Россия, Москва

info@ia-centr.ru

А. Собянин: Казахстан и атомная программа Ирана. ч.1

13.10.2013

Автор:

Теги:

Казахстан и атомная программаИрана: прорыв возможен лишь в случае"финской" модели посредничества


Об авторе: СОБЯНИН АлександрДмитриевич, руководитель службыстратегического планирования Ассоциацииприграничного сотрудничества, руководительслужбы стратегического планирования— член Экспертного совета Центрастратегической конъюнктуры.

Статьи на сайте Центра СК:http://conjuncture.ru/author/alexander_sobianin/. Блоги в ЖЖ:http://sobiainnen.livejournal.com,http://komi-permyak.livejournal.com

Специально для научного журнала"Евроазия: аналитика и прогнозы"




Большой интерес в мире к ядернойпрограмме Исламской Республики Ирансвязан, в первую очередь, не только дажес самим фактом наличия или отсутствияреальной программы создания ядерногооружия, сколько с тесно связаннымвопросом вероятности военной агрессиипротив Ирана со стороны США и ихевропейских и союзников из числаваххабитских монархий. Если мироваяобщественность продожает боятьсяатомной войны, то правители давно ужесмирились с неспособностью стран-гарантов(США, РФ, Франция, Великобритания и др.)сдержать расползание ракетно-атомныхтехнологий. Ядерное оружие продолжаетрасползаться по миру все более высокимитемпами, и даже экспертные оценкиколичества "пороговых стран",вплотную приблизившихся к созданиюатомного оружия, колеблются между 25-35странами. Около десятка стран из числаразвитых способных за 2-3 года создатьпотенциал в десятки бомб, имея полностьюдостаточный технологический потенциали не делая этого лишь по политическимпричинам (Япония, Бразилия и др.). Болеедесятка стран из числа развивающихся,способны при финансовом и технологическомнапряжении создать потенциал в 2-5 бомбв течение 2-7 лет, к таким странам,безусловно, относится и Иран. ПрезидентРоссии Владимир Путин публично отметилналичие ядерного оружия у Израиля,который, по всей видимости, обладает имуже не одно десятилетие, но продолжаетпублично утверждать, что не обладаеттаковым. С учетом наличия ядерногооружия у Пакистана и Индии, Ираноказывается в окружении либо враждебнонастроенных стран с ядерным оружием(базы США на Ближнем Востоке и Израиль),либо стран, с которыми имеет достаточносложные отношения (Пакистан). Ирануатомное оружие необходимо как гарантияненападения США, в первую очередь, и, вовторую, как фактор сдерживания соседнихстран и Израиля. В настоящее время лишьответственная позиция правящих аятоллудерживает Иран исключительно в рамкахмирной ядерной программы.


В чем же реально состоят причинытакого международного ажиотажа вокругядерной программы Ирана? Почему врагиИрана имеют сильного "лоббиста войны"в лице Израиля, а предложивший своиуслуги в качестве "лоббиста мира"и посредника Казахстан с трудомсправляется с взятой на себяответственностью? Могут ли объединенныеусилия евразийских союзников (ОДКБ, ТСи ЕЭП), Китая (ШОС), другие международныеорганизации (СВМДА, ОИС) переломитьнегативные тенденции? И, наконец, чемможет закончиться внезапно пробудившиесяу Барака Обамы симпатия и доверие кИсламской Республике Иран?


Ключевая причина определеннойслабости евразийских усилий состоит,на мой взгляд, в недостаточном пониманиииранских реалий (Казахстан), в неготовностив Москве признать, что Иран для Россиии евразийских союзников — единственныйпо-настоящему твердый и надежныйвоенно-политический союзник на всемБольшом Среднем Востоке (Сирия в силунезначительности экономики и военногопотенциала является скорее линиейфронта и территорией войны, чемсамостоятельным военным союзником).Как видим, эти причины носят либоситуативный (неготовность Москвы ктвердому союзничеству), либо субъективный(подходы Астаны) характер. Это для нас,путинцев в России, и в целом для сторонниковЕвразийского Союза в разных странах,открывает окно возможностей помочьИрану, помочь в первую очередь какнадежному будущему союзнику и помочьисламской республике, исходя в первуюочередь из интересов обеспечениянациональной безопасности РоссийскойФедерации и ее евразийских союзников.


Наличие ядерного оружия само посебе не является причиной подготовкиСША и НАТО к войне, скажем, против КНДР,Пакистана или того же Израиля. Кореннаяпричина состоит в том, что если ваххабитскиемонархии Персидского залива полностьюв военно-политическом отношенииконтролируются американцами, а многиеарабские и североафриканские страныпосле вала "оранжевых" революцийеще больше стали зависеть от США, либопереориентировались с ряда европейскихстран на США, то Иран представляетгеоцивилизационный вызов американскойглобальной гегемонии.


К сожалению, в политологииевразийских стран принято преувеличиватьразличия и противоречия между суннизмоми шиизмом. На самом деле, как акцентируетзаведующий отделом исламских исследованийИнститута стран СНГ Ильдар Сафаргалеев[26; 27], ведущие богословы, муфтии и шейхисамых разных направлений Ислама признаютпринадлежность друг друга к единойУмме, взаимодействуют по важнейшимвопросам войны и мира. Характерно, что,скажем, в Азербайджане ДУМ республикивозглавляет шиит, хотя большинствомуфтиев, как и населения страны, сунниты.Там же, где идет взаимная война науничтожение (Пакистан, Ирак), как правило,за шиитскими и суннитскими воинствующимиорганизациями стоят зачастую спецслужбыСША и других стран Запада или не-западныхцентров силы [28]. Не менее показательновлияние Ирана в суннитских странахСреднего Востока — и это влияние держитсяпрежде всего на понимании "исламскойулицей" полной самостоятельностиИрана как цивилизационного субъекта,что является привлекательным образомдля тех же суннитов.


Один из ведущих экспертов пообщественно-политическим процессамстран СНГ, российский историк и политолог,генеральный директор политологическогоцентра "Север-Юг" Алексей Власов[3; 25] верно понимая ответственностьполитики современного Ирана, выделяетв качестве важнейшего фактора переговоровпо иранской атомной программе аспектмиротворчества. И в этом случае становитсяважной позиция Казахстана, который,наряду с Украиной и Белоруссией,добровольно пошел на ядерное саморазоружениев начале 1990-х годов. "Наиболее простой,линейной моделью выхода из "ядерноготупика" является поэтапное запрещениеядерных испытаний и создание зонсвободных от ядерного оружия. Именно вэтом направлении и развивались инициативыказахстанского лидера, если отталкиватьсяот выступления Н. Назарбаева в 19993 г. наПервом всемирном антиядерном конгрессе.Именно тогда он предлагает объявитьмораторий на ядерные испытания и оружиемассового поражения, а затем Астанаприсоединяется к Договору о всеобъемлющемзапрещении ядерных испытаний...", —пишет Алексей Власов. "Наиболеерельефно современная методологияантиядерных проектов Казахстанавоплощена в переговорном процессевокруг иранской ядерной программы. Еслиотойти от изложения подробностейвозникновения самой проблемы в отношенияхмежду Тегераном и ведущими мировымиигроками по поводу разработки ядерныхтехнологий в этой стране, то в центревнимания окажется вовсе не вопроспротивоборства между Ираном и США,Ираном и Израилем. Ключевой являетсяпроблема единых подходов к получениюядерных технологий и создания ясных ичетких "принципов поведения" накоторых должно быть построены отношениямирового сообщества к подобнымпроцессам... Идея новой диалоговойплощадки G-global также выдвинута казахстанскимруководством, G-global предполагает несколькопринципов защиты мира от ядерногооружия, среди которых ядерное разоружениедвух крупнейших ядерных государств —США и России" [3].


Я как автор многих статей по 3-ймировой войне и по текущим военнымконфликтам в мире не разделяю надеждказахстанской дипломатии на "ядерноеразоружение США и России". Однаконельзя не признать, что именно немыслимыев логике прагматизма и realpolitik утопическиенадежды и идеи доброй воли, исходящиеот лидеров цивилизационного масштаба,не раз приводили в мире к впечатляющимрезультатам. Тот же процесс разрядкимеждународной напряженности в 1970-1980-хгодах был бы невозможен без активной,самостоятельной и наступательнойпозиции финской и шведской дипломатии.Если Казахстану удастся перейти отнынешней позиции к "финской" моделипосредничества, это было бы принято СШАи Россией, поскольку, в отличие отБелоруссии, Казахстан пользуется полнымдоверием не только России, но и другихгарантов разоружения 1990-х годов — СШАи Великобритании.


Заместитель генеральногодиректора политологического центра"Север-Юг" Юлия Якушева отмечает[14], для Казахстана роль посредника врешении иранской проблемы важна, преждевсего, с точки зрения международногопозиционирования. "То, что Казахстанстановится площадкой для важнейшихмировых политических форумов, говорито возрастающем значении Астаны вобсуждении и решении глобальныхполитических проблем. О признанииКазахстана в качестве полноправногоактора международных отношений, которомудоверяют и с чьим мнением считаются,свидетельствует и саммит ОБСЕ в Астане,и приглашение Астаны к участию в работеG20... Риторика начала несколько менятьсяи возникло впечатление, что стороныотошли от опасной черты, за которой —военные действия... Казахстан — частьисламского мира, взаимодействует совсеми ближневосточными коллегами. Иодновременно воспринимается как надежныйпартнер на Западе. Нурсултан Назарбаевуже заручился согласием Ирана во времяего переговоров с Рухани и, думаю, чтои остальные члены "шестерки"возражать не станут", — считает ЮлияЯкушева.


Пик активности казахскойдипломатии в посредничестве по Иранупришелся на февраль-март 2013 года. 26февраля и 5 апреля 2013 в Алматы прошлидва раунда переговоров "шестерки"стран (ЕС и Россия, Китай, США, Франция,Великобритания) с Ираном, промежуточныйраунд переговоров проходил в Стамбуле18-19 марта. Анализируя эти переговоры поИрану, один из известнейших казахскиханалитиков, представитель российскойАссоциации приграничного сотрудничествав Казахстане Марат Шибутов выделяетдва важнейших момента в позиции Ирана[8]: степень обогащения урана и Международныйбанк ядерного топлива под эгидой МАГАТЭ(МБЯТ).


"Иран пока хочет, чтобы мировоесообщество признало право обогащатьуран до 19,75% — свыше ему пока не требуется.Однако, по словам главы Организации поатомной энергии ИРИ ФерейдунаАббаси-Давани, потом может понадобитьсяповышение уровня до 45-56% с целью созданияспециальных двигателей для подводныхлодок и кораблей. При этом Иран готовна приостановку обогащения урана, нотолько после того как "шестерка"признает, что Иран имеет такое право.Надо сказать, одну планку мировые акторыИрану уже поставили, при этом определеннуюроль в этом сыграет и Казахстан. Вседело в МБЯТ — международном банкеядерного топлива под эгидой МАГАТЭ, гдебудет храниться около 60 тонн гексафторидаурана, который будет использоватьсядля производства топливных таблеток.Планируется создать МБЯТ в Казахстане— на Ульбинском металлургическомзаводе. В принципе, этим во многом иобусловлен выбор Казахстана какпереговорной площадки.

МБЯТ означает, что Ирану будетразрешено завести АЭС, но нельзя будетиметь как ядерное оружие, так и подводныелодки и корабли с ядерной энергетическойустановкой. То есть ему не позволятникакого военно-технического превосходства,которое могло бы угрожать силам США вИндийском океане. А вот в остальномвозможен торг, который в настоящее времяи идет", — пишет Марат Шибутов [8].


Тем не менее, несмотря на этотдействительно мощный потенциал казахскогопосредничества, отмеченный АлексеемВласовым, Юлией Якушевой и МаратомШибутовым, и в определенной степенимодераторства переговоров с Ираном,реальные подвижки мы видим лишь там,где работает российская и американскаядипломатия. На мой взгляд, Казахстануприсущ "казахоцентричный" взглядна региональные и глобальные проблемы,включая, естественно, вопрос иранскойпрограммы [1; 2; 4; 9]. Такая позиция непозволяет в должной мере пониматьреальные интересы и позиции крупныхигроков, что, естественно, приводит кневозможности "финской" моделипосредничества.


В марте 2012 года президентКазахстана Нурсултан Назарбаев публикуетв New York Times статью "What Iran Can Learn FromKazakhstan" ("Чему Иран может научитьсяу Казахстана") [4], где он прямо говорито том, что руководство Ирана должноприслушаться к голосу здравого смыслаи включиться в переговорный процесс, сбольшей эффективностью, демонстрируяготовность к реальному компромиссу."Казахстан, используя тесныедипломатические отношения со своимсоседом по Каспийскому морю, призываетТегеран последовать его примеру".Эта статья, на мой взгляд, больше быланаправлена на читателей в США, Евросоюзеи в России, чем в Иране. ИсламскаяРеспублика, долгие годы живущая подгнетом международных санкций [20] и подпостоянной угрозой израильских бомбежокили атаки США, не может себе позволить"следовать примеру Казахстана". Ине только потому, что у Казахстана былоядерное оружие, а у Казахстана его нет.Но и потому, что разоружение Казахстана,Украины и Белоруссии шло под достаточножестким наблюдением тех стран, которыеи взяли международные гарантиинациональной безопасности этих трехстран — т.е. США, РФ, Великобритании. НаНурсултана Назарбаева тогда пыталосьдавить, убеждать сохранить ядерноеоружие достаточно много политиков —лидеры мусульманских стран Залива иСеверной Африки прежде всего. И НурсултанНазарбаев заявил тогда ГоссекретарюСША Джеймса Бейкеру: "Мы будем решатьвсе вопросы на равноправной основе.Прежде всего, нам нужно знать, чтоКазахстан получит в обмен на демонтажэтих вооружений…", пишет в EurasiaNetДжошуа Кучера [10]. Крупный специалистпо Центральноазиатскому региону, ДжошуаКучера очень точно выделил самое главное— Назарбаев потому отказался от ядерногооружия, что не отказаться от него —возможности просто не было. И речь шлао "цене вопроса", конечно, большей,чем средства на демонтаж вооружений.

Речь шла о крупных инвестициях, и о том,что для мудрого казахского политика,стоящего бессменно у руля Казахстанскогогосударства с 1986 года, было важнее дажеинвестиций — речь шла о признанииКазахстана полноценным сувереннымсубъектом глобальной политики. Надосказать, что державы-гаранты в целомполностью поддержали стремлениеНазарбаева к самостоятельной ролиКазахстана не только как суверенногогосударства, но как субъекта большойполитики. Только этим можно объяснитьту поддержку, которую получал Казахстанот США, России, Великобритании, влиятельныхв регионе Китая и Евросоюза по своиминициативам глобального уровня — СВДМА,съезды духовных лидеров мира, саммитыОБСЕ, ШОС и ОИС.

 Возвращаясь к иранскойпрограмме, нельзя не признать, что такойказахстанский путь в принципе не можетбыть примером и образцом для Ирана2012-2013 гг., находящегося совершенно вдругой ситуации во всех смыслах, чемКазахстан в 1991-1993 гг.

 

Продолжение следует


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение