Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Нурлан Еримбетов: «Вопрос об иждивенчестве и социальном патернализме поставлен вовремя».

03.09.2012

Автор:

Теги:
- Нурлан, сейчас казахстанское общество переживает новые непростые потрясения. Это участившиеся угрозы терроризма и экстремизма. Как Вы оцениваете природу этих явлений? Носят ли эти процессы  внутренний характер или все-таки речь идет о воздействии внешних сил?
- Я считаю, что эти процессы носят внутренний характер. Нельзя сегодня себя успокаивать тем, что это воздействие извне. Лучше пусть я ошибусь, но мы будем обращать больше внимания на внутренние проблемы, чем начнем просто перекрывать границы и усиливать чисто внешнюю безопасность.
То, что происходит сегодня - это признак открытости страны. Конечно, можно закрыться и жить изолированно. А можно вместе со всем миром болеть общими болезнями, ведь вместе с товарами и услугами извне  к нам приходят новые, иногда деструктивные, мысли и идеи, которые находят здесь благодатную почву.  Например, я и мои друзья при всей присущей нам толерантности, относимся спокойно к любым течениям и идеям. То есть мы состоялись, у нас выработался «иммунитет от всякого рода идеологических догм».  
Однако, к сожалению, эти идеи очень распространены среди нового поколения, молодых людей, которые росли конце 80-х - 90-е годы. Их родители часто предоставляли детей самим себе, сами мотались по стране,  работали на нескольких работах, стремясь элементарно прокормить семью. В Казахстане был в то время ужасный социально-экономический упадок, как и в целом по всему СНГ. В итоге выросли эти ребята, которые не имели достаточного воспитания, ласкового слова материнского не слышали, да и школы не уделяли им достаточного внимания, не было связи поколений.
Когда сегодня говорят, что наши мечети и православные храмы заполнены молодежью, и это многие рассматривают как возрождение духовности - я в это не верю. Как бы обидно это ни звучало. На мой взгляд, туда идут люди за последней надеждой, с ощущением несбыточной мечты, разочарованием в правительстве, отсутствием веры в общество, в своих родных, и они обращают к Всевышнему за поддержкой. Очень бы хотелось, чтобы люди обращались к религии для самосовершенствования, а не в поисках утешения. 
- То есть в основе этих процессов находится социальная составляющая? 
- Безусловно. Более того, я считаю, что ни в одной стране никакие спецслужбы не защитят государство, пока в обеспечении безопасности не будет задействовано общество. Ведь если где-то была подозрительная группа людей, там хранили оружие, еще где-то изготовляли взрывчатку, обязательно были люди, которые видели, как кто-то подозрительный заходил в подъезд были люди, которые слышали, о чем говорилось в вагоне поезда или на заднем сиденье машины, кто-то сдавал квартиру террористам...
Нужно, чтобы граждане понимали: если ты сегодня промолчишь завтра эти явления могут коснуться тебя, стать твоей бедой и проблемой. Спасение в этой ситуации - ставка правоохранительных органов на население, которое понимает свою ответственность перед страной. У нас же сегодня такой системы нет. Мы не знаем, куда звонить в таких ситуациях.  И потом, мы должны отойти от моральных стереотипов, оценочных суждений,  ведь речь идет не об анонимке, не доносе, а заботе о безопасности твоей собственной семьи. Мы - небольшая страна, мы все видим и знаем друг о друге. Поэтому такая задача вполне выполнима. 
- Тогда, с Вашего позволения, продолжим обсуждение социальной проблематики... Казахстанское руководство сейчас уделяет большое значение реформам в социальной сфере. В частности, президент в своей программной статье назвал социальную модернизацию в числе главных приоритетов политики страны. Как Вы оцениваете перспективы социальных преобразований в стране? Насколько они своевременны?
- Ну, во-первых, я очень рад, что состоялся честный, открытый разговор. Хоть и обидный для многих... И возможно, президент как человек статусный не мог сказать более того, чем он сказал. Не знаю, угадал ли я его мысли, но мне кажется, что вопрос об иждивенчестве, о социальном патернализме поставлен вовремя.
Мы сегодня слишком много берем кредитов на свои развлечения, мы не откладываем на «черный день», живем одним днем...
Поэтому президент провел очень честный жесткий разговор, в котором сказал: ни на кого не надейтесь, берите ответственность за свое будущее на себя. 
- Вы возглавляете Центр социального партнерства при Фонде «Самрук-Казына». Какие задачи сегодня стоят перед центром? С какими инициативами выступает возглавляемая Вами структура в рамках объявленной социальной модернизации?
- Наша задача - предугадывать трудовые конфликты на предприятиях, в моногородах, где превалируют компании «Самрук-Казына», не идти во вслед уже произошедшим событиям, а заранее прогнозировать их.  Это вопрос объединения усилий в рамках социальной политики местных исполнительных органов и руководителей наших предприятий. Потому что они работали всегда врозь.
Акимы относились к нашему руководству как к неким благодетелям, наши менеджеры предприятий вели себя как «хозяева-барины». Поэтому вся социальная политика в тех регионах, где находятся предприятия «Самрук-Казына», основывалась всегда во многом на субъективном начале: «построй мне дорогу, потом Дом культуры, поддержи партийную кампанию, профинансируй праздник «Наурыз» и т.д.
Не было единой социальной политики с долгосрочными стратегическими задачами. То есть Самрук-Казына» ведет такую «точечную благотворительность».
Например,  в некоторых регионах могут быть прекрасные дороги, отличные развлекательные центры, дома культуры, спортивные залы, только потому что акиматы оказывают давление на наши предприятия. А почему этого нет в регионах, где не работают компании, входящие в «Самрук-Казына»?В итоге мы стоим у истоков социальной несправедливости.
В Правительстве должен решаться вопрос об общей социальной политике для всей страны. Наша задача - платить налоги, честно вносить взносы в централизованный орган, а уже Правительство должно заниматься распределением этих средств. Второе. Мы хотим уравнять в правах, обязанностях и ответственности как работодателя, так и работника. Все должны четко понимать, кто за что отвечает. Потому что, когда рабочие говорят: «Вы нам должны!» - Они не спрашивают: а что должны мы? Менеджеры считают, что рабочие должны им. В итоге людям на предприятии не хватает диалога. Мы хотим сделать так, чтобы сам коллектив решал, на какие социальные цели тратить чистую прибыль предприятия. Это должен решать не хозяин предприятия исходя из собственных субъективных представлений, а сам коллектив.
- Во всем мире при решении трудовых конфликтов большая роль отводится профсоюзам. Какое место Ваш центр отводит работе с профсоюзами. Чего не хватает казахстанским профессиональным объединениям? Нужно ли повысить их влияние на проводимую социальную политику?
- Во-первых, профсоюзы не должны быть карманными. Это беда казахстанских профсоюзов. По распространенной практике основные производственные проблемы решаются ставленниками высшего менеджмента предприятия, которые переживают гораздо больше за свое материальное положение, нежели за сотрудников. Поэтому на некоторых предприятиях появляются альтернативные профсоюзы, неформальные общественные лидеры. 
Я сегодня часто говорю о том, что нам нужны сильные профсоюзы вовсе не для давления на руководство. Мне кажется, что пришла очередь неудобного для руководства, сильного, мощного профсоюзного лидера, которого нужно принимать в своем кабинете, выслушивать нелицеприятные отзывы, но  все же терпеть.  Ведь, когда нужно будет остановить толпу, именно такие лидеры выйдут к людям и будут спасать страну.
Я считаю, что в плане профсоюзной деятельности мы должны ориентироваться на Европу. Нам нужны такие же сильные и независимые профсоюзы. 
- Спасибо за интересную беседу.

Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение