Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Карпатская Украина: «морковь перед ослами» в центральноевропейской «большой игре»

26.06.2013

Автор:

Теги:
("Зеркало Недели", Украина)Серия геополитических изменений в 1938 г. в Центральной Европе, обусловленных аншлюсом нацистской Германией Австрии, Мюнхенской конференцией и Венским арбитражным решением не решила, вопреки надеждам европейских политиков, ключевых проблем экономического и политического характера. Центральноевропейский и Балканский регионы оставались экономически атомизированными из-за взаимного недоверия и откровенных территориальных претензий государств, расположенных в их границах.

Сотни тысяч представителей этнических меньшинств в государствах региона всегда были готовы поддержать политику «своих» национальных государств, направленную на ревизию границ, установленных в Европе после Первой мировой войны (1914–1918). Политическая и экономическая ситуация в Центральной Европе была благодатной почвой для имперских амбиций Адольфа Гитлера, заключающихся в реализации давнего немецкого проекта «Срединной Европы» — группы вассальных Германии государств в регионе. Немецкое доминирование было закреплено системой гарантий безопасности и территориальной целостности, предоставленных Третьим Рейхом по результатам Мюнхенской конференции и Первого Венского арбитража, решение которого было опубликовано 10 ноября 1938 г. Причем, в отличие от Мюнхенской конференции, где предоставление гарантий Чехо-Словакии было предусмотрено со стороны четырех государств — Германии, Италии, Франции и Великобритании, Венский арбитраж ограничил круг гарантов лишь двумя союзными государствами — нацистской Германией и фашистской Италией. Поэтому политика государств-ревизионистов в Центральной Европе все более ориентируется на получение дипломатической поддержки своих посягательств в Берлине и Риме. Самым агрессивным ревизионистом выступает Венгрия. Главным объектом посягательств — и одновременно средством для дипломатического маневра крупных государств — снова становится территория Карпатской Украины.

После Венского арбитражного решения Венгрия не оставляет своих действий, направленных на аннексию Карпатской Украины, мотивируя их экономической зависимостью Ужгорода и Мукачево, отошедших к ней по решению Венского арбитража, от остальных территорий Закарпатья. Венгерская сторона регулярно ставила вопросы об угрозе безопасности местного населения из-за создания там военизированных формирований, состоящих из дезертиров чехословацкой армии. Главным мотивом своих устремлений Венгрия называла возникновение надежного оплота против большевизма в результате создания общей границы между ней и Польшей (что могло стать реальностью лишь в случае включения в состав Венгрии всей территории Карпатской Украины).

Попытки венгерской дипломатии в Германии и Италии заручиться политической поддержкой своих действий для полной оккупации Карпатской Украины оказались неудачными. Поэтому Венгрия пытается развернуть акцию по захвату Закарпатья в союзе с Польшей. В свою очередь, польская сторона ведет дипломатическую работу, чтобы привлечь к акции по оккупации Карпатской Украины Румынию (согласно договору 1926 г.). Участие Румынии в польско-венгерской акции против Чехо-Словакии имело большое значение, учитывая союзнические отношения между Румынией и Чехо-Словакией в рамках Малой Антанты.

На протяжении октября 1938 г. Польша и Венгрия совместно осуществляют серию диверсионных операций против Чехо-Словакии на территории Карпатской Украины. Они получают надлежащий отпор, поскольку после опубликования решений Венского арбитража 10 ноября 1938 г., правительство Карпатской Украины приняло устав Организации Народной Обороны «Карпатская Сечь». Согласно ему целью организации была борьба с антигосударственной пропагандой и защита законности и порядка в автономном крае в составе Чехо-Словакии. В то же время, 9–10 ноября 1938 г., между Польшей и Венгрией согласовываются главные основы плана возможной силовой операции против Чехо-Словакии. В частности, Польша обязывалась удерживать от военного выступления на стороне Чехо-Словакии ее союзника — Румынию.

Напомним, что в 1926 г. Польша и Румыния военной конвенцией оформили союз, направленный против СССР, Германии, Венгрии и Болгарии как возможных противников. По мнению польской элиты, после Мюнхенской конференции пришло время сориентировать общие усилия исключительно против Советского Союза. Антисоветская направленность блока должна была дать возможность Польше закрепить свое политическое положение после Мюнхена (Варшава получила свою «долю» — Тешинский край). Присоединение к блоку на антисоветской основе Венгрии — с польско-венгерской границей — гарантировало бы Польше доминирование в блоке как государству с самыми многочисленными и самыми боеспособными вооруженными силами, экономическим потенциалом и наибольшей протяжностью границы с СССР. Кроме того, включение Карпатской Украины в состав Венгрии должно было лишить Румынию общей границы с ее союзником по Малой Антанте — Чехо-Словакией. В этом союзе Румыния имела равноправные партнерские отношения со всеми участниками и гарантии на случай территориальных претензий со стороны Венгрии. Потеря гарантий со стороны Малой Антанты делала практически единственным гарантом для Румынии Польшу. Таким образом, Венгрия и Румыния должны были стать сателлитами Польши в новой геополитической конструкции в Центральной Европе. Однако, не тут-то было...

Образование общей польско-венгерской границы путем аннексии Венгрией всей территории Карпатской Украины противоречило интересам Германии в регионе. Третий рейх стремился получить доступ к территориям Румынии для получения ресурсов (прежде всего нефти). А потому государственное образование, единственной весомой гарантией существования которого оставалась политическая позиция Германии, должно было стать коридором, крайне необходимым Германии. Именно этим и обусловлена поддержка Гитлером позиции Августина Волошина относительно создания самостоятельного государства Карпатской Украины в случае полной аннексии Германией территорий Чехо-Cловакии. И 11 ноября 1938 г. Гитлер заявил министру иностранных дел Италии Галеаццо Чиано, что русинский вопрос является исключительно делом Германии.

План захвата Карпатской Украины готовил генеральный штаб Венгрии (известна даже дата вторжения — 19 ноября 1938 г.). Но осуществить эту акцию без согласования с Германией Венгрия не могла, поскольку Берлин был фактическим гарантом незыблемости границ в Закарпатье (как арбитр в Вене). Посредником в переговорах об аннексии Карпатской Украины между Венгрией и Германией выступила Польша.

К посредничеству в вопросе оккупации Венгрией Карпатской Украины польское правительство подтолкнуло стремление Италии создать так называемую Третью Европу — блок государств между Балтийским, Черным, Адриатическим и, по возможности, Эгейским морями. В блок должны были войти Польша, Венгрия, а также государства бывшей Малой Антанты — Румыния и Югославия и, желательно, Греция. Патронировать блок должна была сама Италия. Первым шагом к его созданию должно было стать учреждение общей польско-венгерской границы за счет Карпатской Украины и улучшение отношений между Польшей и Румынией, давших трещину после захвата Польшей чехословацкого Тешинского края. Поэтому итальянская дипломатия проявила активность в лоббировании перед Берлином венгерских геополитических интересов.

Вместе с тем Берлин категорически не воспринимал идею создания глобального блока в Центральной Европе и на Балканах, и изменить его позицию не помог даже интерес Италии, которая, в конце концов, вынуждена была отказаться от лоббирования в Берлине проекта «Третья Европа». В записи своего дневника, датированной 19—21 декабря 1938 г., министр иностранных дел Италии Г.Чиано упоминает о явном антинемецком «привкусе» блока с участием Италии, Югославии и Венгрии. И от этого привкуса надо было избавиться.

Венгрия и Югославия оставались экономически полностью зависимыми от Германии и не могли делать самостоятельные политические шаги наперекор ее позиции. Более того, попытки польского посредничества в Берлине вызвали осложнение отношений с Германией, поскольку немецкая сторона предложила Польше урегулировать спорные вопросы относительно Данцига, Данцигского коридора и западной границы Польши на совершенно неприемлемых для польской стороны условиях. Польша же в ответ выдвинула свой план польско-немецкого урегулирования, не удовлетворявший Германию. Таким образом, польская миссия в Берлине не только не имела успеха, но и приближала трагическую для Польши развязку в сентябре 1939 г.

18 ноября 1938 г. Германия отговаривает Венгрию от военной акции против Карпатской Украины, угрожая лишить Будапешт своей поддержки. А уже 20 ноября министр иностранных дел Германии Йоахим фон Риббентроп заявил, что захват Венгрией территории Карпатской Украины будет дискредитацией решений Венского арбитража, и в случае возникновения в результате венгерской акции масштабного конфликта Германия не сможет вмешаться. То есть, налицо была угроза, что Венгрия полностью потеряет поддержку своих действий в Центральной Европе, не согласующихся с немецкой «генеральной линией». Позицию Адольфа Гитлера вынужден был поддержать и итальянский диктатор Бенито Муссолини. В тот же день, 20 ноября, из Венгрии в МИД Германии поступила телеграмма, в которой сообщалось об обращении правительства автономной Словакии к Венгрии с просьбой оказать поддержку, принимая во внимание претензии со стороны Карпатской Украины на Восточную Словакию (Пряшевщину).

21 ноября 1938 г. Германия ответила венгерской стороне, что не поддержит ее военную акцию против Чехо-Словакии, поскольку венгерско-чехословацкая граница установлена решением Венского арбитража, и Германия является гарантом его выполнения. И, таким образом, в случае военной акции Венгрии против Карпатской Украины будет подорван авторитет стран-арбитров, то есть нацистской Германии и фашистской Италии. Словом, Венгрии намекнули, что она фактически выступит и против Германии. Таким образом, Германия была заинтересована в том, чтобы сохранить суверенитет Карпатской Украины, — очевидно, она стремилась не допустить на этой почве усиления в Центральной Европе влияния, как Польши, так и Италии. Спустя несколько часов (также 21 ноября 1938 г.) Италия послала Венгрии ноту, аналогичную по смыслу немецкой. Она была обусловлена заявленной Германией итальянской стороне позицией, которую 20 ноября 1938 г. зафиксировал в своем дневнике министр иностранных дел Италии граф Г.Чиано.

22 ноября 1938 г. Венгрия отправила в Берлин меморандум, в котором засвидетельствовала о своем стремлении к максимальному экономическому и политическому сближению со странами Оси на почве антибольшевизма. О Карпатской Украины в нем речь не шла — Венгрия вынуждена была отказаться от своей инициативы и следовать в русле немецкой политики. Однако, несмотря на категорическую позицию Германии в вопросе Карпатской Украины, Польша и Венгрия не прекратили на ее территории своих диверсионных акций.

После Мюнхенской конференции Советский Союз держался как бы в стороне от главных баталий в геополитической игре. Но в то же время он продолжал существенно влиять на политическую ситуацию в Центральной Европе. Как отмечал посол Германии в СССР Вернер фон дер Шулленбург, Советский Союз начал уменьшать градус напряжения в отношениях с Польшей (рассчитывая на нее как на противовес Германии), одобряя ее политику относительно Карпатской Украины. По мнению посла, советское руководство было встревожено активизацией украинского национального движения в результате формирования украинской национальной государственности на Закарпатье. А уже в начале 1939 г. и Польша проявляла беспокойство по поводу возникновения там центра украинской государственности, что могло послужить причиной сепаратистских волнений на «восточных кресах» Польши.

Немецкий министр иностранных дел фон Риббентроп заверил поляков, что планы немецкой стороны не простираются за границы Карпат, что о создании Великой Украины речь не идет, и что эта концепция интересна Германии лишь с точки зрения давления на Советский Союз — как предмет пропаганды среди украинцев, в частности и в УССР. Вместе с тем, немецкая сторона заявила: поскольку она является гарантом арбитражного решения в Вене, то бескорыстно не поддержит изменения границ, установленных согласно ему, поскольку может быть втянута в военный конфликт. Заявление о небескорыстной поддержке Германией Польши, очевидно, было намеком на то, что последняя должна сделать уступки в пользу Германии в спорных вопросах между двумя государствами.

Правительство автономной Карпатской Украины после Первого Венского арбитража опубликовало воззвание, в котором подтвердило свою уверенность, что Германия, Италия, Англия и Франция обеспечили незыблемость границ Карпатской Украины, а Венгрия и Польша признали эти границы де-факто. Там же оно ссылается на выдвинутую Германией этническую основу как основную для построения новых государств. Фактически высказывалось ожидание, что Мюнхенская конференция и Венский арбитраж заложили прецедент решения вопроса международного статуса территорий Центральной Европы, и что Германия будет защищать его действенность как свое детище. А, значит, территориальная целостность Карпатской Украины останется незыблемой.

Наивная уверенность в незыблемости территориальной целостности и национального автономного статуса Карпатской Украины мотивировала ее правительство к активному государственному строительству. Концентрация украинского национального капитала происходит быстрыми темпами. Выборы в парламент Карпатской Украины и органы самоуправления, состоявшиеся 12 февраля 1939 г., были, фактически, голосованием «за» или «против» политического доминирования в крае УНО (Украинского национального объединения). Это превращало выборы в плебисцит относительно создания в крае однопартийной модели по немецкому образцу. Также правительство Карпатской Украины заключает сделку с ОУН относительно совместных действий для обороны края. И, наконец, 10 февраля 1939 г. Карпатская Украина провозглашается центром национального единения украинцев.

Чтобы каждый раз не принуждать упрямого осла идти, его стимулируют подвешенной перед ним морковкой, за которой он бежит, не имея возможности ее съесть без согласия на то извозчика. Такими «ослами» стали центральноевропейские государства. Ни задекларированные гарантии безопасности и незыблемости границ, ни провозглашенные принципы взаимопомощи и экономического сотрудничества, не смогли в период между двумя войнами объединить страны Центральной Европы. Гитлер повесил перед ними «морковку» в виде перспективы завоевания новых территорий — и Берлин стал центром европейской дипломатии, а дипломаты большинства европейских государств стали в очередь в приемной диктатора.

Призрачные немецкие гарантии существования автономной Карпатской Украины в составе федеративной Чехо-Словакии вдохновляли украинское национальное движение на создание государства. Романтики видели необходимость и историческую обусловленность украинской государственности, несмотря на то, что все гарантии ее существования оставались исключительно в их воображении. Кроме того, существование Карпатской Украины было в интересах только Германии и Чехо-Словакии. Но не в интересах Германии было дальнейшее существование Чехо-Словакии, и призрачные немецкие гарантии незыблемости границ в Центральной Европе, данные в Мюнхене и Вене, являлись лишь отвлекающим маневром для Франции и Великобритании.

6 марта 1939 г. Адольф Гитлер утвердил решение об окончательной ликвидации Чехо-Словакии. В шесть часов утра 15 марта немецкие войска практически без единого выстрела начали оккупацию страны. Еще 12 марта Будапешт получил наконец согласие Берлина на оккупацию Карпатской Украины. А уже 14 марта начались первые столкновения между чехословацкими частями, сечевиками и венгерскими военными. В конце дня чехословацкие регулярные части получили приказ генерала Льва Прхалы об эвакуации. Венгры начали наступление на столицу Карпатской Украины — Хуст и уже 16 марта 1939 г. захватили город. Именно в этот день состоялась крупнейшая битва той военной кампании — на Красном поле. «По венгерским данным, в боях на Красном поле погибли 230 сечевиков, украинских воинов чехословацкой армии и добровольцев — преимущественно семинаристов и пластунов. Мадьяры захватили в плен 450 сечевиков, среди них много выходцев из Галичины. Потери венгров убитыми составляли 160 человек, около 400 бойцов получили ранения», — пишет Александр Пагиря в книге «Карпатская Сечь: военное формирование Карпатской Сечи». Еще несколько дней сечевики мужественно бились с венгерскими войсками, поддержанными польскими частями с севера...

В конце 1930-х годов Германия разыгрывала довольно оригинальную политическую комбинацию, которая заключалась в связывании всех государств-контрагентов гарантиями безопасности и ненападения на двусторонней основе. Когда же государства-соседи оказались в орбите немецкого плана, рейх начал дезавуировать обещанные гарантии с каждой из них отдельно. Карпатская Украина являлась продуктом немецкой политики. Она была необходима Берлину, пока его план связывания соседних государств двусторонними гарантиями не приобрел неотвратимый характер, а вместе с ним неотвратимой стала и новая большая война.
http://inosmi.ru/world/20130625/210372899.html

Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение