Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Александр Искандарян: "Карабахская проблема определяет параметры регионального развития"

24.09.2013

Автор:

Теги:


Александр Искандарян: "Карабахская проблема определяет параметры регионального развития"
"Вестник Кавказа"

"Вестник Кавказа" попросил известных политологов из Азербайджана иАрмении профессора Западного Университета Фикрета Садыхова и директора Института Кавказа Александра Искандаряна рассказать о проблемах карабахского урегулирования - каковы на сегодняшний день позиции сторон,насколько Азербайджан и Армения готовы к диалогу. Сегодня мы публикуем интервью с Александром Искандаряном.

- Чьей проблемой сегодня является нагорно-карабахский конфликт, только Армении и Азербайджана или региона и мира в целом?

- Нагорно-карабахская проблема, конечно, оказывает влияние на регион,определяя многие параметры регионального развития. Скажем, от этого зависят взаимоотношения Армении с Турцией, Ирана с региональными странами – с Арменией, с Азербайджаном, это оказывает влияние на Грузию итак далее. Эта проблема не только узко армяно-азербайджанского значения, хотя, конечно, в основном она оказывает влияние на Армению и Азербайджан.

- Насколько необходимо участие международных посредников? Или они только затягивают решение конфликта?

- Международные посредники не могут решить конфликт без желания на тосторон самого конфликта. Определяющее значение имеет то, каким образом кидее урегулирования конфликта подходят Азербайджан, Армения, Нагорный Карабах. Но интернационализация процесса, когда «в комнате находятся не только армянин и азербайджанец, а еще француз, русский и американец», позволяет просто продолжать этот процесс. Мировой опыт показывает, что те конфликты, в которых такого интернационального канала между сторонаминет, решаются хуже.

- Насколько Армения и Азербайджан сегодня готовы к дипломатическому урегулированию конфликта? И кто должен сделать первый шаг?

- Ни на сколько они не готовы, реально. Cмотря, что называть урегулированием. Конечно, если завтра Азербайджану предложить, что весь Карабах депортируют, он освободится, азербайджанцы зайдут на эти земли, вБаку согласятся. Или если Армении предложить провозгласить независимость Карабаха, и что карабахская независимость будет признана Азербайджаном, в Ереване согласятся. Но это несерьезно! Реальное урегулирование означает уступки с обеих сторон. А это обязательно потери. К той степени потерь, которые должны быть у Азербайджана, не готов Азербайджан. К той степени потерь, которые должны быть у Армении, не готова Армения. Поэтому урегулирование на сегодняшний день не представляется вероятным.

- Может ли наступить момент, когда дипломатическое урегулирование станет невозможным?

- Надеюсь, что нет. Почему он должен наступить? Карабахский конфликт уникальный. В нем никогда не было никаких миротворцев. Ситуация, котораявозникла в 1994 году, поддерживается до сих пор при отсутствии каких-торазделяющих сил. Есть некий баланс между сторонами, который позволяет поддерживать статус-кво и продолжать переговорный процесс. Возможно, когда-нибудь откроются возможности урегулирования, стороны будут готовы куступкам, наступят какие-нибудь изменения. Пока это будет продолжаться,конфликт молодой. Конфликт вокруг Кашмира существует с 1949 года, вокруг Кипра - с 1963 года реально, палестино-израильский конфликт вообще с конца XIX века… Чтобы конфликт урегулировать иногда нужны поколения. Это не так просто.

- Готова ли Армения поступиться интересами в Карабахе ради более широких стратегических интересов региональных или на мировом уровне? Например, ради более тесного сотрудничества с Россией.

- Смотря, что означает поступиться интересами. Отдать Карабах или пойти на то, на что не согласны карабахцы, Армения не может. Существует два типа подходов к карабахскому конфликту.
Первый подход – это подход к Карабаху как к территории. Он более распространен в Азербайджане. Там Карабах рассматривается как территория, которую Азербайджан считает частью своего государства и фактически говорит: «Верните мне то, что мне принадлежит». Это подход к Карабаху, как к куску земли. В Армении он тоже есть, есть тоже отношение к Карабаху, какк территории, но есть также и, наверное, это главенствующий подход, этоподход, как к людям.
Второй подход: Карабах – это не территория, Карабах – это люди. И без меня меня женить невозможно. То есть сказать карабахцам, что они теперь будут жить так, а не так, невозможно. Это какесли я сейчас за вас решу, будете вы жить впредь со своей женой или с той вот тетей. Это невозможно. Карабах – это люди, это земля, населеннаялюдьми. И вопреки им решать их судьбу Армения не может. Не серьезно об этом говорить.
Конфликт будет продолжаться, пока кому-нибудь в этом мире не удастся предложить замену нынешней ситуации. Пока же гарантией нынешней ситуации для граждан Карабаха остается армия и конфигурация границ. Но, чтобы вместо них что-то предложить нужно иметь какие-то другие гарантии безопасности. Пока этого не будет, не будет решения.

- Возможен ли вариант, когда Азербайджан оставит Карабах Армении? Например, в 1990-х обсуждалась «мегринская рокировка» - Арменияотдает Мегринский район в обмен на территории Нагорного Карабаха…

- Нагорный Карабах – не мягкая игрушка, которую можно обменять. Это не то, что ты можешь взять, отдать, забрать. Все эти глаголы относятся кКарабаху как к объекту. А Карабах не объект, это субъект. Признанный или непризнанный юридически – это другой разговор. Я политолог, я не юрист. Но говоря о политической составляющей, нельзя не учитывать интересы тех людей, которые там живут, уже более 20 лет имеют свои способы управления, способы снабжения, хозяйство, все институции, механизмы от дорог и канализаций и до парламента, выборов президента и политических партий.
Идеальной позицией со стороны Азербайджана была бы, на мой взгляд, попытка этих людей чем-нибудь привлечь, а не пугать их тем, что завтра мы вооружимся, купим оружие, начнем войну и эту территорию отобьем, потому что она наша. В такой концепции этих людей просто не существует. Армения не может этого не учитывать. Ярчайшим примером является отставка Тер-Петросяна в 1998 году. Довольно давний пример, но он показатель того, что происходит, если вдруг президент Армении предлагает какие-то варианты, которые не устраивают Карабах.

- Насколько сейчас часты неформальные встречи между Арменией и Азербайджаном?

- Плохо с этим делом. Эти встречи иногда происходят, но тут существует проблема – эти встречи могут проходить только за пределами региона. То есть в Тбилиси, в Европе, где-то далеко. К сожалению, по некоторым причинам армянские специалисты, аналитики, политологи, представители гражданского общества в Азербайджан ездить практически не могут. Я лично в последний раз в Азербайджане был в 2000 году и с тех пор в Азербайджане не был, и это не по причине моей личности, дело тут не в этом, а просто в том, что я армянин и гражданин Армении. И даже не граждане Армении не могут ездить в Азербайджан, если у них армянская этничность. И даже если у них нет армянской этничности и даже нет идентичности, а есть только фамилия. Там были случаи, когда российский гражданин, русский человек, видимо, армянского происхождения, судя по тому, что его фамилия была Кюрчан, если я не ошибаюсь, просто решил полететь в Азербайджан в командировку, то есть он настолько далек от этого всего очевидно, то ли «Кока-Кола», то ли «Пепси-Кола», и он не смог полететь, потому что ему сказали, что он армянин. Он говорит: «Я неармянин, я там никогда не был, я гражданин России». И он не смог. Недавно журналистка вообще русского происхождения и идентичности не смогла попасть в Азербайджан, потому что какой-то из нее предыдущих мужей был этническим армянином, и она носила его фамилию. И так далее. Вплоть до таких курьезов. А когда такого рода встречи должны происходитьгде-то за пределами региона, это просто сложнее финансово, организационно, как угодно. То есть те люди, которые приезжают в Карабах, кто угодно по гражданству, они попадают в некий «черный список»азербайджанский, в результате которого они не могут попадать в Азербайджан. На мой взгляд, нужно сделать наоборот. То есть для того, чтобы не возникало закрытости, какой-то параноидальности, в закрытых обществах это несомненно должно возникать, Карабах нужно открывать, а незакрывать. Нужно пытаться с ними работать, нужно пытаться с этими людьми разговаривать. В конце концов, если азербайджанская сторона считает эту территорию своей, то почему гражданин Азербайджана не может туда поехать? А он не может туда поехать. То есть в связи с этими даже не политизированными, я думаю, что это даже не политика, а какой PR, на мой взгляд, не очень удачный. В силу этого гражданским обществам тоже неочень легко работать друг с другом, не очень легко пытаться продвигать новые идеи. Это делается. Это делаю лично я, в том числе. У меня есть азербайджанские коллеги, с которыми я регулярно встречаюсь, мы работаем вместе, но в общем это все не легко.


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение