивать тематику «линии Дюранда». Первый раз 27 сентября 2006 года прошел трехсторонний саммит президентов Афганистана, Пакистана и Индии в Вашингтоне. Американская дипломатия давила на президента Хамида Карзая, однако даже он, приведенный к власти американской администрацией, так и не признал «линию Дюранда». Эта тлеющая проблема оставалась, и Афганистан по сути отказался от Аф-Пака.

Для американцев этот провал был очень болезненным, потому что Россия и Таджикистан попытались воспользоваться открывшимся окном возможностей. Россия пошла на блокировку с Таджикистаном, к ним присоединился Афганистан и Пакистан. Таким образом в 2010 году была создана «душанбинская четверка», форум, где решалась судьба Афганистана, его будущее.

Американцам идея этого переговорного формата очень не понравилась: «душанбинская четверка» ознаменовала вступление в зону их геополитического влияния, следующим шагом мог стать отход от них Пакистана. Долго терпеть деятельность «душанбинской четверки» американцы не могли. И они попытались развалить ее при помощи Индии. Отмечу, что развал «душанбинской четверки» стал самым крупным геополитическим поражением российской геополитики в ЦА за последние десять лет.

- Как американцам это удалось?

- Сначала 4 октября 2011 в. Индия подписала с Афганистаном договор о стратегическом партнерстве, то есть, по сути, согласилась на участие в Аф-Паке. Через год, когда в октябре 2012 года должен был состояться визит президента В. Путина в Исламабад на заседание «душанбинской четверки», Индия заявила, что «пересмотрит российско-индийские соглашения». Визит был отменен под предлогом болезни В. Путина, но Пакистан все понял и заявил о выходе из «душанбинской четверки». Так, используя фактор Индии, американцы сумели уничтожить «душанбинскую четверку».

Как только рухнула «душанбинская четверка», 1 марта 2013 года НАТО снова стала использовать термин Аф-Пак. Теперь, правда, уже не как официальную инициативу, а в натовских документах и на пресс-конференциях. Ну не будут ведь Афганистан и Пакистан каждый день слать в НАТО ноты протеста по поводу того, то они используют термин Аф-Пак! Затем, в июне 2013 года, натовские функционеры заявили, то в рамках проекта Аф-Пак неплохо бы расширить пакет военных гарантий для Афганистана и Пакистана. А когда речь зашла о стамбульской инициативе «Афганистан - сердце Азии», опять-таки американцы заявили, что ее следует реализовывать в рамках проекта Аф-Пак.

Такими косвенными шагами в 2013-м году США возродили эту идею. Аф-Пак был возрожден, и американцы решили взять реванш за свои неудачи 2010-2012 гг. На первых порах это им удавалось, однако потом вмешался фактор, который американцы не предусмотрели, – Китай, который быстро разобрался, что из себя представляет возрожденный Аф-Пак.

- Вероятно, своеобразным китайским ответом на проект Аф-Пак стала инициатива Экономического пояса Шелкового пути (ЭПШП).

- Давайте посмотрим, как Китай может строить пояс Шелкового пути. Существует три варианта. Первый через Россию, по маршруту Транссиба. Но Китай считает, что этого мало. Второй вариант через Каспийское море. Можно, но долго обходить Каспийское море, да и высока зависимость от Ирана. А третий вариант - строить на юг к Афганистану и Пакистану. Для того, чтобы это сделать, Китаю необходимо как-то утихомирить Афганистан и Пакистан. И в ноябре 2014 года Китай берет на себя роль посредника в афгано-пакистанском урегулировании. Стамбульская инициатива с этого времени формируется в Пекине. Была также принята декларация, согласно которой Китай берет на себя функции сопредседателя по мирному процессу в Афганистане.

Американцы сразу смекнули, куда ветер дует. Поняли, что теперь против Аф-Пака будет играть не «душанбинская четверка», а Китай. И Вашингтону это пришлось не по душе. Там решили блокировать китайскую инициативу по двум направлениям.

Первая – «линия Дюранда». Американцы начали целую кампанию по игре вокруг «линии Дюранда». Колоссальную роль здесь сыграл, кстати, помощник Госсекретаря США Марк Гроссман. Именно Гроссману принадлежит титанический труд по возрождению проблемы «линии Дюранда». Он просто регулярно  делал заявления о том, что нужно, наконец, решить исторические проблему с «линией Дюранда», и США готовы в этом помочь. Это сразу же вызывало поддержку в Пакистане и возражения в Афганистане. Гроссман заявлял в ответ, что Афганистан проявляет неконструктивный подход в решении проблемы, а США готовы стать посредником. Пакистан отмечал, что ему импонирует американское посредничество. И так из академического вопроса «линия Дюранда» снова стала центром региональной политики.

Дошло до того, что летом 2015 года на «линии Дюранда» произошли реальные военные столкновения между Афганистаном и Пакистаном. Разумеется, Китаю пришлось забыть о строительстве Экономическом поясе Шелкового пути через Афганистан и Пакистан. В Пекине сразу поняли, что американцы в любой момент могут «зажечь» «линию Дюранда», и наиболее быстрый и короткий вариант пути к Индийскому океану окажется неэффективным. Это первое, что было сделано американцами.

Второй план американской Администрации включал создание управляемой напряженности в Афганистане. Напомню, что в рамках Аф-Пака американцы считали своим крупнейшим достижением пакетное соглашение, которое заключили в июле 2014 года президент Ашраф Гани и его главный оппонент Абдулла Абдулл. На самом деле это было не просто соглашение между кандидатами, подписанное при посредничестве Госсекретаря Джона Керри, это было соглашение между пуштунской и таджикской общинами Афганистана. Едва высохли чернила на этом соглашении, американцы начали муссировать тему избрания президента Гани – то ли он был избран путем результатов голосования, то ли посредством пакетного соглашения, то есть начали нагнетать напряженность вокруг его статуса.

Осенью прошлого года началось резкое обострение ситуации в Афганистане. Впервые в истории талибы прорвались на самый север Афганистана, в Кундуз. Наблюдателям сразу стало понятно, что радикальные талибы могут легко пройти через позиции НАТО в таджикский сектор Афганистана, и это вызовет конфликт с почти неизбежным распространением его на Таджикистан. В качестве превентивной меры туда даже были переброшены части ОДКБ. Таким образом, в арсенале американцев оказалась еще одна потенциальная точка дестабилизации уже при воздействии на Таджикистан.

Но есть проблема и в самом Таджикистане. И американцы ее понимают и фиксируют. Дело в том, что в 1997 году, по итогам гражданской войны в Таджикистане, был подписан московский договор, который гарантировал права оппозиции в Таджикистане. На его основе была создана партия Исламского возрождения Таджикистана. По сути это была партия памирского клана. В сентябре 2015 года, после попытки мятежа в Душанбе, ее деятельность была приостановлена. Памир почувствовал себя ущемленным. А рядом – вот она, таджикская часть Афганистана, которую можно зажечь в любую минуту, перебросив пожар на Памир. Началом такого конфликта может стать расторжение пакетного соглашения между Гани и Абдулла.

Ну и, наконец, третий фактор. Он вдалеке от Центральной Азии, а на самом деле очень близко – Индия. Недавно Индия предоставила американцам право арендовать военные объекты на своей территории. Если это произойдет, резко изменится весь контекст российско-индийских отношений. Тогда американцы смогут противопоставлять России и Индию, не говоря уже об Индии и Китае, что они давно делают. И тогда принимать решения в формате БРИКС станет гораздо сложнее.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение