Россия, Москва

info@ia-centr.ru

А.Кусаинов: в долгсрочной перспективе ЕАЭС выгодный проект для Казахстана.

02.07.2015

Автор:

Теги:

По итогам прошедшего в Екатеринбурге круглого стола на тему "Инвестиционные проекты Свердловской области и ЕАЭС", организованного Экспертным клубом "Урал-Евразия", своим мнением о том, какие проблемы сегодня существуют в российско-казахстанских отношениях, поделился казахстанский эксперт  Айдархан Кусаинов.

Айдархан Маратович Кусаинов генеральный директор компании ТОО «Almagest», член совета директоров АО «Интергаз Центральная Азия» (дочерняя компания АО «KazTransGaz»), член российской и казахстанской ассоциаций независимых директоров, участник Реестра корпоративных директоров Национального совета Казахстана по корпоративному управлению, Алма-Ата (Казахстан).  

На каком уровне сегодня находится российско-казахстанское экономическое сотрудничество? Насколько изменилась ситуация за годы интеграции, начиная со времени работы Таможенного союза?

 

 Айдархан Кусаинов: Сейчас достаточно трудно говорить о результатах ЕАЭС и Таможенного Союза, особенно в последние два года, в связи с тем, что вмешались и "торговые войны", и девальвации нашего тенге и российского рубля. В чистом виде эффект от Таможенного союза очень смазан этими факторами.

 

 На сегодняшний день российско-казахстанское сотрудничество развивается достаточно хорошо, но, к сожалению, не в пользу Казахстана. В первую очередь это связано не с самими Евразийским и Таможенным союзом, а с валютной политикой: есть диспаритет между тенге и рублем, российские товары сильно подешевели, и от этого торговый баланс складывается не в пользу Казахстана.

 

 В связи с этим можно говорить о том, что до 2014 года, т.е. в 2011-2013 годах, динамика была позитивная, увеличивалась торговля несырьевыми товарами. Для Казахстана это время было хорошей ситуацией с точки зрения производства автомобилей, наземной техники, тогда для нас открылся российский и белорусский рынок: мы начали поставки машин, вагонов, - по сути развили новое производство в Казахстане. То есть до 2013 года все было достаточно выгодно для Казахстана и, насколько я понимаю, для России. Поэтому в целом я считаю, что Таможенный и Евразийский союз в долгосрочной перспективе выгодны для обеих стран. Но сегодня, здесь и сейчас, в краткосрочной перспективе из-за несбалансированной валютной политики, а грубо говоря, из-за девальвации российского рубля наши рынки оказались открытыми для российских товаров, и это стало не очень выгодно для Казахстана.

 

  Какие черты характеризуют российско-казахстанские экономические отношения? И в каких сферах идет наиболее интенсивное сотрудничество?

 

 Айдархан Кусаинов: В общем торговом балансе между Россией и Казахстаном традиционно основные позиции занимают нефть, газ, уголь и металлы.  Что касается нефти, то по большому счету мы имеем взаимный обмен - мы отдаем нефть на Западе страны, получаем ее на востоке, где происходит ее загрузка на Павлодарский нефтеперерабатывающий завод, и т.д.

 Я бы хотел отметить, что достаточно хорошо начало развиваться и несырьевое взаимодействие, правда, снова нужно отметить, до 2013 года. Тогда казахстанские компании начали выходить на российский рынок в пищевом секторе, в машиностроении, активно начал работать аккумуляторный завод. В принципе до 2013 года изменения были серьезными и позитивными с точки зрения развития несырьевого взаимодействия и с точки зрения интеграции производственных цепочек. Таким образом, традиционно сотрудничество осталось в энергетической отрасли и были, в определенной степени они сохраняются, изменения в несырьевом взаимодействии.

 

 Какие проблемы сегодня существуют в области экономических отношений между нашими странами? Какие из них системны, а какие ситуационны? И что необходимо предпринять для их решения?

 

 Айдархан Кусаинов: Из существующих сегодня проблем одной из основных можно назвать, как я уже говорил, валютную политику. Нам нужно действительно ее гармонизировать, и здесь в первую очередь имеет значение позиция Казахстана. На мой взгляд,         позиция сильного тенге, которая была основополагающей на протяжении всей истории независимого Казахстана, является в корне неправильной, что выпукло показали итоги 2014 года. С этой точки зрения сегодняшняя ситуация является хорошим уроком для Казахстана, она показала, что нужно что-то менять. Изменившиеся реалии ЕАЭС и ТС просто подчеркнули эту проблему, высветили ее. Она скорее системна для Казахстана.

 

 Но есть проблемы и в построении экономических отношений вообще. Заключаются они в том, что российская сторона очень слабо идет по пути интеграции. И это может стать большой проблемой и в последующем - для Кыргызстана, Белоруссии, Армении, и, собственно, для Казахстана. Это то, что нужно исправлять российской стороне. Поясню подробнее. Россия является федерацией, поэтому по сути мы взаимодействуем со множеством отдельных, региональных рынков, в которых свое законодательство, свои фитосанитарные требования, свои нормативы и т.д. И у нас возникает такая проблема: на межгосударственном уровне мы договорились о каких-то мерах по открытию взаимных рынков, и Казахстан как унитарное государство, открыл их, а в России договорились, но потом еще два-три года все постепенно доходит до регионального уровня. И в результате получается годовой или двухлетний дисбаланс, который, естественно, напрягает казахстанскую сторону. Так было по алкогольному и пищевому рынку, т.е. по тем самым потребительским рынкам.

 

 Эта проблема не системная, но российской стороне нужно прилагать максимум усилий, потому что в какие-то моменты она становится системной. И периодические обострения в отношениях, которые были у России с Беларусью и Казахстаном, в основе эту проблему и имеют. Казахстанский контрагент ждет, когда все будет хорошо, его кормят "завтраками", успокаивают, что "у нас процессы и процедуры проходят долго",  и тянется это до тех пор, пока контрагент не доведен до "белого коленья" и не начинает закрывать свои рынки. Это исполнительская проблема, но волокитица порой достигает таких пределов, что уже начинает казаться, что дело скрывается не столько в исполнительской дисциплине, а где-то в политике.

 

 На мой взгляд, это две ключевые проблемы. На российской стороне - приняли решение, четко его исполнили, динамику нужно четко прослеживать. Я понимаю, федерализм, децентрализация, но в области межгосударственных отношений и приграничной торговли эти решения должны приниматься очень быстро и четко. А со стороны Казахстана, я считаю, нужно и важно подправить экономическую политику, причем это безотносительно к ЕАЭС, это нужно было сделать давно, просто сегодняшняя ситуация подчеркнула и выпятила эту потребность.

 

 К этому же вопросу относятся всяческие нормативные и технические регламенты, которые с российской стороны очень тяжело принимаются. Наша переговорная позиция гибкая, мы, может быть, идем на какие-то уступки, потому что наша переговорная группа компактна - унитарное государство, если решение принято, оно воплощено. Российская переговорная группа всегда начинает все усложнять, наворачивать, в итоге теряется время, и, когда принимается политическое решение, зачастую оно принимается в пользу России. Все страны понимают, что нужно динамично развиваться, но в итоге на переговорных позициях часто мы слышим такое: "Да, мы хотим динамично развиваться, но вы примите российскую точку зрения, и мы пойдем дальше". Возникает некий полушантаж.

 

 Как бизнес-среда Казахстана оценивает возможности, которые открылись после начала работы Евразийского союза? Насколько эффективно бизнес использует эти возможности?

 

 Айдархан Кусаинов: Бизнес-среда оценивает эти возможности достаточно неоднозначно, это я говорю о периоде до 2014 года. Понятно, что страна достаточно долго проводила политику импортозамещения, и любое открытие рынка всегда воспринимается не очень хорошо, в основном в бизнес-среде, потому что многие виды производства были ориентированы на импортозамещение, а все подобные открытые рынки - это всегда конкуренция. С другой стороны, хочу подчеркнуть, что значительная доля бизнеса в Казахстане с оптимизмом смотрела на Таможенный союз, в основном производители, потому что производителей у нас в Казахстане мало.

 

В то же время я бы не сказал, что представившиеся возможности используются эффективно, и связано это с бюрократией в России. Желание есть, но очень трудно договариваться. Грубо говоря, если российский бизнес приезжает в Астану и там все решает, то казахстанский бизнес вынужден ездить по каждому региональному центру в отдельности, а это очень дорого, приходится задействовать много ресурсов. Получается достаточно неравноценная замена. Но, тем не менее, тогда возможности использовались. А после девальвации российского рубля произошла полная переоценка ситуации, работать стало очень сложно и есть желание закрыться. С точки зрения бизнеса это совершенно понятное желание. И здесь я вижу, что Россия должна занять более конструктивную позицию в этом вопросе. С одной стороны, очевидно, что девальвация рубля не сахар для российской экономики и является вынужденной мерой, но она принесла определенные выгоды российскому бизнесу. Однако в рамках ЕАЭС хотелось бы, чтобы россияне направили свои курсовые выгоды вне рамок ЕАЭС. Выгоды получены, но пусть они зарабатываются не на рынках ЕАЭС, чтобы происходило некое самоограничение экспорта в Казахстан с пониманием того, что казахстанские предприниматели выталкиваются. Иначе происходит фактическое уничтожение казахстанских конкурентов.

 

В чем Вы видите главные направления развития сотрудничества между нашими странами?

Айдархан Кусаинов: Я убежден, что ключевую роль в развитии экономик наших стран играет региональное сотрудничество. С Казахстаном взаимодействует много российских областей - и Астрахань, и Оренбург, и Уфа, и Новосибирск. И мне видится, что та область, которая быстрее других поставит в приоритет сотрудничество с Казахстаном, получит больше выгод для себя. Связано это с тем, что в любом случае поток товаров из Казахстана в том или ином виде пойдет, даже если это будут, условно говоря, китайские товары, сделанные в Казахстане.

 

 Казахстан - достаточно большая и значимая территория, и рано или поздно, может быть даже вопреки, она разовьется. Произойдет это в течение ближайших 10-15 лет. А пока каждая российская область стоит несколько ощетинившись, потому что при любой интеграции выгодно получить новый рынок, при этом не отдав свой. И понятны мотивы губернаторов на местах, когда они начинают тормозить открытие собственных рынков, при этом всячески поддерживая собственных предпринимателей при заходе на казахстанский. Именно поэтому нам представляется, что Россия своими областями стоит немного ощетинившись. Но кто первый сделает шаг на встречу, тот может этот транзитный, товарный, человеческий канал Россия-Казахстан направить через себя и стать хабом или воротами. 

Беседовал Вадим Рудаков


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение