Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Усова Л.С.: Стратегия расширения североатлантического союза и Украина. Ч.1

28.08.2008

Автор:

Теги:

 

К началу 90-х гг. XX столетия завершилась «холодная война». «Бархатные революции» в странах Центральной и Восточной Европы, роспуск Варшавского Договора и распад Советского Союза означали конец биполярной системы мирового устройства, в основе которой лежали Ялтинско-Потсдамские соглашения. Всё это происходило в условиях глобализации, оформления ЕС и ОБСЕ, усилий США на укрепление позиций в Европе через сохранение Североатлантического Альянса1.

Этот вопрос был в центре внимания видных представителей политической мысли Запада, таких как Г. Киссинджер , М.Ховард , 3. Бжезинский, который отмечал, что Альянс является «основным механизмом»4 американского влияния без которого Европа стала бы «политически расколотой».5 При этом США негативно восприняли идею Б. Ельцина, чтобы Россия и НАТО «совместно» гарантировали безопасность Центральной и Восточной Европы1.

В тоже время с 1993 г. идея расширения Альянса стала приоритетной в политике США и нацеливалась на Европу, Евразию и за их пределы. НАТО, утверждал С. Тэлботт, может расширить своё «гравитационное пространство» за счёт Японии, Австралии и Новой Зеландии . Важным шагом в реализации стратегии США было включение в евроатлантическую систему Центрально-Восточной Европы, постсоветских государств и такое воздействие на реформы в России, которое не позволило бы «возрождение вновь евразийской империи»3.

Отношение России к расширению НАТО нашло отражение в открытом Докладе Службы внешней разведки России «Перспективы расширения НАТО и интересы России» (ноябрь 1993г.), где подчеркивалось, что это «стимулирует» к вступлению в Альянс государств Балтии, станет «вызовом» России и даст импульс антизападным и изоляционистским тенденциям4.

Однако озабоченность России не была воспринята на Западе, где идея вовлечении стран ЦВЕ в НАТО стала реализовываться через механизмы программы «Партнёрство ради мира» (ПРМ), которую Президент США Б. Клинтон характеризовал как «процесс» ведущий к расширению НАТО . ПРМ вскоре охватила и страны постсоветского пространства, включая Украину и формально Россию, хотя вопрос о приёме её в Альянс не стоял.

Бжезинский пришёл к выводу, что это «так ослабило бы Альянс, что лишило бы его смысла».

Стратегия Альянса на расширение на Восток совпадала с желанием самих стран ЦВЕ добиваться приёма в его состав. Это объяснялось не только соображениями безопасности, но и надеждой, что это облегчит вступление в ЕС и их модернизацию на основе европейских ценностей.

Возможность появления новых разделительных линий в Европе вызывала растущую обеспокоенность России, которая стремилась на встрече Б. Ельцина с Б. Клинтоном в Хельсинки в марте 1997 г. отсрочить приём в Альянс государств Прибалтики, но получила отказ. Становилось очевидным, что Альянс планирует распространить расширение и на бывшие республики Советского Союза, включая Украину. Этот курс получил закрепление в Стратегической концепции Альянса 1999 г., где впервые была названа Украина, как занимающая «особое место» в евроатлантическом пространстве безопасности и являющаяся его важным «партнёром»1.

В западной политической мысли образование независимой Украины рассматривалось как «большая геополитическая неудача Российского государства». По оценке 3. Бжезинского «без Украины Россия перестаёт быть Евразийской империей», приобретает черты в основном азиатского имперского государства. Поэтому Россия будет возражать против вступления Украины в НАТО, поскольку это означает, что «судьба Украины больше органически не связана с судьбой России»3.

При этом американский политолог Р.Асмус рассматривал интеграцию Украины в качестве «стратегического приоритета будущего десятилетия» и отводил ей роль одного из главных участников миротворческих операций Альянса «на всём Большом Ближнем Востоке»4.Тем более, что Украина занимает важное место в Черноморском регионе, который играет ключевую роль для распространения влияния НАТО на Большой Ближний Восток.

Для достижения этой цели предстояло определить формат взаимоотношений НАТО и Украины. Принципиальное решение об этом было принято в декабре 1996 г., когда в Коммюнике Саммита Альянса было зафиксировано намерение установить «особые» отношения с Украиной и формализовать их до Саммита НАТО на высшем уровне в 1997г.

Этому была подчинена подписанная в июле 1997 года в Мадриде Хартия об особом партнёрстве между Украиной и Организацией Североатлантического договора1. Название «Хартия» не предполагало обязательность для сторон её положений. Однако содержание документа свидетельствовало о далеко идущих намерениях.

В Хартии содержалась позитивная оценка открытости Альянса для приёма новых членов, его роли в поддержании мира и стабильности в Европе, а Украине в этом отводилась роль «ключевого фактора». Поэтому Альянс выражал поддержку суверенитета, нерушимости границ и территориальной целостности Украины, а так же её безъядерного статуса. В тоже время в Хартии не содержалось прямого упоминания о намерении Украины вступать в Альянс.

По оценке министра иностранных дел Украины А.Зленко, провозглашение евроатлантических намерений стало бы «самоубийством» с точки зрения отношений с Россией от которой мы «тотально» зависели, а так же «неоправданным и авантюрным» с точки зрения внутреннего развития Украины. Поэтому руководство Украины продолжало придерживаться политики «многовекторности», которая сводилась к колебаниям между Западом и Россией, стремлению получить выгоду на обоих направлениях, играя на их противоречиях. Тем более, что в 90-е гг. Россия находилась в сложном экономическом положении, вела военные действия в Чечне и значительно ухудшила отношения с НАТО в связи с событиями в Югославии.

В связи с этим, по наблюдению российского политолога А. Пушкова, Украина оказалась «в подвешенном состоянии». Она испытывает «максимальное» давление со стороны Запада на сближение в то время, когда Россия отдаляется от Запада. Поэтому для украинской политики будет характерна двойственность: Украина в силу своей зависимости продолжит переговоры с Россией, но «в плане долгосрочной ориентации будет всё-таки смотреть на Запад»1.

Однако на Западе ожидали от неё эффективных шагов в сторону НАТО. По признанию Р. Асмуса, вскоре «Запад разочаровался и устал от политики действующего руководства в Киеве»2, как неспособного осуществлять преобразования на основе западных ценностей.

Попытка преодолеть сложившуюся ситуацию была предпринята Л. Кучмой в ноябре 2002 г., на Совете Североатлантического партнёрства в Праге, Особенностью Пражского саммита было принятие решения о приглашении в Альянс сразу семи стран: Болгарии, Румынии, Эстонии, Латвии, Литвы, Словакии, Словении, что расширяло его практически на весь регион ИВЕ и Прибалтику. По вопросу об Украине подчёркивалась приверженность «прочным отношениям» на основе Хартии об особом партнёрстве, выражалась поддержка её стремлению «к полномасштабной евроатлантической интеграции».

В тоже время страны Альянса связывали перспективы углубления отношений с Украиной с её «недвусмысленной» приверженностью ценностям Евроатлантического сообщества. Эти ценности были конкретизированы в подписанном в Праге Плане Действий НАТО-Украина, где Украина приняла на себя конкретные обязательства по изменению внутренней и внешней политики в контексте евроатлантической интеграции.

Однако серьёзной проблемой для руководства Украины стало отрицательное общественное мнение относительно евроатлантической интеграции. По данным Центра им. А. Разумкова к началу 2003 года на Украине за вступление в НАТО высказались 21.5% опрошенных, против 44.6%]. В последующие годы результаты опросов показывали, что число сторонников вступления Украины в НАТО не поднималось выше 27-28%.

Несмотря на то, что эти данные не могут рассматриваться как точное измерение общественных настроений, они отражают объективно существовующие в Украине тенденции. Наиболее отчётливо антинатовские настроения характерны для Востока и Юга Украины. Эти регионы с преобладающим русским населением, исторически, культурно и экономически традиционно ориентируются на Россию. Западные и отчасти центральные районы Украины, история которых столетиями была связана с Австро-Венгрией и Польшей, более благожелательно воспринимают перспективы вступления в Альянс. Население этих регионов составляет большую часть из примерно 3 миллионов украинцев, кто находится в Европе на заработках.

Принятие в соответствии с Планом Действий обязательств перед Альянсом ограничивало возможность проведения Украиной политики «многовекторности», так как предполагало кардинальную переориентацию Киева в сторону западных ценностей. В свою очередь это неизбежно вело к осложнению отношений с Россией, с которой Украина была тесно связана.

Таким образом, пространство для манёвра у Л.Кучмы значительно сужалось. Тем более, что оппозиция, лидерами которой стали В. Ющенко и Ю. Тимошенко, (их влияние было особенно заметно на Западе, в Центральной части Украины и в Киеве) требовала более активных шагов в направлении европейской и евроатлантической интеграции.

На основе Стратегической концепции, Хартии и Плана Действий Альянс уже не удовлетворялся отдельными жестами Украины в сторону Запада, такими как направление бригады в Ирак в 2003 году. Киеву дали ясно понять, что было бы большой ошибкой считать, что Украина «откупилась» от Запада, послав свои войска в Ирак. От Украины ждали конкретных действий теперь уже « в качестве союзника Запада»1. Это проявилось в ходе саммита НАТО в Стамбуле в июне 2004 года. В ответ на заверения Л. Кучмы в приверженности курсу на евроатлантическую интеграцию (в надежде на поддержку со стороны Альянса) последовал ответ Генерального секретаря ЕАТО Дж. Робертсона, что Альянс «потребует твёрдой приверженности самым высоким ценностям, на которых основан

Североатлантический Союз», включая проведение свободных и справедливых выборов.

Это свидетельствовало о том, что Альянс отныне связывал перспективы евроатлантической интеграции Украины с приходом к руководству страной нового поколения, политиков полностью ориентированных на западные ценности, представителем которых после выборов 2005 г. стал новый Президент Украины В. Ющенко. Подтверждением намерений Альянса включить в свой состав Украину стали Декларация по итогам саммита и Совместное Заявление Комиссии Украина -НАТО в Бухаресте в апреле 2008г.

Продолжение следует.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение