Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Евразийский союз: реплики к официальному контексту

15.05.2016

Автор:

Теги:

 

       
                                    

На этой неделе тема евразийской интеграции актуализировалась на высшем и высоком уровнях между лидерами процесса – Россией и Казахстаном. Она стала лейтмотивом переговоров президентов Нурсултана Назарбаева и Владимира Путина в Москве, состоявшихся в дни празднования 71 годовщины Великой Победы, а затем получила развитие во время официального визита в Астану председателя Совета Федерации Федерального Собрания России Валентины Матвиенко.

 

Официально озвученные в ходе упомянутых встреч оценки динамики и перспектив развития процесса евразийской интеграции лаконично резюмируются в заявлении казахстанского лидера: «Евразийский экономический союз развивается в нормальном режиме. Трудности, возникающие в нынешнее кризисное время, преодолимы», - отметил Нурсултан Назарбаев в ходе состоявшейся 9 мая встречи с Владимиром Путиным.

В контексте этой общей позитивной констатации мнениями о том, какие именно трудности и проблемы сопровождают становление Евразийского экономического союза и каковы перспективы объединения, с «IQ» поделились представители экспертного сообщества – участники Второго Международного Форума «Контуры Евразии: теория и практика развития региона». Их позиции во многом обусловлены интересами государств, которые они представляют, но, несмотря на разность, высказанные точки зрения заслуживают внимания политиков и чиновников, определяющих стратегию развития ЕАЭС.

 

3N9A3684.jpgСергей МАРКЕДОНОВ, эксперт Российского совета по международным делам, доцент кафедры зарубежного религиоведения и внешней политики Российского государственного гуманитарного университета (Москва, Россия):

- С моей точки зрения, проект ЕАЭС возник как реакция на то, что перестал работать проект СНГ, а другие оказались не слишком эффективными.  В этих условиях для России важно было не просто собрать клуб ностальгирующих по Советскому Союзу, но создать нечто эффективно работающее. Пока для того, чтобы молодая интеграционная структура состоялась в полной мере, многого еще не хватает. Очевидно, нам предстоит пройти период утряски политических и экономических интересов ключевых игроков и тому подобное.

Мне видится важным сделать этот проект, скажем так, «популярным ». Много говорится о том, что СМИ уделяют мало внимания теме евразийской интеграции. Но упрекать СМИ за то, что они не пишут – не очень эффективный путь. Они  будут писать тогда, когда будут возникать реальные информационные поводы.

Не формальные констатации, типа: господни генеральный секретарь в рамках какого-то интеграционного проекта приехал куда-то, пожал руки и произнес «репрессивно-фестивальный» спич. Это не интересно. Не стоит также излишне этнографизировать наш союз, сводить все к песням и пляскам. Об этом тоже писать не будут, это тоже не интересно.

Но если говорить о конкретных проектах, межрегиональных, увязанных с евразийской интеграцией, здесь и сейчас приносящих дивиденды – это вызовет интерес, об этом напишут!

Возможно, стоит подумать над формированием некоего интерактивного банка данных, примеров успеха – это важно, потому что это предметно.

То же самое касается и разъяснительной позиции. Можно как угодно скептически относиться к брошюркам, описывающим цели и задачи Евросоюза, в которых много откровенных банальностей. Но факт: они работают на обывательском уровне, они понятны потребителю. Ты берешь в руки маленькую брошюру, и тебе популярно объясняют, почему и как это работает.

В случае с Евразийским экономическим союзом мы видим пятитомные труды по регламентам, по тарифам, которые и экономист без соответствующего допинга не осилит, а ведь многие вещи нужно объяснять на раз – два, чтобы люди понимали: интеграция – она не сама по себе, не какая-то абстракция Канта, не вещь в себе. Это реалии, которые должны иметь продолжение.

 

3N9A3961 копия.jpgПавел ГРОМСКИЙ-СТОЛЯРЕНКО, главный редактор аналитического ресурса «Деловая Евразия» (Бишкек, Кыргызстан):

- Выгодная сторона проекта ЕАЭС и его отличие от других проектов, которые до сегодняшнего дня образовывались на постсоветском пространстве, на мой взгляд, состоит в том, что он основан на экономической прагматике. Экономика, как показывает практика, это то, что помогает странам, объединениям и людям выживать. Не политика, не даже множество культурных связей, а именно экономика. Но, вместе с тем, культурные общие ценности также должны быть у союза, и работать в этом направлении необходимо. Не на первом, не на втором этапе, но тогда, когда культуру можно будет каким-то образом обеспечивать, ведь культура дает отдачу лишь через много поколений.

То есть вот два аспекта, над которыми необходимо работать – совершенствование экономических связей внутри союза, возможно, это потребует отказа от каких-то суверенных атрибутов и усиления наднациональных органов, и постепенный переход к развитию общего культурного пространства ЕАЭС.

Кыргызстан в ЕАЭС – одна из самых слабых экономик. Поэтому первое, о чем можно говорить в контексте интересов республики – это возможность вывести задыхающуюся, практически стагнирующую, экономику на развивающиеся позиции. Успешным в этом отношении результатом можно назвать создание Кыргызско-российского фонда развития, сейчас он начинает работать по измененной методике и призван, как и иные механизмы Евразийского экономического союза, вывести экономику Кыргызстана на работающий уровень.

Что касается восприятия ЕАЭС в нашей стране, скажу так: у тех, кто реально был нацелен на развитие, неоправданных ожиданий нет, есть оправдывающиеся ожидания. Потому что это люди, которые трезво оценивают ситуацию и воспринимают мировую кризисную обстановку как реальность. Они не интерпретируют кризис, который поразили Кыргызстан и его партнеров по ЕАЭС, как следствие присоединения к союзу. Эта часть населения, к счастью ее в Кыргызской Республике больше половины, не испытывает разочарования.

Те же, кто нацелен был на противоположный вектор партнерства и развития, в любом случае, будут видеть только негатив и приписывать все негативные эффекты  присоединению к ЕАЭС.

 

3N9A4012.jpgЛеонид КАРАБЕШКИН, исполняющий обязанности декана факультета международных отношений Евроакадемии (Таллин, Эстония):

- Если мы говорим о ЕАЭС как об экономическом образовании, то, прежде всего, страны ЕАЭС должны найти какие-то свои ниши в международном разделении труда. Потому что сейчас одна из основных проблем ЕАЭС заключается в том, что экономики государств-участников довольно примитивны, они не взаимодополняют друг друга. Мы видим, что снижается внутренний товарооборот и, к сожалению, качественные параметры экономик не меняются. Когда произойдут изменения в этом направлении, ЕАЭС будет успешно развиваться, станет привлекательным для других партнеров, для других регионов и объединений.

Если говорить о текущем состоянии, то, например, для Эстонии, определенные позитивные моменты ЕАЭС уже привнес. Ну, скажем, если раньше эстонским предпринимателям нужно было создавать отдельные юридические лица в Беларуси, Казахстане, России, других государствах, то теперь появилась возможность через одно юридическое лицо работать со всеми партнерами на общем рынке. В определенной степени это упростило нашим предпринимателям выход на рынки, особенно для среднего и малого бизнеса. И таможенная унификация всегда снимает транзакционные издержки сотрудничества. В этом смысле определенные плюсы есть.

Что касается перспектив. Конечно, страны Балтии вряд ли когда-то будут вступать в Евразийский союз, но при определенных условиях взаимодействие может нарастать.

Пока, увы, наблюдается обратная тенденция. Тот каркас сотрудничества, который был сформирован в предшествующие периоды, к сожалению, сворачивается. Демонтируются отношения в энергетической сфере, а они всегда были основой, в частности, российско-балтийских отношений. Балтийские государства взяли на вооружение доктрины энергетической безопасности или даже независимости. Естественно, постепенно снижается взаимодействие в этой сфере.

Плюс санкции и контрсанкции, в результате которых наши традиционные экспортные товары сейчас на российский рынок не попадают. Мы видим по статистике за 2015 год, что по основным статьям сельхозпродукции – мясо, рыба, молоко и живые животные – падение составило 98%. То есть фактически этот рынок для нас утрачен.

Плюс, Эстония страна небольшая, как и все страны Балтии, мы традиционно немножко зарабатываем на логистическом обслуживании тех потоков товаров, которые идут в направлении России. И здесь мы тоже видим, что из общего объема экспорта только 20% товаров реально произведено в Эстонии. Остальные 80% – реэкспорт других европейских товаров.

Все это обуславливает нарастающий отрыв стран Балтии от России и все более глубокую их интеграцию с Европой. Если еще лет 10-15 назад Россия была ведущим торговым партнером для наших республик, теперь ситуация радикально изменилась.  

Между тем, русскоязычное население страны, которое составляет около 30%, исторически с симпатией относится и к России, и к интеграционным процессам на постсоветском пространстве. Среди этнических эстонцев также немало бизнесменов-прагматиков, которые готовы извлекать свои выгоды из этого процесса, а, следовательно, открыты к сотрудничеству. Надеюсь, условия для этого будут созданы.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение