Россия, Москва

info@ia-centr.ru

НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ КАК ФАКТОР КОНСОЛИДАЦИИ КАЗАХСТАНСКОГО ОБЩЕСТВА

27.08.2008

Автор:

Теги:
 

 

 

В настоящее время значение идей для развития обществ недоо­ценивается. Материалистическое понимание истории человечества всегда присутствовало во всемирной истории, но никогда прежде не было таким всесильным. Даже когда К. Маркс концептуально раз­рабатывал именно материалистическое прочтение бытия человека в мире, даже тогда признавалась сила идей. Ведь само материали­стическое видение исторического процесса является идеей матери­альной сущности деятельности человека. К. Маркс выдвигал идею; хорошо аргументированную, но идею. Известно также то огромное значение, которое придавал идее В.И. Ленин в «работе» с массами, а ведь он был весьма прагматичен.

То есть, люди, которые всеми силами стремились доказать зна­чение непосредственной практической деятельности и боролись с идеалистическим - имеющим идею в своей основе - пониманием сущности всего происходящего, эти люди реально высоко ценили и глубоко понимали значение идейных сторон жизни человека и общества, сами идейно мощно воздействовали на общество.

И вот сейчас, когда, казалось бы, с грубым материализмом покон­чено, мы сталкиваемся, да что там сталкиваемся, постоянно живем в атмосфере, которая насквозь пронизана духом торжествующей материи; значение идейного, идеального, духовного принижено до­нельзя, до исчезающе мизерного присутствия в мире и в человече­ском обществе. Казахстан не стал исключением в этом отношении. Как пел герой водевиля: « все ищут ответа, в чем главный идеал; пока ответа нету, копите капитал».

Однако, когда возникает потребность в объединении обществен­ных сил, когда надо прибегнуть к общественной поддержке, полити­ки всех уровней выдвигают те или иные идеи, с их помощью рассчи­тывая привлечь сторонников и исполнителей своих планов, говорят языком идейных символов, надеются на человеческое понимание и т. д. То есть, от эксплуатации прагматических возможностей идей современность не отказывается, но вникать в суть идейного содер­жания, понимать, что такое идея по существу, каковы возможности идеи в созидании новой реальности - всего этого знать не желает.

Естественно, что при этом слабо понимаются настоящие, так сказать, идейные возможности идеи. Идея, как свернутая сущность предмета или процесса, если к ней относиться адекватно ее содер­жанию, могла бы подсказать, что нужно делать, для того, чтобы до­стичь поставленной цели. Нет ничего плохого в том, чтобы ожидать от идеи практического успеха при ее реализации; в конце концов, для того-то идея и выдвигается, чтобы, следуя ей, достигать желаемого. Плохо то, что отрицается объективность идеи: и формулировать ее, и эффективно действовать согласно ей можно только тогда, когда она произрастает из потребностей той реальности, которую с помо­щью выдвинутой идеи желают развить или изменить. И воплотиться идея может только в адекватной себе реальности. То есть нельзя считать идею чем-то произвольным: возникло намерение - сформу­лировано желание - совершается действие - и вот вам результат. А затем удивляются: мы не того хотели, вы все делали не так, потому и не получилось. В структуре и содержании идеи присутствует зна­чительный пласт субъективного, вернее сказать, идеального, но эта «субъективность» должна быть обоснована объективностью, реаль­ной данностью. Идея по сути своей «переводит» реальность в иде­альную проекцию реального, а затем - после идеальной переработ­ки и перестраивания этой реальности внутри идеи - воплощается, уже идеально преобразованная, в новую реальность. Идея может пониматься как «посредник» между двумя реальностями: исходной и итоговой, возникшей в процессе реализация идеи.

Когда мы желаем с помощью идеи преобразовать реальность в нужном для нас направлении, мы должны все сказанное выше иметь в виду и соответствовать указанным требованиям.

Конкретизируем эти общие методологические принципы в от­ношении национальной идеи. Какова та реальность, которая нуж­дается в формировании национальной идеи? Из какой реальности национальная идея порождается, идеальным выражением каких реальных процессов и запросов национальная идея является? Сущ­ность каких процессов национальная идея отображает? Какова та реальность, изменение которой произведет реализация националь­ной идеи? Наконец, чего мы ожидаем от национальной идеи?

Реальностью, из которой порождается национальная идея, яв­ляется вся совокупность общественных и государственных отно­шений Республики Казахстан. До какого-то уровня эта реальность развивалась на иных путях и иными средствами, но теперь она нуж­дается в существовании национальной идеи. Почему нуждается, и нуждается ли в самом деле? Думается, процессы национально-государственного строительства, экономического развития и фор­мирования новой системы международных отношений достигли в Республике Казахстан такого уровня, когда казахстанскому обще­ству и властным структурам Казахстана необходимо определиться "о целому ряду принципиальных условий дальнейшего развития. И национальная идея оказывается как раз таким средоточием реальноидеальных концептуальных основ общественно-государственно­го бытия, в котором в свернутом виде содержатся и стоящие перед нами проблемы, и способы решения этих проблем. Национальная идея только на первый взгляд представляется простым и очевидным отображением пусть важной, но ситуативной и временной ситуа­ции, сложившейся в какой-то определенный момент времени. На са­мом деле национальная идея является концентрированной историей и проектом будущего одновременно. Вследствие такой глобальной значимости национальной идеи надо быть очень осмотрительным и осторожным при ее выдвижении и формировании ее содержания.

В последнее время в Казахстане много говорится о мобилизи-рующем потенциале национальной идеи. Национальная идея, без­условно, обладает таким потенциалом. В этом состоит одна из ее существеннейших функций. Национальная идея и выдвигается для консолидации самых разных слоев общества с целью его мобилиза­ции на решение очень крупной задачи, стоящей перед обществом и государством.

Вокруг национальной идеи Казахстана ведутся, нельзя сказать, что жаркие, но дискуссии. Круг дискутируемых вопросов доволь­но широк: нужна ли национальная идея Казахстану или не нужна; в чем может состоять ее значение и смысл; каково ее содержание; как она связана с нацией и с реальным этническим многообразием, имеющим место в Республике Казахстан; имеется ли связь содержа­ния национальной идеи с традиционными этническими ценностя­ми; входят ли в состав национальной идеи ценности религиозного характера или в светском государстве, каковым является Казахстан, содержание национальной идеи должно быть освобождено от рели­гиозной окраски, т.е. быть секулярным и т. д.

Мировой опыт показывает, что национальная идея возникает там и тогда, где и когда перед страной встают задачи консолидации всех ее сил: политических, экономических, культурных, духовных, народных во всех позитивных формах их проявлений, консолида­ции для выполнения задачи гигантской сложности - осуществления принципиально нового этапа в ее развитии. Таким образом, наци­ональная идея не является каким-то вымыслом тех или иных сил в обществе; она не является и ареной противостояния этнического, языкового, культурного, мировоззренческого - вообще любого про­тивостояния: национальная идея может только объединять, если же она разъединяет, то это уже не национальная идея. Иначе сказать, сущность национальной идеи состоит в ее консолидирующей силе. А уже затем эта идея, почти по классику, овладевает массами и ста­новится реальной силой истории.

Из такого понимания сущности национальной идеи нам и сле­дует исходить, отвечая на любой из поставленных вопросов. Нуж­на ли нам национальная идея или нет - ответ очевиден: если мы находимся на переломном этапе истории, если перед нами встают задачи принципиального реформирования страны то да, нам нуж­на национальная идея, если же не находимся, то такая идея нам не нужна; если мы для рывка в своем развитии желаем опереться на традиционные ценности, усматривая в них энергию для рывка, то да. наша национальная идея должна опираться на традиционные ценности, но если мы желаем совершить рывок на другой «энер­гетике», например, смеси рыночных возможностей и демократиза­ции общества в сотрудничестве, скажем, с США, то национальная идея должна содержать уже во многом иные ориентиры. Если мы глубоко религиозный народ, то как нам миновать религиозные цен­ности и вообще религиозный контекст в нашей национальной идее? А если мы мало или формально религиозны, то зачем нам прибегать к религиозной риторике и затмевать сущность нашей национальной идеи этими ценностями. Аналогично мы получим ответы и на иные вопросы, стоящие перед нами в связи с задачами формирования на­циональной идеи. При этом многие сложности с формированием национальной идеи исчезают, так как здесь и сложностей-то нет, они искусственны; национальная идея может долго вызревать, но возникает почти спонтанно - если она действительно национальная идея, а не ложный идейный посыл с какой-то иной, не националь­ной целью.

Однако имеются несколько принципиальных вопросов в этой сфере, от того или иного решения которых зависит все наше понима­ние сути национальной идеи. К таким вопросам относится, напри­мер, следующий: что есть нация в контексте национальной идеи? Какова нация в многоэтнических обществах, или нет многоэтнических обществ, а есть одна доминирующая нация и «диаспоры»? Как во втором случае должны относиться к национальной идее доми­нирующей нации эти самые «диаспоры»? Принимать ее как свою? Но для этого она и должна быть своей; а, следовательно, данная на­циональная идея должна отображать интересы и чаяния не только доминирующей нации, но и иных этнических групп - так мы вновь приходим к необходимости именно общенациональной идеи.

Или такой вопрос: каково соотношение национальной и государ­ственной идей? Имеется достаточно распространенная точка зрения, согласно которой в многоэтнических обществах (казахстанском, на­пример) каждая значительная этническая группа - будь она государ-ственнообразующей или нет, обладает своей национальной идеей: казахской, русской, немецкой и т. д., но при этом в стране не может быть казахстанской национальной идеи, а может быть только казах­станская государственная идея. Определенное противоречие здесь имеется. Но это противоречие снимается на путях построения еди­ной нации на основе общего для казахстанцев гражданства. При этом общенациональная идея одновременно является и государственной. Здесь есть над чем поразмыслить, но не очень долго, так как, когда время требует формирования национальной идеи, промедление мо­жет быть опасным. Вообще следует помнить, что народ не может длительное время существовать без национальной идеи.

Вот что примерно по этому же поводу пишет автор программной статьи «Наша идеология», открывая российский сайт «Националь­ная идея». «Отсутствие национальной идеи как совокупности наи­более общих и высоких целей нации, а также путей их достижения, делает невозможным существование самой нации, превращая ее в скопление отдельных индивидов, проживающих в данный момент в пределах границ одного государства. Разумеется, для решения своих маленьких сиюминутных задач, да и просто для общения с другими близкими по духу индивидами, они могут объединяться в «коллективы», но и в этом случае единственным, что объединяет и заставляет действовать сообща, будут групповые интересы этого «коллектива» (семьи, этнической общины, банды, партии, клуба по интересам, бизнес-структуры, общественной, культурной или рели­гиозной организации и т.п.). При этом никто не собирается жертвовать этим «маленьким счастьем» (своего «микроколлектива» и сво­им личным) ради чего-то ОБЩЕГО. Именно здесь корень наших бед последних полутора десятилетий, корень нашей нынешней слабости и разобщенности, делающей Россию неспособной противостоять внешним и внутренним вызовам. И только признаваемая большин­ством населения национальная идея даёт людям то, ради чего стоит рискнуть «синицей в руках». А значит дает нации в целом возмож­ность не только уцелеть при нынешней все более явной угрозе уни­чтожения России, но и реализовать заложенный в ней потенциал на благо ВСЕМ ее гражданам. Таким образом, можно утверждать, что без национальной идеи, по сути, нет нации. Национальная же идея формулируется, исходя из осознаваемой большинством нации Об­щей цели, а кроме того в соответствии с исторически сложившимся менталитетом нации и ее традиционными духовно-нравственными установками, иначе она просто не будет воспринята»1.

Национальная идея обладает консолидирующей общество функ­цией. Хотя бы потому, что национальная идея может существовать в качестве таковой только тогда, когда она принимается подавляю­щим большинством нации. На наш взгляд, имеется достаточно есте­ственный путь формирования содержания общенациональной идеи. Предельно кратко этот путь таков. Необходимо проанализировать интересы разных этнических и социальных групп Казахстана и кон­солидировать их в национальной идее. На этом же пути объективно созидается и национальная идеология.

Об общегосударственной идеологии Казахстана следует сказать подробнее, хотя бы потому, что, как только будут сформулирована в общих основах национальная идея, тотчас же встанет вопрос и об идеологии, так как с позиции государства идея нации о себе самой является этапом к идеологии - и нам думается, что так оно и есть.

В отношении идеологии в последнее время сказано настолько много неприязненных слов, что как бы и говорить о ней неудобно. Однако мы со всей определенностью хотели бы подчеркнуть, что государство для своей целостности нуждается в идеологии. У нас получили хождения концепции, согласно которым идеология ведет к тоталитаризму, так как она обосновывает этот тоталитаризм. Это полная чушь. Просто есть тоталитарная идеология, а есть идеология свободного мира и демократии. Можно предположить, что против нас осуществлена идеологическая диверсия, в результате которой мы отказываемся от любой идеологии в то время, когда другие стра­ны ее развивают. Этот тезис можно было бы достаточно пространно развить, но мы сошлемся на А.С. Панарина, который кратко, но ясно провел эту мысль.

«Ни одна страна не может жить и быть устойчивой без идеоло­гии: государство - это коллективное «мы», обладающее более или менее прочной идентичностью. Не нужно думать, что коллективная идентичность - некая изначальная данность. Например, рабочие почувствовали себя социальной общностью - классом, поверили в свое призвание, осознали единство интересов и исторической судьбы благодаря марксистской идеологии. До середины XIX века они идентифицировали себя в лучшем случае по профессионально­му признаку: металлурги, шахтеры, ткачи...То есть, коллективная идентичность в значительной степени рукотворна. И государство, чтобы обладать прочной идентичностью, нуждается в идеологии. Американцы, например, живут с очень мощным идеологическим сознанием, они знают коллективное «мы». И при этом другим на­вязывают деидеологизацию, утверждают, что идеология устарела, что общества как единого целого нет, а есть лишь сумма индивидов. То есть себя они конструируют как некий бронированный кулак, во­круг же хотят иметь рыхлые, псевдонациональные образования, не обладающие коллективной идентичностью»2.

Глобализация, как известно, с одной стороны, размывает на­циональную идентичность, нивелируя национальное как таковое, но, с другой стороны, глобализация же и провоцирует всплеск на­ционализма, как самоопределения нации в условиях утраты иден­тичности. Этот, как можно видеть, внутренне противоречивый процесс определяет «пространство возможностей» национально­го самоопределения. Пока нет более мощного процесса, детерми­нирующего самоидентификацию, национальность и даже этничность будут оставаться ведущими факторами самоопределения. Но уже даже и мировые религии встают над этничностью, обращаясь ко всем людям вне зависимости от их национальной принадлежности. Можно ожидать, что уже в самое ближайшее время процессы национальной самоидентификации придут в противоречие с собой же, так как, хотя национальная идентичность и глубже этнической, но и та и другая уже исчерпывают свой потенциал. Мы видим эти противоре­чия на примере развития Европейского Союза, когда общеевропей­ская идентичность все никак не может сложиться, ибо на каждом шагу натыкается на стремление граждан европейских государств сохранить свою собственную национальную идентичность, которая, в свою очередь, становится тормозом дальнейшей интеграции Евро­пы. В тех случаях, когда фиксируются именно такие противоречия, неизбежен прорыв в новую реальность, которая устраняет зашедшее в тупик и кажущееся неразрешимым противоречие совершенно но­вым способом, который еще вчера представлялся немыслимым.

Что же касается процессов формирования в этом контексте казахстанской идеологии, то мы видим следующий путь восхождения к ней. На первом этапе необходимо аккумулировать идеи самых разных этнических и социальных групп Казахстана о самих себе, их интересы и предпочтения. Затем интегрировать эти идеальные образы групп о себе. Затем придать этой уже общей идее импульс, ибо национальная идея, в отличие от просто некой идеи, должна быть динамичной, находящейся в движении, способной к развитию, к наполнению новым, актуальным содержанием. В качестве такого импульса можно взять энергию стремления достижения достойной цели (попутно заметим, что ничто не мешает нам в качестве такой цели взять тезис Президента Республики Казахстан о вхождении Казахстана в число 50-ти конкурентоспособных государств мира - в теоретическом отношении препятствий для такого именно тезиса нет - встает, впрочем, задача найти адекватную форму достижения этой цели). Так мы придем к национальной идее. И уже далее вокруг национальной идеи надо надстроить многообразие связей этой идеи с задачами и реальными потребностями казахстанского общества и способами их удовлетворения. В совокупности, этот массив и будет национальной идеологией, причем не выдуманной, а истинной для Казахстана.

Примечания 1 www.ncidea.ru : Панарин А. С. Интервью газете «Трибуна», 2003, 3 марта


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение