Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Казастан-2016: круг обсуждаемых в СМИ исторических тем узок

11.04.2016

Автор:

Теги:

ИАЦпродолжает анализировать тенденции освещения исторических сюжетов винформационном пространстве Казахстана и Центральной Азии в целом. Восстание1916 года, голод 1930-х гг., сталинские репрессии и депортации – этиболезненные темы все чаще становятся предметом спекуляций со стороныжурналистов и публицистов, ориентирующихся скорее на эмоциональный заряд,нежели исторические источники и принцип достоверности.

Изгода в год  в канун 9 мая, Дня ВеликойПобеды, даты, которая высоко чтится и широко отмечается в Казахстане, в СМИпоявляются публикации откровенно провокационного содержания. Доходит доабсурдных призывов к переименованию алматинского парка 28гвардейцев-панфиловцев и даже «реабилитации» Туркестанского легиона и МустафыШокая. В результате, подобные материалы, призывающие к возрождениюнационального самосознания через конструирование мифлогизированного образапрошлого, как раз и способствуют манкуртизации и разобщению казахстанскогонарода.

Собственныели это инициативы авторов подобных материалов, поддержанные редакторами длятого, чтобы разжечь интерес к изданиям неоднозначной темой и спорной авторскойпозицией? Или в казахстанском обществе сложился некий устойчивый запрос напереоценку исторических событий и героизацию предателей? Или это заказ, вброс винформационное пространство с намерением прощупать общественное мнение напредмет антироссийских настроений и, возможно, подогреть их?

Зачеми кому это нужно? Мы обратились с этим вопросом к казахстанским политологом и экспертам.Марат Шибутов, политолог, представительАссоциации приграничного сотрудничества в Казахстане считает, что за этойпубликацией стоит не более чем «сезонное обострение» наиболее ходовых и будоражащихобщество «околовоенных» тем:

-Тема Туркестанского легиона и личности Мустафы Шокая время от времени поднимаетсяна протяжении последних 20 лет. Действительно, после войны был большой процесс надучастниками легиона. Но в Казахстане широкого интереса к этой теме нет. Пока обэтом говорят только отдельные журналисты и отдельные деятели. В реальности,если брать, допустим, легион и другие национальные формирования в составе армииВермахта, то это в большинстве своем неприглядные истории дезертирства итрусости. Зачастую им поручали операции, которыми гнушались сами немцы.Допустим, белорусские села уничтожались руками украинских и латышских частей,набранных из числа тех, кто перешел на сторону фашистов. Туркестанский легионпринимал участие в подавлении Варшавского восстания.

Аведь наверняка у этих людей найдутся родственники и потомки. Поэтому я недумаю, что у общества есть запрос на реабилитацию «легионеров». Это, я думаю,из той же серии, что никто не хочет публиковать доносы 30-х годов. Потому что естьпотомки тех, кто писал доносы, тех, кто расстреливал, тех, кто охранял, и тех, ктопострадал от репрессий. Я не думаю, что все так однозначно. У нас в отличие отмногих других постсоветских обществ люди понимают, что такая публикация порушитвсе – репутации, судьбы. Причем массово. Поэтому лучше не трогать эту тему, также как тему Туркестанского легиона.

Чтокасается отдельных граждан, старающихся обелить Туркестанский легион, то имнеобходимо разобраться с мыслями. Реабилитация нацизма – это не то дело,которым занимаются серьезные люди. Это всегда ставит людей в очень маргинальноеположение. В первую очередь потому, что нацизм проиграл и был официальноосужден. Становясь на сторону побежденных, да еще и осужденных за преступленияпротив человечества, тем самым ты ставишь себя в положение человека, с которымне стоит ни общаться, ни разговаривать, ни вести никаких дел.

Аналогичныестатьи появляются каждый год или каждые два года и как раз в преддверие ДняПобеды. У нас крайне ограниченный круг обсуждаемых в СМИ исторических тем. Изгода в год поднимаются одни и те же вопросы, и никто за пределы однаждыочерченных тем не выходит.

Ученый секретарь Национальногоконгресса историков Зиябек Кабульдинов также считает, чтоинтерес к Туркестанскому легиону подогревает дефицит обширных и качественныхнаучных исследований, посвященных участию казахстанцев в Великой Отечественнойвойне.

-Как бы парадоксально это ни звучало, но тема казахстанцев на полях ВеликойОтечественной войны и вклад казахстанских воинских формирований в дело Победы,до сих пор наименее изученная страница казахстанской истории и наименееразработанная отрасль национальной исторической школы. Объясняется это тем, чтов советское время исследования на военную тематику велись в основном в союзномцентре. Напомню, что в Казахстане было сформировано 12 стрелковых, 4кавалерийских дивизий, 7 бригад, 50 полков, однако до сегодняшнего днядосконально изучены история и боевой путь одного-двух воинских формирований.Этот вакуум создают предпосылки для героизации неоднозначных историческихличностей и событий. Убежден, что в Казахстане необходимо создать Институтистории Великой Отечественной войны. Помимо этого, можно было бы проводитьмеждународные исследовательские проекты, в рамках которых Россия содействовалабы предоставлению казахстанским ученым архивной информации, касающейся историиказахстанских воинских формирований.

Политолог Замир Каражановв свою очередь считает, что за национал-патриотами, стремящимисяреабилитировать антигероев Второй мировой войны, маячат часть заинтересованныхэлит.

-Конечно, 9 мая это хороший повод поговорить о героях и антигероях. Но нынешняяпубликация не первый случай, когда затрагивается тема Второй мировой войны.Несколько лет назад много шума было вокруг журнальной публикации о Гитлере. Мывидим устойчивый тренд: в его рамках пытаются оказать влияние на общественноемнение, сломать сложившееся представление о Великой Отечественной войне. И тутприходится говорить не просто о социальном запросе, как движении снизу, но и опопытке определенной группы людей - национал-патриотических сил - повлиять насоотечественников. А это хоть и маленькая, но все же политика. Суть ее в том,чтобы не дать Казахстану и России сблизится, как полагают авторы таких статей,на слишком опасное расстояние. По сути, мы видим пока болезненную реакциюотторжения на активное сближение двух стран. На мой взгляд, подобные опасенияследует учитывать России в своей политике на постсовестком пространстве. Хотябы для того, чтобы больше не наступать на украинские грабли. Иными словамиполагаться не только на договоренности с руководством стран, но и учитывать ещемнения в обществе. Кстати, для Казахстана подобный тренд не проходит бесследно.Самый очевидный вывод: это раскол в обществе на сторонников и противниковсближения с Россией. Это значит, что в перспективе нам будет трудно достичьконсенсуса внутри общества по вопросу интеграции.

Размы заговорили о политике, то надо говорить и о представителях элиты, которыеоказывают влияние на процесс принятия решений в Казахстане. Как раз та самаяреалитиполитик. Не стоят ли они за национал-патриотами? Ясно, что у них естьсвои действенные рычаги влияния. Шумный детский утренник им не нужен.

Языковаяполитика и межнациональная сфера, по понятным причинам, являютсячувствительными для Казахстана. В данном случае мы сталкиваемся с монополиейгосударства. Обсуждать статус языка и национальную политику могут только официальныелица. Удел других – поддерживать проводимый политический курс. Но мы видим, чтонационал-патриоты нарушают госмонополию. Не они ли выступают за пересмотрстатуса русского языка, ставят по сомнение интеграционную политику РК? Но приэтом их никто не преследует.

Неудивлюсь, если выяснится, что между ними и частью правящей элиты заключенонеформальное соглашение, по которому одни могут поднимать на уровне сознания масснеудобные вопросы, а другие – преследовать свои цели в обществе, но чужимируками. И вовсе не обязательно эти цели должны касаться отношений между Россиейи Казахстаном.

Намой взгляд, тут имеет место сделка. С одной стороны, национал-патриоты хотяттоже стать влиятельными. Но они не являются представителями властвующей элиты.Зато их услуги делают их полезными для элиты. Эта сделка позволяет им получитьхотя бы небольшой доступ к ресурсам и влияние. Национал-патриоты используютроссийскую карту, чтобы антироссийской риторикой мобилизовать своихсторонников. Не более того.

Сдругой стороны, часть элит может использовать национал-патриотов, чтобы ихруками расправляться с оппозицией, неугодными НПО, оппонентами в элите, которые,например, не владеют свободно казахским языком. Главное, что политические целиможно достигать руками национал-патриотов, при этом оставаясь в тени.

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение