Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Кланы и тарикаты в Чечне

05.05.2014

Автор:

Теги:

Традиционное чеченское общество переживает сейчас сложный процесс интеграции в сложившиеся в XX-XXI веках межнациональные и общественные процессы. Трансформации, зачастую проходящие под серьезным влиянием извне, неизбежно разрушают и оставляют в прошлом исторические формы существования чеченского народа, его интереснейшие внутренние связи. "Вестник Кавказа" рассказывает о некоторых особенностях организации чеченского (шире – вайнахского) общества, которые неизбежно будут потеряны в наступившем веке.

Главное, чем выделяются вайнахские народы (чеченцы, ингуши и бацбийцы) среди прочих северокавказских – сохранившаяся и в XX веке родоплеменная (тейповая) структура организации народа.
Вайнахский род (тейп) представлял собой несколько сыновьих групп – гаров (ветвей рода, так как тейп состоял лишь из отцелинейных родственников, исключая их жен – членов другого тейпа), которые могли назвать имя своего реального предка и в свою очередь делились на более мелкие группы: семья (доьзал) и другие.
Тейпы (роды) были объединены в тукхумы – военно-экономические союзы, не связанные между собой кровным родством, но объединенные в более высокую ассоциацию для совместного решения общих задач защиты от нападения противника и экономического обмена.

Несмотря на главенство мужчины, женщина имела такие же наследственные права. Так, дочь наследовала равную долю с братом, а мать – наравне с детьми. И лишь позже, с установлением шариата (гражданского права мусульман), традиционное адатное право вайнахов трансформировалось в систему, в которой при разделе состояния главы дома сын получал полную долю, дочь – полдоли, а жена – одну восьмую.

С середины XIX века в связи с модернизационными процессами в самой Чечне, а также обретшей серьезные масштабы миграцией чеченцев в столичные и соседние регионы России, традиционная тейповая структура вайнахского общества стала разрушаться, уходя в легенды и воспоминания стариков.

Современные ученые, в частности Л.С.-Э.Басханова, отмечают, что "Разложению тейпа и исчезновению его как реальной социальной категории способствовали:
1) Рост внутренних противоречий и несоответствие тейпа как социального института новым социально-экономическим реалиям;
2) Отсутствие необходимости в социально организующих функциях тейпа в связи с появлением государственных учреждений (имамат Шамиля, царская администрация и т.д.);
3) Нарушение принципа единой территории тейпа;
4) Отсутствие единых экономических и политических интересов у различных патронимических групп тейпа в связи с нарушением принципа единства территории;
5) Принятие патронимией на себя функций, определяемых особенностями национального менталитета, прежде всего кровной мести.
Чеченский тейп из социальной организации превратился в категорию мифологическую, в категорию нравственного порядка. И как категория мифологическая тейп становится в представлении чеченцев идеальной организацией всеобщего равенства и справедливости".

В чем же коренная причина слома такой крепкой и основанной на прочных морально-нравственных и кровных основаниях системы? М.М.Юсупов пишет, что за последние десятилетия "коренным образом изменилась психология рядового чеченца: это уже не крестьянин, привязанный к своей земле и традиционным ценностям", а обедневший индивидуум, уже оторванный от своих крестьянско-традиционных корней, но еще не нашедший своего места в индустриальной городской среде. В связи с этим "социологи отмечают упрощение иерархии социальных связей в чеченском обществе и архаизацию различных сторон общественных отношений, что представляет собой серьезную угрозу для развития чеченского народа как нации".

Между тем, в последнее время процесс послевоенного восстановления Чечни происходит стахановскими темпами. Чеченская республика безоговорочно лидирует среди субъектов СКФО по темпам социально-экономического развития, хотя это не отменяет серьезных проблем, вставших перед чеченским (равно как и перед другими северокавказскими) народом. И традиционные ценности вовсе не обречены, как это может показаться, глядя на большинство западных обществ, выступивших в индустриальную и постиндустриальную эпоху.

Общинный принцип организации общественного быта не только сохраняется, но велением современности является признание джамаатно-кантонных объединений (то есть реалий сельской территориальной общины). В этих объединениях должны действовать адатно-шариатные суды (суды по обычному и мусульманскому праву), в ведение которых следует отнести широкий круг вопросов, касающихся внутренней жизни общины: нарушение прав женщин, семейно-брачные отношения, процедуры улаживания различный споров, в отдельных случаях даже связанные с убийством (процедура примирения кровников)". Сегодня все больше говорят о необходимости сохранения норм поведения, диктуемых традиционными установками.

Стоит также вспомнить недавние случаи примирения "кровников" и враждующих родов в Чечне и Ингушетии с помощью старейших моральных авторитетов и по инициативе глав республик.

 Здесь нужно вспомнить и об особой религиозной структуре вайнахского общества, которое остается, преимущественно, суфийским. В Чечне процесс исламизации шел значительно медленнее, чем в Дагестане, что в основном связано с особенностями родоплеменных отношений. В итоге у вайнахов наряду с этно-социальной иерархией сформировалась параллельная этно-религиозная, серьезно повлиявшая на всю структуру этно-политических сообществ Чечни.

Этно-конфессиональная структура чеченской общины описывается исследователями следующим образом:
- сельская умма (мюриды) одного вирда во главе с муллой;
- вирд во главе с устазом (у суфиев устаз – это не мулла и не священник. Скорее святой, дословно: просветленный, богоизбранный, который является для мюрида посредником между ним и Всевышним и ответчиком перед Всевышним за образцовое поведение своего мюрида);
- тарикат – содружество нескольких вирдов во главе с шейхом;
- Единая мусульманская умма.

Устаз почитается в суфизме как праведник, святой. Их почитают в своих зикрах (молитвах), посещают их зияраты (места захоронения). Это принципиально отличает суфийскую ветвь магометанства от, так называемого, чистого ислама (квинтэссенцией которого является ваххабизм), исключающего культ святых, и сближает ее с народными чеченскими верованиями. Также и при жизни внутривирдовые связи были очень крепки.

Два основных суфийских тариката, представленных у вайнахов – Накшбандийа и Кадирийа.
Более распространенный - Накшбандийа - назван по имени основателя, известного суфийского учителя Бахаудина Накшбанди (1318-1389 гг.). Его последователи практикуют так называемый тихий зикр - молитвенное последование, совершаемое скрыто от непосвященных. Главная формула "тихого" зикра — бессчетное повторение про себя имени Бога. Считается, что верующий не должен выставлять напоказ свою набожность. Именно поэтому зикр есть таинство, скрытое от посторонних глаз. При этом раз в неделю совершается коллективный зикр. Однако считается, что и при его исполнении громко произнесенная молитва теряет свою религиозную значимость.

У истоков тариката Кадирийа стоял видный исламский богослов Абд аль Кадир аль Джилани (1077-1166 гг.). Обыкновенно кадирийцы совершают громкий зикр. Он совершается по кругу и может сопровождаться различными действиями головы, рук. Некоторые вирды, совершая громкий зикр, используют также различные музыкальные инструменты, такие как жиргу (бубен) и ад хьокхупондар (разновидность скрипки). Так, главой одного из кадирийских вирдов был самый известный религиозный деятель Чечни Кунта-хаджи Кишиев.

Таким образом, у вайнахов сформировались особые этно-религиозные структуры, в которых религиозная общность была не слабее кровнородственных уз.

 Алексей Балашов, специально для "Вестника Кавказа"

Продолжение следует


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение