Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Казахстан - НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ ФОРМИРОВАНИЯ КАЗАХСТАНСКОЙ НАЦИИ

27.08.2008

Автор:

Теги:
 

Курганская В.Д., доктор философских наук,

профессор, ведущий научный сотрудник

Института философии и политологии МОНРК

 

 

 

Президент РК Н. Назарбаев еще на III сессии Ассамблеи народов Казахстана (апрель 1996 г.) поставил вопрос о необходимости фор­мирования гражданской общности в Республике. На TV сессии АНК (июнь 1997 г.) формирование новой казахстанской гражданственно­сти им было обозначено в качестве одной из актуальнейших полити­ческих проблем, затрагивающей основы государственности. На VII сессии АНК в 2000 г. он поставил задачу «создать казахстанцев», а в последнее время (октябрь 2007 г.) им была предложена идея форми­рования единой казахстанской конкурентоспособной нации. Таким образом, на протяжении нескольких лет Глава государства ставит вопрос о переходе страны к гражданскому состоянию общества.

Гражданская солидарность может существовать, прежде всего, на основе нейтральности политико-правовой сферы, равнодушной к культурным различиям. Согласно Закону о гражданстве Респу­блики Казахстан, гражданство «определяет устойчивую политико-правовую связь лица с государством, выражающую совокупность их взаимных прав и обязанностей». Как считает известный россий­ский ученый В.А. Тишков, гражданская деятельность человека всег­да была более многообразной и сложной, чем культурная, и любовь к своему народу меньше всего зависела от записи в паспорте. Ведь чувство принадлежности к этнической общности, если последнее не связано с получением каких-либо преимуществ, гораздо уже граж­данской общности, которая формируется в условиях общественной жизни человека.

Как представляется, формирование гражданской нации в Казах­стане является ядром проекта национальной идеи. Признание за каждым членом общества принадлежности к гражданской нации формирует у всех граждан страны независимо от их национальной принадлежности чувство общей Родины, общих целей и задач, чув. ство сопричастности и ответственности всех населяющих ее наро. дов за судьбу страны1.

В мировой этнополитической науке под нацией понимается по­литическая общность людей различной этнической принадлежно­сти в пределах одного государства. Нация, иначе говоря, понимает­ся как согражданство. В основе этнонационализма лежит чувство общего происхождения, проявляющееся в виде языковых, религи­озных или расовых признаков. Единственная база государственного национализма - политическая, т.е. гражданская идентичность. «Го­сударственная общность... имеет больше оснований называть себя нацией, чем коалиция, основанная на этнической идентификации с ее постоянно конструируемым содержанием, взаимопроникаемыми границами и множественной лояльностью. Понятие гражданской нации более приемлемо для членов многоэтничных политических сообществ и менее конфликтогенно, чем длительно насаждавшее­ся советскими учеными и поньгае широко разделяемое политиками понятие этнонации» .

Действительно, генерализация ценностно-смысловых схем эт­нической идентификации в качестве модели государственно-поли­тического устройства становится формой политизации самой эт-ничности, т.е. превращения демократии в этнократию (этнократия в строгом смысле слова и есть не что иное, как наделение этносов статусом политических субъектов, а не узурпация политической власти этническим большинством). Нет ничего более опасного, чем приобретение этносами статуса политических субъектов. Нацио­нальная принадлежность должна быть сугубо личным делом инди­вида, предметом его духовно-нравственных выборов и культурных предпочтений. Если же этническая принадлежность и ее атрибу­ты выступают решающим аргументом в борьбе за политическую власть в полиэтническом обществе, то гражданская война и распад государства становятся реальной угрозой.

Предпосылки к формированию казахстанской нации имеются-Социологические исследования Центра гуманитарных исследова­ний на протяжении последних 10 лет показывают, что у этнических групп Казахстана нет принципиальных различий в структуре духовных потребностей, динамике поведенческих установок, систе­ме мотиваций, социально-политических и ценностных ориентации. Употребление таких слов как «национальная безопасность», «нацинальные интересы», «лидер нации», «здоровье нации» и т.д. стало привычным. При этом всем понятно, что под этими терминами по­нимаются интересы всех, а не отдельного этноса.

В стране продолжает сохраняться дружественный, толерантный характер отношений между этносами. Все этнические группы на­селения проявляют высокую толерантность и готовность к таким формам межэтнических взаимодействий, как работа в многонаци­ональном коллективе, соседские взаимоотношения, дружба с пред­ставителями других национальностей. Как показало наше последнее исследование3, межнациональные отношения по месту жительства оцениваются большинством респондентов всех этнических групп как благоприятные или в основном благоприятные (диаграмма 1).

 

По мнению большинства респондентов всех национальностей, межнациональная обстановка остается благоприятной на протяже­нии последних 2-3 лет (диаграмма 2).

 

Отличие в оценке межэтнических отношений состоит лишь в том, что почти третья часть респондентов-казахов считает, что меж­национальная обстановка продолжает улучшаться; среди русских респондентов так считает только шестая часть опрошенных, а сре­ди респондентов других этнических групп - пятая часть. Таким об­разом, казахи склонны более высоко оценивать межнациональное спокойствие в Казахстане. В целом же около половины русских и представителей других этнических групп оценивают межнацио­нальную обстановку в целом благоприятной.

В последние время, как известно, в различных регионах Казахста­на - Шилике, Казаткоме, Тенгизе, Маятасе вспыхивали конфликты между казахами и уйгурами, чеченцами, турками, курдами. Поводом для них становились либо хулиганские действия молодых людей раз­личных национальностей, либо криминальные действия представите­лей этнического меньшинства, которые провоцировали ответные дей­ствия представителей коренного этноса против этих меньшинств.

В нашем опросе населения был поставлен вопрос относительно причин конфликтов в различных регионах Казахстана. Мнение на­селения отражает диаграмма 3.

 

Как видно из диаграммы, большинство респондентов всех этни­ческих групп склонны видеть в каждом конфликте свои специфиче­ские причины, и конфликты на межнациональной почве не призна­ются респондентами всех национальностей главными причинами произошедших событий. На второе место по значимости среди при­чин конфликтов респонденты всех этнических групп ставят плохие социально-экономические условия. В основном же у всех этнических групп преобладали ответы «затрудняюсь ответить».

Оценивая конфликтные ситуации подобного рода, В.А. Тишков пишет: «Трудно разрешимые противоречия и конфликты не являют­ся неизбежными и не предопределены самой природой этничности и фактом сосуществования различных национальностей в пределах одного государства. Напряженность и конфликты возникают, прежде всего, на фоне социально-экономических трудностей и глубоких геополитических и ценностных трансформаций, которые пережива­ет граждане бывшего СССР»4.

Проблема формирования общеказахстанской нации как граж­данской общности приобретает вид проблемы формирования новой Национальной идентичности. В отсутствие или при неразвитости гражданского общества содержательно-смысловым контекстом идентификационных стратегий становятся ценности существова­ния «случайных индивидов» (Маркс) и активно-паразитически^ способ освоения социального пространства. Сущностная надлом­ленность транзитного общества, его цивилизационно-культурная маргинальность состоят в том, что экзистенциальная катастрофа здесь претворилась в общезначимость и исключительность самого примитивного, а потому и наиболее кризисного из всех возможных способов социальной идентификации личности: стратификацию по имущественному признаку и дифференциацию по этнической при­надлежности.

Между тем в современных условиях совершенно неизбежно про­исходит размывание традиционных этнических связей, преодоле­ние обособленности этнических общностей, ассимиляция людьми инокультурных ценностей и норм. Гражданское общество является оптимальной формой социального структурирования пространства свободного личностного развития, институционального утвержде­ния идей гуманизма, неотчуждаемых прав и свобод человека. Но оно не может сформироваться и полноценно функционировать в условиях, когда общество сегментировано на основе кровного прин­ципа, а не на социальных связях и социальном опыте его членов.

Многие исследователи отмечают, что ориентиром для самоопре­деления индивида в современном мире становится не его социальное положение, материальная обеспеченность и статус, а приобщение к соответствующей культуре. «Стремление защитить эту культуру и сложившееся на ее основе духовное единство с помощью государ­ства и других социальных институтов и организаций и составляет основную питательную почву и мотивационную основу современ­ного национализма»5. Необходимо уточнить, что это стремление квалифицируется как национализм, если оно принимает форму экс­пансии, навязывания своей культуры другим этническим группам, узурпации привилегий и властных полномочий.

В то же время, как утверждает ряд исследователей, существует принципиальное различие между двумя типами современного на­ционализма. «Евронационализм предполагает светское государство, основанное на универсалистских принципах гражданства; этнонационализм же ставит во главу угла культурную специфику»6. Это разли­чие порождает и соответствующие стереотипы восприятия друг дру­га сторонниками этих противоположных мировоззренческих схем. С точки зрения евронационализма, этнонационализм представляется примитивным, иррациональным, угрожающим; с точки зрения этно-национализма, евронационализм по-прежнему воспринимается как изначально колониальное по своей природе явление, в котором отсут­ствует человечность и общественная совесть. По мнению Дж. Кома-роффа (Comaroff J.L.), из борьбы между этими двумя идеологически­ми построениями рождается третья идеологема: гетеронационализм как «некоторого рода синтез, стремящийся вместить этнонациональную политику самосознания в рамки евронациональной концепции политической общности»7. Понятно, что подобного рода идеологема (в других версиях политического дискурса носящая название «мультикультурализм»), доводит до логически предельной формы пробле­му соотношения индивидуальных и коллективных прав.

Урс Альтерматт (Urs Altermatt), протестуя против этнизации политики, исходит из того, что «гражданское общество в Европе должно быть сконструировано на основе индивидуального права гражданина, а не коллективного права группы»8. По его мнению, основные гражданские права и права человека «упразднили примат коллектива».

Йозеф Шумпетер (Joseph A. Schumpeter), напротив, полагает, что процедурная демократия означает институционализацию группо­вых конфликтов.

Алан Турен (Alain Touraine) считает, что идею социального кон­фликта и идею ориентированного на ценности действия следует объединить. Тремя главными элементами общественной жизни яв­ляются:

-      субъект, взятый в дистанции от организованной практики;

-      совокупность культурных моделей;

-      общественные движения, которые борются за придание со­циальной формы культурным ориентациям.

По всей видимости, позиция французского социолога является наиболее взвешенной, и именно на поиски цивилизованных, прежде всего - политически-правовых форм взаимосогласования различных культурных ориентации должны быть направлены усилия по оптимизации кросс-этнических отношений в полиэтническом и мультикультурном сообществе. Рассуждения же о дистинкциях между «евронационализмом» и «этнонационализмом», поиски их примирения в форме опять же национализма, пусть и особого типа («гетеронационализма») лишь затемняют существо проблемы и уводят в сторону от ее практического решения.

Жесткое разделение людей по национальному признак}' ведет к ослаблению общегражданской идентичности и лояльности, создает условия для возможной дискриминации (В.А.Тишков)9. Монополи­зация власти, упрочение ее автономности от гражданского общества, усиление ее этнократической составляющей неизбежно оборачива­ются «беззаконием, хаосом и беспорядком, неисполняемостью зако­нов и вообще любых решений сверху, параличом государственных структур и кризисом, прежде всего, органов исполнительной вла­сти, засильем временщиков-казнокрадов, коррупцией и расцветом мафии»1 . Оставаясь на уровне культурно-национальной, а не граж­данской идентичности, этнические меньшинства будут интегриро­ваться в казахстанское общество через поиски «крыши», а коренной этнос искать преференции через систему трайбализма. В итоге про­играют все, потому что консолидация общества будет иметь в своей основе не гражданскую солидарность, подчиняющуюся формализ­му единого для всех закона, а кланово-бюрократическую.

Для формирования гражданской нации требуется одно строгое правило - соблюдение прав человека, гарантированных Конститу­цией. Права человека - «единственная область, определенно провоз­глашающая равенство всех перед законом без каких-либо отличий по полу, расе, цвету кожи, языку; религии, политическим убеждени­ям, социальному или национальному происхождению, принадлеж­ности к национальному меньшинству, судьбе, месту рождения или любому другому признаку» (Всеобщая декларация прав человека, статья 14).

Гражданское общество традиционно рассматривается как си­стема социальной атомистики. Государство при этом приобретает статус субъекта институционализации универсальных принципов, социальные группы - статус носителей своего собственного партикулярного смысла. Но это - фатальная ошибка традиционной кон­цепции. На деле статусом практической универсальности обладает не государство и не индивид как атомарный элемент формально-правовой структуры гражданского общества и субъект отношений вещной зависимости, а личность. Принцип личности трансцендирует и систему атомистики экономических индивидов, составля­ющих гражданское общество, и содержательную партикулярность ценностных систем сословно-социальных групп и объединений, и рассудочную всеобщность государственных институтов.

Совершенно очевидно, что чем более развитым и зрелым будет в Казахстане гражданское общество, и чем быстрее будет сформи­рована единая казахстанская нация, тем эффективнее само общество сможет на уровне локальных общин регулировать противоречия, ко­торые возникают в ходе общественного развития. Ведь гражданская культура предполагает приобретение человеком статуса гражданина, ответственного за свои решения и принимающего активное участие в принятие коллективных решений. Как справедливо утверждает Г.В. Малинин, политика возрождения подлинной гражданственности, укоренения в человеке духовности, достоинства (в т.ч. и националь­ного), его значимости для общества и ответственности перед обще­ством есть сущностное содержание национальной идеи, способной объединить полиэтническое население Казахстана в целостный со­циальный организм - нацию, единую в своем многообразии.

Примечания

1 После включения первым Президентом России Б. Ельциным в ежегодное президентское послание слов о необходимости формиро­вания гражданской российской нации (1994 г.) группа нациеведов в открытом письме «затоптала» (В. Тишков) эту идею. Однако 5 фев­раля 2004 г. в Чебоксарах второй Президент РФ В. Путин сказал, что есть все основания считать российский народ единой нацией

1 Тишков В.А. О нации и национализме. Полемические заметки // Этнос и политика: Хрестоматия. -М.: УРАО, 2000. -С. 142 - 143.

3 Социологический опрос был проведен Центром гуманитарных исследований в августе 2007 г. методом личного интервью. Было опрошено 1149 человек в гг. Астана, Алматы, Восточно-Казахстанской,  Карагандинской,  Северо-Казахстанской,  Южно-Казахстан-i ской, Атырауской областях.

4 Тишков В.А. Этнология и политика. - М., 2005. - С. 53.

5 Конфликты в современной России (проблемы анализа и регули-1 рования). - М.: Эдиториал УРСС, 2000. - С. 218.

6  Комарофф Дж. Национальность, этничность, современность ' политика самоосознания в конце XX века // Этничность и власть в полиэтнических государствах: Материалы международной конфе­ренции 1993 г. - М.: Наука, 1994. - С. 58.

7 Там же.-С. 60.

8 Альтерматт У. Этнонационализм в Европе. - М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 2000. - С. 20.

9 Тишков В.А. Этнология и политика. - С. 95.

10 Масанов Н.Е. Политическая и экономическая элита Казахстана // Центральная Азия и Кавказ, 1998, № 1. - С. 84.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение