Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Ерлан КАРИН: На войне как на войне

24.08.2012

Автор:

Теги:
Очередная спецоперация по уничтожению крупной террористической группировки в Алматинской области прошла как-то буднично: информагентства отчитались, телеканалы выдали сюжеты, люди пообсуждали новость на кухне да и забыли... Вот только сам факт того, что это уже вторая ликвидированная банда, наталкивает на довольно нерадостные мысли.Когда терроризм становится “попсой” - это страшно. Ибо обыденность притупляет бдительность. О борьбе с терроризмом наш корреспондент побеседовал с известным политологом Ерланом КАРИНЫМ.

- Ерлан, что происходит в стране? Почему в Казахстане ньюсмейкерами все чаще становятся те, кто исповедует насилие?
-Борьба с терроризмом переходит в режим повседневной реальности. Правда,возникает двоякое ощущение. С одной стороны, спецоперации демонстрируютто, что правоохранительные органы выявляют экстремистские ячейки и молниеносно их ликвидируют. С другой - эти участившиеся спец­операции создают ощущение некоего нарастания подпольного экст­ремистского движения в стране.

- А как на самом деле? Честно говоря, слабо верится в то, чтонаши правоохранительные органы могут успешно противостоять террористам...
- Не сомневайтесь, несмотря на всю критику искандалы, которые периодически сотрясают силовые структуры, в целом ониделают свою работу. Только в прошлом году силовиками было предотвращено11 терактов и ликвидировано 18 различных террористических и экстремистских групп. И если в прошлом году по статье “Терроризм” в республике было осуждено более 40 лиц (в том числе за создание, руководство террористической группой и участие в ее деятельности), то только за 6 месяцев этого года за аналогичное преступление уже осуждено более 50 человек. Поэтому даже сами силовики опасаются, что в этом году количество лиц, привлекаемых к уголовной ответственности по статье “Терроризм”, может увеличиться вдвое по сравнению с прошлым годом. Параллельно ведется серьезная и масштабная работа по пресечению распространения экстремистской идеологии. Только за пять месяцев текущего года, по данным МВД, в республике зарегистрировано около 140 фактов хранения и распространения экстремистской литературы, изъято свыше 4 тысяч единиц печатной продукции. Решениями судов запрещено распространение информационных материалов 486 сайтов.

- Силовики утверждают, что не все ликвидированные группы имели отношение к экстремистам. С кем же они воюют?
-Да, действительно, в правоохранительных органах каждый раз подчеркивают, что деятельность ликвидированных в Актобе и в начале августа в Алматы преступных групп носила сугубо криминальный характер и не была связана с экстремистскими и террористическими организациями, темне менее во всех этих случаях обращают на себя внимание несколько важных моментов.

- Каких?
- Во-первых, очень молодой возраст всехучастников этих вооруженных групп. Так, самый молодой член группы, ликвидированной в мае этого года в Актобе, не достиг и 18 лет. В банде, уничтоженной в начале августа в Алматы, самому молодому было 25 лет. В кенкиякской группе самому молодому было 23, а в таразской группе - 20 лет. Другими словами, молодые люди продолжают активно вовлекаться в преступную деятельность, и неважно, какой она носит характер - криминальный или же экстремистско-террористический.
Во-вторых, во время спецоперации как в Актобе, так и в Алматы на предложение полиции сдаться и сложить оружие подозреваемые ответили отказом. При этом они прекрасно понимали, что за этим последует силовая часть спецоперации. Другими словами, они добровольно и осознанно пошли на смерть - что особоне характерно для обычных криминальных банд. И если вспомнить побег заключенных из тюрем в Актау и Балхаше, ликвидацию террористических групп в Кенкияке, Боралдае, Алматы, таразского стрелка и т.д., то во всех случаях подозреваемые также отказывались сдаваться, более того, ониоказывали ожесточенное сопротивление и в конце концов погибали. Фактически мы сталкиваемся уже не просто с преступниками, а с настоящимисмертниками.
И, наконец, в-третьих, уничтоженные члены банд и группы подозревались в убийстве полицейских. Опять же напрашиваются параллели. Большинство произошедших в стране инцидентов, классифицированных правоохранительными органами как теракт, как правило,были связаны с нападениями на представителей правоохранительных и силовых органов. Как ранее отмечали эксперты, подобная целенаправленная атака на сотрудников правоохранительных органов является одной из тактикрадикальных групп, в частности террористического подполья, действующегона Северном Кавказе. Там идет уже настоящая охота на силовиков. Последний пример - теракт в Ингушетии во время похорон убитого накануне экстремистами сотрудника правоохранительных органов.

- И все-таки как бы вы оценили действия правоохранительных органов Казахстана в борьбе с этим злом?
-Участившиеся спецоперации говорят не только о том, что силовики научились давать отпор экстремистам, находить и уничтожать террористов, но и о том, что спецслужбы, правоохранительные органы и в целом государство втягиваются в затяжную войну с терроризмом. И хотя последниеспецоперации проводились более четко и слаженно, и самое главное - без потерь среди сотрудников спецподразделений, тем не менее в большинстве случаев выход правоохранительных органов на эти группы был фактически случайным. То есть террористы обнаруживали себя сами, а силовики действовали лишь постфактум, идя по следу, находили и уничтожали бандгруппы. Во всех случаях группы, подозревае­мые в террористической деятельности, были ликвидированы только после совершения ими дерзких преступлений или неудачных акций (к примеру, как это было в Таусамале или Актобе).

- В оправдание можно сказать, что у нашей страны нет богатого опыта борьбы с террористами.
-Безусловно, борьба идет, причем активная и масштабная борьба, но складывается ощущение, что мы боремся с закрытыми глазами, на ощупь и, главное, не зная точно, кто именно нам противостоит и ради чего. Как приобретались оружие, взрывчатые вещества, почему проживание целой группы молодых людей в съемных квартирах, коттеджах осталось без внимания участковых? Являлись ли ликвидированные группы частью какой-нибудь организации или они были автономными структурами? Как осуществлялась вербовка молодых людей в эти группы? Наконец, что именно заставляло их брать оружие и идти против государства, общества? Ведь очевидно, что дело не только в коварных миссионерах, экстремистских листовках или сайтах, зомбирующих сознание молодых ребят. По крайней мере, всего этого недостаточно, чтобы молодой человек, у которого тольконачинается жизнь, вдруг решился стать смертником.

- Что надо сделать? Усилить спецслужбы? Дать им новые полномочия?
-Нет, вопрос ведь не только к ним. Нам надо серьезно сконцент­рироватьсяна тех факторах и причинах, которые толкают людей к участию в террористической дея­тельности. Причины же не только в религиозной сфере. А так все это будут бесполезные усилия. Ну уничтожим пару экстремистов, а завтра где-то вылезут еще столько же. Один из признанных специалистов по антитеррору Марк СЕЙДЖМЕН всвоей книге “Сетевой терроризм” пишет, что “мы должны уничтожить десятки, сотни террористов, но это только часть проблемы. Люди, которые стали террористами, уже потеряны. Их видение мира уже не изменить. Вам ничего не остает­ся делать, как отлавливать их или уничтожать. Это задача спецслужб - уничтожить террористов. Но это не решение проблемы. Главная задача - не допустить, чтобы террористами стали еще сот­ни, миллионы человек”. Поэтому спецслужбы просто делают и будут дальше делать свою работу - “А ля гер ком а ля гер” или “На войне как на войне”. Но эта война может быть без конца и без победителей, ведь по обестороны погибают наши же граждане.

 

Руслан БАХТИГАРЕЕВ

Газета "Время"


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение