Россия, Москва

info@ia-centr.ru

А.Сыргакбаева: Философское осмысление Астаны спустя 10 лет

13.07.2008

Автор:

Теги:

  ИАЦ готовит к выходу сборник научных публикаций: "Москва-Астана. Образы двух столиц". Выход сборника запланирован на начало октября 2008 года. Редакция сайта планирует опубликовать сокращенные версии статей, представленных в сборник казахстанскими авторами. 

 

Сыргакбаева Акмарал

 

В системе мировых координат сегодняшний Казахстан являет собой пример государства, успешно проводящего экономические и политические реформы, государства, вносящего реальный вклад в укрепление региональной и мировой безопасности.

Казахстан является важным элементом системы глобальной энергетической инфраструктуры, входит в число крупных экспортеров углеводородного сырья. В условиях мирового продовольственного кризиса Казахстан, являясь одним из лидеров по производству зерна и муки в мире, имея избыточные энергетические и продовольственные ресурсы, способен увеличить их поставку на мировой рынок при условии масштабных инвестиций и внедрения передовых технологий. Опираясь на экономические успехи, Казахстан поставил перед собой задачу вхождения в ближайшие годы в число 50 наиболее конкурентоспособных держав. Основная цель при этом - диверсификация экономики в сторону индустриально-инновационной модели.

Казахстан выстраивает многовекторную внешнюю политику. Стратегия нашей страны формируется, исходя из географического расположения  на серьезном геополитическом, геоэкономическом и транзитном перекрестке. Для обеспечения безопасности в данном регионе республика инициировала создание Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии, Шанхайской организации сотрудничества, Евразийского экономического сотрудничества.

Наша страна успешно воплощает в жизнь собственную уникальную модель межкультурного и межрелигиозного диалога. В Казахстане прошли два съезда лидеров мировых и традиционных религий. В следующем году планируется провести третий съезд под эгидой ООН. Казахстан выдвинул инициативу по налаживанию диалога между Западом и исламским миром, вызвавшую интерес у стран - участниц Организации «Исламская конференция». На 17-ой ежегодной сессии Парламентской ассамблеи Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, проходившую в Астане накануне ее десятилетнего юбилея, было принято решение о председательстве Казахстана в ОБСЕ в 2010 году. Это решение подтолкнуло Казахстан к разработке специальной программы под названием «Путь в Европу». Она отражает заинтересованность Казахстана в более широком взаимодействии с европейскими странами в области энергетики, транспортного транзита, трансферта технологий, образования, гуманитарного сотрудничества.

Такова ситуация в современном Казахстане. Однако десять лет назад, когда глава государства Нурсултан Назарбаев принял решение о переносе столицы из Алматы в Астану, ситуация была совершенно иной.  Решение о переносе столицы было принято не тогда, когда Казахстан стал стабильным и успешным государством, а тогда, когда Казахстан, как и все страны бывшего СССР, переживал серьезнейший кризис во всех сферах общества. Четыре года, вплоть до самой презентации новой столицы (10 июня 1998 года) Президенту пришлось отстаивать свою точку зрения. Выбор новой столицы шел по 32 критериям. Среди них - социально-экономические показатели, климат, ландшафт, сейсмоусловия, наличие и перспективы развития инженерной и транспортной инфраструктур, трудовые ресурсы и многие другие. В общем, Президент старался рационально обосновать и продемонстрировать, что предлагаемое неординарное и из ряда вон выходящее решение о переносе столицы готовилось тщательно, что в нем нет спонтанности и скоропалительности. Главными аргументами в пользу переноса столицы стала необходимость образования нового консолидирующего центра суверенного Казахстана и необходимость отделить нарождающуюся управленческую структуру от существовавшей  бюрократической системы.

  • Спустя десять лет, можно констатировать факт, что Астана как столица Казахстана состоялась и во многом ее рождение и становление произошли благодаря политической воле и креативности Назарбаева. Сегодня Астана стала крупнейшим инновационным проектом, своеобразным брендом Казахстана. На данный момент актуальной стала проблема осмысления феномена Астаны. При этом важно учесть, что для анализа новой столицы Казахстана неприменимы старые мерки, по которым оценивали прежние города. Астана - это совершенно новый тип города, рождение и становление которого происходит в ХХI веке, в новой социокультурной ситуации, требующей от исследователя новых способов рефлексии и методологических подходов. В то же время, для осмысления Астаны «не надо выдумывать велосипед», т.к. существует богатый опыт зарубежного и отечественного урбановедения, который может послужить ориентиром в данном вопросе.

При отсутствии собственной школы урбановедения в отечественной литературе долгое время публиковались переводные труды ведущих западных исследователей города, главным образом социально-экономического направления. Западная наука всегда испытывала особое пристрастие к исследованию своих городов. Уже с 60-х годов ХХ века урбановедение стало на Западе особой и заметной отраслью науки.

Выдающийся французский архитектор Ле Корбюзье еще в начале ХХ века [1] решительно утверждал, что большой город управляет всем: миром, войной и работой. Большие города он называет «духовными мастерскими», в которых создаются лучшие произведения вселенной. По мнению Корбюзье, человек стремится к урбанизации. Вместе с тем,  города становятся средоточием негативных проблем.

В первую очередь - это проблема скученности городской застройки.  Центры современных крупных городов страдают от чрезмерной концентрации  деловых и торговых учреждений, сосредоточившихся в пределах небольших территорий с чудовищно растущей стоимостью земли. Это побуждает еще больше уплотнять застройку, наращивать ее вверх, создавая нагромождения небоскребов, разделенных улицами с безостановочным автомобильным движением.

Астане удалось избежать этой проблемы. Деловые и торговые учреждения Астаны сосредоточены в основном в новом административном центре столицы на левом берегу реки Ишим, в котором раньше располагались дачные участки горожан. Всех кто побывал в Астане, поражает удивительная  открытость города, ощущение пространства, столь необходимое номадам.

Вторым недостатком в планировке городов Корбюзье считает унаследованную от прошлого хаотическую сеть улиц. С остроумием и образностью он пишет, что планы всех городов нашего континента, в том числе и Парижа, начертаны ослом. «Осел  идет зигзагами, ступает лениво, рассеянно... Париж, Рим, Стамбул были построены на перекрестках дорог, протоптанных копытами ослов», - пишет Корбюзье.  Выход он видел в культе прямой линии. Кривая улица, по мнению Корбюзье, есть результат прихоти, беспечности, лености, животного начала. Прямая линия - результат напряжения, деятельности, инициативы, самоконтроля. Она полна разума и благородства.

Проблема дорог - одна из самых важных в Астане. В своей книге «В сердце Евразии» президент подробно описывает строительство центральной магистрали города - проспекта Республики (бывшего проспекта Целинников). Как это ни парадоксально, но в строительстве дорог Астаны проявилось римское мировоззрение. Когда по главной дороге Рима проезжали император, цензор, военоначальник, прокуратор или марширующие легионеры, она выполняла функцию презентации всего государства. Древние римляне прославились в истории заботой о постройке дорог, водопроводов, клоак. В 451 году до н.э. появляется специальное законодательство по дорожному строительству. За шесть веков древние римляне построили империю дорог.

Третья проблема - неприемлимость слишком жесткого ортодоксального подхода к строительству города, ведущей к монотонности городской среды. К примеру, блистательный, изысканный стеклянный параллелепипед Сиграм-Билдинг в Нью-Йорке, построенный по проекту Мис ван дер Роэ и бесконечное множество других параллелепипедов и кубов из стекла, алюминия, нержавеющей стали, пластмассы и бетона, повторенных во всех городах мира породили проблему удручающего однообразия, игнорирующего национальные традиции и климатические условия.

Во избежание этой проблемы для строительства Астаны были приглашены мэтры мировой архитектуры: Курокава, Фостер, Николетти и т.д.  В глазах мирового сообщества Казахстан стал уникальным пространством воплощения неожиданных и сложных архитектурных конструкций, страной, которой по силам решение сложнейших технических и архитектурных задач.

Вот как Курокава изложил свои замыслы по строительству Астаны: «Двадцатый век был эпохой главенства механистического принципа, двадцать первый век будет эпохой перехода к принципу Жизни. Концепция главенства жизненного принципа выражается ключевыми словами - метаболизм, обновление, симбиоз, экология и глобальная окружающая среда. Новая столица Астана, воплотившая в себе вышеназванную концепцию, призвана стать городом ХХI  века, симбиотическим городом.

Новая столица получит свое рождение в симбиозе истории старого города Акмола и новой возведенной столицы Астана ... возникнет на берегах реки, протекающей через весь город подобно Сене, Темзе или Москва-реке»  [2, с. 150] .

Для Курокавы было важно, чтобы Астана имела возможности бесконечного роста и обновления. Генплан Астаны по Курокаве, декларирующий радиально-кольцевую композицию города и динамичность ее форм, учитывает дух номадизма, присущий казахам. В то же время почти идеальная концентричность функциональных зон нового центра Астаны напоминает ландшафты современных мировых столиц, что делает город концептуально прогрессивным и передовым в плане требований мировой архитектуры и зодчества.

Пирамида или Дворец Мира и Согласия, автором которой является знаменитый английский архитектор и дизайнер Норманн Фостер,  стала одним из самых крупных символических проектов новой столицы, объектом со столичной нагрузкой. Легендарный Норманн Фостер - зодчий с мировым именем, человек, который сформировал новый экологический взгляд на архитектуру как среду обитания, архитектор, построивший мост тысячелетия в Лондоне и крупнейший аэропорт мира в Пекине, новый Рейхстаг в Берлине и Коммерцбанк  во Франкфурте, стадион Wembley в Лондоне и знаменитую башню Hearts в Нью-Йорке.

Астана привлекла архитектора тем, что строится «с нуля»  и является идеальным местом для реализации рискованных экспериментов. В Древнем Египте пирамида символизировала  вечность и незыблемость, а главной ее функцией являлось увековечивание во времени и пространстве имени фараона. Утратив свои первоначальные культовые функции, Пирамида довольно гармонично вписалась в административный центр Астаны, приобретая совершенно новое значение. Она стала храмом всех конфессий, комплексом, предназначенным для проведения съездов мировых и традиционных религий, приобретя тем самым значение цивилизационной культурной ценности.

Для Астаны Фостер спроектировал четырехгранную пирамиду, которая разместилась недалеко от Резиденции Президента. Дворец имеет форму правильной пирамиды высотой 62 метра, с такой же стороной основания, и покоится на искусственной 15-метровой насыпи.

Несмотря на то, что основной материал, из которого построена пирамида, это камень, есть такое ощущение, что Дворец может воспарить. То есть эта пирамида - противоположность классическим пирамидам, которые тверды и очень устойчивы [3]. И в самом деле, вход в пирамиду - под землей, нижняя половина конструкции довольно мрачна, облицована камнем и практически не имеет окон, зато венчающая часть здания, наоборот, оформлена витражами в цветах национального флага Казахстана, что способствует визуальному облегчению конструкции.

Дворец Мира и Согласия не единственный эпатажный проект английского архитектора в казахстанской столице. Фостер разработал для Астаны проект «крытого города», согласно которому предполагается накрыть целый микрорайон стеклянной крышей, которая летом открывается, а зимой позволяет создать внутри квартала комфортный для жителей микроклимат.

Следующий проект Фостера уникальный Торгово - развлектельный центр «Хан Шатыры» (Ханский шатер). Это сооружение шатровой формы  200 метров высотой и 200 метров в диаметре. Гигантская юрта, как еще называют «Хан Шатыры», из специального прозрачного материала, поглощающего солнечный свет, позволит создать внутри помещений эффект непроходящего лета.

Символом новой столицы Казахстана  несомненно стал монумент «Астана-Байтерек». Он был возведен в 2002 году на левобережье, в новом административном центре столицы. Сама идея Байтерека принадлежит  Назарбаеву, разработчиком проекта является А.И. Рустамбеков.

В этом монументе все, начиная от силуэта и заканчивая геометрическими размерами, предельно символично. На экранах телевизоров, страницах газет и журналов, плакатах и билбордах - всюду можно увидеть ставший привычным силуэт Байтерека.  Монумент превратился в бренд, визитную карточку  города, такой же как Эйфелева Башня или статуя Свободы.

Почти стометровая ажурная стела переливается в лучах подсветки из почти пятисот оттенков. Золотой шар из трехслойных пластин диаметром 22 метра расположен на высоте 76,9 метров. Шар представляет собой стержневую оболочку типа геодезического купола знаменитого архитектора Фуллера.

Своеобразной данью тенгрианским  традициям явился памятник «Бата» на привокзальной площади Астаны. Бата - в переводе с казахского «благословение», так образно назвал свое творение автор памятника Арман Бектасов. Памятник представлен в форме арки и символизирует порог - начало пути. Далее следует колыбель - олицетворение жизни, мужского и женского начал. Диск, расположенный в верхней части памятника, является тенгрианским знаком. Фонтан (вода) служит источником жизни и является логическим дополнением к символам быта.

Появление подобных памятников в Астане отсылает к архаическому периоду истории казахов. Новая столица нуждается в пласте культурных текстов, выполняющих функцию архаики. Юрий Лотман отмечает, что в символе всегда есть что-то архаическое. Сгущение символов в памятнике «Бата»  особенно заметно. Стержневая группа памятника действительно имеет архаическую природу и восходит к дописьменной эпохе.  Определённые (как правило, элементарные в начертательном отношении) знаки - представляют собой свёрнутые  тексты и сюжеты, хранящиеся в устной памяти народа. То есть способность сохранять в свёрнутом виде исключительно обширные и значительные тексты сохраняется за подобными символами. Но ещё более интересна для нас другая, также архаическая черта: памятник «Бата» как символ, представляя собой законченный текст, может не включаться в какой-либо синтагматический ряд,  и если включается в него, то сохраняет при этом смысловую и структурную самостоятельность. Он легко вычленяется из семиотического окружения и столь же легко входит в новое текстовое окружение города. С этим связана существенная черта символа:   «...символ никогда не принадлежит какому-либо одному синхронному срезу культуры - он всегда пронзает этот срез по вертикали, приходя из прошлого и уходя в будущее. Память символа всегда древнее, чем память его несимволического текстового окружения» [4, с. 241].

Многие архитектурные и скульптурные памятники Астаны, выполняя  роль знаков и символов новой столицы, неожиданно для творца и горожан приобретают дополнительное патетическое или наоборот ироническое звучание. Так, здание Министерства транспорта и коммуникаций в народе прозвали «зажигалкой», а находящуюся рядом круглую площадь - «пепельницей».  Фонтан «Древо жизни» на новой площади, автором которого является Азат Боярлин, народ назвал «чупа-чупсом». Здание министерства финансов, напоминающее огромную зеленую волну, жители столицы назвали долларом. Подобная интерпретация архитектурных и скульптурных проектов Астаны является показателем позитивного принятия их жителями столицы к коммуникативному обмену.

Прежние символы эпохи, например,  памятник Ленину, который стоял на центральной площади Целинограда прямо перед нынешним зданием Мажилиса по причине кардинального противоречия с новым архитектурным обликом административного центра столицы был снесен.  Он был увезен в район Соленая балка и еще долгое время можно было созерцать вождя мирового пролетариата с тросом на шее, что у кого-то вызывало обиду, а у кого-то ухмылку. Или другой случай, связанный с бывшей достопримечательностью Целинограда. Когда-то на въезде в город, на том самом месте, где сейчас высится купол Президентского центра культуры, стоял трактор К-700, выполнявший роль символа столицы Целины. Его также снесли, подарив совхозу с весьма характерным названием «Целина».

  • Кевин Линч [5], один из ведущих теоретиков градостроительства на Западе отмечает, что каждый градостроитель должен задать себе вопрос: Из чего складывается хороший город? По мнению Линча, город только тогда будет хорошим, когда градостроитель выступает как интерпретатор потребностей людей, живущих в городе, а не как демиург, как бы свыше предписывающий людям свои ценности. Этот вопрос актуален сегодня и для Астаны. Астана должна стать не просто городом с эстетически оформленным пространством, а городом, в котором хочется жить, любить и растить детей.

 

Список использованных источников

 

  • 1. Ле Корбюзье. Планировка города. - М.: Изогиз, 1993. - 208 с.
  • 2. Назарбаев Н.А. В сердце Евразии. - Алматы: Атамура, 2005. - 192 с.

3. Фостер Н.  Интервью казахстанским журналистам // Казинформ. - 2006. - 4 февраля.

4. Лотман Ю. Архитектура в контексте культуры // Лотман Ю.М. Семиосфера. - СПб.: Искусство, 2001. -  С.666-684.

       5. Линч  К. Образ города. - М.: Стройиздат, 1982. - 328 с.

 

           Об авторе:                      Сыргакбаева Акмарал Салимжановна - кандидат философских наук, доцент  Казахского национального университета  им. аль-Фараби


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение