Россия, Москва

info@ia-centr.ru

Демократия как инструмент внешней политики в СНГ.

29.06.2011

Автор:

Теги:

Демократия какинструмент внешней политики в СНГ.

К вопросу о реформевнешней политики на постсоветском пространстве.

 

Модернизация и инновации – главный тезис и призыв власти,касающийся всего многообразия политической жизни страны. Исключением не должнаявляться и внешняя политика страны. Она не меньше чем другие области жизнинуждается в реформировании, причем на многих направлениях. Но начать необходимос политики на постсоветском пространстве, учитывая, что не только в декларацияхи концепциях это главное направление. Политика России в отношении сопредельныхстран должна создавать благоприятные условия для решения социальных проблем в нашейстране (проблемы трудовой миграции), создавать условия для роста национальной экономики(обеспечивать инвестиции в отрасли соседей и создавать интеграционные сети), наконец,эта политика призвана формировать круг надежных союзников в ряду ближайшегогеополитического окружения России.

 

Насколько эффективна эта политика? Нуждается ли она вреформе? Широкого обсуждения этой темы не было. Поэтому складываетсявпечатление, что реформы внешней политики не востребованы. Действительно, преемственностьот советских времен по ряду стратегических вопросов до сих пор действует, Россияучаствует, практически на равных, в обсуждении острых проблем международнойжизни, в сопредельных регионах пытается закладывать на перспективу росткиинтеграции, в ряде тем постсоветской политики занимает доминирующее положение.Кажется, что все нормально. Так, полагает часть российской элиты. Другая,мыслит несколько в других категориях, предлагая изменения. Главный возникающийвопрос вовсе не такой - а нужно ли вообще что-то менять. Любой специалист, будьон консерватор, или реформатор даст большой перечень необходимых шаговтребующих реализации, перечень новых подходов в направлении постсоветского пространства.Характерно, что львиную долю «инновационных» суждений в этой сфере озвучил именноДмитрий Медведев. И главная тема, которая стала фигурировать в качестве обсуждаемогорубежа между медведевским и, условно старым, путинским менеджментом внешнейполитики – это возможность использования демократической риторики в качествемеханизма внешней политики.

 

Сопредельные государства находятся на разном уровне социально-политическогоразвития, на разных стадиях экономического роста. Общие рамки модернизации,которые их могут объединить в едином векторе, могут быть заданы Россией. Но модернизацияв экономике и демократия в политике между собой прочно связаны. Прозрачность иоткрытость политического взаимодействия – это должно стать генеральным подходомРоссии к решению проблем постсоветского пространства. Москва должна призывать коткрытости целей и задач, к предсказуемости шагов и действий, прозрачностирешений. Первой на этот путь должна встать сама Россия. Конечно, в рядевопросов внешней политики должна быть определенная завуалированность. Но мыдолжны четко сформулировать, чего мы хотим в отношении ближайшего окружения. Принципыоткрытого диалога должны быть и в отношениях с Беларусью, и в решенииэтно-териториальных проблем СНГ. Кроме того, реформа внешней политики должнапривести к уменьшению фактов «пожарного» реагирования на проблемы, и напротив, увеличитьсвязность внешней политики, стратегическую предсказуемость на годы вперед. Большевсего этого качества как раз и не хватает на постсоветском пространстве.

 

После того как Медведев открыл дискуссии о перспективахдемократии в России, после ряда осуждающих заявлений в отношении бывших идействующих диктаторов в арабском мире, внешняя политика России объективно неможет игнорировать состояние гражданских прав в сопредельных странах. Если Москвачетко обозначила свое положение в лагере демократий, то возникает резонный вопрос- чем гнусности и преступления далеких режимов в отношении своих граждан отличаютсяот подобных выходок соседей, допустим в Центральной Азии. Скептики скажут - чегомы добьемся при таком внешнеполитическом дискурсе, наверняка потеряем союзниковпо СНГ. Собственно такие суждения вытекают из уже сложившегося разделения. Донедавнего времени свой «сукин сын» Лукашенко проводил вполне устраивающуюМоскву политику внутри страны. Затем ситуация радикально изменилась и Москва«вдруг» заметила характер режима. Подобный подход был продемонстрирован вотношении Грузии. При этом в отношении Узбекистана Москва не делала никакихкритикующих или хотя бы корректирующих заявлений, даже после фактов жестокогоподавления оппозиции (речь не только о событиях в Андижане). И это при том, чтоИслам Каримов далек от того, чтобы считаться политиком лояльным к московским проектамв Центральной Азии. Также понятно почему Москва ни слова не говорит своемусоюзнику Астане о ситуации со свободой прессы внутри страны. Резюме таково -Россия боится потерять союзников. Причем даже мнимых – лучше их не трогать.Ведь с подобными уколами со стороны Вашингтона Москва сталкивается сама.

Существует глубокая идиосинкразия к демократии, даже просто какмеханизму. Только поэтому можно объяснить, почему Москва даже не пытаетсяразработать язык подобной дипломатии. Некое исключение составляет лишь темарусскоязычного населения в сопредельных странах. Однако даже эта тема использоваласькрайне редко и как бы экспериментально.

 

Поэтому одно из первых требований к возможной реформевнешней политики – необходимость разработки мягкой системы демократической оценкипартнеров РФ, естественно без жесткого нарратива присущего, например,Вашингтону. Данные основы можно положить в фундамент работы с политическими партиямисопредельных государств включая оппозиционные, с общественными неправительственнымиорганизациями широкого спектра. Таким образом, решится проблема дефицитамежпартийных коммуникаций в СНГ. И главное, Москва уже не окажется в ситуации,когда как черт из табакерки на политической арене соседней страны выскакивает «неизвестная»доныне политическая сила, новый персонаж, с крайне антироссийскими позициями. Наконец,это возможность влияния на внутриполитические решения наших соседей.

 

Какие следствия вытекают из подобного разворота? Первое, эторост престижа России среди граждан постсоветских государств, не закрывающей теперьглаза на проблемы с их политическим развитием. Если при этом Москва сумеетодновременно поднять общий уровень постсоветского образования, в сумме с необходимымиакцентами на подготовку трудовых ресурсов в сопредельных странах, сумеет сохранитьпривлекательность русского языка и медиа пространства РФ за рубежом, то темсамым мы решим две задачи - обеспечим более качественный уровеньпрофессиональной подготовки потенциальных иммигрантов, и сформируемпривлекательный образ России.

 

Второе следствие – новый импульс в интеграционных проектах.Правильно организованный демократический разворот сместит задачи интеграционныхорганизаций с узко отраслевых на гражданские. К примеру, ОДКБ могла бы статькомандным центром региональной интеграции в области анализа угроз,предотвращения и ликвидации последствий стихийных бедствий (наводнений,землетрясений, пожаров, распространения вирусных заболеваний). Значение этихзадач возрастает с каждым годом, фокусировка на этих проблемах повысит престижи значимость организации.

 

Таким образом, мы получим перечень, из которого можнособрать новые, более динамичные внешнеполитические инструменты. Действительноважный вопрос, являющийся водоразделом проблемы – меняет ли подобная реформавнешнеполитический курс страны? Ответ в том, каков будет допустимый уровень этойдемократизации. Как показывает практика реформ в других сферах российской действительностименяется только фасад, начинка остается прежней. Но даже такой вариант,фасадной демократизации, сработал бы на улучшение эффективности внешнейполитики. Вне зависимости от того, кто будет следующим президентом России.

 

"НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА"

http://www.ng.ru/courier/2011-06-27/11_demokratizatsia.html


Теги: 

Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение