Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Мировые тенденции понимания развития

09.02.2016

Автор:

Теги:
Мировые тенденции понимания развития
Мировые тенденции понимания развития
Мурат Суюнбаев

(Читать 1 часть)

Большинство людей счастливы настолько,

насколько они решили быть счастливыми.

Авраам Линкольн

В 20 веке только 5 странам удалось вырваться в развитии. Государство в этих странах сумело разработать и реализовать активную и адекватную стратегию развития (изменения модели развития). И ведущая роль в этом принадлежит не земле (в Японии и Корее ее не так много), не капиталу и даже не трудовым ресурсам (в бедных странах их хоть отбавляй). В 21 веке вырваться в развитии не удалось пока никому. Кризисы последних 18 лет еще больше подорвали способность развивающихся стран проводить модернизацию.

Экономическую систему можно представить в виде «трофической (пищевой) экономической пирамиды», где первичный сектор экономики выступает в качестве продуцента, а остальные в качестве консументов (потребителей) различного уровня. Если продуктивность продуцента низкая, то в условиях закрытой системы продуктивность консументов также не может быть высокой.

Растения сами себе производят «пищу», используя для этого солнечную энергию и питательные вещества из почвы и воды. Поэтому их называют продуцентами. Животные же извлекают необходимую им энергию из готовой пищи, поедая растения или других животных. Поэтому животных называют консументами. Консументы разделяются на три группы:

- консументы первого порядка - растительноядные животные и паразиты растений, существующие за счет продуцентов;

- консументы второго порядка - плотоядные животные, питающиеся растительноядными;

- консументы третьего порядка - плотоядные питающиеся плотоядными. Консументы второго и третьего порядков являются или хищниками, или паразитами.

Сопоставим трофическую (пищевую) цепь и экономическую:

уровень

Трофическая (пищевая) цепь

Экономическая цепь

1.

продуценты

первичный сектор экономики

2.

консументы первого порядка

вторичный сектор экономики

3.

консументы второго порядка

третичный сектор экономики

4.

консументы третьего порядка

четвертичный сектор экономики

Количество энергии, получаемой в процессе обмена веществ на каждом трофическом уровне, уменьшается по мере переноса энергии с одного трофического уровня на другой. Первичные продуценты, зеленые растения, образуют наиболее продуктивный трофический уровень. Менее продуктивны растительноядные животные, еще менее - плотоядные. Продуктивность каждого трофического уровня поддерживается продуктивностью предшествующего уровня, являющегося для него источником пищи.

Так как часть поглощенной в пище энергии расходуется на существование, каждому из выше лежащих трофических уровней передается все меньше энергии. 30-70% солнечной энергии, усвоенной растениями, расходуется ими на поддержание своего существования и на процессы биологического синтеза. Растительноядные и хищные животные по сравнению с растениями ведут более активный образ жизни. Поэтому продуктивность каждого трофического уровня обычно составляет 5-20% от предыдущего. В среднем коэффициент ассимиляции при переходе от одного трофического уровня к другому приблизительно равен 10%. Поэтому общее число трофических уровней в экосистемах не превышает пять. Так же как в биологической пустыни все уровни трофической цепи подавлены из-за подавленности продуцентов, так и в экономической пустыне все уровни экономической цепи подавлены из-за подавленности первичного сектора экономики.

Третичный и четвертичный сектора экономики нарождаются при высоком уровне потенциала предыдущих секторов экономики. Внутренний потенциал Кыргызстана для развития этих секторов недостаточен!

По словам Г.Грефа, в мире состоялась «четвертая революция» экономического уклада, связанная с развитием новых технологий, которая определит уклад будущего на годы вперед.

Греф: «Страны и люди, которые сумели адаптироваться вовремя и проинвестировать в это, они победители сегодня. Страны, которые не успели адаптировать собственную экономику, и всю социальную систему, и все институты, они будут очень сильно проигрывать». По его словам, наиболее яркой иллюстрацией «технологического рабства» России является «утечка мозгов». «Самый страшный наш экспорт и самый большой наш экспорт, который надо остановить, - это экспорт мозгов. Мы не считаем, сколько мы экспортируем в год, но это, я боюсь, по объему потерь самое большое количество того, чего мы экспортируем. Экспортируем безвозвратно, к сожалению».

По его словам, разрыв между технологически развитыми и технологически отсталыми странами будет «к сожалению, значительно больше, чем во время предыдущей индустриальной революции», а его следствием станет «колоссальная» разница в доходах между людьми, которые сумели адаптироваться к новой ситуации, и теми, кто не смог этого сделать.

Общепринятая система экономических оценок задает ложные ценности. Например, для улучшения показателей развития экономики объективно выгодна смерть человека, ведь каждые похороны - это оказанные и оплаченные услуги, но не образование или знания. Нонсенс, но эти показатели качества человеческого капитала в ВВП вообще не учитываются.

На ежегодном заседании МВФ и ВБ 3.04.11 Доминик Стросс-Кан выступил с концептуальной речью. В ней он бросил вызов существующей мировой политической и экономической системе, заявив, что «Вашингтонский консенсус с его упрощёнными экономическими представлениями и рецептами рухнул». По его мнению, именно стремление стран к достижению низкого бюджетного дефицита, бурному экономическому росту, свободному, никем не контролируемому финансовому рынку и либеральным налогам привели к мировому финансово-экономическому кризису. С точки зрения Стросс-Кана, для преодоления неопределённости посткризисного мира, необходимо создать новые принципы экономической и социальной политики как для мирового сообщества, так и для каждого отдельного государства.

Торжество философии общества потребления привело к мировому финансово-экономическому кризису и разрушению окружающей среды (неустойчивому развитию). Мировой кризис возник от преобладания философии потребления. Кредиты брали даже безработные, чтобы купить особняк, хотя это и не отвечало потребностям.

Папа Франциск пишет: «Жажда власти и собственности не знает никаких границ. В этой системе, стремящейся поглотить все, что стоит на пути увеличения прибыли, любые хрупкие вещи, в том числе окружающая среда, оказываются беззащитным перед интересами обожествленного рынка, ставшего единственным правилом».

Редуцированность материальной культуры кочевников мобилизировала развитие духовной культуры. Тенгрианство - это мировоззрение кочевников. Кочевники тысячелетиями выживали в условиях дефицита природных ресурсов - в условиях, в которых человечество будет жить всю оставшуюся жизнь. У кыргызов есть позитивная идея, которую можно выразить следующим образом:

Когда кончатся ресурсы для расширенного воспроизводства, кончится производственное и военное преимущество, вдруг окажется, что есть народы, лучше приспособившиеся к выживанию в скудном мире.

Если бы во главе ВБ и других финансовых институтов стоял тенгрианец, то мирового кризиса не было. Ведь суть тенгрианства в одной фразе: «Ашык албаш керек» - не бери лишнего, не забирай у природы более того, чем тебе нужно. Тенрианство дает ответы на вопросы, поставленные Римским клубом о пределах роста.

Для прогресса важнее развивать сильные стороны, чем бороться со слабостями.

В современном мире примерно 20% населения занято обеспечением жизненно необходимых потребностей человечества, то есть активно востребовано, а 80% - это сфера услуг, которую к предметам первой необходимости отнести трудно. Это изменение занятости решительным образом влияет на нашу жизнь. Выросло поколение, которое хорошо образованно, но при этом не может найти себе применение.

Необходима политика «второго шанса» - давать возможность людям сделать несколько карьер за жизнь. Кроме того, предполагается всестороннее развитие человеческого потенциала и разносторонней активности.

Сегодня единственно верной стратегией развития экономики государства является интенсификация человеческого капитала. В современном мире именно вокруг человеческого потенциала концентрируются материальные, информационные, финансовые и другие ресурсы. ВБ на примере обследования 192 стран пришел к выводу, что только 16% роста в странах с переходной экономикой обусловлены физическим капиталом, 20% - природным капиталом, остальные 64% связаны с человеческим и социальным капиталом.

На первых стадиях развитие человека происходило очень медленно. Однако уже в 16-17 вв. темп развития и продолжительность жизни увеличилась в 1,4 раза. Почему так произошло? Потому что диалектика человека есть диалектика труда. В труде человек стал придумывать и изобретать новые орудия труда (творчество), в результате стал производить в единицу времени больше продукции лучшего качества (закон экономии времени).

Закон экономии времени является ведущим для всех сфер человеческой деятельности, отражая причину поступательного развития общества. Общество развивается поступательно, если у большинства его членов (исходя из его исторической эпохи) есть пища, жилище и удовлетворены хотя бы элементарные культурные потребности. Если этого нет - общество обречено на вымирание.

«Наличные деньги в течение 10 лет, вероятно, выйдут из обращения, поскольку в них нет необходимости. Они неэффективны и дорого обходятся», заявил гендиректор Deutsche Bank Джон Крайан в Давосе.

1000 лет назад регион, в котором сейчас находится Кыргызстан, был одним из самых развитых в мире. Поэтому, если сейчас регион неразвитый - значит мы просто не можем найти правильное решение. Основной постулат стратегического планирования: "Нет нерешаемых задач стратегического планирования. Есть плохие стратеги."

Есть вещи, над которыми приходится думать десятилетиями, и все равно не очень получается найти решение. Поэтому я бы хотел кого-нибудь из вас увлечь, чтобы вы потом подумали еще, и через какое-то количество лет мы, может быть, найдем решение этих проблем.

Есть две траектории (А.Аузан), по которым движутся страны, экономики и тех, и других стран растут, но растут с разными темпами. Причем многолетняя скорость стран первой траектории, траектории А, существенно выше, чем стран траектории B. Только 25 стран из 200 находятся на второй космической скорости, остальные — на первой, в том числе наша.

Темпы роста производительности труда растут от первичного сектора – к четвертичному. Наверное, страна переходит на траекторию B, когда существенно сокращается доля первичного сектора экономики и существенно возрастает доля не первичных.

В Кыргызстане массовый характер носит животноводство. Однако кочевое животноводство имеет крайне низкий потенциал повышения производительности труда. Производительность труда чабана остается практически такой же, как и 1 тысячу, и 2 тысячи лет назад. Потому что кочевое скотоводство, в отличие от других сфер деятельности, практически не поддается модернизации: механизации, химизации и т.п. Это исторически и предопределило, что экономики наших соседей росли, а мы за счет кочевой экономики в значительной мере топтались на месте. В советское время дотации из союзного бюджета маскировали эту нашу геоэкономическую слабость.

Почему не играет свою положительную роль высшее образование, которое также носит массовый характер? Наверное, потому что это образование некуда приложить - нет государственной политики, создающей инфраструктуру для его приложения. А в последние годы оставляет желать лучшего и качество самого образования.

175 стран находятся на стадии биоценозов, и только 25 стран на стадии антропоценозов - за счет культуры. В этих 25 странах экономика идентична культурным основаниям. А в остальных - не идентична. Ведь вы же не заправляете дизтопливом карбюраторный двигатель?

Наше государство и общество не вкладывает в поддержку и развитие тенгрианства ни сома. Зато мы охотно поддерживаем арабский ислам, русскую литературу, европейскую протестантскую этику - все это само по себе не плохо. Оно - не наше. И при этом пытаемся встать на путь развития. Мы - часть огромного мира - в «третий мир» не хотим, а в «первый» не можем. Пока.

Если оценить цивилизационный уровень рассматриваемого региона в те или иные периоды, то мы увидим, что в период 10 век – первая половина 15 века регион ближе, чем когда-либо находился к постиндустриальной стадии развития. Затем последовал цивилизационный надлом.

Если посмотреть, что предшествовало периоду надлома, и что последовало за ним, то мы увидим следующее. В середине 15 века (1453 год) пал Константинополь – под натиском Османской империи. Противостояние Османской империи и Европы привело к ликвидации основного товаропотока из и в Европу. И как следствие, к угасанию Великого шелкового пути. Во 2-й половине 20 века регион находился на индустриальной стадии развития, а в начале 21 века – на доиндустриальной… То есть, в отличие других стран, «цивилизационный эскалатор» у нас работает в обратном направлении…

Т.е. все наши стратегии - это попытки бежать вверх по эскалатору, идущему вниз. Тогда как дело заключается в том, чтобы переключить эскалатор.

Известны пять случаев преодоления этой силы гравитации за 20 век: Япония, Южная Корея, Тайвань, Сингапур, Гонконг. Они перешли из второй траектории в первую. Больше случаев нет. Есть только стартующие модернизации, про которые сейчас нельзя сказать ничего определенного: ведь нужно не только выйти на эту траекторию, но еще и удержаться на ней, потому что скачки не позволяют нам определить, как это происходит.

Если мы посмотрим на характеристики качества институтов в траектории A, то, несомненно, качество институтов здесь выше, поэтому можно объяснять тем, что это более качественные институты. Анализ показывает, что дело в ценностях и поведенческих установках.

Дуглас Норт, автор гипотезы, объясняющей феномен, который называется path-dependence problem (эффект колеи), исследовал интересный пример. В 16 веке Англия и Испания находились примерно на одинаковом уровне развития: по численности населения, по проблемам политическим, экономическим. Через 3 века эти страны уже резко различны: Англия безо всяких оговорок — первая страна мира, центр империи, над которой никогда не заходит солнце; Испания — одна из самых отсталых стран Европы, при том что Испания получила больше денег из колоний, чем Англия.

Норт довольно быстро находит причину в случайном институте: в том, что налоги в Испании попали в руки короля, а в Англии — в руки парламента, то есть налогоплательщиков. В итоге британский инвестор был заинтересован в том, чтобы инвестировать, а испанский гранд разумно все тратил. Испанцы вели себя правильно, и англичане вели себя правильно, а результат через три века оказался очень разным. Случайное решение, и Испания давно его исправила, но в итоге до сих пор не может дотянуться до состояния стран, которые движутся на второй космической скорости.

В своей знаменитой книге «Why Nations Fail» — по-русски «Почему одни нации богатеют, а другие беднеют» — Аджемоглу и Робинсон приводят более свежий пример: две Кореи. В ходе страшной гражданской войны 1949—1953 годов, когда погибло почти 5 млн человек, они избрали разные исходные институты. Сейчас по темным и светлым пятнам на космической съемке видно, как процветает Юг и как Северу средств хватает, видимо, только на создание вооружения. Похоже, что были институциональные различия, а теперь уже наступили и культурные. Давайте попробуем посмотреть, что можно сделать для преодоления инерции. Ведь Южная Корея — как раз та страна, которая сменила траекторию, как и Япония. Поэтому постановка вопроса о том, что делать для преодоления одной траектории и перехода на другую, переносит нас в сферу новой политической экономии, то есть исследования политических процессов экономическими методами.

Если мы будем говорить про Западную и Восточную Германию, которые 40 лет жили с разными институтами, то они уже 25 живут с одинаковыми, в восточные земли инвестированы большие деньги, а социология показывает, что молодое поколение там — не прежнее, а именно молодое — исповедует другие ценности и поведенческие установки, нежели их собратья в западных землях. Культура — очень устойчивая штука. Институциональная ошибка, неверный выбор правил, а потом уже действуют правила неформальных институтов — культуры.

В книге «Насилие и социальные порядки. Концептуальные рамки для интерпретации письменной истории человечества», показывается, что мы все считали, что правилом является развитие, а отсталость — исключением. Все наоборот. Отсталость — это правило, а развитие — исключение. Нам нужно объяснить, почему они развиваются, а не почему другие отстают. Если мы посмотрим, как переходили к развитию Англия, Франция и США, — то это очень длинный переход. 50 лет чистого времени. Мы почему-то думали, что те, кто отстает, — это ранняя фаза развития тех, кто преуспевает. Это не так. Это два разных мира, два разных порядка. И эти порядки различаются тремя простыми правилами.

Во всех успешных странах элита создает законы для себя и распространяет на других. (Позволит ли наш трайбализм? Или придется звать варягов на княжение?) Этот процесс продолжается очень много веков. Как в Великобритании, начиная с Великой хартии вольностей, когда она относилась сначала к баронам, потом к богатым горожанам, а затем вообще ко всем. А в неуспешных странах элиты создают законы для других и исключения для себя.

Второе, в успешных странах коммерческие, политические и некоммерческие организации переживают своих создателей - они деперсонализированы.

И самое важное, может быть, третье условие: элиты всегда контролируют инструменты насилия, но они могут делить их между собой, а могут контролировать коллективно.

Главная проблема в том, что непонятно, как и почему происходит смена одного набора условий на другие. Поэтому здесь надо смотреть на конкретные алгоритмы перехода.

Хочу обратить внимание на работы В.Полтеровича и В.Попова, а также Персона и Табилини 2007 года, которые показали, что нет однозначной причинно-следственной связи между демократизацией и ростом. Потому что демократизация может вести к отрицательным последствиям, если нет так называемого сильного правопорядка, работающих институтов, и может вести к положительным последствиям, если есть сильные институты.

С другой стороны, работы Ажемоглу, Яреда, Робинсона и других показали, что нет причинно-следственной связи между ростом доходов и демократизацией. И мне кажется очень важным вывод Ажемоглу и других про упущенный фактор. Почему количественный анализ всюду показывает отсутствие результата? Потому что упустили один фактор. Предположительно набор формальных правил, неформальных практик и ценностных установок.

Упущенные факторы

► Реализация потенциала инновационного развития зависит не только от институциональных реформ, но и от изменения культуры (Ясин, 2007).

► Переход на более высокую траекторию экономического роста (модернизация) связан с направленным сдвигом социокультурных характеристик, который может осуществляться средствами образовательной и культурной политики (Аузан, Архангельский, Лунгин, Найшуль и др., 2011).

► Национальная формула модернизации: универсальные тренды социокультурного сдвига + специфический набор социокультурных характеристик, использование которого обеспечивает модернизационный эффект (Аузан, Келимбетов, 2012).

Евгений Ясин в работе 2007 года высказал идею, что потенциал инновационного развития зависит не только от институциональных реформ, но и от изменения культуры.

С К.Келимбетовым, председателем Нацбанка РК, мы стали утверждать, что существует национальная формула модернизации, которая складывается из двух компонентов: есть некоторые универсальные тренды социокультурного сдвига и есть специфический набор того, что в стране представляет традицию, но может быть утилизировано в модернизационный эффект.

Как работает общественный договор

Аузан: "В течение последних 20 лет, когда я начинал говорить об эффекте колеи, мне все говорили: «Во-во-во, это правильно». А как только я начинал говорить об общественном договоре, мне говорили: «Знаете, тут вы что-то не то говорите». А для меня это одна и та же тема — проблема удержания страны в колее и механизмов как замка, так и выхода из этой колеи. Поэтому социальный контракт — вообще довольно сложная штука. Он имеет явные эксплицитные1 институты в виде конституций, которые, между прочим, принимаются именно как договор, то есть люди голосуют за конституцию, они ее принимают.

Социальный контракт — это не только формальные правила, но еще и неформальные — культура. Причем в рамках близких политических устройств. Экономисты пишут о таком явлении, как ловушка бедности, но американское общественное сознание его не признает. «Считаете ли вы, что бедные заперты в ловушке нищеты?» В Америке так считают 29%, а в континентальной Европе — 60%. Поэтому мы имеем разные ценностные системы, наложенные на системы формальных правил. Значит ли это, что у нас разные типы социального контракта? Конечно.

В англосаксонских обществах — Англии и США — доминирует бизнес, здесь в основном частные способы финансирования общественных благ, а общество и власть имеют несколько подчиненное значение. В континентальной Европе не так. Во Франции и Германии бизнес и власть находятся в определенном равновесии, там более интегрированные структуры, с большей степенью регулирования. Почему? Другие издержки защиты прав собственности и другие традиционные издержки осуществления принуждения. А вот самые способные страны — это, на самом деле, Австралия и Новая Зеландия. Там общество играет огромную роль, как и в Канаде, между прочим. Все методики контроля над государством — например, оценки регулирующего воздействия — приходят оттуда, потому что там самые низкие издержки коллективных действий и там это приветствуется ценностями и соответствующим устройством законодательства. А в скандинавских странах бизнес лавирует между обществом и властью — социал-демократическая система.

Как выйти из колеи

К чему мы фактически пришли? Что в колее удерживает некоторая связка формальных и неформальных институтов, мы понимаем. Но теперь мы можем конкретно посмотреть, какие ценностные установки, какие варианты социального контракта, какое сочетание формальных и неформальных правил будут образовывать вот эту самую колейность.

Дело не только в экономике и налогах, но и в ценностях. Потому что вот эти вещи держат. Налоги как осознание человеком его отношений с государством и того, чего оно от него хочет.

А второй канал воздействия — гипотеза Инглхарта, что ценности возникают у людей в возрасте ранней взрослости — 18—25 лет. Университеты производят не только человеческий капитал — знания, навыки и умения, которые вы как частное благо будете продавать. Производят не только набор специальностей, от чего зависит конкурентоспособность нации, социально значимое благо. Университеты производят общественное благо, культуру нации, набор ценностей, поведенческих установок, в результате которых одни социальные контракты размываются и уходят, а другие — формируются.

Человек на Западе из смысла превратился в ресурс. Высшая ценность - это жизнь и благополучие человека. Духовно-этическим стандартам Человека отвечает счастье или состояние близкое к нему, а вовсе не ВВП. В Японии в 1958-2004 гг. доход на человека увеличился в 7 раз, а степень личного счастья не выросла, а даже снизилась. Стандарты современного западного мира искажены, поэтому в богатых странах, как правило, самый высокий уровень самоубийств – несчастья. Богатство само по себе не приносит счастья. Счастье – это не сверхпотребление, а довольствование необходимым.

«Равный доступ к счастью» должен стать принципом «наибольшего счастья для наибольшего числа людей».

Целью государства является счастье граждан - Гегель. Томас Джефферсон: «забота о человеческой жизни и счастье, а не об их разрушении – единственная легитимная цель хорошего правительства».

Социолог Питирим Сорокин сто лет назад писал следующее: «Можно ли вполне исключить принцип счастья из формулы прогресса? Можно ли считать прогрессом какой бы то ни было из указанных принципов, если он прямо или косвенно ведет к уменьшению счастья и к увеличению страданий? Очевидно, нет. Как бы ни были ценны сами по себе любовь к ближнему, солидарность, знание (истина) и т.д. и т.д., но раз они не сопровождаются параллельным развитием счастья – или даже ведут к уменьшению его – они становятся полуценностями… Точно так же и все другие принципы оценки, какими бы далекими от принципа счастья ни казались они, так или иначе подразумевали и подразумевают его. А так как понятие прогресса включает в себя не только формулировку сущего или бывшего, но и оценку с точки зрения желательного – должного, то понятно, так или иначе критерии прогресса принуждены считаться с принципом счастья. Они могут о нем не говорить, ввиду субъективности его, но они принуждены с ним считаться и необходимо подразумевать его. Нейтральные формулы прогресса лишь объективный способ оценки субъективного принципа счастья»2.

В 1970-е годы король Бутана, маленького буддийского королевства, расположенного высоко в Гималаях, объявил, что стратегией его государства будет не валовый национальный продукт, а «валовое национальное счастье». А это означает, что экономическое развитие должно быть направлено на укрепление чувства общности и доверия. Доверию мешает коррупция.

А вот и более современные авторы - Гэри Беккер получил в 1992 году Нобелевскую премию за исследование, в котором доказал, что главное богатство страны не сырье, что 75% богатства любой современной экономики составляют «запасы» образования, профессиональной подготовки, навыков и здоровья населения3.

Дэвид Кэмерон: "Пришло время признать, что в жизни есть нечто более важное, чем деньги, и пришло время, чтобы мы сосредоточили наше внимание не только на ВВП, но и на ОБ – общем благополучии".

Неудачи с использованием зарубежных моделей модернизации объясняются не только политическими и экономическими проблемами, но и глубокими социокультурными рубежами. В Кыргызстане идут не столько реформы, сколько смена общественно-экономической формации - цивилизации. В результате шоковой либерализации, вестернизации и истернизации импортированы чуждые стандарты образа жизни (например, индивидуализм).

Суть глобальных проблем модернизации не в конфликте цивилизаций. Она в конфликте человечества с Природой - с самим Всевышним. Она в конфликте человека с самим с собой, своей сутью и внутренним содержанием. Торжество философии общества потребления приводит к разрушению окружающей среды и финансово-экономическому кризису. Основная проблема современного мира заключается в несостыковке безграничных технологических возможностей и ограниченностью духовно-этических стандартов. Духовно-этическим стандартам Человека отвечает счастье или состояние близкое к нему, а вовсе не ВВП. Счастье – это не сверхпотребление, а довольствование необходимым. Чем богаче человек духовно, тем меньше ему нужно материального для достижения счастья. Стандарты современного западного мира искажены, поэтому в богатых странах как правило самый высокий уровень самоубийств – несчастья. Исключительна значимость такого показателя, как субъективное ощущение людьми своей счастливости или несчастливости. Все другие принципы оценки, какими бы далекими от принципа счастья ни казались они, так или иначе подразумевали и подразумевают его.

Научные исследования показывают, что на индивидуальном уровне наиболее сильными факторами уровня счастья являются качество социальных связей. Т.е. наличие любимого человека, друзей, близкие отношения с родственниками (Домены, община - СМН) и интересная, захватывающая деятельность (креативная деятельность). Участи в рамках общины в ашаре - это не только близкие отношения, но и чувство востребованности, да и "теневой" (не криминальный, но не учтенный) вклад в ВВП.

Развитие культуры уменьшит значение стандартов общества потребления. И вполне достаточно будет не сильно много повысить доходы, понизить расходы (на тои, похороны), понизить социальную дифференциацию (через налог на роскошь) и понизить потребности (через тенгрианство, ислам и православие).

Исследования показывают, что на индивидуальном уровне наиболее сильными факторами уровня счастья являются качество социальных связей (наличие любимого человека, друзей, близкие отношения с родственниками - домены, община, (Baumeister, Leary 1995; Diener, Oishi 2005) и интересная, захватывающая деятельность (Haidt 2006).

Демократия «проявляется в непобедимом стремлении к свободе и личному счастью». Там, где прав на референдум больше, люди намного счастливее.

Спорт для обездоленной части населения стал своего рода наркотиком, который позволяет забыть о невзгодах и на короткий миг приобщиться к счастью.

Общество ответственного потребления. Ответственное потребление - это покупать подешевле то, что тебе нужно, а не то, что тебе не нужно и подороже.

 http://analitika.akipress.org/news:5370

 

 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение