Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Эдуард Полетаев: Казахстан: Борьба вокруг символов Победы и этноцентрическое восприятие истории. Ч.2

20.05.2015

Автор:

Теги:

 

 Транскрипт выступления политолога, руководителя Общественного фонда "Мир Евразии" Эдуарда Полетаева (Алма-Ата, Казахстан), которое состоялось на девятом заседании Экспертного клуба "Урал-Евразия" по теме "Великая Отечественная война: Уроки истории и общая память",  Екатеринбург.

   

 

История Великой Отечественной войны и оценка итогов очень сильно влияют на восприятие этой гражданской идентичности. В той же Украине, например, где именно по разности оценки событий ВОв граждане страны друг друга недолюбливают. Страна находится в состоянии гражданского конфликта, потому что не знаю, насколько можно назвать гражданской войной то, что происходит на Донбасе и в Луганщине. Проблематика сохраняется. Более того, после того, как силы ДНР и ЛНР начали использовать георгиевскую ленту как символ сопротивления, в казахстанском и кыргызском сегменте "Фейсбука" отношение к ней резко изменилось. И сегодня ее воспринимают, в первую очередь, как политический, даже имперский символ. Поэтому можно сказать, что если бы не было того, что произошло на Украине, в Казахстане и Кыргызстане, на мой взгляд, так сильно бы не возмущались и не интерпретировали значимость этого символа Победы.

 

Еще характерный пример, связанный с Героями Советского Союза, которые являются казахстанцами, - в Казахстане до сих пор не определено точное количество Героев Советского Союза. И дело здесь не в учебниках и исследованиях профессоров - нет определенного регламента, как считать Героев Советского Союза казахстанцами. Кто-то призывался, допустим, с территории Казахстана, казахстанским райвоенкоматом, кто-то являлся по рождению казахстанцем, но призывался в другой республике, кто-то получил Героя Советского Союза не во время Великой Отечественной, а позже. 

 

В разных источниках на официальном уровне существует несколько цифр, причем количество Героев Советского Союза растет: в советские годы их было 497, во всяком случае в музее истории Казахстана насчитывается именно столько фамилий, потом их стало около 500, затем 518, 523, 528, а сейчас называется цифра 535. Сколько их всего на самом деле, никто не знает.

 

Причем каждое из государств пытается приписать героев себе. Недавно в одном из украинских изданий я наткнулся на статью, где Казахстан отмечен как страна, которая дала только одного дважды Героя Советского Союза, хотя у нас официально их насчитывается четверо. Один из них, алматинец Сергей Луганский, дважды Герой Советского Союза, отмечен как украинец, поскольку у него фамилия оканчивается на "ий", хотя к Украине он не имеет отношения. Талгат Бегельдинов - Казахстан и Кыргызстан все не могут определиться, чей он. Обе страны его почитают, поскольку родился он формально в Казахстане, но рос и воспитывался в Бишкеке, тем более в Кыргызстане дважды Героев Советского Союза, кроме него, нет. Поэтому Кыргызстан за него крепко держится. Есть еще один выходец из Костанайской области Леонид Беда, после войны он был членом ЦК Компартии Белорусской ССР, дважды депутат Верховного Совета, похоронен в Белоруссии. В честь него там есть и улицы, и памятники, но поскольку он призывался с Костанайской области, Казахстан считает его своим.

 

Я уже говорил, что, на мой взгляд, такие споры ни к чему хорошему не приведут с той точки зрения, что историческое прошлое не должно рассматриваться по частям. Это наша общая победа, поэтому идея всех этих памятных мероприятий в том, чтобы последствия войны сохранились в памяти. Как бы то ни было, мы не избежим и не сможем избежать того, что будет писаться новая история в каждом из независимых государств. Нам, экспертам и журналистам, нужно способствовать тому, чтобы  она не противостояла старой, а гармонировала с ней, потому что это все-таки подвиг народа, об этом нельзя забывать. А пока получается так, что у каждой из политических элит своя победа на уме.

 

На смену ветеранам сегодня приходят различные реконструкторы, которые также в определенной степени превращают эту память в какое-то развлечение, шоу. Посмотрите на киноискусство, это идеологический фронт, на котором происходят достаточно серьезные бои. Во-первых, наше общество начинает разделяться на тех, кому нравятся или не нравятся последние фильмы, связанные с войной, например, римейк "А зори здесь тихие". Или самый последний скандал, фильм «Номер 44», который запретили в России. По этому поводу было очень жесткое выступление министра культуры России Владимира Мединского, после этого и в Казахстане прокатчики отказались брать этот фильм, как и в некоторых других странах, насколько мне известно, например, в Белоруссии.

 

То же относится к видеоиграм, в которых также дается много информации. И у нас это явление пока не слишком оценено с точки зрения влияния на патриотическое и идеологическое воспитания молодежи, как оно к этому всему будет относиться.

 

Всем известно, в условиях того, что сегодня человек вынужден переваривать гораздо больше информации, чем двадцать лет назад, и все это не укладывается в голове, миром правят стереотипы. И эти стереотипы очень тяжело победить. Кто-то считает себя величайшей жертвой внешних обстоятельств, как страны Балтии и Украина, где в официальной историографии заявлено, что Сталин и Гитлер решили сделать что-то нехорошее с этими государствами. Да, мы, Казахстан, Кыргызстан, Российская Федерация и Белоруссия, выступаем в качестве наследников Победы, а кто-то позиционирует себя как первую жертву, как Чехия и Польша. Кто-то показывает историю войны как обстоятельства, от которых было некуда деваться, - это такие страны, например, как Болгария, Венгрия или Словакия, которые фактически были фашистскими союзниками в период Великой Отечественной войны.

 

Опять вернусь к георгиевской ленточке. Это, как я уже говорил, все-таки символ определенных политических пристрастий, стал многомерным и поменял свое первоначальное значение как лента памяти. И в Казахстане разговоры о ней начали сравнивать с войной остроконечников с тупоконечниками из «Путешествий Гулливера» Джонатана Свитфта. Это все смешно, но аллегория хоть и обозначает бесполезную идеологическую войну, на самом деле за этим всем скрывались настоящие войны, которые вели католики с протестантами в Британской империи. И, конечно, не хотелось бы, чтобы и нашим потомкам лет через 100-150 донеслось таким усеченным аллегорическим образом то, что происходило у нас в середине ХХ века на евразийском земле.

 

Пока ветераны живы. В Кыргызстане более тысячи человек, в Казахстане 6300 человек, дай бог, чтобы к 80-летию Победы хоть часть из этих ветеранов дожила. И, конечно же, не хотелось бы, чтобы политические идеи пиарились на этой трагедии.

 

Память о Героях Советского Союза

 

Еще одна проблема, которую я вижу, чтобы оставить память потомкам на примере Казахстана, среди известных военнослужащих Героев Советского Союза, а их более пятисот человек, как мы знаем, на слуху имена всего лишь нескольких десятков из них, - это те, кому поставлены памятники, в честь кого названы улицы, школы, парки, площади и т.д. Далеко не все из этих пятисот человек где-то отмечены географически, хотя многие имеют очень необычную воинскую судьбу. В Казахстане о них очень мало знают, и я считаю это достаточно серьезной проблемой.

 

Еще в советской историографии так сложилось после 1945 года, что не все Герои Советского Союза были информационного обеспечены. В Казахстане есть интересный человек Мукатай Абеулов, Герой Советского Союза. Он воевал в Кубанском казачьем кавалерийском корпусе, т.е. это был казак казах. Или самый первый казахстанец Герой Советского Союза украинец Кузьма Семенченко, генерал-майор танковых войск, - о нем тоже в Казахстане практически ничего неизвестно, хотя он первый казахстанский герой ВОВ. И единственный кореец, который был Героем Советского Союза, Александр Мин. Он был призван с территории Казахстана, хотя до этого в 1937 году он с семьей был депортирован с Дальнего Востока.

 

Пересмотр итогов Великой Отечественной войны с исторической перспективы

 

На мой взгляд, итоги пересмотра и разные оценки Великой Отечественной войны начались сразу после 1945 года. Может быть, в 1946-47 годах. Та холодная война, которая пошла после победы над Японией в сентябре месяце, носила серьезный идеологический характер, как мы знаем. На карте бывшей Германии появились ГДР и ФРГ, это имело существенную значимость для того, чтобы страны НАТО и Варшавского блока меняли свое отношение к итогам Великой Отечественной войны.

 

Советский Союз на тот момент имел гораздо большую идеологическую мощь и влияние в мире, и попытки пересмотра итогов войны все-таки были нейтрализованы. А когда наступил период «дикого рынка» после 1991 года, когда люди потерялись, перестали верить в идеологические ценности, в общество, даже в себя, а по телевизору показывали такие сериалы, как «Санта-Барбара», где норм поведения фактически не существовало, семейные ценности были разрушены и на фоне красивой жизни допускалось многое, это привело, скажем так, к определенной идиосинкразии по отношению к патриотизму, к идеологическим ценностям.

 

И в итоге сейчас молодежи порой приходится объяснять буквально на пальцах последовательность политических событий и разницу между политическими строями СССР и Германии. Многие просто-напросто забыли, что нацизм – это на самом деле форма рабовладения, по цепочке исторического развития это шаг назад, фактически низшие расы должны работать на низшие. А здесь, как Асель отметила в своей презентации, говорят о каком-то развитии языков малых народов, это, конечно же, глупо.

 

Нельзя забывать, что сама цивилизованная Европа, между прочим, и в том числе державы-победительницы, - все до Второй мировой войны были рабовладельцами. Это страны-колонизаторы, которые держали в своих руках Африку и Азию. А парад деколонизации начался, пожалуй, с Индии, которая получила независимость только в 1949 году. Основная масса государств получила ее в 1960-1970-х годах. И когда нашу роль в истории принижают, мы всегда забываем о том, что это говорят те же империалисты и колонизаторы, по сути дела.

 

Для нас Великая Отечественная война в идеологическом смысле имеет другое значение. Только Казахстан на фронтах Великой Отечественной войны потерял столько же жителей, сколько Франция и Англия вместе взятые, - более 300 тысяч человек. Это не говоря о потерях России, Украины и Белоруссии. Хотя если считать в процентном соотношении, конечно же, эти проценты будут несколько различаться в зависимости от того, какая республика бывшего Советского Союза находилась на фронтах боевых действий. Если мы республики тыловые, понятное дело, что процент погибшего населения будет меньше, поскольку из наших людей страдали и погибали только так называемые комбатанты, а не мирное население, а люди призванные. Гражданское население разве что от других невоенных причин могло нести потери. В то время как на территории, подконтрольной фашистским формированиям, было уничтожено огромное количество гражданских лиц, это вопрос, конечно же, другой.

 

Опять же, стоит ли акцентировать внимание на том, кто потерял больше, кто меньше, ведь страна была одна, и никто не мог гарантировать в начале 1940-х годов, например, что Япония не нападет на Советский Союз. Ведь на Дальнем Востоке держали огромное количество советских частей, и тогда, допустим, Хабаровский и Дальневосточный край могли тоже оказаться страшно подкошенными в человеческих жертвах. Но оказалось так, что они были глубоким тылом. Никто не мог гарантировать, например, что на Среднюю Азию каким-то образом нападут союзники Германии. Хотя Западный Казахстан все-таки подвергался бомбардировкам, где находились Эмбинские нефтяные месторождения, - туда долетали фашистские самолеты, т.е. частично Казахстан был в зоне военных действий.

 

Философия истории

 

Также я хотел сказать по истории, что сейчас по этой науке задается очень много вопросов, потому что она, как мы знаем, неоднократно переписывалась. Мы знаем, что эту науку делают люди, и такого, как в математике, два плюс два равняется четырем, здесь никогда не будет. Это зависит от идеологических предпочтений: бывает и пять, и три, и восемь, и четыре.

 

Конечно же, правдой необходимо считать то, что признано большинством профессионального исторического сообщества, хотя в последнее время появилось много различных терминов, которые характеризуют так называемую псевдоисторию, ее иногда называют фолк-историей (народная история), анти-историей, и лже-историей, и масс-историей, и самодеятельной историей, - сколько угодно терминов. «История для народа» - это успешные коммерческие проекты, которые появились после развала Советского Союза и сильно дезориентировали общество. А такие тонкие фальсификации могут опровергнуть только профессиональные историки.

 

И сегодня появилось огромное количество «трудов», связанных с Великой Отечественной войной. Псевдоисторики в своих книгах, телепередачах по сути дела используют литературные приемы и претендуют даже на научность, но на деле производят литературно-публицистические творения. Есть художественный замысел, потом появляется тенденциозный набор различных фактов, чтобы, согласно канонам беллетристики, все от начала до конца было интересно.

 

И все это в киноискусстве, в художественной литературе популяризируется очень сильно. Вот зайдите в книжный магазин что в Казахстане, что в России и посмотрите, сколько там учебников по политологии или книг по политике, которых, как правило, всего несколько штук, и сколько посвящено книг различным историческим событиям в художественном исполнении, это достаточно большое количество изданий. И в итоге под этой псевдонаучностью, под этим наукообразием додумывается фальсификация истории.

 

Ведь фальсификация истории не всегда происходит сознательно, она может быть сделана из каких-то коммерческих соображений того или иного автора, чтобы громко заявить о себе. Нет у нас наказания за преднамеренное искажение каких-то исторических фактов, исторической правды, за подтасовки и т.д. Показательным в этом смысле является интерент-мем «британские ученые», когда журналисты со ссылкой на так называемых «британских ученых» публикуют различные околонаучные факты, которые настолько удивительны, что их никто и проверять не собирается. А ведь среди таких «британских ученых» появилось очень много историков в последнее время, которые также за уши притягивают те или иные факты, чтобы СМИ об этом говорили и публиковали.

 

Культура памяти на постсоветском пространстве и за рубежом

 

В целом культура памяти на постсоветском пространстве отличается от того, что имеет место быть в Восточной Европе, и мы часто не понимаем друг друга. Поскольку мы жили в мощном государстве, в державе, то у нас осталась мемориальная и монументальная культура памяти: это огромные стелы, высотой с десятиэтажные дома, это Вечные огни, различные мощные изваяния, чего стоит одна Родина-мать в Волгограде, которая выше Статуи Свободы. И как это воспринимается новым поколением, этот вопрос также до сих пор не исследован.

 

Монументальная культура памяти лучше воспринимается в более жестком режиме или, как сегодня модно говорить у демократов, в тоталитарном государстве. Она, например, по сей день характерна для Северной Кореи. Огромные монументы не являются символом западного образа жизни. К примеру, когда к власти в Грузии пришел Саакашвили, он огромный монумент в Кутаиси, посвященный подвигам грузин в Великой Отечественной войне, просто-напросто взорвал динамитом. И на этом месте он поставил новое западное здание Парламента со стеклянными крышей и стенами. Это говорит о том, что западные ценности монументализма не признают, они его боятся.

 

К примеру, недавно я читал исследование, которое пару лет назад выпустил Российский институт стратегических исследований, и там были исследованы учебники стран Восточной Европы и бывшего Советского Союза. К примеру, учебники истории Болгарии, где советской версии истории особо не противятся, которая была чуть ли не шестнадцатой республикой Советского Союза, хотя во время Великой Отечественной войны они формально воевали на стороне Германии, отхватили даже кусок земли у Македонии, пока была возможность.

 

Болгария – страна, где длинные тексты не любят, неслучайно у них жителям целого города Габрово посвящены различные анекдоты. Поэтому у них история для лучшего восприятия представлена в виде карикатур – все, что касается войны и трагических, с нашей точки зрения, событий. Для нас это может восприниматься даже кощунственно, но для Болгарии это вполне адекватно.

 

Когда-то и у нас историю гражданской войны по анекдотам читали и учили, если кто помнит, во всяком случае люди моего поколения. Хотя культура комикса, например, на постсоветском пространстве не приживается, у нас журналы с комиксами не пользуются коммерческой популярностью, а в Америке они миллионными тиражами расходятся и люди предпочитают читать не тексты, а именно рисунки, особенно те же самые американцы или часть европейцев.

 

Этим я хочу сказать, что понимание истории и оценка Великой Отечественной войны необходимо учитывать менталитет и образность восприятия, которые отличаются в разных странах мира, и как-то думать над этой проблемой.

 

Положительная тенденция

 

С другой стороны, есть и положительная тенденция, я рад, что она существует – увеличивается меморализация истории Великой Отечественной войны. Есть ряд мемориальных законов, которые появились после 1945 года. Сначала еврейская диаспора пролоббировала закон о наказании за отрицание холокоста, массового уничтожения евреев. В России, как вы знаете, недавно появился закон о запрещении пропаганды фашизма на территории Российской Федерации.

 

Таким образом, законодательство ограничивает своими рамками такие оценки исторических процессов, которые не соответствуют каноновым, устоявшимся представлениям. Хотя уже много кто не помнит, что когда-то 9 мая не был праздничным днем и не отмечался, зато был день победы над Японией, который отмечался третьего сентября.  Только после двадцатилетия победы во время правления Леонида Ильича Брежнева начали широко отмечать 9 мая.

 

И смотрите, какая тенденция начала существовать: количество так называемых городов-героев с каждым годом увеличивалось, чем дальше была война. Потом в России появилась тенденция присваивать звание «город воинской славы», их уже большое количество и может стать еще больше. Недавно на одной из конференций представители Азербайджана просили сделать городом-героем Баку, который внес большой вклад в обеспечение Победы. Это было на самом деле так, чего стоила одна бакинская нефть, без которой было бы очень сложно. 

 

Я помню, что год или два назад была инициатива от ветеранов нашего города наделить Алматы статусом города, который сыграл большую роль в Победе. В конце концов в Алма-Ате было очень много эвакуированных предприятий, и тыловые заводы много давали фронту.

 

На мой взгляд, эта тенденция по сохранению памяти о войне будет продолжаться и не забудется после семидесятилетия Победы. Как сказал кто-то из великих: «Могилы солдат – самый убедительный призыв к миру», и пока они будут существовать, сомневаться в этом вряд ли стоит.

 

Адекватное восприятие истории – это очень важная идеологическая ценность, о которой двадцать лет назад в наших странах еще никто не говорил, но сейчас она очень существенна. Это понимают и идеологи, судя по тому, что этим темам уделяется очень много внимания в СМИ.

Спасибо за внимание! 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение