Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Никакой угрозы, что Китай начнет контролировать нефтегазовую отрасль Казахстана, - нет в помине. Ч.1

21.08.2013

Автор:

Теги:

 

 

Ситуацию в нефтегазовом, горнорудном и транспортном секторах экономики Республики Казахстан, а также по политике России в Средней и Центральной Азии комментирует руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества, член Экспертного совета Центра стратегической конъюнктуры Александр Собянин.

ИАЦ МГУ: Насколько справедлива точка зрения, согласно которой Китай однозначно занял доминирующие позиции в нефтегазовом секторе РК?

А. Собянин: Сама постановка подобных вопросов - результат преувеличения значимости покупки китайской компанией CNPC у АО"НК "КазМунайГаз"" 8,33% пакета в консорциуме "Offshore Kazakhstan International Operating Company" (OKIOC), который является оператором Кашагана.

О своем желании продать пакет в OKIOC компания СonocoPhillips предупредила правительство Казахстана осенью 2012 года. 9 месяцев - вполне нормальный срок для подготовки ответственного решения, в полной мере учитывающего как интересы государства Казахстан, так и интересы участников консорциума. Поэтому мне не вполне понятна нервная реакция индийского МИДа, который требует у Казахстана объясниться, почему не Oil& Natural Gas Corp (ONGC) продается пакет в Кашагане.

Так и хочетсяспросить, "а где же вы всё это время спали-почивали?"... Вот для Индии иКитая данный вопрос действительно носит серьезное геополитическое значение, но никак не для самого Казахстана. По простой причине - последние в 2012-2013 гг. покупки в нефтегазовой отрасли Казахстана не меняют серьезно раскладки влияния: американцы продолжают контролировать три крупнейших нефтегазовых проекта (Карачаганак, Тенгиз, Кашаган), госкомпания "КазМунайГаз" медленно, но упорно наращивает свою долю в проектах добычи углеводородов, Китай и западные ТНК контролируют многие проекты, но не такие масштабные как Карачаганак, Тенгиз, Кашаган.

Ну, а Россия пока не слишком активна в Казахстане, что понятно - в сфере нефтедобычи мы являемся конкурентами, а совместные российско-казахские проекты в приграничных территориях каспийского шельфа и Прикаспия не могут рассматриваться как потенциальные мишени китайской, индийской экспансии или экспансии иных стран. В случае завершения сделки по Кашагану основной контроль останется у казахской и западных компаний, а китайская CNPC будет иметь пакет, соразмерный пакету японской Inpex Corp. Правительство Казахстана, судя по кадровым перестановкам, надежно контролирует ситуацию в отрасли.

Никакой угрозы или теоретической возможности, что Китай начнет контролировать нефтегазовую отрасль Казахстана, - нет в помине.

ИАЦ МГУ: Как может повести себя Китай, в случае, если Россия активно войдет на минеральный рынок Казахстана?

СОБЯНИН: Совершенно спокойно. Если не играться с цифрами инвестиций из Китая и России в Казахстан и размера присутствия компаний РФ и КНР в РК, то интересы мало пересекаются. Китай не может в ближайшее время претендовать на контроль над стратегическими месторождениями углеводородов уровня Тенгиза, Кашагана и Карачаганака, а Россия не имеетвозможности "идти широким фронтом предложений", как это делает Китай. Китай больше сосредотачивается на наращивании своего политического влияния в Казахстане, поскольку возможности чисто экономической экспансии скоро будут исчерпаны. Однако Китай не будет идти на жесткий конфликт с Россией, потому что технологические цепочки в атомпроме Казахстана или в тех нефтегазовых проектах, где наша страна участвует, мало пересекаются. Ну и главное, - мы все видели, сколь серьезно Владимир Путин и Си Цзиньпин решили поддерживать друг друга в важнейших мировых делах.


ИАЦ МГУ: И все-таки в оценках местных экспертов все чаще можно встретить утверждения о потенциальной угрозе "экономической экспансии" со стороны Китая..

СОБЯНИН: Ну нет реальной опасности "китайской экономической оккупации Казахстана", и не стоит нагнетать там, где ситуация достаточно благополучна. Насчет того, что наибольшие месторождения нефти и урана в Казахстане уже разработаны - это не соответствует действительности. А в горнорудной отрасли - да, ситуация скоро станет критической, и последниесобытия вокруг медеплавильного завода в Жезказгане - только первый звонок, за которым будут и более тревожные звонки. Но выше я обозначил, что вопрос носит не столько экономический характер, сколько характер политического выбора - позволить уничтожать реальные производства для обогащения частного капитала, или проявить волю к защите интересов государства и народа. Это вопрос исключительной компетенции правительства Казахстана.

 

ИАЦ МГУ: И все же, есть ли реальная конкренция между Китаем и РФ, например, в реализации транспортных проектов?

СОБЯНИН: Будет узкая колея железной дороги, а Китай хочет такую колею и в Киргизии и в Казахстане - прямая военно-стратегическая угроза для России. Но тут вопрос не к китайцам, а как я только что обозначил - к  руководителям наших стран. Пока нет проявленной политической воли, успех может быть только локальным. Как, например, прекрасно проработанный проект Свияжского мультимодального логистического инфраструктурного центра в Татарстане, который в силу отличной проработки сможет стянуть к себе грузопотоки, на которые рассчитывали или рассчитывают в других регионах международной автодорогииз Китая в Европу. По автомобильным дорогам стратегическая угроза возникает в том случае, если первые современные бетонные дороги с пред- ипостнапряжением плит вначале появятся из Китая в Южный и Западный Казахстан, а не из Сибири и Волго-Уральского региона через Казахстан в Среднюю Азию.

Если мы будем первые - значит, Казахстан и Среднеазиатскиестраны выбрали путь евразийской интеграции и дружбы с Россией. Тогда китайские дороги в Казахстане можно будет только поприветствовать. Если китайцы будут первыми - тогда евразийская интеграция заморозится на много лет, если не будет прекращена полностью. Сильно обнадежил май 2013года, когда президенты Алмазбек Атамбаев и Эмомали Рахмонов подписали декларацию о железной дороге из Северной Киргизию в Южную и далее в Таджикистан (т.е. по сути речь идет о вышеуказанной дороге Чуй - Ферганас продлением в Ходжент и долину Сурхоба-Вахша), а президенты Владимир Путин и Нурсултан Назарбаев на следующий день озвучили поддержку России иКазахстана этому киргизско-таджикскому (пока двустороннему, в дальнейшем многостороннему) проекту.

   продолжение следует


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение