Россия, Москва

info@ia-centr.ru

ИГИЛ-Центральная Азия: "угроза реальная, а не мифическая"

09.10.2014

Автор:

Теги:

  В Москве состоялся «круглый стол» по теме «Вступление Турции в войну с исламистами в Сирии и Ираке: возможные последствия». По итогом мероприятия корреспондент сайта ИАЦ попросил прокомментировать влияние ситуации на ближнем Востоке на центрально-азиатский регион эксперта Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) РФ Пётра Стегния  и президента Российского общества солидарности и сотрудничества с курдским народом Юрия Набиева.

Как вы оцениваете угрозу со стороны Исламского Государства для Кавказа и Центральной Азии?

Ю. Набиев: Сейчас это угроза не только для Кавказа и Центральной Азии. Во всяком случае, такая угроза существует. Приведу пример. Вот буквально несколько дней назад прошла информация, что в Азербайджане арестованы 26 боевиков, которые вернулись к себе на родину. Кроме того, один из лидеров ИГИЛ, который славится своей жестокостью, Умар аш-Шишани, этнический чеченец, - из Грузии. Конечно, мы знаем, что из стран СНГ там очень много представителей – из Центральной Азии, из Северного Кавказа. По возвращении они могут очень много чего натворить. Я думаю, что угроза не мифическая, а вполне реальная и к ней надо быть готовыми, координировать свои действия с международным сообществом, для того, чтобы не допустить реализации угрозы.

П. Стегний: Угроза, конечно, присутствует в этом направлении, особенно с учётом того, что Айман аз-Завахири из Аль-Каиды, не из Исламского Государства, публиковал какое-то время назад карту халифата – и там Имарат Кавказ присутствует. Мы прекрасно помним, что какие-то идеи вызревали у экстремистов на этом направлении в течение длительного времени. Я уверен, что опыт демократического развития России, включая компоненты Северного Кавказа, достаточен для того, чтобы зрело подойти к этой угрозе, нейтрализовать уже на самом начальном этапе.

Хотя ни в коем случае нельзя утрачивать бдительность. Параметры угрозы пока не очень ясны. Неясно, до какой степени привлекательна практика Исламского Государства для населения. Конечно, очень насторожило то, что суннитские деревни в долине Тигра и Евфрата в рекордно короткие сроки легли под Исламское Государство. Этот фактор нуждается в осмыслении. Иногда мне кажется, что потенциальная сила этого круга идей заключается в том, что это региональный ответ на попытку экспорта западного образа жизни, в рамках демократического переформатирования в регионе. Если это так, если Запад окажется близорук, допустит дальнейшее развитие этой тенденции, то это будет проблема, потому что это будет борьба идей. А с идеями оружием не поборешься.

Каковы, по-вашему, риски того, что члены движений Исламское Государство или Талибан, допустим, из стран Центральной Азии или Кавказа, вернувшись к себе на родину, могут повлиять на формирование новых экстремистских организаций и усиление террористической угрозы в регионе?

П. Стегний: Конечно, такая опасность есть, не только в отношении России. Мы знаем уже конкретные случаи участия экстремистских группировок из стран Центральной Азии, Европы, США – этот палач, который рубит головы, тоже говорит с лондонским акцентом, поэтому эта опасность, конечно, имеет глобальный размах. Вывод один: надо думать над конкретной проблемой, не над внешними признаками, а над причинами, а именно - почему ситуация в регионе разворачивается в сторону радикализации.

Как вы считаете, какие инструменты могут задействовать страны Кавказа и Центральной Азии для поддержания безопасности как на внутригосударственном, так и на межгосударственном уровнях? И может ли для этого быть использован потенциал ОДКБ и ШОС или нужно искать новые форматы?

Ю. Набиев:  Насколько я знаю, и ОДКБ, и ШОС на последней встрече говорили об этом и решения в этом отношении приняты. Я уже упомянул, что это не региональная, а глобальная угроза. И у нас в России, несмотря на такие сложные отношения с Западом и с США, есть понимание, что эту заразу можно искоренить только координируясь, только совместными усилиями. Мне кажется, это вопрос времени и политической воли. На мой взгляд, по линии спецслужб работа идёт – обмен информацией и т.д. Я знаю, что и с ближневосточными странами, в частности, с курдским регионом, где очень сильны спецслужбы, идёт рабочий контакт и обмен информацией.

Какова ваша оценка риска распространения исламизма в центральноазиатских обществах, особенно – среди молодёжи?

П. Стегний: Риск достаточно существенный. Но я думаю, что за годы демократического развития мы накопили достаточные силы для того, чтобы нейтрализовать эту угрозу. Это я говорю о России. Что касается наших партнёров в Центральной Азии, я знаю, что в целом ряде стран очень внимательно относятся к этой угрозе, в Узбекистане, допустим, хотя от этого она меньше не становится, потому что взаимосвязаны все проблемы – Исламское Государство, Талибан… Чем меньше будет двойных стандартов, тем спокойнее у нас  всех будет на душе.

текст: Александра Нагиба 


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение