Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Особенности внутриполитической ситуации

02.02.2012

Автор:

Теги:
До выборов в меджлис 9-го созыва остается немногим более месяца . Закончилась регистрация кандидатов и проведена их первоначальная проверка на благонадежность на местном уровне. (Стоит напомнить, что документы всех зарегистрированных кандидатов сначала рассматриваются в специальных комиссиях, сформированных министерством внутренних дел и состоящих из 4 членов - представителей полиции, органа регистрации актов гражданского состояния, прокуратуры и сотрудника министерства информации). Результаты этой проверки направляются в Наблюдательный совет, подтверждающий правильность решений, принятых "четверкой" на местах. Лишь после его одобрения кандидат получает допуск к участию в выборах и может приступать к агитационной деятельности.) Однако несмотря на уже не раз апробированный сценарий проведения выборов в меджлис, в этом году ситуация накануне выборов отличается особой сложностью.

На фоне дестабилизации ситуации на Ближнем и Среднем Востоке, усиления международного давления на Иран, выражающегося в попытках ужесточить санкционный режим, а возможно, и применить военный сценарий, внутри страны наблюдается обострение кризиса внутри правящей верхушки, который проявляется в углублении разногласий между президентом и правительством с одной стороны и лидером, меджлисом, судебной властью и религиозными авторитетами с другой. Причем, каждая из конфликтующих сторон увязывает урегулирование разногласий с итогами парламентских выборов и получением поддержки со стороны абсолютного большинства новых членов меджлиса. Противоречия между основными институтами государственной власти проявляются не только в критике позиций друг друга, но и в невыполнении решений, несогласованности действий, попытках вмешательства в дела других органов. Прослеживается отсутствие единой линии у руководства ИРИ как в его экономической деятельности, в культурно-социальной политике, так и во внешнеполитической сфере. За более чем 30-летний период существования ИРИ сложилась и устоялась структура государственной власти, при которой распределение прав и обязанностей между религиозными и светскими (демократическими) институтами было залогом стабильности режима. В наиболее острых ситуациях вмешательство духовного лидера (рахбара), по конституции наделенного значительными полномочиями, уравновешивало ситуацию. Однако за последние два года в результате стремлений президента ИРИ М. Ахмадинежада расширить права исполнительной власти и ослабить ее подконтрольность со стороны меджлиса и других структур произошла разбалансировка всей системы. В немалой степени этому способствовало и проявление протестных настроений в иранском обществе после президентских выборов 2009 г. Осуждение действий оппозиционных сил, идентификация всех, недовольных результатами выборов, как врагов режима, стали лакмусовой бумажкой верности исламскому правлению. Не только политические деятели прореформаторской направленности, но даже известные богословы (некоторые марджа-от-таклиды) были отнесены к нелояльным. Сильное давление было оказано на такую значимую политическую фигуру, как А.А. Хашеми Рафсанджани. Его поддержка протестного движения вызвала недовольство рахбара, а противостояние с М. Ахмадинежадом привело к усилению нападок на него. В феврале 2011 г. Рафсанджани был вынужден отказаться выставлять свою кандидатуру на выборах в Совете экспертов и передал полномочия по управлению этим органом аятолле Махдави Кяни, который, как предполагалось, сумеет объединить все здоровые силы в стране и мобилизовать их на парламентские выборы. Рафсанджани пока остается во главе еще одной государственной структуры – Совета по целесообразности, хотя значение этого органа после прихода к власти М. Ахмадинежада в значительной степени ослабло. После событий 2009 г. в условиях кризиса власти деятельность этого органа практически потеряла смысл. Полномочия нынешнего состава Совета истекают через месяц, и пока нет ясности, сможет ли Рафсанджани, который был бессменным главой этого органа с 1987 г., сохранить за собой этот пост. Согласно конституции, Совет по целесообразности формируется указом рахбара на 5 лет. Он сам назначает и его главу. Согласно традиции, заложенной еще в бытность имама Хомейни, в этой структуре были представлены все политические течения. Несомненно, что влиятельная фигура Хашеми Рафсанджани до последнего времени определяла значимое место этого совета в структуре государственной власти.

С одной стороны, весьма вероятно, что духовный лидер А. Хаменеи, в последние месяцы отказывающий в поддержке М. Ахмадинежаду, достаточно озабоченный сложившейся ситуацией, пока не будет менять руководителя Совета по целесообразности. Несколько месяцев тому назад он сделал заявление о намерениях внести корректировки в саму систему государственной власти, и уже начала работу комиссия экспертов с целью проработки этой проблемы. Помимо предложенного рахбаром перехода от выборов президента всеобщим голосованием к утверждению главы исполнительной власти меджлисом, речь идет и о внесении других изменений: возвращение поста премьер-министра и отмена поста президента, ликвидация Совета по целесообразности и передача его функций вновь создаваемому сенату, проведение реформ в структуре судебной власти. Осуществление таких преобразований возможно лишь через проведение всенародного референдума, который должен одобрить изменения конституции. Эти вопросы открыто обсуждаются в СМИ страны. Представители различных политических и религиозных организаций по-разному реагируют на предложения лидера. Высказываются мнения за и против реформ в этой сфере. Судьба решения этого вопроса будет зависеть от расстановки сил в новом парламенте.

С другой стороны, осознавая, что вопрос внесения изменений в конституцию страны не может быть решен в короткие сроки, а Рафсанджани, как руководитель Совета по целесообразности, в случае экстренной ситуации в стране может сыграть особую роль , А.Хаменеи примет меры к тому, чтобы лишить его всех рычагов влияния.

Сложность нынешней предвыборной ситуации определяется также тем фактом, что эти выборы – первые после президентских выборов 2009 г. (Власти оказались настолько напуганы активностью электората, недовольного результатами подсчета голосов, что отменили выборы в местные советы в 2011г., продлив полномочия этих органов власти до следующих президентских выборов). Беспокоит руководство вопрос явки избирателей. Традиционно в парламентских выборах в Иране участвует около 60% избирателей. В больших городах и на национальных окраинах доля голосующих обычно ниже. Прошлые выборы показали беспрецедентную даже для Ирана явку – 85%. Несбывшиеся надежды участников голосования в 2009 г., вытеснение с политической арены страны реформаторского лагеря, призывы к бойкоту выборов со стороны некоторых политических сил, ухудшение экономической ситуации в связи с отменой многочисленных субсидий и введением адресной помощи малоимущим семьям, осложнение положения религиозных и национальных меньшинств в стране могут привести к резкому сокращению числа, пришедших на выборы, а следовательно, поставить под угрозу саму легитимность данной кампании. Свободные выборы при широком участии граждан страны – это реальное подтверждение демократичности устройства общества. На протяжении почти 30 лет политико-религиозное руководство страны в ходе многочисленных выборных кампаний активное участие граждан демонстрировало как достижение исламской демократии и подтверждение поддержки режима. Естественно, что бойкот выборов со стороны некоторых слоев общества может свидетельствовать об их отказе в этой поддержке.

Еще одним новым моментом этой выборной кампании станет отсутствие уже традиционного соперничества "правых" и "левых". Хотя эти понятия достаточно условно определяют сущность размежевания сил на политической арене страны, тем не менее, их обычно соотносят с лагерем консерваторов или фундаменталистов и лагерем реформаторов. После событий лета 2009 г. основным силам реформаторского лагеря был нанесен сильнейший удар, основные партии официально объявлены распущенными, деятельность других значительно ограничена, проведение совместных мероприятий под реформаторскими лозунгами запрещено. Отсутствие политического конкурента у фундаменталистов в ходе парламентских выборов превращает их в выборы безальтернативные, своего рода однопартийные. А это также ставит под сомнение демократичность системы. Однако усиление разногласий внутри правящей элиты страны привело к обособлению отдельных групп и течений внутри консервативного лагеря. Многочисленные усилия по их сплочению в единый предвыборный блок пока не дали результатов, и, как представляется, основная конкурентная борьба развернется между представителями "правого" фланга. От того, какие силы получат большинство мест в меджлисе, во многом будет зависеть ответ на вопрос "в каком направлении пойдет дальнейшее развитие Ирана".

1.Выборы будут проходить 2 марта 2012 г.

2.По Конституции ИРИ, в случае смерти духовного лидера или решения Совета экспертов о том, что рахбар не может выполнять свои обязанности, до выборов нового духовного главы его функции исполняет совет в составе президента, главы судебной власти и факиха из членов Наблюдательно совета, которого выберет Совет по целесообразности. В случае же, если кто-то из этих лиц не сможет участвовать в работе этого совета, его преемник также назначается Советом по целесообразности.

Расстановка политических сил в лагере консерваторов

Религиозно-политическое руководство ИРИ, учитывая особенности международной и внутренней ситуации и особую значимость нынешних выборов, подготовку к парламентской кампании начали необычно рано - с осени 2010 года. Предполагалось создать единый фронт правых сил, ориентированных на противостояние любым попыткам проведения политических преобразований в стране. Для объединения консервативного лагеря (расколотого на прагматиков, традиционалистов и неоконсерваторов) была сделана ставка на две основные религиозно-политические организации – Общество борющегося духовенства (руководитель – аятолла М.Р.Махдави Кяни) и Общество преподавателей Кумского теологического центра (лидер – аятолла М.Йазди), как хранителей традиции консерватизма. Эти две организации играли значимую роль в период подготовки исламской революции и становления исламской республики. Их представители принимали активное участие в выборах в меджлис 1 – 6 созывов. Был разработан Устав консерваторов, который должен был стать идеологической основой для формирования единого фронта. Одновременно был сформирован "комитет трех" в составе Г.А. Ходад - Аделя, А.А. Велаяти и Х.Асгарулади , несколько позже он был расширен до 7 человек, на который была возложена миссия договориться со сторонниками правительства. Предполагалось, что все консерваторы будут выступать единым списком, в котором будет заранее согласовано количество представителей всех течений. Однако стремление каждого из течений провести в меджлис большинство своих сторонников, неоднозначность в оценках линии президента М.Ахмадинежада и его окружения, различия во взглядах на возможность взаимодействия с умеренными реформаторами, пытающимися дистанцироваться от тех, кто возглавлял протестные акции и получил наименование "мятежники", стали камнем преткновения на пути объединения всех сил консервативной направленности в единую коалицию.

Несмотря на многочисленные попытки договориться, а также посредническую деятельность религиозных обществ и личные усилия Махдави Кяни, собрать все силы в единый блок пока не удалось. За месяц до выборов консерваторы выступают в составе трех объединений.

Основные силы консерваторов-традиционалистов (умеренные) представлены в Объединенном фронте консерваторов (джабхе-йе моттахед-е осульгаран). Его штаб составляет так называемая группа "7+8", в которую вошли 7 членов ранее созданного комитета по объединению сил (см. выше) и представители основных партий и организаций: Фронт сторонников линии имама и духовного лидера (14 партий и групп, среди которых широко известное Общество "Исламская коалиция" и Исламское общество инженеров), Общество жертв исламской революции (Исаргаран ), Общество "Ищущих путь" (Рахпуйан). К этому Фронту примкнули сторонники А.Лариджани и М.Б.Галибафа, которых политические аналитики причисляют не к традиционным, а к критически или даже прореформаторски настроенным консерваторам. Однако необходимо отметить, что попытки распределить группы с точки зрения их взглядов по политическому спектру в условиях иранской действительности достаточно сложная задача. У большинства из них отсутствуют четко сформулированные программы действий. Их позиции часто корректируются в зависимости от ситуации и тактических целей. Поскольку за исключением десятка партий и организаций, ведущих политическую деятельность постоянно, большинство объединений активизируются только в период выборных кампаний и объединяются в предвыборные коалиции, то оценить их взгляды возможно, лишь отслеживая реакции лидеров группировок на те или иные события. Причем, крайне консервативные подходы в социально-культурной сфере или внешней политике могут уживаться с прагматическими и даже реформаторскими при решении экономических проблем. Вновь возникают организации, позиции которых идентичны уже существующим, однако амбиции их лидеров мешают объединению.

Основная цель умеренных консерваторов на предстоящих выборах - ограничение в будущем парламенте количества сторонников президента. Генеральный секретарь фронта – Х.Асгарулади. Активную роль в его руководстве играет бывший министр иностранных дел М.Моттаки. Из числа высшего духовенства деятельность умеренных консерваторов поддерживают аятоллы Мокаррем Ширази, Сафи Гольпайегани, Джавади Амоли, М.Шахруди, А.А.Натег Нури, Эмами Кашани.

Это объединение отличается верностью идеям исламской революции, поддерживает принцип "валаят-е факих", в целом, выражает верность аятолле А.Хаменеи. Между тем нельзя говорить о полном совпадении их позиций с позициями духовного лидера. Так, например, представители Фронта не разделяют позицию полного устранения А.А.Хашеми Рафсанджани и его сторонников с политической арены страны. Представителей умеренных консерваторов отличает неприятие нынешнего президента. Это предвыборное объединение опирается на представителей частного бизнеса, особенно в сфере финансов и торговли, духовенство, традиционные городские слои. Их взгляды отражает издание "Ресалат".

Предполагалось, что к этому фронту присоединятся и силы правых радикалов под руководством аятоллы Месбаха Йазди, полностью разделяющих убеждения А.Хаменеи . Однако ярые сторонники рахбара пошли по пути формирования своего предвыборного объединения, названного Фронт стойкости исламской революции (джабхе-йе пайдари), который объявил о своем создании летом 2011 г. Основу этого объединения составило бывшее ближайшее окружение М.Ахмадинежада – министры его первого кабинета, многие из которых были преждевременно отправлены в отставку, а также члены фракции неоконсерваторов в меджлисе. Как известно, в ходе первой и второй выборных кампаний М.Ахмадинежада Месбах Йазди был его духовным наставником, однако в последний год ввиду изменения позиций президента, аятолла отказал ему в поддержке и сильно критикует действия президента.

Среди наиболее известных лиц этого объединения можно назвать С.Махсули, М.Х.Сафар Херенди, Г.Элхама, аятоллу М.Ага Техрани. Его создание поддержали аятолла М.Йазди и Г.А.Ходад Адель. Основная опора этого течения – Корпус стражей исламской револиции, и "Басидж". Представители этого течения, которых продолжают называть "неоконсерваторы", контролируют органы безопасности, прокуратуры, радио и телевидение Ирана. Фронт верности опирается на поддержку А.Хаменеи и близкого ему духовенства – аятолл Н.Хамадани, С.А.Хатеми, А.Джанати и других.

Это течение консервативного лагеря наиболее сильное. Оно выступает за проведение наступательной внешней политики, укрепление государственности и исламских принципов во всех сферах общественной и экономической жизни. Их отличает абсолютное неприятие всех представителей реформаторских организаций и сторонников А.А.Хашеми Рафсанджани. Тем не менее, стоит отметить, до событий "11-дневного добровольного заточения" М.Ахмадинежада представители неоконсерваторов оказывали ему полную поддержку. Часть сторонников Фронта высказывает стремление и в будущем поддержать президента при условии отказа его от общения с группой Мошаи. В СМИ появляются сообщения о контактах президента с руководителями Фронта и даже материалы об оказании ему государственной помощи для проведения выборной кампании. Представляет интерес и высказываемая некоторыми представителями политического истеблишмента страны точка зрения, согласно которой это объединение, по сути, представляет лагерь пропрезидентских сил и решает задачи проведения в меджлис последователей Ахмадинежада, действуя параллельно с группой Мошаи и маскируя ее деятельность .

Третье объединение, которое также позиционирует себя как фундаменталисты – Фронт сопротивления исламского Ирана (джабхе-йе истадеги). В его состав вошли 11 организаций, в основном недавно созданных и не отличающихся устойчивыми идейными позициями и опытом политической деятельности. Среди них - Партия развития и справедливости, Фронт сторонников валаят-е факих, Общество молодых созидателей (абадгаран-е джаван), женское общество "Зейнат", Общество молодежи исламской революции, Международное общество антисионистского движения и другие. Оказывают поддержку этому фронту технократы - молодое поколение сторонников партии "Каргозаран", которая после событий лета 2009 г. не ведет политической деятельности. Блок Резаи занимает центристские позиции в лагере консерваторов. В обществе его основная опора – государственные служащие среднего и низшего звена. Идейным вдохновителем и организатором этого объединения стал кандидат на выборах президента 2009 г., бывший командующий КСИР М.Резаи. Основные лозунги этого фронта - поддержка "велаят-е факих", строгое соблюдение законов, опора на принцип государственности, наведение порядка в экономике и культурной сфере, укрепление исламской нравственности и справедливости. Как отмечают некоторые эксперты, вполне вероятно, что данное объединение сформировалось не только с целью участия в парламентских выборах, а ориентированно на президентские выборы 2013 года. М.Резаи неоднократно выражал готовность присоединиться к Объединенному фронту консерваторов при условии, что его представитель будет включен в группу "7+8". Это условие не было принято, так как часть представленных в Объединенном фронте консерваторов не может простить М.Резаи контакты с оппозицией после президентских выборов . Пока еще сохраняется вероятность подключения Фронта стойкости к объединенным силам консерваторов. Однако даже при условии отдельного выступления сторонников М.Резаи на этих выборах, они могут включить в свой список некоторых представителей умеренных консерваторов.

Хотя до сих пор фундаменталистским силам не удалось достичь единства, и они выступают тремя вышеназванными объединениями, продолжаются разговоры о союзе. Эти коалиции объединяет верность принципу "велаят-е факих! и идеям исламской революции. Весьма вероятно, что в отсутствие сложившегося оппозиционного лагеря, множественность объединений в лагере сил, находящихся у власти, поддерживается умышленно в целях создания имиджа конкурентности в ходе нынешней кампании. Как представляется, основная борьба развернется внутри самого правящего фланга по линии - сторонники и противники нынешнего президента.

1.Общество " Исаргаран энгелаб-е эслами" , из которого вышел М.Ахмадинежад, часть экспертов относят к крайне правым силам консерваторов. Однако, направив представителей в совет "7+8" они поддержали умеренных консерваторов.

2.Их представителям были выделены два места в группе "7+8". Умеренные консерваторы до сих пор не потеряли надежду на то, что члены этого предвыборного объединения будут выступать единым списком с Объединенным фронтом консерваторов.

3.www. khabaronline.ir/print – 168874.aspx

4.По мнению некоторых аналитиков, позиции М.Резаи во многом совпадают с позициями Лариджани и Галибафа и их можно рассматривать как новых неоконсерваторов.

26 и 31 янв. 2012
Е.В.Дунаева

Источник - Институт Ближнего Востока

Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение